Какое грубое животное!

Крупные капли дождя барабанили по разгорячённой коже Алана: сероватой, покрытой сетью шрамов множества сражений. Мужчина тяжело дышал. Ярость, ещё кипевшая магией в его крови, медленно угасала, а вместе с ней таял и чешуйчатый хвост огненной саламандры, обнажая обычные человеческие ноги в плотных перелатанных несчётное число раз штанах. Чем слабее становился гнев, тем чётче он ощущал разливающуюся по напряжённым мышцам приятную усталость.

Ливень уже смыл кровь с его клинка и смешал её с грязью под ногами. Алан сдержал своё слово.

Он всегда держал своё слово.

Встряхнув головой, мужчина откинул волосы назад и моргнул, разглядывая труп перед собой и замершую над ним девушку. Длинная рана на всю спину отправила сумасшедшего эльфа из его команды прямиком в Царство Мёртвых.

Хрупкая на вид девушка стояла над телом, не сводя с трупа Леонарда янтарных глаз и, кажется, даже не замечая ливня. Воздух всё ещё наполнял гул её вееров из поющей стали, но сама она уже почти минуту была молчалива и неподвижна.

С того самого момента, как успела развеять чары Леонарда, помешав ему сбежать, ровно за секунду до того, как до эльфа добрался клинок Алана.

Резко проведя по вееру рукой, чтобы унять низкую вибрацию, и оставив на нём свою кровь от пореза, Джин-Хо развернулась и ушла куда-то в дождь.

Впрочем, Алан и не ждал от лисы иного: он выполнил её просьбу. Они вместе выполнили пожелание Луиша.

Больше судьба Леонарда Сильверкроуна её не касалась.

Двумя месяцами ранее

Джин-Хо фыркнула от упавшей на неё дождевой капли и поёжилась, прижимаясь к горячему боку Алана, раскинувшему над её головой плащ и стараясь не вдыхать глубоко влажный смрад гнили, кажется, пропитавшей сами стены, к которым она с товарищами жалась.

Дождь лил уже несколько месяцев, почти не переставая. Того и гляди Штормрич просто-напросто смоет под напором этого затянувшегося сезона.

Настроение и без того паршивое, ухудшалось и из-за условий, в которых она оказалась: мало кому понравится стоять под проливным дождём в компании конченых психов в грязном переулке рядом с постом Железной стражи в поисках способа пробраться внутрь и похитить пирата-неудачника по очередному приказу Совета Незримых.

Скосив взгляд вбок и вверх, она снова поморщилась от влаги. По другую сторону от прикрывавшего их хоть как-то Алана стоял с закрытыми глазами худощавый эльф. Леонард сменил свою верную собакоподобную дьявольскую тварь Дюраль на маленьких какодемонов — летающих шариков плоти с огромной пастью и единственным глазом. И сейчас призыватель сосредоточился на их телепатической связи, координируя своих юрких летающих разведчиков.

— Нашёл, — не открывая глаз, высокий, бледный эльф усмехнулся и потянулся к поясу, в последний момент отдёрнув руку, поняв, что закуривать в такой дождь нет смысла. — Его допрашивают. Железная стража считает, что это следователи от Штормовых лордов, но на них бордовые шмотки. Ну вы поняли, к чему я, — приоткрыв глаз, он хмыкнул и продолжил. — У меня есть план, как нам вытащить этого пиратика. Была у меня одна тварюшка на примете, что может часть стены уничтожить. Но нужны личины, чтобы нас не спалили раньше времени. Хватаем Луиша и рвём когти дверью измерений, я её недавно как раз выучил, правда, недалеко, в этот или соседний переулок, там маскируем как-нибудь цель и тащим в гостиницу.

Он задумался и поморщился:

— Бля… Выходит, я здесь один за всех пахать буду? Хуевенько… Ну, что не сделаешь во благо организации, — широко улыбнувшись, Лео посмотрел наверх, что-то прикидывая. — Есть чем его замаскировать?

— Да. И свои лица прикройте, — Джин-Хо щёлкнула веером, ткань которого была натянута на острые клинки поющей стали. — Давайте поскорее закончим уже с этим.

Хмыкнув, Леонард кивнул и щелчком отправил демонов обратно в их полный нескончаемой войны с добром родной план.

