Как эта рысь тут оказалась?

Сколько себя помню, всегда любил рысей. Ещё с детства, когда впервые увидел их пленительный и выразительный взгляд с нетипичными для кошачьих круглыми зрачками, лицо с «бакенбардами» и неимоверно сексуальные кисточки на ушах. Поэтому в позапрошлом году, когда нашёл в лесу осиротевшего одинокого рысёныша, решение принял мгновенно: взял с собой, чтобы вырастить в любви и заботе. Даже не смутил тот факт, что нашел я его фактически на опушке леса недалеко от дома. "Как эта рысь тут оказалась?", задал я тогда вопрос, ответить на который, очевидно, было некому.

Рысёныш оказался девочкой. Жаль, хотелось бы мальчика, но и так неплохо. Выбрать имя оказалось не просто. В итоге дал ей красивое имя: Редьяра.

Кормил, лелеял, ухаживал. Поил лучшим молоком, специально покупал самое нежное мясо, резал на мелкие кусочки, готовил блюда, которые, как мне казалось, должны пройтись по вкусу растущей рыси. Тратил на питомца весь свой небольшой доход посредственного мага при кузнечной мастерской. Мастерил игрушки, нашёл плотника, чтобы он сделал у меня дома большую когтеточку, которая пришлась бы в пору рыси.

— Как эта кошка оказалась тут? — спросил хозяин доходного дома, когда Редьяра во время игры убежала на первый этаж и спряталась под лавкой.

— Это не кошка, это рысь. Она теперь будет жить со мной.

— О, рысь! Это хищник. Учти, она вырастет и станет вдвое больше. Я не против, но имей ввиду, что если она доставит проблемы соседям у меня или в округе, отвечать будешь ты.

— Понимаю.

— И кошку твою на шкуры пустят.

Редьяра росла своенравная, но ласковая. Как только я ложился спать и укрывался одеялом, она запрыгивала на кровать и ложилась рядом. Её феноменально приятное урчание стало моей колыбельной песней, и если рысь по какими-то причинам не ложилась со мной вечером, то уснуть я мог не раньше, чем через два часа ворочания.

Помню, как в прошлом году она заставила меня понервничать, когда я пришёл с работы, а её не оказалось дома. В попытках найти её я обошел всю округу — безрезультатно. Не сомкнул глаз почти до рассвета. Моё воображние всегда прекрасно справлялось с задачей борьбы со сном. Оно рисовало мне разные картины: страшные и не очень, совершенно ужасные и совершенно безобидные. Мой дом на окраине города, Редьяра могла просто убежать в лес, либо её могли поймать или подстрелить жители района, чтобы пустить на шкуру. Фантазия меня тогда неплохо помучила, и, конечно же, совершенно зря — моя рысь вернулась домой с первыми лучами солнца и сразу же запрыгнула в кровать, чтобы почти мгновенно усыпить своим урчанием.

Впоследствии методом исключения я понял, где она была. Она не забеременела, да и рановато для неё спариваться, а значит просто гуляла и скорее всего охотилась. Она ведь хищник: охотиться и убивать жертву у неё в крови, часть её натуры. Я долго думал, что делать: оставить как есть, разрешив гулять сколько хочет, или держать дома взаперти. Пришёл к выводу, что лучше пусть гуляет сколько хочет. Любишь? Отпусти. Беспокойство хозяина доходного дома было вполне ожидаемо, но к счастью, Редьяра практически не проявляла агрессии по отношению к людям, соседи мои в целом были адекватные, примерно половина из них держали дома всяких разных животных магических и обычных. Могла ли она сбежать в лес навсегда? Конечно, могла. Но не делала этого, ведь в лесу холодно и сыро, а у меня дома тепло и уютно, есть вкусная еда и добрый хозяин. К тому же, если она охотится сама, то и дома кормить её надо меньше, а это прямая экономия.

Пёстрая шелковистая шерсть, очерченные жирными тёмными линиями глаза, красивая чёрная линия рта, ну и конечно же сексуальные кисточки — это Редьяра сейчас. Величава и стройна, любвеобильна и мила. Выросла. Расцвела. Ах, какие у неë мягкие, пушистые и огромные лапы… Так и хочется… Так и хочется, целовать их, гладить и просто нюхать. Хочется, чтобы она ходила этими божественными лапами по мне: по животу, по груди, наступала на лицо, а, наступив на лицо, чуть выпускала когти и легонько царапала. Ох, какие у неё когти, каждая как сабля! Она в два раза больше любой кошки. С ней просто так не совладать, с ней надо договариваться.

Но у всего есть побочные эффекты, если можно так выразиться. Она позврослела… и стала половозрелой. Начался первый в её жизни брачный период. Гормоны полностью испортили мою кошечку. Из задумчивой и спокойной рыси с мудрым пронзительным взглядом она превратилась в похотливое существо, которое постоянно находится в одной и той же позе с приподнятой задницей. Постояно только и ластится, но не головой, а задом, и всем своим поведением говорит: "Ну, пожалуйста, трахни меня. Умоляю!".

Уходила из дома на весь день и ночь, но возвращалась такая же похотливая. Один раз вернулась домой ближе к полночи и легла со мной. Но легла не как обычно, а задом к моему лицу. Не просто задом, а с приподнятым задом.

— Эх, Редьяра, — прохлопал я рукой по её пушистой сексуальной жопке. — Эх, трахнуть бы тебя, отжарить так, чтобы ты визжала от наслаждения…

Редьяра как будто поняла меня и резко обернулась в мою сторону с умоляющим взглядом. Муркнула.

