Измена

Новая проблема свалилась оттуда, откуда не ждали. Заявление в полицию от некой силиконовой барышни. Та утверждала, что в ночь с такого-то на такое-то Ян Чонин, более известный как Ай Эн, мембер популярной корейской группы Stray Kids, познакомился с ней в московском ночном клубе, где оба выпили по паре бокалов вина. По утверждению девушки, музыкант подсыпал ей в напиток снотворное, так как, выпив, она сразу же почувствовала головокружение и сонливость. Ещё не понимая, что подверглась воздействию препарата, она согласилась, чтобы молодой человек подвёз её на такси до дома. По пути барышня уснула, а когда проснулась, находилась не дома, а в незнакомом месте, похожем на гостиницу. Как утверждала молодая особа, Ян Чонин избил её и изнасиловал в грубой форме, после чего бросил на месте преступления и скрылся.

Всё вышеизложенное Кавахара-сан зачитывал своему другу Акире, приехавшему на пару дней в гости — повидать старинного приятеля и его супругу. Руки дрожали, голос срывался, а волосы, казалось, встали дыбом везде, где только могли быть у аккуратного современного мужчины.

— Слушай, Ичиро. Ты же не думаешь, что Ай Эн сбрендил настолько, чтобы насиловать пьяных девок? Зачем ему это надо-то? Фанатки и так к его ногам падают! Хоть здесь, хоть на родине! Выбирай любую! — сделал робкую попытку разрядить обстановку Акира.

— Я даже не знаю, что подумать! Если ничего не было, то почему эта дамочка так уверенно пишет, что это именно Ян? Какой в этом смысл?

— Ну, не знаю. Может, она его охмурить пыталась, а он отказал? Ты же знаешь, что он малость того?

— Чего «того»? — не понял Кавахара.

— Вот это да, друг! Как можно работать с музыкантами и не знать кое-какие подробности о них?

Кавахара отложил ненавистные листы и злобно уставился на друга.

— Думаешь, мне проблем не хватает? Если знаешь что-то, то говори! А если тебе охота просто потрепаться, то иди ты к чёрту! У меня и так дел навалом.

Акира вальяжно откинулся в кресле и внимательно посмотрел на друга.

— Все твои проблемы, Кавахара-сан, из-за вспыльчивости…

— Я сказал: ближе к делу, Акира-сан, или проваливай к чертям!

Гость усмехнулся и уселся поудобнее.

— Насколько я мог понять, дорогой мой друг, Ян Чонин терпеть не может физический контакт. Как по мне, это на аутизм смахивает. Он выступления и репетиции еле выдерживает, а уж никто из посторонних и вовсе не может к нему приблизится. Не замечал, как скизы офигевают от того, что девчонка твоя так к парню близка? Никого не подпускает, а Микки всегда рядом вьётся…

Кавахара исподлобья посмотрел на визитёра.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Да ничего такого! — поднял ладони в примирительном жесте Акира, — Микки-тян вообще особенная, к каждому подход найдёт…

Кавахара застонал и свалился в соседнее кресло. Терпеть издёвки друга в подобной ситуации сил не было совершенно. Конечно, ничего такого Акира не мог иметь в виду. Репутация Микки была и есть безупречна. Но мужчину терзал другой факт: в последнюю поездку в Москву, куда он должен был сопровождать скизов, вместо себя он отправил… жену! Зачем? Сейчас уже он и сам не мог ответить себе на этот вопрос. Маруся была всяко ближе с парнями — такая же живая, непоседливая, общительная. И при этом понимающая и тактичная, всегда знающая меру всему. Она наредкость быстро сблизилась с музыкантами и понимала их с полуслова, несмотря на трудности с языком.

В поездке Кавахаре отводилась роль стороннего наблюдателя, не больше. Фирма отца выступала официальным спонсором гастрольного тура ребят в России — ему надо было лишь присутствовать рядом. Но в отличие от жены, Ичиро эта суета тяготила и вводила в уныние. Поэтому и родилась у него такая нелепая идея. Отношения с Феликсом уже давно были выяснены, надёжный Хёнджин рядом. Оба клятвенно заверили и Ичиро, и своё руководство, что глаз с девушки не спустят.

И, видимо, так усердно следили за подругой, что упустили из виду своего же мембера.

Кавахара так задумался, что не заметил, как Акира вышел из комнаты. Из транса мужчину вывел звонок мобильника. На заставке светилась фотография Микки . В это время она должна была быть на занятиях в универе, куда успешно поступила летом, и внеплановый звонок ничего хорошего не предвещал. Уже предчувствуя очередной виток мучений, Ичиро ответил. Маруся затараторила в трубку, явно чем-то взволнованная.

