Изольда Петровна отличалась хрупким здоровьем и слабой телесной конституцией. Потому уроки физической культуры в школе давались ей нелегко. Пытка начиналась с девчачьей раздевалки, где порой приходилось поджимать пальцы ног, чтобы не оконфузиться из-за дырок на носках и колготках. А с приходом пубертатного периода между особями женского пола началось негласное сравнение скорости проявления вторичных половых признаков. Чтобы не ударить в грязь лицом, надо было одной из первых начать носить лифчик, даже если в него еще нечего было прятать.

Спустившись из раздевалки в полуподвальный, а оттого всегда холодный, неуютный зал, начинающие спортсмены строились в шеренгу, где Изольда (тогда еще не Петровна, а просто Зола - так ёмко ее окрестили одноклассники) занимала одно из последних мест из-за низкорослости. Потом шеренга начинала однообразный, изматывающий бег по кругу. Голова шеренги, состоявшая из крепких высоких мальчиков с хулиганскими наклонностями, часто заходила на второй круг быстрее, чем слабосильный хвост из заморышей успевал проковылять первый. При обгоне голова слегка поддавала хвосту пендалей, чтоб не отставал.

Но это еще куда ни шло - плетешься себе в хвосте и плетешься, уворачиваясь от пендалей, а вот когда наступало время упражнений - вот тогда начинался настоящий мрак. Изольде Петровне так и не удалось научиться скакать на скакалке - противный резиновый шнур упорно путался под ногами. Мячи выскальзывали из рук и отскакивали в другую сторону, когда она пыталась их поймать. На турнике Изольда просто висела мешком, и то секунд пять - больше слабые руки-палочки не выдерживали. Во время упражнений на пресс она никак не могла сесть из положения лежа без помощи рук - тянулась, тянулась подбородком вверх, но в итоге валилась обратно на спину с тупой болью в животе.

Но особенным испытанием были упражнения, которые все делали не одновременно, а по очереди, то есть стадо наблюдало за успехами и неудачами каждого в отдельности. Холодок по коже у Изольды Петровны вызывало сооружение из двух высоких палок, между которыми была довольно низко протянута веревка. Нужно было, разбежавшись, перепрыгнуть через веревку боком, причем особым, "стригущим" образом - перекинуть сначала одну прямую ногу, потом другую. Изольда Петровна, конечно, зацепилась ногами за веревку и шмякнулась на радость одноклассникам. Впрочем, она утешила себя тем, что в реальной жизни она никогда не стала бы преодолевать небольшое препятствие таким неестественным образом, а просто перешагнула бы его.

И все-таки это была ерунда по сравнению с жутким снарядом под названием "козел". Первое, что изумило Изольду Петровну - это название. На козла эта тумбочка на ножках ну никак не смахивала. Перед тумбочкой стоял небольшой мостик, а за ней лежал мат. Когда учительница физкультуры продемонстрировала, что именно надо делать, Изольда Петровна пришла в тихий ужас.

Надо было, разбежавшись, оттолкнуться от пружинистого мостика, опереться руками на тумбочку, и, каким-то совершенно неприличным образом раскинув ноги, перелететь через нее.

Разум Изольды Петровны не понимал, где бы ее тело потом могло применить столь странное движение, и потому сразу отказался от попыток его освоить.

С чувством человека, идущего на расстрел, она подошла к стартовой точке, откуда начинался разбег. "Падунько, пошла!" - крикнула учительница. Изольда Петровна медленно побежала. Вскочила на мостик, положила руки на козла для опоры. Сделала несколько подпрыгивающих движений на мостике и... всё. "Давай прыгай через него, дура!" - крикнул кто-то из толпы, но Изольда Петровна не могла этого сделать. Она смотрела на свои руки, лежащие на потных следах ладошек предыдущих прыгунов, на обшарпанный дерматин козла, на облупившуюся краску на его толстых ногах и просто не могла заставить себя сделать это страшное движение вперед. Она сошла с дистанции и вернулась обратно в конец строя под улюлюканье одноклассников.

Учительница, пытавшаяся сохранять баланс между тем, чтобы быть доброй даже к лузерам, но при этом все-таки попытаться хоть чему-то их научить, решила дать Изольде Петровне еще шанс, и даже не один. Снова и снова Изольда Петровна разбегалась, с каждым разом все смелее, но в итоге опять зависала на стадии подпрыгивания на мостике. Прыгать на нем было довольно приятно - за счет пружины прыжки получались высокими и легкими. Но дальше дело не шло.

Когда даже одноклассникам уже надоело дразнить её, а учительница, наоборот, начала терять терпение и покраснела от злобы из-за педагогического провала, Изольда Петровна, сама не поняв как, все-таки сделала какое-то нелепое подобие прыжка через козла.

Она не то что перелетела через него, скорее переползла. Прыгнула недостаточно высоко, проехалась пятой точкой по дерматину и скатилась вниз, при этом больно ударившись головой о металлическую ногу.

Это фееричное выступление вызвало у одноклассников новый приступ восторга, а учительница явно испытала облегчение, когда наконец прозвенел звонок.

Больше Изольда Петровна через козла не прыгала, а учительница и не настаивала.

Правда, во взрослом возрасте Изольде Петровне все-таки пришлось освоить прыжки через козлов. Изольда Петровна сначала радостно перед ними прыгала, потом прыгала уже не так радостно, а потом понимала, что придется через них перепрыгнуть и бежать дальше, каким бы страшным вначале это ни казалось.

Но это уже совершенно другая история.

Загрузка...