— Извини, Редьяра, я тебя конечно же люблю, но ты рысь, а я человек. Не буду же я мараться об тебя. Я же не скотоложец какой-то…

Утром дома я её не нашёл. Видимо, снова пошла искать самца. Вечером, придя с работы, я тоже её не обнаружил. И даже на следующий день вечером я не нашёл никаких следов того, что она могла заходить домой во время моего отсутствия. И надо признать, что тем вечером переживал так, как не переживал с того случая, когда Редьяра оставила меня одного в самый первый раз. Весь вечер не мог найти себе места, волновался. Даже сорвался на друга Лестера, который занёс свиток с каким-то заклинанием, которое он нашёл в таверне после пьянки магов. Без какого-либо результата ночью бродил по округе в поисках своей нежной и ласковой рыси. На что надеялся — непонятно. Вот прям я выйду в поле и увижу на другой стороне реки на опушке леса рысь, пробегу милю и поймаю её, а она будет стоять и ждать меня. Бред.

Заснул только на рассвете: чуть-чуть поспал и снова на работу. День выдался тяжёлый, поступил срочный заказ, пришлось магически закалить почти полсотни мечей, а потом ещë и аустенировать два десятка из них. По пути домой после тяжелого дня единственное, что давало мне силы дойти до дома — это надежда на то, что там меня встретит Редьяра или хотя бы я увижу следы её пребывания.

К сожалению, никаких следов своей рыси я не нашёл. От бессилия рухнул на кровать и мгновенно заснул. Снились сны, в которых я весело провожу время с Редьярой, в которых я обнимаю её и играю с ней, потом они сменились кошмарами. Проснулся примерно в полночь после очередного омерзительного кошмара. Моя рысь не вернулась за три дня, надежда таяла на глазах, а вместе с ней таяла и моя воля к жизни.

Я смирился с потерей своей малышки и с горя открыл бутылку клюквенной настойки, которую Лестер подарил мне в прошлом году. Когда-то в детстве я дал себе обещание не употреблять алкоголь, вот теперь настал момент, когда я оно перестало быть чем-то важным для меня. И вот, когда я налил в кружку этого мерзкого пойла, поднёс ко рту и учуял отвратный алкогольный запах, я услышал звуки, которые я не мог спутать ни с чем другим. В коридоре в форточку пролезала Редьяра. Буквально в три шага я выбежал в коридор и увидел у окна свою малышку. Оказавшись на полу, она пошагала ко мне своей элегантной и грациозной походкой.

Мы снова лежали вместе на кровати. Шикарные бакенбарды и усы, аккуратный коротенький хвостик, миленький, дразнящий, и феноменально выразительные глаза с круглыми зрачками.

— Моя милая, не описать словами, как я по тебе скучал, — бормотал я, поглаживая её шелковистую шерсть. — Я уж думал, что навсегда потерял тебя… Хотел бы взять с тебя обещание, больше никогда не уходить из дома на такой долгий срок… Жаль, что ты тупое никчёмное животное, которое не способно сопротивляться своей крови и зову природы…

Редьяра отвечала мне только громким размеренным урчанием, которое проникало сквозь всё тело и успокаивало разум. Уснул я почти мгновенно.

С тех пор рысь не покидала дом больше, чем на половину дня, по одной простой причине: она забеременела. Всё-таки нашла себе самца, который отымел её. Проснулась ли во мне ревность? Конечно! С другой стороны, не со мной же ей сношаться.

Спустя два месяца, ближе к родам передо мной встала новая проблема: что делать с котятами, когда они появятся на свет? Окрепнут, откроют глазки, их надо будет кормить, содержать. Свободных денег у меня не останется даже на себя. Далее, одну рысь соседи как-то терпят, а несколько — сильно сомневаюсь. Могут нажаловаться хозяину дома или даже бургомистру, могут начать травить и отстреливать. Продать кому-то? Это же дикие хищники, они и даром никому не нужны. Подождать, когда они вырастут, и выгнать в лес? Выгнать будет трудно, а, даже если получится, то это равносильно их убийству, ведь они будут неприспособлены к жизни в дикой природе, как и их мать. Поэтому ко дню родов Редьяры в моей голове сформировалось единственное и самое оптимальное решение. Очень тяжёлое, но вынужденное. Но лучше я сейчас возьму этот груз на свою душу, чем потом буду страдать от гораздо более тяжёлой ноши, когда будут мучиться и умирать те, к кому я привязался.

В то утро, я сразу понял, что наступил день родов. Утром Редьяра издавала странные звуки, была очень обеспокоена и не обратила никакого внимания на куриную печень, которую я обычно ей даю по утрам и которую она очень любит. А накануне вечером я заметил, что у неё появились капельки молока на животе. День для меня пролетел быстро, ведь я провёл его на работе и аустенировал почти сто мечей и щитов. Придя домой, я услышал попискивания, очень похожие на звуки неизвестных потусторонних существ.

Они родились! Ну что ж, момент настал.