— Тогда подкрадываемся и приступаем, — Алан опустил плащ и проверил, как выходит из ножен фальшион.

Вода тут же просочилась за воротник, будто пытаясь пропитать собой троицу с ног до головы, растворив в себе вонь переулка, чтобы выдать преступников Железной Страже одним лишь видом и запахом.

Настало время похищения.

***

Тяжело дыша после долгого бега, Джин-Хо пыталась хотя бы немного выжать свои длинные чёрные волосы, образуя под ногами лужу дождевой воды.

План сработал, но слишком гладко. Агенты Багрового Кодекса, которыми, несомненно, и являлись допрашивавшие Луиша, даже не успели ничего сделать, как кликовцы умыкнули пирата прямо у них из-под носа. Получается, Теневая Клика снова обманула своих скрытных оппонентов? Звучит слишком хорошо, чтобы не было подвоха.

И вот они стояли в снятой утром комнате в гостинице. Пиратом оказался худощавый мужчина с нездоровым цветом кожи, куцыми волосами и тонкой козлиной бородкой на вытянутом лице.

На Леонарда и Джин-Хо он бросил мимолётный взгляд, в котором, кажется, даже сквозила лёгкая неприязнь, после чего оценивающе стал рассматривать Алана, с каждым мигом улыбаясь всё шире

Посмотреть, конечно, было на что. Рубашка вечно сурового и мрачного мужчины облепила его торс, чётко очерчивая контур внушительных мышц и местами явно просвечивая. И взгляд Луиша Мягкого с каждой секундой становился всё более и более влюблённым и сальным.

Немного жеманно поджав губы, он улыбнулся Алану и, не обращая внимания на широко раскрывших глаза от происходящего и замерших Лео и Джин-Хо, сделал к нему шаг бочком. От этого липкого взгляда по спине Алана побежали мурашки, а рука сама собой потянулась к короткому клинку на поясе. Пират мягко прикоснулся было к его предплечью, оставляя на ней холодный след своих тонких мозолистых пальцев.

— Какое невероятно сексуальное грубое животное спасло меня! Дорогой мой, — он сладко улыбнулся теневику, с выражением отвращения на лице отпрянувшему от пирата, — чем я могу тебя отблагодарить? Всего себя готов отдать за избавления меня от тех надоедливых личностей!

Джин-Хо переглянулась с Леонардом и одновременно с эльфом прыснула от смеха: кажется, их излишне маскулинному товарищу предстоит терпеть приставания пирата, чьи интересы находились явно вдали от дамских юбок.

— Пророчество, — сквозь сжатые зубы процедил Алан, бросив на попятившихся напарников обжигающе-яростный взгляд. — Наши наниматели хотят получить от тебя координаты «Утонувшей невинности».

— О, боюсь, мой милый грубиян, «невинности» у меня нет. Зато у меня есть карта к ней. Морская ведьма Плюресса несколько расстроилась, что я оказался неподвластен её чарам, и прокляла меня, пока я не принесу ей эту реликвию. Правда, чтобы добыть её, мне нужна команда, способная справиться с кораблём в бухте за городом. Ну и да, карта… Тоже часть проклятия.

Пират противно захихикал и обернулся к кликовцам спиной. Хмыкнув, он сбросил со своих плеч тонкую мокрую жилетку, обнажая торс.

Всю спину Луиша покрывала татуировка, чьи линии складывались в очертания слишком хорошо известного всем троим континента, в его изломанные горные хребты, извилистые реки и заливы, давно вымершие города великанов с единственной цивилизованной точкой на севере — Штормричем, местом, где они стояли сейчас в паршивой гостинице и пялились на спину пирата. Контуры изображённого Ксен’Дрика медленно двигались, горные хребты смещались, реки перетекали в новые русла — карта жила, подчиняясь проклятию, отмечая путь к тому, что Голос Бури звал «Утонувшей невинностью»

— Боюсь, без меня вы её не найдёте. Карта меняется по мере приближения к месту, — с широкой улыбкой пояснил Луиш, взглянув на своих спасителей из-за плеча.

Джин-Хо едва подавила тяжёлый вздох. Лёгкая, казалось бы, работёнка теперь сулила растянуться непонятно насколько — а возвращаться к Совету ни с чем ей хотелось в последнюю очередь.

Главы Теневой Клики были скоры на расправу.