Изабель и призрачное счастье 2

Сидя на камне отдаленно похожем на голову черепахи, я задумчиво глядела на озеро. Что и говорить, место тут оказалось чудное: со всех сторон горы, небо – глубокое, синее. В такое глянешь и задохнешься. Кое-где по склонам точно капли краски виднелись кустики с желтыми и алыми цветами, и над этими соцветьями все время вилась насекомая мелочь. То ли пчелы, то ли мухи, я в них не разбираюсь, особенно издалека.

Безусловно, украшением этой скрытой долины являлся водопад. Он вырывался из темного зева пещеры, точно язык из пасти чудища, и шумно спадал вниз в гигантскую каменную ванну. А вот уже оттуда вода текла в то самое озеро, в котором, как в зеркале, отражалось небо, отчего оно казалось совсем уж безграничным, просто бессовестно бездонным и очень красивым.

Это место отыскала не я, а Тритон. Наверное, если бы не мой любопытный атландский скакун, я бы до сих пор сидела на ступенях замка самого страшного колдуна и пялилась на ворота точно баран.

Ну а кто бы на моем месте не пялился? Приезжаю тут, вся такая целеустремлённая, такая храбрая, такая что аж ух как дух захватывает. А вместо страшного колдуна мне подсовывают дарственную на его замок и владения. И оп–ля теперь самый страшный колдун – это я!

Как бы вы поступили? Обрадовались? Возгордились или попытались сбежать?

Я вот выбрала последний пункт. В свое оправдание скажу лишь то, что у меня уже замок имеется и мне чужое ненадобно!

Увы, мои благие намерения разбились о магию этого места. Оказалось, что я просто не могу покинуть замок! Вот как так то? Вроде замок мой, ворота мои, а сбежать я не могу!

Хотя, чего удивляться, если все это задумал самый страшный колдун. Тот самый, что превратил всех жителей замка Стохолмового королевства в призраков. Тот самый, что обратил моего прадеда, короля Фердинанда тринадцатого, в камень, а моего деда, Иоганна Белого, наследника престола, заставил спасаться бегством. Чудесный колдун, чего уж тут. И все из-за спора о том, кому достанется дочь Иоганна. К слову сказать, промахнулись все! У деда родился сын. Даже жаль, что они не остались жить тут, в Колдобии, к тому времени, пока бы я родилась, уже все волшебники разбежались. И страшные, и не очень.

Как бы то ни было, но сбежать я из замка колдуна не смогла. Посидела на ступеньках, порыдала для приличия, ну и пошла осматривать хоромы.

Кстати, тут было на что глянуть. И библиотека славная, и комната для опытов – просто огонь!

И все бы ничего, если бы я имела таланты в области химии, например. Учила с детства формулы и гордо побеждала на городских олимпиадах. Но вместо этого все детство, юность и остальное время я потратила на другие навыки. Так что бегаю, плаваю и стреляю я хорошо, а вот все эти перегонные аппараты для меня как кубик рубика –непостижимы!

Над головой заорала птица, и я, вздрогнув, вынырнула из омута своих мыслей. Как раз вовремя, потому что мой водоплавающий конь вынырнул из глубины и, довольно фыркая, поплыл к берегу.

Да это место ему нравилось и как опытный пловец я могла его понять. Жаль только, что водица тут холодная – аж зубы стучат. Точно знаю, уже проверяла и под водопадом помылась. Ну, чтобы слезы и дорожную пыль смыть, и в озере плавала, чтобы развеяться.

Вот в сущности, чего я пока добилась, хотя имелся и положительный момент во всей этой истории.

Тритон уже выбрался на берег и, уронив к моим ногам рыбину, задорно клацнул зубами, точно предлагая мне отведать вкусняшку.

Я покосилась на добычу и скривилась. Рыбка выглядела жутко. Не знаю из каких глубин скакун ее достал, но создание с черной чешуей казалось кособоким, а те места, где по идее у рыб находились глаза, закрывали корявые наросты неприятные взгляду.

