Избранная для невольника, или Дракон в наследство

По просторному бальному залу, огороженному с двух сторон длинными стройными колоннадами, кружатся в танце пары. Вальчик – танец-полет, танец-встреча – близкая, долгожданная, но все еще немного напряженная. Женщина откидывается спиной на согнутую в локте руку мужчины, держится за его плечо. Тела партнеров так близки, что между ними пройдет разве что ладонь, а бедра так и вовсе то и дело касаются друг друга, рассыпая по коже танцующих ознобные мурашки возбуждения.

Этерия стоит прямая, с ровной спиной и развернутыми плечами, у одной из колонн, подпирающих высокий потолок, и с волнением ожидает своего часа. Выпускниц в этом году – пять десятков. А драконов из Аджурмана – Драконьего Леса – прибыло всего пятнадцать. Пока-то каждый потанцует со всеми девушками… Зато после вальчика сложившиеся пары прилюдно объявят о том, что нашли друг друга.

Этерия очень надеется, что один из полутора десятков высоких, завораживающе-красивых аджуров почует свою пару в ней.

Все девушки надеются! Все мечтают стать женой крылатого Перворожденного.

Драконы – самые верные и заботливые мужья. Они не способны предать, бросить свою Хас Исемле – жену, дарованную Изначальными. А еще драконы – все до единого – богатые, образованные долгожители, способные поделиться не в ущерб себе силой и жизнью с избранницей.

Этерия, Этти, как звали девушку ее погибшие два года назад родители, бредит драконами с детских лет. Живет мечтой о Драконьем Лесе. Знает наизусть историю каждого аджурманского рода. О! Она станет достойной спутницей жизни своему аджуру! Пусть только он найдется. Потому что сейчас – или никогда.

Драконов мало, и большинство из них находят своих Хас Исемле среди дракониц – женщин своего народа. И лишь немногие аджуры, достигшие брачного возраста и в течение десяти лет не обретшие пары среди соотечественниц, отправляются в дружественное человеческое королевство Шехерлар, в город Тау-Ара, где находится единственная в стране Королевская магическая академия.

В Академии обучаются юноши и девушки – потомки Четырех Великих Семей Шехерлара, чьи предки породнились с драконами через кровный магический ритуал. Благодаря этому союзу члены Четырех Семей и их потомки обрели доступ к магии Перворожденных, а сами аджуры получили возможность брать в жены человеческих женщин и иметь от них детей.

Позднее потомки Четырех Семей породнились с другими аристократическими семьями, и сейчас в каждом представителе знати Шехерлара течет капелька драконьей крови.

В Этерии драконьей крови намного больше, чем капелька, отсюда и магическая сила, и высокая совместимость с кровью и магией крылатых Перворожденных. Так неужели выпускной бал станет для нее не лучшим праздником в жизни, а величайшим разочарованием?

От мрачных мыслей девушку отвлекает один из аджуров, прибывших в академию в поисках своей суженой.

– Позвольте пригласить вас на вальчик, прекрасная эира, – говорит он низким мелодичным голосом, подавая Этерии руку.

Что ж, наконец-то дошла очередь и до нее, Этерии Кьергор. Она уже устала томиться в ожидании у колонны вместе с тремя другими девушками, не имеющими взрослых родственников-мужчин: отцов, братьев, кузенов… Ведь, помимо самих аджуров, танцевать на балу с драконьими невестами имеют право только близкие родственники девушек.

Говорят, чужая, неродственная мужская энергетика может помешать аджуру почуять свою пару. По этой причине ни одна благородная эира не начнет встречаться и уж тем более не вступит в близкие отношения с соотечественниками, пока не закончит академию и не побывает на выпускном балу.

Впрочем, эире Этерии Кьергор надеяться на внимание наследников благородных семейств Шехерлара не приходится. Она теперь – сирота и бесприданница. У нее нет ни родственников, занимающих высокое положение, ни богатого наследства – ничего такого, что могло бы послужить процветанию рода супруга. Так что в рейтинге благородных невест королевства Шехерлар Этти занимает почетное первое место – если считать с конца.

Это для драконов не имеет значения ни богатство девушки, ни положение ее родни в высшем обществе. Аджуры смотрят только на реакцию своей второй ипостаси. Если дракон признал в эире свою Хас Исемле – аджур возьмет ее в жены, будь она хоть нищенка, хоть калека или уродина. Правда, среди тех, в ком течет хоть капля крови Перворожденных, некрасивых не бывает…

Этти – настоящая красавица: у нее хрупкая фигурка с тонкой талией и пышной грудью, большие выразительные глаза, иссиня-черные, словно ночное небо; нежная, гладкая белая кожа и густые темно-каштановые волосы. Красоту девушки не способны испортить ни скромное бальное платье, разошедшиеся швы и отпоровшиеся воланы которого Этти укрепляла собственноручно, ни поношенные бальные туфельки, которые, по счастью, не видны под ворохом длинных пышных юбок.

