Изъян в идеальном аду

В пространстве раздался глухой удар, эхом отозвавшийся в самой черепной коробке. Мир на мгновение потерял опору, и я, подобно безжизненной тряпичной кукле, рухнул прямиком в неестественно густые, переплетенные заросли.

Голова пульсировала тупой, разрывающей болью, а всё тело сделалось чудовищно тяжёлым, словно каждая мышца и каждая вена в одночасье налились раскаленным свинцом. Влажный воздух, пропитанный ароматом экзотических цветов, с трудом проникал в легкие, пока я лежал, вдавленный собственным весом в податливую зелень.

— Где я?

Вопрос, сорвавшийся с губ, прозвучал глухо и неуверенно, растворяясь в тишине незнакомого леса. Я задал его сам себе, пытаясь зацепиться за остатки сознания.

Постепенно пульсирующая боль в висках начала отходить, становясь лишь далёким отголоском. Давящая, свинцовая тяжесть в конечностях медленно таяла, сменяясь той самой привычной, хищной лёгкостью, которая всегда была частью моей истинной природы. Моё тело снова становилось послушным и опасным инструментом.

Медленно поднявшись на ноги, я окинул взглядом то, что меня окружало. Первое, что бросилось в глаза — я был абсолютно нагим. Впрочем, это не доставило мне особого дискомфорта. Куда больше меня заняло второе открытие — место, в которое меня забросило.

Это было нечто среднее между первозданным лесом и безумным, перенасыщенным красками садом. Куда ни глянь, всё было усыпано цветами невероятной яркости: их лепестки, казалось, пульсировали жизнью, а ароматы смешивались в тяжелый, дурманящий коктейль. Растения переплетались в причудливые узоры, создавая живой ковер, который выглядел одновременно и божественно прекрасным, и пугающе чужеродным. Каждая деталь этого пейзажа кричала о том, что я больше не в привычном мире.

— Да, и куда же меня забросило...

В этот момент в моей голове, точно мутные образы из глубин омута, начали всплывать обрывки воспоминаний. Они приносили с собой осознание силы — пугающе непонятной, чужеродной и древней, как сам инстинкт выживания.

Я медленно вытянул руку перед собой, сосредоточившись на внутреннем ощущении этой мощи. Одним лишь коротким усилием воли я заставил свою плоть отозваться: прямо на ладони, с тихим влажным звуком, проросли несколько темных, пульсирующих жгутов. Они извивались, словно живые черви, пробуя на вкус воздух этого странного сада и готовые в любой момент подчиниться моей команде.

— Хмм...

В голове — абсолютный ноль воспоминаний о прошлом, но при этом отчётливые, твёрдые знания о том, на что я способен. Странное, почти парадоксальное ощущение, но, впрочем, сейчас это не имело значения.

После нескольких секунд раздумий я сосредоточился, пытаясь заставить плоть изменить структуру и создать подобие одежды — простое мужское кимоно или что-то в этом роде. Однако почти сразу пришло резкое осознание: затея была обречена на провал. Биомасса была практически на нуле. Телу просто не из чего было лепить внешнюю оболочку, не жертвуя основными тканями.

— Жалко, конечно, но особых проблем это не доставит. Разве что я голышом выйду к людям... — Я невольно усмехнулся, представив эту картину. — Ха-ха-ха, уже представляю их рожи, когда к ним из этого дикого леса выходит абсолютно голый мужик.

Я снова огляделся, щурясь от навязчивой пестроты этого места.

— Интересное место, но такое ощущение, что оно обманчиво... — прошептал я, и мой голос утонул в тяжелом, неподвижном воздухе. — Думаю, стоять на месте — не самая лучшая идея. Стоит продвигаться.

И я двинулся вглубь. Лес вокруг казался подозрительно ярким, почти ядовитым в своей красоте, и пугающе тихим. Ни стрекота насекомых, ни щебета птиц — лишь шелест моих шагов по мягкому ковру из лепестков. Эта тишина давила на барабанные перепонки, заставляя чувства обостриться до предела. Каждый цветок здесь выглядел так, словно он затаил дыхание, наблюдая за мной.