Улучив момент, когда Редьяра вышла на улицу, видимо, чтобы справить нужду, я быстро приступил к реализации своего плана. Достал из шкафа плотный кожаный мешок, наполненный всевозможными пахучими травами. Кинул котят в сумку и, плотно держа горловину мешка, молниеносно покинул дом. Плотная кожа и трава должны надёжно скрыть и звуки котят, и их запахи. Поэтому даже случайное столкновение с Редьярой никаких подозрений и у неё не должно было вызвать. Далее моей целью являлась яма глубиной в два штыка, которую я заранее выкопал на достаточном расстоянии от дома на опушке леса. Дошёл до неё почти бегом, время от времени оглядываясь, не увязалась ли за мной рысь. Открыл мешок, высыпал всё его содержимое в яму. Замешкался на секунду и посмотрел вниз. В траве копошились четыре комка шерсти. Слепые и беспомощные существа попискивали и звали свою маму, даже не понимая, куда они попали. Они даже не понимали, родились ли, они лишь хотели свою маму и её сиську с молоком. Быстро засыпал яму землёй и попрыгал сверху, плотно утрамбовав братскую могилу.

Решение простое, быстрое и бесплатное с точки зрения прилагаемых усилий, но очень тяжёлое с точки зрения душевного спокойствия. Как камень в душе. Даже не камень, а огромный неподъёмный валун. Вернувшись домой, я увидел как встревоженная Редьяра бегает по обеим комнатам и пытается найти своих детей. Она смотрела по сторонами и взывала, пытаясь позвать своих детёнышей. Звуки, которые издавала рысь, были не очень громкие, но при этом могли задеть даже самого черствого. Ни с чем не сравнимые вопли проникали в самые глубины души и выворачивали изнутри, настолько ни были пропитаны горестью. Она не понимала, как так получилось, ведь только что её детки были тут, а сейчас их нет. И как будто не было никогда.

Мама-рысь сначала исследовала каждый угол не только моих комнат, но дома в целом, потом аналогичным образом обследовала ближайшую округу. Её душераздирающий плач сотрясал воздух и мой разум всю ночь, из-за чего я не мог сомкнуть глаза ни на мгновение. Никогда раньше она не издавала такие звуки, вой Редьяры или даже вигз являлся квинтэссенцией грусти и отчаяния, проникал в самые глубины души, занимал всё пространство, что больше ни одна мысль не могла занять мой разум. Время от времени она подбегала ко мне и обращала свой неимоверно грустный и полный отчаяния взгляд на меня, как бы спрашивая, может я знаю, куда делись её дети. Впрочем, засыпанию мешала не Редьяра, а камень который закопал в своей душе вместе с котятами. Когда начало светать, я обрадовался, что пока идти на работу, ведь там мне будет не до рефлексии. Вечером рысь уже была не такой встревоженной, но, тем не менее, не оставляла попыток найти пропавших детей.

Через неделю Редьяра успокоилась и вела себя как раньше: как беззаботная и грациозная хищница, гроза мира грызунов и закадычная подруга. Я и сам почти обрёл умиротворение после содеянного. А также начал думать о том, как предотвратить подобное в будущем. Обдумывал вариант привязывать её во время брачного периода. Вариант нормальный, но не надёжный, потому что не защищает от спаривания вне брачного периода, подобное у них бывает редко, но всё же бывает, особенно если пропущена вязка в пиковый период. Придётся держать её на привязи практически всё время. Участи собаки на привязи своей пушистой и нежной девочке я не желал. Остаётся стерилизация: медицинская или магическая. От медицинской стерилизации может умереть само животное, даже если найдёшь хорошего знахаря и много заплатишь. От магической стерилизации смерти бывают очень редко, но она не надёжна, а стоит при этом как медицинская у знатного знахаря. Случайно наткнулся на свиток, который занёс мне Лестер, когда Редьяра пропала на три дня. В магической академии он не учился, а значит и прочитать его не мог. На свитке оказалось заклинание для ослабления инстинктов животных. Рекомендовалось использовать для лошадей и собак, чтобы улучшить их послушность и уменьшить подверженность зову крови.

Ну что ж, попытаться стоит. А если не сработает, придётся копить деньги на магическую стерилизацию. Тщательно изучил текст на свитке, нашёл игредиенты, сварил зелье, подержал в нём своё кольцо, а потом надел на руку. Нарисовал в воздухе знак из свитка, знак повис в воздухе, полыхая пламенем синего цвета. Вопреки стараниям, нарисовался он неправильно, но назад пути не было, из зелья уже высосана вся энергия, второй попытки не будет. Поднёс полыхащий в воздухе знак к голове Редьяры, после чего он всосался в её глаза, уши, нос и рот, как будто в её голове было нечто, что не терпело пустоты в себе.

Изменения в поведении Редьяры я заметил почти сразу же. Его взгляд стал более осмысленным и внимательным. Каждое действие она теперь как будто обдумывала.

На следующий день вечером изменения в Редьяре стали более наглядными, оформившись в то, что стало невозможно игнорировать. Впрочем, чётко объяснить я это не мог. Раньше мы могли долго смотреть друг другу в глаза, но ничего кроме спокойствия хищника я разглядеть в глазах рыси не мог. Да, взгляд проникал глубоко, как будто видел внутренности, но это был взгляд без тени сомнения, без стеснения, без страха быть раскрытым, без желания поделиться мыслями и чувствами. Сейчас все изменилось, Редьяра уже не хотела или даже боялась играть в гляделки. Каждый раз мы смотрели друг другу в глаза несколько мгновений, после чего она отводила взгляд в сторону. Совершенно точно Редьяра стала более послушной и понимающей, но при этом осталась всё такой же величавой и независимой. Но она также забралась ко мне в кровать, чтобы я её погладил, а она в ответ усыпила меня своим хриплым дыханием.