– Спасибо, браток, – я похлопала коня по мокрой морде, – но я не голодна, ты давай, сам кушай. –я улыбнулась Тритону и как бы невзначай отодвинулась от трепещущей твари.

Однако, тот не унимался и снова подвинул рыбину ко мне. Видимо решил, что отощала хозяйка за время путешествий-то.

– Да не хочу! – я возмущено поднялась на ноги. – Ты же меня прекрасно понимаешь! – я взглянула в белесый глаз.

Тритон на миг задумался, точно решая прикинуться ему тягловой лошадью или не стоит. Наконец, величие скакуна из Атландии в нем перевесило, и он, знатно фыркнув, ухватил рыбку зубами и, цокая по камням копытами, отправился в сторону стойла.

Да, что странно, именно тут на берегу озера располагалось то, что я определила, как дом для Тритона. И хотя настоящая конюшня находилась рядом с воротами, это строение нравилось моему коню куда больше. А что? И вид, и вода, и еда – все рядом.

Я хотела зайти внутрь, но Тритон как-то ловко захлопнул за собой дверь так, что та едва не стукнула мне по лбу.

– Обиделся, значит, – я дотронулась до головы. Меж лбом и дверью остался зазор в один палец. – Ну и сиди там обиженный! –крикнула я коню и, вздыхая, отправилась в замок.

Стараясь игнорировать распахнутые настежь ворота, которые все еще отказывались выпускать меня отсюда, я вошла в двери и, свернув направо, очутилась в полутёмном коридоре. Единственный свет, который сюда попадал, шел из узких окошек под потолком, поэтому я брела осторожно, надеясь на врезаться в неожиданную преграду. А их тут хватало!

Самый страшный колдун при жизни являлся тем еще барахольщиком. Чего только я не увидела в коридорах замка: вазы, ящики и кирпичи, несколько жерновов и две наковальни. Старые двери, сложенные одна на другую, будто колода потрёпанных карт в разномастных рубашках. Бочки с ржавыми копьями и топорами. Пара флюгеров в виде драконов, что особенно обожгло мне сердце. И конечно же статуи: большие и маленькие, из мрамора гранита и бог знает чего. Некоторые без голов или прочих частей тела. Особенно несчастно выглядел юноша, оставленный между этажами. Он скорбно взирал вниз, как бы надеясь увидеть нечто важное. Но все что ниже пояса кто-то стесал начисто. «Вот они жертвы цензуры» – усмехалась я, проходя мимо них.

Впрочем, забавляло меня это лишь пару дней, пока не осенила мысль. Если колдун моего деда превратил в каменную статую, так может и эти все когда-то были людьми? По крайней мере, те, что подходят по размеру.

Серьёзно обдумав мысль, я решила больше над статуями не ржать. Вдруг они все слышат? Обидно же будет. И все же каждый раз натыкаясь на удрученный взгляд юноши, я едва сдерживала улыбку.

Коридор я миновала без новых синяков и заноз. Пройдя под аркой, я очутилась на кухне. Здесь тоже хватало ненужной утвари типа: кастрюль без дна и чайников без ручек. Но меня влекло иное, а именно – накрытый стол.

Да, на очищенном от хлама пяточке расположился мой ужин. Я прямо умилилась: на льняной салфетке стояла чашка с супом. Золотисто-бордовый бульон походил на борщ, однако мог посоперничать в остроте со своим собратом из нашего мира. Колечки лука и корешков плавали на поверхности как дрейфующие льдины, а горстка зелени, которой повар присыпал суп, добавляла блюду пикантный аромат. Рядом, под платком на плетенке, притаились три кусочка хлеба. Два поджаренных до легкого хруста, пахнущих чесноком. И один обычный белый мягкий, просто хватай и беги.

Чуть дальше, под серебряным колпаком, я обнаружила кусочки тушеной рыбы. Опять же специи и приправы имелись в изобилии. Я пригляделась к рыбине, надеясь, что это не то же чудище, что Тритон выловил из недр горного озера. Не заметив страшных наростов и черной чешуи, я решила, что раз лежит – значит съедобно, не сырую же дают.