На шее Этерии Кьергор красуется тоненькая ниточка жемчугов – единственное украшение, которое ей удалось сохранить после того, как ее родители погибли, а сама девушка оказалась на грани нищеты, ведь внезапно ушедшие из жизни родители оставили столько долгов, что все их невеликое имущество ушло в уплату по распискам и закладным.

К счастью, на драконий бал благородные эиры имеют право надеть только самые скромные и не зачарованные украшения – опять-таки, чтобы не искажать свой магический фон. Так что догадаться о бедственном положении Этти по ее сегодняшнему наряду невозможно: платье сидит на ней идеально и выглядит как новенькое. Скромные жемчуга своим перламутровым сиянием оттеняют свежесть нежной кожи. Глаза горят надеждой, влажные губы, словно лепестки, слегка раскрыты в улыбке.

– Вы очаровательны, эира! – озвучивает свое искреннее восхищение аджур, который легко и уверенно кружит Этти в вихрях вальчика. – Могу я узнать ваше имя?

– Я – Этерия Дивина Кьергор, крылатый эр, – отвечает Этти и выжидательно смотрит в глаза партнеру: теперь его очередь представляться.

– А я – Алат Лендэвин Эйхордад, – отдает дань вежливости аджур. – Возможно, вам приходилось слышать о славных предках моего рода?

– Разумеется, – кивает Этти. – Сыны Грома прославились тем, что укротили один из самых мощных ураганов позапрошлого столетия, не допустив разрушения Шехерлара!

– Вы правы, эира Кьергор, – эр Эйхордад польщенно улыбается. – Одним из спасителей столицы вашего королевства был мой отец.

Этти легко скользит в объятиях мужчины по начищенному паркету, с кажущейся беспечностью поддерживает приятную светскую беседу, однако сердечко ее трепещет, едва не выскакивая из груди: ну же! Почувствуй меня, аджур! Неужели я – не Избранная, не твоя Хас Исемле?

Нет. Не его. Очередной тур вальчика заканчивается, и эр Эйхордад провожает Этерию к ее подругам, вежливо кланяется, прощаясь. Его улыбка полна сожаления:

– Благодарю за танец, эира Кьергор. Вы – чудесная собеседница и очень привлекательная девушка. Счастлив будет тот из моих братьев, кто обретет в вас свою Избранницу.

Эта прочувствованная речь означает, что магический зверь аджура не почуял в Этти свою половинку, не откликнулся на ее магию…

Этерия склоняется перед мужчиной в легком полупоклоне:

– Была рада знакомству с вами, эр Эйхордад…

На ее лице сохраняется улыбка, но кто бы знал, каких усилий это стоит самой девушке…

«Не сдавайся! Не смей впадать в отчаяние! – твердит себе она. – Тебе предстоит еще целых четырнадцать туров вальчика, любой из четырнадцати драконов, с которыми ты еще не танцевала, может оказаться твоим!»

Бал продолжается. Этти то танцует, то вновь ждет своей очереди у колонны, о которую чем дальше, тем больше ей хочется побиться головой, потому что ни четвертый, ни девятый, ни тринадцатый из аджуров не чувствует в ней своей пары. Осталось двое. Всего двое тех, с кем она еще не танцевала. И если ни один из них не станет ее мужем – для Этерии настанут тяжелые времена. Это богатые наследницы выйдут счастливо замуж либо откроют свое дело по купленной для них родителями лицензии – и на родительские средства.

У Этерии после бала останется только один путь – в КМС: королевскую магическую службу. Контракт сроком на десять лет, тяжелый, выматывающий и не слишком щедро оплачиваемый труд. Единственный труд, который не считается непристойным для эров и эйр, имеющих благородное происхождение и магию, родственную силе Перворожденных.

Если повезет, то за десять лет девушка сумеет накопить средств на лицензию и на аренду офиса в одном из магических центров. Может, даже выйдет замуж за такого же пробивающегося собственными силами эра из небогатого, но знатного рода. Так было с ее родителями. И ей, Этерии, видимо, предстоит повторить их судьбу.

От мрачных мыслей эиру Кьергор отвлекает приятный бархатистый баритон:

– Сегодня такой восхитительный вечер, прекрасная эира! А вы выглядите такой печальной… Позволите мне попытаться развеять вашу тоску?

Четырнадцатый по счету аджур стоит перед Этти и протягивает ей свою широкую ладонь с длинными красивыми пальцами.

– Благодарю вас, эр… – девушка вкладывает маленькие нежные пальчики в крепкую мужскую руку и вместе с ним выходит в центр зала.

Раздаются вступительные такты нового вальчика. Самого любимого. Музыка подхватывает, кружит, уносит аджура и его партнершу в другой мир – гармоничный, совершенный, вдохновенный.