На следующий день Редьяра вела себя совсем странно. Как только я пришёл домой, я сразу же по привычке начал разговаривать с ней. Я всегда разговаривал с ней, делал это с самого начала, как приютил её у себя. По привычке я ожидал от Редьяры реакции в виде молчания, даже когда задавал вопросы. Сегодня же она мяукала или мурчала, причём ровно в тем моменты, когда я задавал вопросы. Это произошло несколько раз и точно не могло быть совпадением, она точно понимала, когда требовалось её участие или ответ. Она всячески привлекала к себе внимание, пытаясь, что-то мне сказать. Ластилась у ног, мяучила, хотя я дал ей поужинать.

Когда сел ужинать, она запрыгнула на стол и села передо мной. Мяукнула раз, маукнула ещё раз.

— Да погоди ты! Надоела уже. Что ты от меня хочешь?

В ответ рысь показала лапой на отрытую пасть.

— Хочешь кушать?

Она отрицательно покачала головой. Я даже испугался от такого чёткого ответа на вопрос.

— Зубы болят? — спросил я, сам удивляясь даже не тому, что пытаюсь задать вопрос рыси, а тому, что ожидаю от неё ответ.

Редьяра снова отрицательно покачала головой.

— Что-то с горлом?

Редьяра снова отрицательно покачала головой, после чего подошла ко мне вплотную, ткнула лапой мне в губы, а потом на ухо, а потом на своё ухо и свой рот.

— Ты хочешь разговаривать?

Рысь закивала головой и мяукнула. Я угадал.

Угадать-то я угадал, но легче мне не стало. Не понимаю, что меня больше шокировало: то, что Редьяра хотела общаться, или то, что она понимала мою речь и была способна дать ответ на вопрос. Немного посидев в прострации, я начал общение с ней. Я в разной форме задавал всевозможные вопросы, а рысь отвечала мне жестами и мяуканием.

Ну что ж, Редьяра теперь разумная. Этот факт уже неоспорим. Да, моё заклинание сработало, но точно не как в инструкции. Я вспомнил, что изобразил не совсем точный символ. Для правильного рисования магических знаков недостаночно быть просто аккуратным, нужно умение сосредоточить магические потоки и направлять их. Я в этом не особый умелец, поэтому и маг я посредственный, еле закончил академию и работаю на одной из самых простых и грубых работ для магов: обрабатываю оружие магией. Если плохо контролируешь потоки магии, то знаки будут рисоваться как им самим захочется. Вот именно так и получилось у меня. Магическое заклинение не просто ослабило животные инстинкты, а наделило животное разумом.

Пообщашись с Редьярой, я выяснил, что она не просто хочет общаться, а именно хочет уметь разговаривать. Она не просто стала разумной, она стала разумной настолько, что поняла, что если магия дала ей такой уникальный дар, то может дать и дар речи.

Не буду темнить, ситуация очень волнующая и возбуждающая. Всё-таки не каждому выпадает возможность иметь разумного питомца. Грациозная рысь, любимая и ласковая, мягколапая и пушистая — обретает разум. Это не просто удача, это благословение богов! А если она сможет полноценно общаться, то, в принципе, это всё, о чем можно мечтать в этой жизни.

Думаю, даровать речь, проще, чем даровать разум. С другой стороны магия разума очень сложная и сильная, сам я в ней никогда не разберусь, а если и разберусь, то не совладаю и точно разрушу то, что получил благодаря такой великой удаче.

— Хорошо, Редьяра, — сказал я, когда мы вместе улеглись спать. — Завтра выходной, сходим к Руслане. В магии она разбирается уж точно лучше, чем я.

Услул под рассслаблящее урчание Редьяры, окрыленный настолько, что мог бы разорвать земные путы, подняться в космос и прикоснуться к лику божества.

Руслана работала недалеко, помогала в магической лавке и оказывала платные магические услуги. Конкретно сейчас в лавке она была одна, хозяин, видимо, выходной посвящал отдыху. Моя подруга по магической академии была одета как девочка: в миленький тёмно-зеленый сарафан поверх сиреневой кофты с длинными рукавом. В тёмных густых волосах были вплетены цветочки. Это шло в разрез с её стервозным и высокомерным характером. И макияж у неё был магический: глаза были без зрачков и полностью окрашены в фиолетовый цвет, пылали фиолетовым огнём и оставляли шлейф из фиолетового дымка в воздухе. Некисло нарядилась. Женский боевой охотничий наряд. Ну а дичь — состоятельный мужчина.

— Русь, привет! — заговорил я сразу же.

— О, Йован Влошек, собственной персоной. А это что? Как эта рысь сюда попала?

— Она со мной. Её зовут Редьяра.

— А, ты же фанат рысей… И зачем ты привёл её сюда?

— Русь, слушай, у меня дело есть…

Я посмотрел в её пылающие фиолетовым пламенем глаза и она, судя по всему, тоже смотрела мои в глаза. Я продолжил:

— Я случайно наледил разумом свою рысь.

— Да ты шутишь!

— Нет, серьёзно, сама проверь. Редьяра, ну-ка.

Рысь запрыгнула на стол, после чего Руслана начала разговаривать с ней и просила отвечать жестами лап, головой и мяуканьем.