Бух. Земля под ногами ощутимо содрогнулась, заставив меня инстинктивно сгруппироваться. Я резко обернулся, и челюсть едва не поползла вниз от увиденного.

— Что за... блять?

Из-за деревьев, ломая яркую растительность, вывалились несуразные гиганты. Их было штук пять. Зрелище было по-настоящему тошнотворным: они выглядели так, будто к огромным, раздутым человеческим телам кто-то в пьяном угаре прилепил случайные части животных. У одного вместо лица была чья-то пасть, у другого — лишние конечности, торчащие из самых неожиданных мест. Эти твари двигались тяжело, но с какой-то пугающей целеустремлённостью, заполняя собой всё пространство вокруг.

— Это типа доставка биомассы или как? — процедил я сквозь зубы, и в голосе проскользнула хищная усмешка.

В тот же миг мои ногти начали удлиняться, превращаясь в острые, как бритва, когти, и твердеть, приобретая матовый блеск закалённой органики. Я не стал дожидаться, пока эти уродцы сделают первый ход или хотя бы осознают моё присутствие. Резкий рывок — и я, подобно выпущенному снаряду, прыгнул самому высокому из них прямо на шею.

Вцепившись в пульсирующую плоть, я начал неистово рубить и кромсать всё, что попадалось под руку. Когти с хрустом вонзались в податливые ткани, разбрызгивая густую жидкость. Мощным, яростным движением мне удалось перерубить шейные позвонки и сухожилия, и огромная, несуразная голова гиганта с глухим стуком отвалилась, покатившись по ярким цветам.

Тело гиганта с гулким грохотом рухнуло на землю, подняв в воздух облако пыли и цветочной пыльцы. В тот же миг из моих предплечий с влажным разрывом вырвались черные, изголодавшиеся жгуты. Они, словно хищные змеи, впились в обезглавленную тушу и откатившуюся голову, жадно всасывая органический материал.

Я кожей чувствовал, как чужеродная биомасса вливается в мой кровоток. Полученный ресурс тут же пошёл в дело: мои когти удлинились, стали плотнее и острее, завершая свою смертоносную форму.

Не останавливаясь ни на секунду, я превратился в размытое пятно. Прыжок — и второй уродец захлебывается собственной кровью. Рывок — и третий с четвертым валятся на землю, распоротые от паха до горла. Последнего я добил уже без особого труда: сблизившись вплотную, я резким, отточенным движением полоснул по шее, подчистую отрубая ему голову.

Вокруг воцарилась тишина, прерываемая лишь чавкающим звуком поглощения.

— Я уже даже немного испугался... — пробормотал я, стряхивая с пальцев остатки чужой крови. — А они хоть и сильные, но чертовски медленные.

Тишина сада снова сомкнулась вокруг меня, но теперь она была наполнена тихим, жадным чавканьем. Мои жгуты работали с пугающей эффективностью: они методично высаживали каждую каплю питательной среды из поверженных гигантов, перемалывая кости и плоть в чистую энергию.

Вскоре от огромных, несуразных тварей не осталось абсолютно ничего. Лишь примятые цветы да несколько пятен бурой жидкости на траве напоминали о том, что здесь только что была бойня. Я чувствовал, как под кожей перекатывается новая, сытая сила. Ресурс был получен, и моё тело больше не ощущалось пустым сосудом.

— Так куда теперь?

Я окинул взглядом горизонт, пытаясь определить направление, но внезапная вспышка боли заставила меня вздрогнуть. Она была резкой, уколом иглы, но едва заметной на фоне того адреналина, что еще бурлил в венах. Источник боли находился на предплечье.

— А?..

Я опустил взгляд на руку. На коже, прямо над переплетенными венами, сидела обычная с виду бабочка с пестрыми крыльями. Неужели она меня ужалила? Это само по себе казалось абсурдом, но когда существо вспорхнуло, пролетая в сантиметрах от моего лица, я невольно обомлел.

На меня, мерно взмахивая крылышками, смотрело крошечное, застывшее в беззвучной гримасе человеческое лицо. Миниатюрные черты, пустые глазницы — оживший кошмар, вписанный в хрупкую анатомию насекомого.