От прикосновения горячей кожи аджура по руке Этерии разбегаются колкие мурашки. От взгляда драконьих глаз с вертикальными зрачками захватывает дыхание. Сам мужчина тоже молчит, лишь напряженно всматривается в лицо девушки. Его дыхание сбивается, становится взволнованным. Он внезапно вплотную прижимает гибкий девичий стан к своему мощному торсу, твердость которого ощутима даже через плотную ткань фрака.

– Мой зверь восхищен вами, эира! – выдыхает мужчина. На его лбу, над бровями, проступают, наливаются голубовато-белым сиянием перламутровые чешуйки, напоминающие жемчуга, которые красуются на шее Этерии. – Как звать вас, дитя?

– Эира Этерия Дивина Кьергор, – с трудом проталкивая звуки через пересохшее от волнения горло, сообщает Этти.

Ее не смущает обращение «дитя»: аджур старше ее минимум на три десятка лет, для него она и в самом деле еще очень молода. Но это – нормально. Драконы достигают брачного возраста только к тридцати годам, и потом еще двадцать пять лет могут ждать встречи со своей парой.

– Я – Бойггарн Диффок, – представляется мужчина.

Чешуйки над его бровями мерцают, словно усталые светлячки: матово, неярко. Это может означать все, а может – ничего. Обычно при первой встрече аджура с его Хас Исемле сияние выглядит куда более ярким и уверенным.

Тем не менее, эр Диффок взволнован – может быть, даже больше, чем сама Этерия:

– Признаюсь, эира Кьергор, мой дракон еще ни разу не проявлял интереса к девушкам. Вы пока единственная, кому удалось зажечь в нем огонек симпатии.

Такое тоже случается: от старших подруг Этти слышала, что иногда аджуры находят свою пару чуть не в последние дни двадцатипятилетнего срока, в течение которых дракон еще способен принять женскую энергию. Иногда, крайне редко, аджуры так и остаются неженатыми одиночками – без семьи, без потомства. Для их народа это считается трагедией. Впрочем, разве у людей как-то иначе?

– Эира Кьергор, вы, похоже, очень мечтательная девушка, – возвращает Этерию в реальность голос партнера.

– О! Простите! Я не должна была… – девушке и в самом деле стыдно за то, что она погрузилась в воспоминания, в то время как все внимание партнера сосредоточено на ней.

– Не нужно извиняться, – аджур улыбается, но Этти чувствует, как он напряжен. – Это моя вина – я не развлекаю вас беседой и, наверное, кажусь вам мрачным и неинтересным… Но всему виной мое радостное удивление. Надеюсь, вы простите меня, эира Кьергор?

– Тогда давайте простим друг друга, эр Диффок, и забудем об этом неловком моменте, – предлагает Этти.

– Давайте, – с облегчением вздыхает и улыбается мужчина. Он, наконец, находит силы взять себя в руки и предлагает тему для милой необременительной светской беседы.

Завершив тур, он провожает Этерию к краю зала, пользуясь небольшой паузой между турами, приносит ей и ее подруге по стакану прохладного лимонада и все время, пока не раздаются звуки нового танца, остается подле своей новой знакомой.

Этти сияет улыбкой, светится всем лицом – она уже почти счастлива, почти поверила, что чудо произошло, и эр Диффок распознал в ней свою избранницу. Тем не менее, он обязан потанцевать с пятью другими выпускницами академии, а Этерии предстоит еще один тур вальчика с последним из пятнадцати аджуров, прибывших на бал.

Пятнадцатый из драконов предстает перед Этерией так внезапно, словно соткался из воздуха. Над его бровями уже сияют нежно-алым цветом чешуйки, и девушка понимает: аджур только что оставил ради традиции танцевать со всеми без исключения выпускницами ту, которая станет его Хас Исемле. Ей, Этерии Кьергор, в данном случае надеяться не на что.

Этти устала, но наверняка не так, как аджуры, которым пришлось танцевать сорок девять туров вальчика практически без отдыха. Если бы не надежда на эра Диффока, девушка, наверное, не нашла бы в себе сил снова переставлять ноги, мило улыбаться и поддерживать незначительный разговор с драконом, который никогда не станет ее мужем.

Кружась в объятиях чужого жениха, Этерия невольно оглядывается, ищет взглядом своего предыдущего партнера в надежде поймать его теплую одобрительную улыбку. А когда находит – с трудом удерживается от отчаянного гневного крика: чешуйки над бровями эра Диффока светятся так, что больно глазам, а сам он завороженно и безотрывно смотрит на эиру Хеллу Бойрхет.

«Вот и все, – гудит набатом в голове Этти. – Не бывать тебе женой дракона. Не видать Драконьего леса».

Едва дождавшись последнего такта вальчика, девушка выдергивает руку из ладони пятнадцатого за вечер партнера и опрометью бросается прочь из бального зала – лишь бы скрыться, лишь бы не показать окружающим слезы горя и отчаяния, ведь это будет проявлением непозволительной для знатной девицы слабости.