— Ичиро! Тут приехали из полиции. Хотят, чтобы я дала показания по поводу Чонина…

Показания? Ну конечно же! Маруся теперь тоже свидетель. Кавахара ещё раз обругал себя последними словами. Но почему жену решили допросить на месте? Разве не должны её вызвать в участок для официальной дачи показаний, если дело заведено? Да и вообще… В наше время всё решает на раз-два генетическая экспертиза. Если насильник оставил «биологический материал», то проверить, Ян это или нет, не составит труда.

В общем, вопросы множились, не находя ответа.

Кавахара спешно накинул куртку, выбежал из квартиры. Столкнувшись в подъезде с Акирой бросил ему: «Поехали!» — и не объясняя больше ничего, сел в машину и направился в университет.

К немалому удивлению обоих мужчин, в универе уже были все мемберы и кое-кто из руководства. Оставалось загадкой, как такую толпу народа пропустили на территорию, но факт был на лицо: бледная и испуганная Маруся сидела в деканате в окружении музыкантов. А неподалёку, но подчёркнуто в стороне от них стоял мужчина в полицейской форме. Его отстранённость и недобрая ухмылка Кавахаре сразу не понравились.

После быстрого знакомства Ичиро напрямую задал интересующий его вопрос: почему решили допросить его супругу? И почему не в полицейском участке, а здесь, в универе? К тому же, не поставив в известность мужа. Полицейский с каким-то вызовом парировал:

— Так ведь это пока не допрос, а просто разговор по душам. Супруге вашей, насколько я знаю, уже есть восемнадцать, так что в представителе она не нуждается, и опросить её можно, не сообщая третьим лицам. К тому же, да будет вам известно, товарищ Кавахара, моим московским коллегам Мария Сергеевна рассказала, что всю ночь была вместе с подозреваемым.

Маруся охнула и побледнела. Ичиро внимательно посмотрел на супругу. Полицейский продолжил:

— Видите ли, Мария Сергеевна уже не ребёнок — как-никак замужняя женщина! — и должна бы знать, что дача ложных показаний — уголовное преступление!

— С чего вы взяли, что это ложные показания? Может, сперва уточните?

— Вот для этого я здесь. Мария Сергеевна, где вы были в ночь с… на… ?

Маруся посмотрела на мужа, потом на Чонина, вздохнула и ответила:

— Этой ночью мы с Яном Чонином были в номере отеля, где останавливались все музыканты и стаф. Утром и вечером нас видели у стойки регистрации, это подтвердили администраторы.

— И молодой человек никуда ночью не отлучался?

— Нет, мы провели вместе всю ночь.

При этих словах девушки Ай Эн, встал, поклонился Кавахаре (видимо, в знак извинения) и так и застыл.

Полицейский сощурился и растянул губы в очередной ухмылке, став похожим на обезьяну. Чуть растягивая слова, он произнёс:

— И чем же вы занимались?

Маруся посмотрела ещё раз на мужа, обвела взглядом всех ребят, остановила взгляд на самом молодом мембере.

— Понятное дело, трахались!

Полицейский расплылся в удовлетворённой улыбке. Все мемберы, как по команде, обступили Чонина и застыли в поклоне перед японцем. Маруся медленно встала со своего места, повернулась к мужу и сделала то же самое.

Акира с трудом подавил нервный смешок, шепнув на ухо другу, предусмотрительно на япоском:

— Что они вытворяют?

— Импровизируют. Как ты когда-то советовал, — так же шёпотом ответил Кавахара, медленно вставая со своего места.

Ситуация складывалась наитупейшая. Мужчина прекрасно понимал, что жена блефует, ни с кем она не спала. Пытается выгородить Чонина? Неужто он и впрямь насильник?

Видимо, истолковав затянувшееся молчание по-своему, все скизы упали на колени, склонив голову и положив ладони на пол перед собой. Маруся посмотрела на друзей, всхлипнула и… жестом фокусника вынула из рукава небольшой кинжал. После чего, не поднимая глаз, подошла к мужу, с поклоном протянула ему оружие и отошла на прежнее место.

Кавахара медленно, словно в замедленной съёмке, вынул кинжал из ножен и посмотрел на лезвие, встретившись глазами со своим отражением. К этому моменту и без того гнетущая обстановка накалилась до предела. Маруся плакала. Скизы тоже. Секретарь благоразумно отошла к выходу из кабинета, не обратив ни малейшего внимания на вопрос своего начальника:

— Интересно, а харакири будет?

