Извозчик

— Капитан, объясните, что происходит. Мы поменяли курс и летим к Эн-Би-40. — Профессор не сказать, что был взволнован, но явно пытался нащупать почву под ногами. — Может, пора собрать совет? В полном составе.
— Маркос, вы, конечно, уважаемый ученый, но ничего не смыслите в космических перелетах. Нас преследуют пираты. И их корабль заметно быстрее нашей «Бегонии». Если мы не зайдем в зону гравитации, мы не сможем эффективно стрелять. А в вакууме, где вес не важен, мы к тому же, можем подстрелить сами себя.
— А пираты не могут? Вы же и им открываете возможности и для обстрела, и для абордажа.
— Они не будут стрелять, профессор, им нужен груз, корабль или пленные. А лучше все вместе.
— Откуда вы можете знать, что они хотят? Может они покушаются, на членов нашей фракции?
— Сомневаюсь. Что вы от меня хотите, профессор? Чтобы я летел прямо, не останавливаясь? Тогда нас просто возьмут на абордаж, когда догонят. Это им и нужно. — Капитан сдул с плеча профессора невидимую пылинку и дружески улыбнулся.
— Я поражаюсь вашему спокойствию, капитан. Мы же в тяжелой ситуации, можно сказать критической. Я бужу членов совета. Необходимо разобраться, как нас обнаружили, кто преследователи. И вообще понять, откуда растут ноги у этой проблемы.
— Хм. Маркос, мы как раз окажемся именно в той точке, откуда растут ноги, если не зайдем в гравитационное поле Эн-Би-40. Понимаете, о чем я? — Капитан Джейли демонстративно отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
— Ну всё, я бужу совет. — Маркос в задумчивости вышел из рубки.

