Отлично выспавшись в гостинице после ночи наслаждений, мы отправились завтракать в кафе. Яркое мартовское утро — с солнцем и густо-синим небом — отражалось в окнах старинных домов вдоль центральной улицы. Граждане спешили на работу кто во что горазд: кто суетно нёсся по тротуару, кто трясся в битком набитом автобусе, а кто-то мчал на личном транспорте. Но мы с женой были в отпуске — нам всё это до фонаря.

Супруга была надушена, напудрена, вся из себя накрашена, в приталенном синем пальто с отсылкой к ретро-стилю бэби-долл шестидесятых. Из-под синего берета-таблетки кокетливо выглядывала чёлка каштановых волос. Мне нравился этот её стиль — женщина должна быть если не яркой, то как минимум харизматичной.

Однако, выйдя из-за угла, к своему неудовольствию на улице между нами и кафе я обнаружил КамАЗ-бочку и двух дворников, поливающих тротуар из шланга.

И тут же грязная вода брызгами попала на пальто жены.

— А поаккуратнее нельзя?! — пришла в ярость моя благоверная. — Тут люди ходят!

— Как оплачено, так и нахерачено! — весело засмеялась в ответ веснусчатая девушка-дворник.

Я отметил актуальность фразы и мигом добавил её в свой внутренний арсенал острот. Затем подцепил злобно сморщившуюся супругу за локоть и аккуратно вывел её из конфликта.

— Пойдём, дорогая… А то ещё польют нас с головы до ног. Да и позавтракать, знаешь ли, очень хочется.

В кафе было тепло и светло, пахло жареным беконом и кофе, и всё выглядело так, будто утро удалось на славу — бодро, открыточно. Официант улыбался старательно. Жена листала меню, повесив на вешалку испачканное пальто; пятно на нём почти не бросалось в глаза, если не рассматривать ткань специально. Но я поймал себя на том, что как раз хочу делать именно это - рассматривать пятно со всех ракурсов.

За соседним столиком кто-то раздражённо постукивал ложкой по блюдцу, за барной стойкой бармен тихо позвякивал посудой, и в этих звуках слышалась единая оркестровая интонация — ровная, равнодушная, деловая. Всё шло своим чередом, никто никому ничего не был должен сверх положенного. Я сделал глоток горького американо и подумал, что почти всегда мир именно так и работает: аккуратно, без злобы, но и без участия — ровно на ту сумму, на которую его оплатили.

Как оплачено, так и нахерачено.

Загрузка...