— Кхм… И действительно, — закивала магичка через некоторое время. — Такому невозможно надрессировать… Это полностью разумное существо, как ты или я. Хотя насчёт тебя не уверена. И как у такого дурня, как ты, получилось подобное?

Я показал ей свиток с заклинанием.

— Вот такой знак у меня нарисовался вместо того, что на свитке, — я изобразил на чистом листе тот символ, который получился.

— Ну что тебе сказать… Тебе повезло, что Редьяре не разорвало голову. Тут соединены несовместимые компоненты. Нет, даже не так. Тебе повезло, что оно не взорвалось и не убило тебя прямо сразу на месте. Чтобы нарисовать то, что на свитке, надо быть мастером. У тебя, болвана, это, конечно же, не получилось. Зато повезло нарисовать гораздо более сильное заклинание, которое чудом не убило ни тебя, ни твою рысь. Видимо зелье было очень хорошее. Тут редкие ингредиенты… Даже у нас их нет. Ты их правильно сварил?

— Да, всë точно по рецепту.

— Ладно, а ко мне какие вопросы? — Руслана посмотрела на меня своими пылающими пламенем глазами.

— Редьяра хочет говорить.

— Ну как сказать, Йован… Ты же сам понимаешь, что её рот не предназначен для человеческого языка.

— Ну, а может варианты какие-то есть…

Руслана призадумалась.

— Можно даровать ей способность передавать голос мысленно…

— Она станет телепатом? — перебил я магичку.

— Не перебивай. Нет, телепатом она, конечно же, не станет. Но сможет говорить в голове любого выбранного человека или нескольких человек. Там ещё от расстояния зависит и прочая мелочовка. Обычно такую способность покупают себе воины элитных и секретных подразделений. Думаю, это то, что тебе надо. Точнее, не тебе, а твоей рыси.

Руслана ушла в коморку. Редьяра посмотрела на меня, не скрывая энтузиазма.

— Скоро сможешь разговаривать, родная, — сказал я, погладив её по голове. — Мысленно даже лучше.

Через минуту магичка вернулась со клочком пергамента, на котором был список игредиентов.

— Этого у нас нет, — сказала она. — Сам найдёшь, раз уж смог найти компоненты для первого заклинания. Тут я указала двое больше, чем нужно. Избыток я возьму как оплату за остальные составляющие для заклинания.

— Русь, а можешь закрыть глаза на пару мгновений.

Она поняла, что я хочу, исполнила просьбу без лишних вопросов. Глаза Русланы скрылись за веками, фиолетовое пламя пропало, а дым улетучился. Потом веки открылись, два огонька снова заполыхали. Получилось очень эффектно.

— Классные глаза, Руся! Ладно, мы пошли.

В кузнечной мастерской, в которой я работал, заказывали оружие очень влиятельные люди, они же обеспечивали нам контакты с поставщиками магических расходников для закалки и аустенирования железа. Поэтому доступ к ингредиентам для зелий у меня был фактически неограниченный: что угодно и очень оперативно. Удовольствие, разумеется, не бесплатное, пришлось потратить почти все свои накопления. Что такое деньги по сравнению с даром речи для Редьяры? Грязь, ничто.

Выходного дня дожидаться не было сил. В четверг вечером, получив все компоненты, пошёл с Редьярой к Руслане. Застал её в самом конце рабочей смены.

— Русь, привет. Классный наряд!

— Да, классный. Жаль, не для тебя такая красота.

Сегодня Руслана была без какого-либо макияжа и я увидел её фантастические янтарные глаза. Зато какая одежда! Точнее отсутствие одежды. Всё её тело кроме лица было соткано из огня, а не из плоти. То тут, то там возникали всполохи пламени, проплывали волны огня, взлетали в воздух искры. Руслана запустила руку в свои густые волосы и растрепала их, от чего они вспыхнули ярким завораживающим пламенем.

— А потрогать можно? — спросил я.

— Один раз! — ответила она, смакуя момент и наслаждаясь им.

Я дотронулся её плеча. Мои пальцы окунулись в пламя, но не почувствовали ни жара, ни холода, а потом уткнулись некое подобие толстой шерстяной вязаной ткани.

Руслана показала хозяину ингредиенты, которые я принёс, отложила половину, а взамен взяла остальные составляющие для зелья. Судя по довольному лицу владельца магазина, обмен был более, чем выгодный.

На улице поднялся ветер и дул на платье Русланы так, что все очертания её тела стали отчётливо видны, а языки пламены полыхали сзади.

— А ветер не задует твой наряд? — спросил я.

— Моё облачение может задуть только другая магия. В этом костюме мне никогда не жарко и не холодно, в нём всегда комфортно. Подобое одеяние используется магами в мороз и зной, а я всего лишь добавила ему эстетики.

— А босиком ходить не больно?

— На ногах у меня специальные невидимые сандалии. Вон, ты можешь заметить ремешки посреди пламени.

Путь до дома Русланы оказался недолгий. Она жила с родителями в роскошном двухэтажном доме. Да, завидная будет невеста с наверняка не менее завидным приданным.

Варка зелья тоже не заняла много времени.

— Редьяра, встань сюда, — сказала магичка, приготовившись к рисованию знака.

— А ты раньше делала это? — спросил я, когда Руслана начала рисовать в воздухе символ заклинания.

Но лучше бы не спрашивал.

— Нет. Это первый раз, — буркнула магичка.

— Серьезно?