Кавахара процедил что-то сквозь зубы, посмотрел в упор на Чонина, потом заметно побледнел и так же медленно, как до этого вынимал кинжал, начал оседать на пол.

***

Когда японец потерял сознание и упал, его друг успел отреагировать и забрал оружие. Парни-музыканты о чём-то оживлённо шептались. Испуганная Маруся сидела на полу возле мужа и рыдала.

— Я так понимаю, весь этот спектакль был разыгран для уважаемой полиции? Актёры могут быть свободны — блюститель правопорядка уже вышёл. Сказал, что подождёт у гардероба.

Декан стоял возле странной парочки и не мог сдержать улыбку. На вопрос секретарши — что это такое было? — он коротко ответил: «Отсебятина!»

Кавахара-сан как ни в чём ни бывало встал, отряхнулся, снова окинул взглядом собравшихся подопечных и по-деловому коротко скомандовал: «Идём!» Он поблагодарил декана, принёс ему свои искренние извинения за доставленные неудобства и вышел.

***

Когда друг шепнул: «Теперь твой ход, приятель!» — на японском, видимо, рассчитывая, что недалёкий полицейский его не поймёт, Акира внутренне подобрался и стал ждать. Увидев, как Кавахара картинно закатил глаза и словно средневековая барышня в полуразвороте шлёпнулся на пол — якобы в обморок — сразу же подбежал, изобразив крайнее волнение, граничащее с испугом, но не забыл первым делом «обезоружить» ревнивого самурая, как говорится, от греха подальше.

Через несколько минут к ним подошёл декан и что-то сказал по-русски. После этого Кавахара приоткрыл один глаз и спросил — всё так же по-японски:

— Этот дурак убрался?

Акира кивнул. Ичиро встал и коротко позвал всех следовать за ним. Музыканты, находившиеся всё время рядом, переглянулись. По их вытянутым лицам было понятно, что, в отличие от их предводителя, сами они не играют, принимая происходящее за чистую монету. Акира усмехнулся:

— Ну ты даёшь, Кавахара! Такой актёр пропадает! Я уже сто раз пожалел, что не согласился тогда, чтобы ты снимался. И откуда у неё танто?

— Свадебный подарок.

— Твой что ли? - Кавахара кивнул, — Ты ей на годовщину автомат Калашникова подари! Знаешь, Ичиро, нормальные мужья жёнам бриллианты дарят, и только Кавахара-сан додумался вручить любимой самурайский кинжал. Мне кажется, или ты сам провоцируешь все эти странные события в твоей жизни?

Но последний вопрос так и остался без ответа.

Сперва надо было разобраться с полицейским. Он, как и сказал, ждал у гардероба. Кавахара жестом остановил ребят и один подошёл к скучающему мужчине.

— Я так понимаю, вопрос исчерпан? Или вы ещё что-то хотите узнать у моей жены?

— И что же, вас совсем не интересует, чем они там занимались вдвоём?

— Уважаемый… Кажется, вы получили ответ. Супружеская измена, насколько я знаю российские законы, не является уголовно наказуемым преступлением. Мы решим этот вопрос в частном порядке с женой. Что же касается вашего дела, советую искать лучше — вы явно не на верном пути.

— Это ещё как сказать… — полицейский протянул японцу листок, — Видите? Это результаты экспертизы. Преступник был в презервативе, никаких следов не оставил.

— Предусмотрительно…

— То-то и оно. Выходит, слова потерпевшей против слов вашей жены. Других зацепок пока нет.

Кавахара вернул листок полицейскому и сухо попрощался.

***

Если всё услышанное правда, то парень влип. Марусе полиция явно не верит — нужны ещё свидетели. Но этим пусть занимаются следователи и адвокаты скизов. Кавахаре были интересны совсем другие вопросы.

Для начала он хотел поговорить с неугомонной парочкой — Хёнджином и, будь он неладен, Феликсом. Их он выловил ещё возле универа. Парни собрались стайкой вокруг Чонина и Микки с такими лицами, словно участвовали в траурной процессии. Увидев японца, девушку и младшего мембера оттеснили назад.

— Кавахара-сан! — Банчан отвесил очередной поклон, — Думаю, нам надо поговорить спокойно и лучше не здесь.

— Чан! — Кавахара махнул рукой. — Я же не совсем дурак. Мне достаточно посмотреть на Микки, чтобы точно знать, правду она говорит или нет. Этому уроду она сказала то, что тот очень хотел услышать. Сам же видел его физиономию! Можно мне Хёнджина с Феликсом на минутку?