Совет собрался в малом зале, в котором специально включили искусственную гравитацию, несмотря на возражения капитана. Двенадцать членов совета расположились за круглым столом.
Председатель начал без предисловий:
— Итак, господа, у нас проблемы. Нас преследуют пираты. Капитан совершил маневр, отклонился от утвержденного курса и хочет зайти в зону гравитации планеты, якобы для более эффективной стрельбы.
Послышались возмущенные перешептывания. Советник Куро Го вывалил на стол еще четыре щупальца из своих восьми:
— Почему нас сразу не разбудили? Профессор Маркос? Это стратегическое решение. Почему простой водитель берет на себя управленческие функции? Возмутительно.
Шум усилился, послышались возгласы:
— Поддерживаю.
Председатель поднял ладонь, требуя тишины, и продолжил:
— Господа, давайте действовать в конструктивном русле. Мы не на Верховном Сборе, и тут все свои. Предлагаю говорить кратко и по делу. Без этих сентенций про глубокую озабоченность. Опасность реальна.
— А какие у нас есть варианты? — с места спросила леди Антика. — Что мы можем вообще? Кто-нибудь разбирается в военных действиях и всей этой стрельбе?
С места поднялся старший полковник наземных сил Блитц:
— Могу сказать, что повышение эффективности стрельбы зависит от точности оружия, его мощи и видимости цели. Я бы развернул наш корабль прямо сейчас, подождал сближения и дал залп из всех бортовых орудий.
— Правильно, мы даже скорость не потеряем, развернувшись: в вакууме нет сопротивления. Мы можем спокойно лететь боевым бортом к противнику.
— Но при залпе нас дернет в сторону цели. У нас же центрифужные катапульты, а не ствольная артиллерия и не ракеты. Импульс уйдет туда же, куда и снаряд. Мы теряем при залпе темп. Когда происходит залп, корабль резко теряет скорость. Это как при метании копья. Отдачи нет, а наоборот, инерция идет в сторону цели.
— Я, кажется, понял, зачем ему гравитация. Он хочет затруднить пиратам маневр уклона. Когда мы выстрелим, скорость упадет, зато больше шансов уничтожить противника. — произнес Куро Го. — Хотя всё равно надо было посоветоваться с нами. Мы всегда открыты для разумных доводов.
— Секунду, господа. Осуществлять все эти маневры и тем более стрельбу мы можем только, если объявим боевое положение. И тогда все рычаги управления перейдут к капитану. Я верно понимаю? — леди Антика показала ладонь с экраном, на котором красовалась выдержка из Уложения ОП.
— Абсолютно. Это один из пунктов Общегалактического Права. В случае боевых действий в космосе власть переходит к капитану корабля, и он назначается диктатором. На 6 месяцев полета. Это древняя норма, используется еще с Первых войн. — поддержал её сидевший рядом юрист.
— А вот это мне уже совсем не нравится. Даже очень. Мы будем подчиняться извозчику? — Куро Го посмотрел на председателя.
— Сделаем иначе: боевой режим вводить не будем. Прикажем капитану то, что он и придумал. Но это уже будет не его задумка, а наш приказ. — предложил один из членов совета.
Присутствующие оживились, посыпались реплики:
— Он не согласится. Без боевого режима совсем иные правила. Оплата, все виды страховок. Жизни экипажа, груз, корабль.
— А кстати, сколько у нас экипажа, численность?
— Семь человек плюс роботы. Сколько роботов, не знаю.
— Господа, вы не о том думаете. Может, свяжемся с пиратами и откупимся? Отдадим часть груза. Они же не за нами гоняются, — юрист засмеялся. — Кому мы нужны? Кто эти пираты, кстати? Эолийцы, ифферийцы или калидяне? Предлагаю попробовать это направление, тогда и стрелять не придется.
— Вы в своем уме? Мы создадим прецедент. Это какой резонанс будет. Члены Верховного Сбора вообще не смогут путешествовать. Вся шваль Среднего кольца, откроет охоту. А нашу фракцию сожрут. Нет, нет и нет. — Председатель отмахнулся.
— Мне какое дело, до остальных, я путешествовать не собираюсь.
Члены совета осуждающе посмотрели на юриста, будто он перепутал столовые приборы на Большом приеме у Королевы. Юрист стушевался и погрузился в изучение Уложения ОП.
Снова возобновился обмен мнениями:
— Далеко они? Может, вызвать подмогу?
— Сколько у нас времени на раздумья?
— Несколько часов. Скоро войдем в гравитационное поле планеты. Затем маневр, наведение, выстрел.
— Шансы?
— Пятьдесят на пятьдесят. От умения пиратов зависит. Может, еще меньше.
— А без гравитации?
— Пять на девяносто пять, не в нашу пользу.
— Не знаю, как остальным, но мне моя жизнь дорога. Кому мы нужны, говорите? В том и беда. Нас или в рабство продадут, или просто выбросят за борт, как ненужный балласт. Даже нет. Как балласт, который потребляет ценные ресурсы. Вот так. — Куро Го убрал все щупальца со стола.
Леди Антика взяла слово:
— Все верно, пусть капитан разруливает. Дадим ему диктаторство. Это же просто право. Не совсем материальная ценность. И не надо ни с кем договариваться. Через шесть месяцев отзовем. Зато вся ответственность на нем. Он за все будет отвечать. Наше дело просто наблюдать и фиксировать… его неверные шаги.
— Есть еще соображения? Нет. Тогда голосование через 10 минут. — Председатель активировал интерфейс голосования на своей панели и замер в позе мыслителя, только вместо камня под ним находилось удобное кресло.