Рука резко, противно зазудела, и я с содроганием увидел, как из-под кожи начали пробиваться нежные, но стремительно растущие стебли. Ростительность буквально разрывала эпидермис, пуская корни в мои вены.

Вирус внутри меня тут же среагировал, бросившись в яростную контратаку. Я чувствовал, как биомасса кипит, пытаясь переварить чужеродную заразу, но он всё ещё был слишком слаб после недавнего пробуждения. Ему удалось лишь на время замедлить продвижение этих проклятых цветов, сдерживая их у самого локтя.

— Ну уж нет... — прорычал я, чувствуя, как онемение ползёт выше.

Я не стал раздумывать ни секунды. Схватив поражённую конечность здоровой рукой, я резким, коротким рывком оторвал её по плечо. Боль была острой, но мимолётной. Я отшвырнул свою собственную руку подальше в кусты. Не прошло и нескольких мгновений, как она прямо на лету полностью покрылась распустившимися цветами, превратившись в бесформенную, яркую клумбу ещё до того, как коснулась земли.

Моя рука тут же отозвалась на потерю: обрубок плеча забурлил, выбрасывая во все стороны тонкие, алые нити сосудов и жгуты свежей мышечной ткани. Биомасса, поглощенная у гигантов, с тихим чавканьем переплавлялась в кости и кожу.

— Что за хрень... — я с опаской покосился на цветочную кучу, в которую превратилась моя плоть. — Эта херня могла меня прикончить. Просто... разрастись внутри.

Я поднял взгляд и огляделся по сторонам с новым, ледяным пониманием. Сад больше не казался мне красивым. Теперь я видел лишь бесконечное кладбище.

— И... здесь всё в этих цветах. Походу, не я первый, не я последний.

Каждый яркий лепесток вокруг мог быть чьим-то бывшим лицом или рукой. Вскоре регенерация завершилась: кожа на локте натянулась, пальцы сжались в кулак, и новая рука восстановилась полностью, не оставив даже шрама. Но ощущение чужеродной заразы, пытавшейся меня сожрать, всё ещё жгло фантомной болью.

Моё тело уже начало адаптацию: я чувствовал, как внутри, на клеточном уровне, вирус перестраивал иммунный ответ, создавая барьер против этой цветочной заразы. В следующий раз такой трюк с пыльцой или укусом не сработает — моя плоть просто переварит вторжение. Но сама мысль о том, что я, обладая такой силой, мог так глупо и быстро подохнуть, превратившись в садовое удобрение, неприятно царапала эго.

— Ну и ладно, — выдохнул я, отбрасывая лишние мысли.

Я тряхнул новой рукой, проверяя реакцию и плотность мышц. Всё работало идеально. Прошлое не имело значения, важно было лишь то, что я всё ещё жив, я голоден и я становлюсь сильнее с каждой минутой пребывания в этом аду.

— Пойду-ка я дальше. Авось что-то интересное и встречу.

Я снова зашагал вглубь этого безумного Эдема. Теперь я был куда более осторожен: взгляд перестал скользить по верхушкам, а впивался в каждый подозрительный куст, в каждое движение лепестков. Ступни касались земли мягко, почти бесшумно — я был готов к тому, что даже трава под ногами может оказаться ловушкой.

Хищная настороженность обострила слух. Я больше не был просто гостем в этом лесу; я превращался в охотника, который осознал, что лес тоже охотится на него.

***

Доброго времени суток дорогие читатели. Это новый ФФ и да скорее всего я сосредоточусь именно на нём. Для тех кто не знаком с силой гг она заключается в вирусе который позволяет владельцу делать со своим телом почти всё что угодно.Чтобы лучше понять советую прочитать мою основную работу "Обречённость доброй души". Этот фф тоже был своего рода эксперементом но постепенно преобразиться. Также хочу попросить подписаться на мой телеграмм канал - сылка в описании фанфика. Если будут предложения или замечания смело пишите. Но прошу не бульте а давайте конструктивную критику.

Спасибо за прочтение. С поклоном ваш автор😁.