— Это магия разума, а я специализируюсь на иллюзиях, эстетике, огне и растениях, — говорила Руслана, не отвлекаясь от рисования символа. — Не переживай. Нормально всë будет. Ничего сложного. Если уж ты, балбес, с той сложной штукой справился, то я подавно.

— Русь, может не надо?

— Отстань, не говори под руку!

Жестом руки Руслана толкнула висящий в воздухе символ в сторону рыси. Символ неторопливо подлыл к Редьяре и впитался в её голову.

— Ну! Я же говорила, что всё будет нормально! — сказала Руслана, посмотрев на меня.

А потом взрыв.

Проснулся я лёжа на полу у стены, судя по следам на довольно хлипкой стене, меня неслабо впечатало в неё. Руслана лежала рядом совершенно голая — магический взрыв сдул её огненный наряд. Я бегло осмотрел её, она лежала цела без каких-либо ран. Впрочем, обнажённая стройная девушка, в которую я всегда был безответно влюблён, меня никак не волновала, потому что… Редьяра!

Рысь стояла передо мной и головой упиралась в потолок. Она увеличилась до размеров лошади.

— Йован, мррр, Йован, мяу, ты меня слышишь? — зазвучал холодный и томный голос.

Я аж вздронул, когда услышал это. Посмотрел Редьяре в лицо.

— Это ты? — спросил я.

— Да, мррр, это я, мррр! — ответил голос Редьяры в моей голове, а её рот при этом оставался неподвижным.

Руслана, тем временем, вернулась в сознание и зашевелилась.

— Русь, ты в порядке? — спросил я, не оборачиваясь.

— Я цела, только не смотри на меня… Я слышу тебя.

— Кого?

— Да не тебя, придурок, а Редьяру.

— Русь, слушай, тут есть НЮАНС.

— Да вижу я твой нюанс, его нельзя не заметить, даже если захочешь. Повернись лучше в сторону окна, мне к шкафу пройти надо, чтобы одеться.

Снова как будто из ниоткуда зазвучал холодный женский голос:

— Мррр, была такая вспышка, что я почти ослепла, мрр-мяу, а потом когда снова могла видеть, вы лежали у стены. Мррр, но вы стали маленькими, всё стало маленьким.

— Какой у тебя красивый голос, — сказал я, но посмаковать голос своей любимой не смог, меня ошарашило другое: — Стоп! А эта рысь как тут оказалась?

Взрывом оторвало дверь в другую комнату, откуда на нас смотрела ещё одна рысь. Эта была почти точная копия моей Редьяры, только нормальных размеров.

— Это Эрьяда, — сказала Руслана. — Она у меня со времён окончания академии. Ты, кстати, привил мне любовь к рысям. Они классные. Спасибо!

Рыси посмотрели слишком пристально друг на друга. Мне показалось, что они общаются мысленно, хотя сомневаюсь, что это возможно между разумным и неразумным существом.

Руслана, тем временем, возилась где-то за спиной, у неё не получалось открыть шкаф. Я не видел почему, но его дверьки скорее всего повредил взрыв.

— Йован, извини, я… — заговонила горе-магичка.

— Перед Редьярой извиняйся.

— Редьяра, извини пожалуйста. Я верну тебе нормальный размер, найду нужное заклинание, всё бесплатно сделаю.

— Нет! — перебил я её.

— Всмысле?

Я чисто машинально хотел обернуться, но Руслана сразу остановила меня:

— Я ещë голая.

— Слушай, Русь, ты может быть маг лучше, чем я, но я тебе больше не доверю делать такие сложные вещи, и уж тем более не доверю делать что-либо с Редьярой. Вон на своей экспериментируй. А мне ты вернёшь деньги за ингредиенты, на которые я слил накопления за десять месяцев.

— С какой это стати? — возмутилась магичка.

— Я деньги потратил, а ты вон что натворила…

— Я своё обещание выполнила! Твоя рысь теперь может разговаривать мысленно.

— Мррр, я не его рысь, я сама по себе рысь! — слова, судя по всему, адресовались Руслане, но прозвучали они и в моей голове тоже.

Я посмотрел на рысь и сделал кивок головой в сторону выхода. Редьяра не без труда выбралась из комнаты Русланы и направилась на выход. Пока голая магичка пыталась открыть шкаф, чтобы одеться, я забрал свиток с заклинанием, попутно нарисовав места, где у неё не получилось точно воспроизвести рисунок. По пути к выходу мы столкнулись с отцом Русланы, который шёл в её комнату, чтобы узнать, что произошло.

— А эта рысь как тут оказалась? — от испуга её отец аж попятился назад.

— Это моя рысь, — откланялся я, — мы с Русланой побаловались немного. Прошу прощения за беспокойство.

На улице уже стемнело. Я вытащил из мешочка на поясе свет-таблетку и простым заклинанием зажег её. Ещё раз осмотрел Редьяру. В холке она была чуть выше моей головы. Она смотрела на меня сверху вниз своими огромными чарующими глазами, в которых теперь можно было утонуть. Глаза… Смотреть на них вечно, не отрываясь, впитывать их неколебимость и бесстрастие, жить ими, раствориться в них.

— А можно я сяду на тебя и ты меня понесëшь верхом как лошадь?

Рысь подумала немного, а потом ответила своим томным успокаивающим голосом:

— Мряуу, ну ладно, забирайся.