Профессор зашел в рубку. Теперь, когда груз ответственности перекочевал с его плеч в зал совета, он выглядел гораздо увереннее. Подойдя к капитану, он, смахнув невидимую пылинку с плеча его кителя, произнес:
— Капитан, у меня для вас прекрасные новости. Совет одобрил ваше назначение на должность боевого офицера. Теперь вы не просто перевозчик, а военный на службе совета. Ваш план по отражению нападения утвержден.
— Ну, я и предполагал нечто подобное. То есть вы отказали мне в диктатуре, а просто назначили крайним. Без полномочий и страховок. Иного и не ожидал от вас. А вы знаете: кто нарушает закон, тот теряет легитимность? Слышали о подобном?
Профессор вздохнул:
— Капитан, давайте без этого всего… пафоса. Вы же взрослый человек. У нас ситуация.
Зачем вам диктатура на 6 месяцев? Один удачный выстрел — и всё. Совет отправится в анабиоз, а мы спокойно продолжим полет. И снова будем играть в шахматы после вашей смены.
— Профессор, моя смена длится весь полет. Есть часы отдыха, но ответственности они с меня не снимают. Кого вы назначили командующим? Думаю, старшего полковника Блитца?
— Да, он военный, с опытом.
— Да, сухопутный опыт просиживания штанов в штабах.
— Ну, вы не правы. Он начинал с морского десанта, между прочим. И участвовал в конфликте при Саракоре. Так что не возражайте и примите присягу. Совет вас ждет. Идемте.
— Идемте, профессор, я уже вижу морскую пучину за кормой.

Командный пост корабля, бывшая рубка. Главком Блитц внимательно изучал монитор с данными давления и влажностью в биоотсеке. Никто из команды и не думал подсказать ему, что статус орудий совсем на другом мониторе.
— Капитан Джейли, доложите о готовности к залпу.
— Все орудия к залпу готовы. Три заряда. Корабль ориентирован верно. Но предлагаю залпом не стрелять.
— Почему?
— Мы сильно потеряем в скорости, и в случае промаха на перезарядку всех центрифуг уйдет много времени. Второй залп…
— Так он нам и не понадобится. Цель захвачена?
— Да.
— Огонь, капитан. Размажем этих недоумков.
Механизмы сработали, заряды ушли к цели.
— Отсчет, капитан.
— Семнадцать секунд до цели, четырнадцать секунд, три, контакт.
Взрыв. В вакууме не бывает звуков, зато хорошая видимость. Заряды сработали рядом с пиратским кораблем. Сначала образовалась гигантская прозрачно-синяя сфера, раздулась и тут же схлопнулась в себя. Потом яркая вспышка, как от электросварки, и летящие в разные стороны обломки. То, что когда-то было современной машиной, превратилось в космический мусор.
Блитц широко улыбнулся.
— Вот и все, капитан. Не стоило поднимать волну паники по мелочам. — Блитц сделал знак роботу. — Морковный сок, пожалуйста.
Исподволь осмотрев панель управления и не найдя нужного тумблера, он подошел к связисту:
— Включите громкую связь.
Связист кивнул:
— Говорите.
Блитц откашлялся:
— Всем отсекам. Цель успешно уничтожена. Разрешаю отпраздновать.
Он принял у робота стакан и поднял его вверх:
— С победой.