Отойдя на некоторое расстояние от остальных, Кавахара, наконец, дал волю эмоциям.

— Мы договаривались, что вы будете присматривать за Микки! Она должна была находиться всё время с вами! Каким образом она оказалась с Чонином? Что у вас там происходит?

Хёнджин хотел что-то сказать, но Феликс его опередил.

— Кавахара-сан! Я считаю, что мы выполнили условия договора на все сто! Микки всё время была рядом. Но она весь день до злополучной ночи общалась практически только с Ай Эном. — парни переглянулись, — Она была грустная, неразговорчивая. Заметив это, я спросил, что стряслось. Микки-тян ответила, что всё в порядке. И вечером тоже. Она осталась с Яном. Мы с Хёнджином собирались сходить в клуб, он сказал, что всё под контролем, мы можем идти. Вот и всё. А на следующий день уже явились полицейские.

Хёнджин, который всё время топтался рядом в нетерпении, добавил:

— Если честно, в клубе мы видели ту девушку. Ну, пострадавшую. И парня. Мы и сами думали, что это Ян — похож как брат-близнец! Позвонили в отель уточнить. Чонин был там, с Марусей. Она, кажется, плакала…

Если одна часть головоломки потихоньку складывалась, причём весьма удачно для подозреваемого, то другая, наоборот, рассыпалась. Что могло стрястись у Чонина с Марусей?

Первое напряжение спало, и вся многочисленная компания отправилась домой к супругам Кавахара — пить чай, складывать остатки пазла и успокаиваться. Уже перед подъездом дома Ичиро поймал жену и Чонина.

— Рассказывайте, конспираторы!

Маруся, которая всю дорогу всхлипывала, разрыдалась снова.

— Ичиро! Прости меня!

Кавахара-сан обнял жену и прижал к себе. Мужчина чувствовал, что любимая переживает, но не понимал, почему. Из-за глупости, которую сморозила на эмоциях?

— Микки-тян! Всё в порядке, расскажи. — Ян впервые за всё это время нарушил молчание.

Маруся подняла на мужа зарёванное лицо.

— Ичиро! Я беременна!

— Беременна? Это правда?

— Угу.

Микки спрятала лицо на груди мужа и заревела ещё сильнее. Ичиро чувствовал, словно внутри всё перевернулось. Ребёнок! Его малыш! Неужели он будет папой? Мужчина опустился на колени перед женой, взял в руки её холодные от страха ладошки и целовал их, не в силах выразить своё состояние словами.

— Микки-тян! Так это же хорошо! Такое счастье! Почему же ты плачешь?

Девушка пожала плечами, посмотрела на мужа, потом на друга.

— Всё так неожиданно! Мне страшно, Ичиро! Я только начала учиться, первый курс! И я совсем не представляю себя мамой… И ещё… Я думала, что мы вместе узнаем эту новость! Вместе пойдём к врачу! Что ты будешь первым, кто разделит мою радость. А получилось всё наоборот…

Уже дома, за чашкой чая с бергамотом и тортиком Тирамису, любимым лакомством Микки, Ян Чонин рассказал о случившемся. Так, как воспринял ситуацию он сам. Ещё накануне злополучной ночи он заметил, что Маруся погрустнела — не такая живая и улыбчивая, как раньше. За завтраком клевала носом, почти не ела. И как-то быстро убежала. Он решил спросить у подруги, что случилось, а узнав о плохом самочувствии, предположил — на самом деле, первое, что пришло в голову! — что Маруся беременна. За тестом тоже пошли вместе: одна Микки наотрез отказалась. Страшно. И когда Маруся вышла из ванной, по одному её виду молодой человек сразу всё понял.

Ночь они и впрямь провели вместе, выпроводив Феликса с Хёнджином в клуб. Ян предлагал позвонить Кавахаре сразу, но Микки сказала, что такие новости надо сообщать лично, а не по телефону. Будущая мамочка не спала, переваривая свалившуюся новость и примеряя на себя новую роль, такую неизведанную и пугающую! А Ян Чонин не мог оставить подругу одну.

Утром оба заговорщика успели наведаться в частную клинику и подтвердить интересное положение Микки. А через пару часов явились полицейские.

Кавахара-сан полностью успокоился и не мог скрыть довольную улыбку. Конечно, всё произошло немного спонтанно, но ведь они женаты, и Марусе уже восемнадцать. Они справятся! Жена доучится — в наше время это вообще не проблема. Что касается странного заявления на Чонина, то, учитывая показания Микки и звонок скизов, и здесь проблем возникнуть не должно.