Залезть на рысь у меня не получилось, пришлось ей прилечь, чтобы я смог сесть на спину. Сидеть было непривычно, так как седло и стремена отсутствовали. Держаться было не за что, поэтому я лёг всем телом так, что лицом уткнулся в шерсть. Обхватил руками пушистую шею, после чего Редьяра начала движение.

— Мррр, лолго думала, что тебе сказать, когда смогу говорить. Мрр, когда ты применил то заклинание, мрр, с меня как будто пелена слетела. Сразу столько мыслей в голове появилось, муррр. Теперь я думаю о том, о чём я даже никогда не могла бы подумать. Мряяу, раньше я могла просто сидеть и ни о чём не думать, а теперь так делать не могу, всегда о чём-то думаю.

— Как будто всю жизнь была глухая, а теперь обрела слух.

— Вот, да, точно! Мряяу. Причём не просто глуха, а глуха к своим мыслям. А теперь я ещё могу общаться с людьми, мрряууу. Теперь я могу работать и жить как человек.

Редьяра шагала неторопливо и грациозно, её лопатки упирались в мою грудь и приподнимали меня то слева, то справа. Моя рысь теперь большая, её много, теперь она даже может защищать меня от бандитов. Мой нос был полностью погружен в её шерсть, я вдыхал её запах, её невесомый и неописуемый словами аромат. Разумеется, все кошачьи пахнут одинаково, но тем не менее запах моей Редьяры роднее и приятнее. Я дышал ей! Мои руки, мои пальцы, также как и нос, погружены в шерсть как в нежный крем. Хотелось, чтобы они находились там всегда: в тепле, в мягкости, в бархате.

Моя Редьяра. Моя любимая! Это лучший день в моей жизни, все мои мечты сбылись, стремиться мне больше некуда, мечтать больше не о чем. Да, ты стала больше, тебе надо будет больше еды и мяса, с другой стороны ты сможешь возить меня на спине, теперь ты можешь обнять меня, а не я тебя. Тебя стало больше, твои мягкие и пушистые лапы стали больше, твои глаза стали больше, твои когти стали больше, в твоей шелковистой шерсти теперь можно купаться. А урчать ты наверное будешь так, что сотрясаться будет даже мозг в моих костях. И с тобой можно разговаривать как с человеком, ты теперь не животное, ты — личность. Ты сможешь теперь охотиться даже оленей и лосей, а медведи теперь не угроза для тебя. Для удобства надо будет сделать седло, чтобы мне было удобнее путешествовать с тобой.

Пока мы шли до дома, я даже успел задремать. Вырвавшись из пут дрëмы, я подумал о том, способна ли её мысленная речь разбудить человека.

— Интересно, а ты сможешь разбудить человека мысленным разговором? — спросил я. — Надо будет проверить эту возможность завтра утром.

— Вряд ли.

— Что именно вряд ли?

— Не проверим, — не скрывая раздражения, ответила рысь. Его голос стал совсем другим, он резал слух. Я хотел было переспросить почему не проверим, но Редьяра быстро сменила тему. — Мрряуу. Только вот где мне теперь жить? Мррр, теперь только в конюшне или хлеву.

— Я стрясу деньги с Русланы. Или хотя бы договорюсь, чтобы она нашла вменяемого мага, чтобы вернул тебе нормальный размер.

— Не надо, — вдруг резко сказала Редьяра.

— Ты меня удивляешь снова и снова. Почему?

— Я снова стану маленькой, мррр, а это меня пока не устраивает. Когда надоест быть большой или захочу детей, тогда и подумаем. А пока я побуду вот такой большой уродиной.

— Не говори глупостей, ты красотка. Нет, ты богиня.

— Ну пока я большая, я никогда не найду себе самца. Мрррээк! А если и найду, то не смогу возлежать с ним. Рррррр… Ведь он маленький, а я вон какая. Я даже не почувствую ничего. Мрряк. А он ведь просто тупое животное, как ему объяснить, что мне нужно? Даже если поймать его, заковать в цепи и заставить сношать меня, даже если он чудом уронит семя в меня, рррряк, то каких детей я рожу: больших как я или нормальных? Но это ерунда по сравнению, с тем, что они же наверняка будут тупые животные. Или нет?

Я не знал, что ответить на эти вопросы.

— Кстати, насчёт детей… мррррэк! Я всё поняла. И я тебя не прощу.

Моё сердце пропустило удар.

— Ты о чём вообще? — робко спросил я.

— Мррык, да всё ты понял, Йован. Ты отнял у меня детей, частичку меня, смысл моей жизни. Я это тебе никогда не прощу!

Редьяра резким движением зубами схватила меня за ногу и сбросила с себя. Я так быстро оказался на земле, что даже не сразу понял, что произошло. Я попытался встать, но своей огромной лапой рысь толкнула меня в грудь и придавила к земле. Большие острые когти выступили из её густой шерсти, пронзили мою одежду и больно воткнулись в мои плечи и шею. Одно движение и моя глотка будет вскрыта.

— Ты убил моих детей! ТЫ УБИЛ ИХ! Мррррэк! То, что я ещё не убила тебя — чудо! Не передать никакими словами, как я хочу сейчас убить тебя. Но не буду, иначе мне не возьмут на работу в королевскую секретную службу, в отряд разумных зверей. Ну и к тому же, и я в долгу у тебя за то, что ты наделил меня разумом. Живи с этим дальше. Прощай.

— Редьяра! Прости! Умоляю! Прости-и-и-и!

В ответ рысь только дёрнула ухом. Моя малышка ушла, оставив в моей душе огромную рану.