Экипаж, находившийся в рубке, неуверенно похлопал, поглядывая на капитана. Капитан смотрел на экран тактического сканера, то увеличивая зум, то наоборот уменьшая. По выражению его лица явно было видно, что он чем-то обеспокоен:
— Радист, дальнее обнаружение в сектор Эйч. Включить смежный анализ пространства.
— Готово, скан пошел.
На радаре обнаружения замигал красный сигнал. Тревожный писк заполнил рубку.
Радист нервно закричал:
— Обнаружена вторая цель! Вторая цель!
Капитан бросился к главному экрану:
— Едрический шлюз, сопло мне на изнанку! Это брейк-шадоув. Ифферийцы, их технология. Они нам подставили под удар мишень. Всем приготовиться к отражению нападения. Экипажу надеть скафандры. Инженер, роботов в коридоры.
— Спокойно, офицер. Я тут командую. Доложите дистанцию, перезарядить орудия. — Блитц выпрямился и расправил плечи. Недопитый стакан с соком полетел в мусорный отсек робота.
— Дистанция — полтора. Орудия перезаряжаются. Ифферийцы вне досягаемости.
— Сократить дистанцию, размажем их еще раз.
— Но на скорости мы не сможем стрелять. И мы выйдем из зоны гравитации. Заряды будут рыскать. — Капитан отрицательно покачал головой.
— Чушь. Сократить дистанцию. Нам не нужна гравитация.
— Но…
— Выполнять, офицер. Никаких «но».
Дверь в рубку открылась, и на пороге появился радостный профессор. Окинув взглядом командный пост, он убрал улыбку и обнаружив тревожно мигающие лампочки с подозрением стал всматриваться в лица присутствующих.
— Я не буду выполнять приказ, вы всех нас убьете. — Капитан упрямо склонил голову и смотрел на Блитца уже исподлобья, будто хотел протаранить.
— Капитан, вы отстранены и арестованы. Проследуйте к себе в каюту и не выходите. За вами придут.
Подвесной пост с тихим жужжанием сервоприводов опустился прямо перед ними. Механик выскользнул из кокона:
— Командор, я передал ориентирование компьютеру. Меня тоже арестуйте. Я не желаю в этом участвовать.
— Великолепно. Бунт. Теперь это уже точно трибунал. Хорошо, идите с капитаном. — Блитц повернулся к профессору: — Вы очень кстати, Маркос. Проводите этих господ в какой-нибудь изолированный отсек. Желательно возле посадочных опор, там похолоднее, чтобы немного остыли.
Капитан, подхватив ошарашенного профессора под руку, увлек за собой.
— Что случилось, капитан? Мы же победили, я лично слышал объявление. — Непонимающий профессор шел рядом с капитаном.
— Да, дружище, победили. Идемте к опорам. Как раз по пути туда имеются три скафандра. И посидите с нами в отсеке, хотя бы до окончания схватки.
— Вы думаете, будет абордаж?
— Вряд ли. К сожалению. Вы умеете молиться?

Дистанция сократилась. «Бегония» снова развернулась для залпа бортом и на полной скорости ударила из своих трех орудий. Корпус качнулся по направлению выстрела.
На мгновенье сработал датчик перегруза и погас. Через шесть секунд по всем отсекам взвыла сирена. Ровный голос ИИ корабля с заботой произнес:
— Внимание, атака. Экипажу и пассажирам надеть скафандры.
— Маневр! Дай маневр! Уклон! — Блитц бросился к пилоту и схватился за рычаг управления.
Заряды квазиболла среагировали на приближение космического тела и рванули разом. «Бегония» настигла свои же заряды. Снова выросла и схлопнулась сфера, вспышка и летящие в разные стороны обломки.
Корабль сплющило взрывом, несколько крайних отсеков разлетелись в разные стороны, будто пущенные из пращи. Центр корабля и двигатели спеклись в единый композитный астероид. Пространство заполнили мелкие обломки. Цель была поражена.

При осмотре места взрыва ифферийский корабль обнаружил почти целый отсек, немного спаянный с одной из нижних опор «Бегонии». Внутри в спецкапсулах нашлось трое выживших. Подобное случалось, но не часто.
Ифферийцы взяли людей на свой корабль — капитана, профессора и инженера-механика. Через неделю, после лечения, когда раненые оправились, в кают-компании ифферийского брейк-шадоув «Небесное слово» состоялся разговор с пленными.
— Капитан, а зачем вы подорвали свой корабль? Могли бы спокойно откупиться?
— Зачастую решение принимает не тот, кто воюет, а воюет не тот, кто умеет. Мы догнали свои же заряды.
— Занятное у вас сообщество. Получается мы невольно помогли вашей Федерации
избавиться от паразитов.
— Там были и обычные астронавты. — капитан посмотрел на инженера.
— Так оно зачастую и происходит, — иффериец кивнул. — Что будете делать?
— Вам нужны люди в экипаж? Я немного разбираюсь в навигации, со мной инженер и профессор философии.
— Мощный состав. — Иффериец улыбнулся. — Уверены, что философ не лишний?
— Не уверен, но он хорошо учится.
Иффериец на секунду задумался:
— Пока отдыхайте. Завтра получите форму у боцмана.
Брейк-шадоув развернулся и стал не спеша удаляться от летящих в космосе обломков «Бегонии».