Вишенкой на торе оказался политый вареньем пончик. А в кувшине, чуть запотевшем, будто только что из холода, нашелся квас.

Довольно хмыкнув, я плюхнулась за стол и уже почти ухватила чесночный хлеб, решив, что целоваться, кроме как с конём, мне тут не с кем, и в тот же миг по кухне прокатился голос.

– Руки мыла? – эхо отразило звук от стен, и негодование, перемешанное с подозрительностью, заполнило все пространство кухни.

–Я только что с озера! – возмутилась я, разглядывая ладошки.

– А там ты опять с конем обнималась, да? – не сдавался голос невидимки.

– Только чуть-чуть, – призналась я, вылезая из-за стола. Потому что уже знала, что пока я руки не помою, не будет мне покоя, и кусок в горло не полезет. Причем в прямом смысле слова.

В этом замке имелась своя особая магия. Нет, тут не жили призраки, как в моем королевстве, и не скрывалась в образе дракона зачарованная принцесса. Даже чертова бабушка со всей ее любовью не проникала под эти своды. А все потому, что тут среди гор хлама, заполнивших переходы и комнаты, скрывалось необычное существо. С которым мне пришлось познакомиться, едва я вошла в замок. Хорошо, что я уже пережила знакомство с призраками, поэтому невидимки меня не сильно удивили. Так чуток, до нервного тика, не более. Благо, мы быстро договорились, что важно, когда обживаешь новый замок.

Я вытерла руки о поданное незримым слугой полотенце и, чувствуя себя девицей из аленького цветка, которая так же поживала с невидимками в замке чудища, вернулась к столу.

– Другое дело, – сообщил голос, и я заметила в нем довольные нотки, – давай ешь, а то кожа да кости, куда это годится?! Тобой скоро можно будет детишек малых пугать.

– А разве самым страшным колдуном их не пугают? – хмыкнула я, пробуя суп и жмурясь от гастрономического удовольствия.

– Так то именем, – отмахнулась невидимка, – а так и внешне сторониться станут.

– Не впервой, – вздохнула я, наливая в кубок квас. Воспоминания, как меня шпыняли местные за короткую стрижку и волосы цвета рассвета угнетали и портили аппетит. Потому я вымела их из головы, как мусор с чердака, и уплетая первое, второе и пончик, размышляла, что не родись красивой, а родись мной. Тут тебе и замок, и конь, и чудес полный мешок. А что любимого потеряла, и сердце дребезги, ну что ж, видимо планида такая.

– Вкусно? –поинтересовался голос.

– Божественно! – призналась я, доедая суп и переходя к рыбе. Что ж, может, она и была в родстве с той, что поймал Тритон, но вкус потрясающий. Что логично – мой конь ерунду есть не станет.

Во время еды я чувствовала на себе взгляд. Впрочем, я его ощущала, и когда просто бродила по замку. Видимо незримая прислуга следила за каждым моим шагом. И то верно, я им еще девушка незнакомая, вдруг, ложечки упру или, скажем, наковальню – нехорошо будет. Так что нечего меня без присмотра оставлять.

Допивая квас, я прищурилась, заметив, что воздух по ту сторону стола едва заметно дрожит, как в жаркий день марево над асфальтом.

– Послушай, и не надоело тебе невидимкой ходить? – напрямую спросила я, – если это чародейство такое, я конечно пойму, а если нет, то зачем?

– Бывший хозяин не любил, когда я попадалась ему на глаза, – ответила служанка, вздыхая.

– Ну это он зря, всегда хорошо видеть вокруг себя приятные лица, – заверила я собеседницу.

– Думаете? – в голосе колебалось недоверие.

– Факт! – ответила я. – Так что, давай, прекращай прятаться и показывайся.

– Ну, если вы так настаиваете, – ответила мне пустота и вдруг «Вжух!», точно сдернули покрывало с кресла. Раз! И из безликого нечта получилось очень даже ликое что.

В чем мне точно повезло, так это в том, что я уже проглотила квас и не смогла подавиться от увиденного. Просто неприлично вытаращилась не в силах отвести взгляд от внешности слуги. А посмотреть тут и впрямь было на что.