Лучше бы убила на месте.

Выяснилось, что она сбросила меня на землю, как раз у моего дома. Еле волоча ноги, я поднялся на второй этаж и зашел в свою комнату. Вот он, тот самый момент, когда чувствуешь настоящую боль. Сразу же достал бутылку клюквенной настойки. Сейчас самое время встать на путь пьяницы.

Выпил немного. Омерзительно! Так мне и надо. Поделом! Выпил ещё, еле пересиливая себя.

Любишь? Отпусти. Я её люблю, я её отпустил. Посмаковал эти мысли, да, самоутешение, но другого мне не остаётся.

Захмелел от настойки. Подошёл к окну, в свете фонарей одного из домов на противоположной стороне улицы увидел Руслану. Она шла в вязаном из толстой пряжи жёлто-зелёном комбинезоне. Шестяной костюм покрывал всё её тело, кроме головы и ладоней. Грудь и бёдра украшали рельефные вязанные узоры. Переходя дорогу в сторону моего дома, она нарисовала в воздухе знак заклинания и прошла через него. Знак впитался в её костюм, после чего тот как будто ожил: в свете уличных ламп жёлтые и зелёные цвета стали сочными и переливающимися, а рельефные шерстяные узоры обрели чёткие очертания и текстуры. Разоделась в пух и прах, чтобы зайти мне в гости. Зачем? Есть только одно объяснение.

— А где Редьяра? — сразу спросила магичка, войдя ко мне в комнату.

— Она ушла от меня в королевский отряд разумных животных.

— Всмысле?

— Мы поссорились.

— Быстро вы… Слушай, Йован, ты забрал у меня свиток с заклинанием?

— Да, я забрал, — я показал Руслане свиток, — он пригодится магу при возвращении Редьяре нормальных размеров.

— Теперь, если Редьяра ушла от тебя, зачем оно тебе?

— Я всё равно люблю её, и если ей нужна будет помощь, я помогу без раздумий. Русь, погоди, а зачем тебе этот свиток? Я знаю, у вас в магазине все свитки — это переписанные копии.

— Да, но сегодня я взяла последний экземпляр.

Я посмотрел на костюм, который облегал её тело и выгодно подчёркивал фигуру: каждая шерстяная нитка как будто медленно двигалась, а узоры тихо плавали по ткани. Кожаные ботфорты срослись со штанинами, а в месте вплавления в кожу шерсть светилась. Руслана вырядилась, чтобы показать мне, какая она красивая.

— Я перепишу заклинание на свой свиток и завтра занесу тебе в магазин.

— Ладно, занесёшь, — сказала Руслана и повернулась в сторону двери.

Очень странно. Я посмотрел на свиток ещё раз. Он был без фирменной печати магазина, в котором работает Руслана. Что-то она темнит.

— Руська-пуська, стой, — сказал я ей в спину. Обратился по старой кличке, которая её бесила. — Ты сама придумала заклинание или модифицировала человеческую версию. Сучка, ты обманула меня и Редьяру.

Сработало! Я вывел её из себя. В её руке моментально образовался огненный шар, который через мгновение полетел в меня. Но я даже не шелохнулся, чтобы увернуться от него, так как это просто шар-иллюзия, без заклинания он не имеет какой-либо силы. Шар разбился о моё лицо и растворился в воздухе.

— Йован, ты всегда умел бесить людей на ровном месте. Ладно, скажу правду. Я не просто обманула тебя, я использовала тебя, как подопытного кролика. Понял? Заклинание не моё, но оно от сомнительного автора и мне надо было проверить его, перед тем, как использовать его на Эрьяде. И, кстати, твоя Редьяра — дочь Эрьяды. Когда она окотилась, у меня не хватило духу убить новорожденных, я их раскидывала по лесу, когда они уже разлепили глаза и могли ходить. Да, это для них такая же смерть, понимаю, но для меня так было легче.

— Ты обрекла на голодную и мучительную смерть беспомощных котят? Ну и тварь же ты. Лучше бы сразу убила.

Руслана закатила глаза и цокнула.

— Каждый день в мире совешаются гораздо более жестокие вещи, — ответила она, рассматривая свои ногти, которые вспыхнули темно-зелёным густым пламенем.

— А это… Получается, что Эрьяда тоже разумная?

— Конечно. Я также случайно, как и ты, наделила её разумом с помощью того заклинания. А этот план созрел у нас, когда я заметила, что у тебя есть рысь. Три месяца назад подкинула тебе тот свиток через этого придурошного… Друга твоего… Как его… Через Лестера. Так сказать, чтобы запутать след. Хотя, ты, болван, все равно бы не догадался.

— И Эрьяда согласилась делать эксперименты над своей дочерью?

— Вообще, это всё её идея. И узнала она Редьяру только сегодня. Мы обе ничего не знали про твою рысь.

— А если я сожгу этот свиток!

— Ха! Сомневаюсь.

— А если я расскажу Эрьяде про её детей?

— Да ничего ты не сделаешь. Ты ведь до сих пор сохнешь по мне. Свиток занесёшь завтра. Понял?

— Понял.

Руслана ушла. Цокая каблуками, спустилась вниз и вышла на улицу. Я подошёл к окну и проводил её взглядом.

Сучка! Но завтра всё равно подарю ей цветы. Никогда не поздно сделать очередную попытку выйти из статуса “просто друг”. Всё-таки, два сапога — это целая пара!