как мужик пил из носика

Иннокентий сидел в своей квартире после смены — уставший, взвинченный, с кружкой чая в руках. На столе лежал очередной «сверхсрочный отчёт» от начальства: «Составить ведомость наличия и состояния уборочного инвентаря по всем постам».

— Уборочный инвентарь… — пробормотал он, сжимая кружку так, что пальцы побелели. — Я тут за безопасностью слежу, а не за вениками… Мне на всех вас по***!!!

Первая волна

Он резко встал. Кружка полетела в раковину — звон! — и разлетелась на осколки.

— Ладно! — рявкнул он в пустоту. — Будем инвентаризировать!

Шагнул к шкафу, выдернул дверцу, начал швырять на пол всё, что попадалось под руку:

На полу уже росла гора битой посуды, а Иннокентий только раззадоривался.

Апогей хаоса

Он схватил кастрюлю — ту самую, в которой варил суп по выходным, — и с размаху шмякнул её о дверь. Кастрюля отскочила, прокатилась по полу и замерла у ног.

Иннокентий замер, тяжело дыша. Вокруг — разгром:

Он огляделся, медленно опустился на пол посреди этого апокалипсиса, прислонился к стене.

Чай из носика

На плите стоял чайник — единственный уцелевший предмет на кухне. Иннокентий подполз к нему, снял с конфорки, открутил крышку. Внутри — ещё тёплый чай.

Он приложился к носику и сделал долгий глоток.

Чай обжёг губы. Он не отпрянул. Только выдохнул:

— Ну вот. Теперь даже из чашки попить нельзя.

Молчаливый монолог

Он сидел посреди развалин, пил чай из носика и думал:

«Я все сказал. Теперь стало хорошо. Не приставайте ко мне».

Утро после

На следующий день он пришёл на пост ровно в 8:00. Рация — на плече, фонарик — в кармане, взгляд — твёрдый.

К нему подошёл начальник, увидел усталое лицо, тёмные круги под глазами, а потом — чайник, который Иннокентий зачем‑то принёс с собой.

— Ты… в порядке? — спросил осторожно.

Иннокентий поднял глаза.

— Я охраняю, — сказал тихо, но чётко. — Не заполняю бланки. Не считаю швабры. Не бегаю с коробками. Я охраняю.

Начальник помолчал. Потом кивнул.

— Ладно. Отчёты… мы сами. Ты главное — смотри за объектом.

Эпилог

Вечером он сидел на крыльце, пил чай из носика и смотрел, как солнце садится за крыши домов.

Вокруг — тишина.

Всё было спокойно.

Так и должно быть.

А ведомости… пусть сами как‑нибудь.