Какой-то мох в пробирке

Дверь была слегка перекошена, металл у замка носил следы грубого взлома и ещё более грубых попыток ремонта, но датчик герметичности светился зелёным — нормально закрыли. В почтовом ящике валялись рекламные листовки, два пластиковых конверта и один казённый бланк с печатью, он открыл его — вода, дед не заплатил за воду, месяц назад.

— Что там, Шмеля? Мы хоть должны не останемся? — солдат заглянул в бланк через его плечо, Шмель промолчал — Нухич умел читать, просто ленился. — «Во-до-снабжение», да? Дед просрочил?

— Ага, — Шмель отдал ему бланк, взял конверты — один он узнал, потому что сам отправлял, второй был от Наны, они дружили. Нажал на дверной панели кнопку вызова диспетчера, ответил официальный женский голос:

— Администрация, слушаю.

— Я наследник, хочу открыть дверь.

— Свидетельство о смерти есть?

— Да.

— Приложите. — Он достал свидетельство, приложил к панели, женский голос приказал: — Теперь чип. — Он приложил ладонь, замок щёлкнул. — Открылось?

— Да, спасибо.

— Что планируете с наследством делать?

— Продать, он завещал, там должно быть всё указано.

— Да, я вижу. Могу отправить к вам человечка на просмотр через час, будете готовы?

— А надо готовиться?

— Прибраться было бы неплохо, чтобы там еда засохшая не стояла на столах, носки не валялись. За чистое больше платят.

— Хорошо, сделаем.

— Я отправляю аванс тогда. Приложите чип.

Он приложил, комм на запястье пиликнул, потом у Нухича пиликнул тоже, тот глянул на экран, заулыбался. Шмель поставил таймер на час и открыл дверь.

Нухич прощемился первым, сразу побежал к холодильнику, открыл и разочарованно простонал:

— Опять банки с химозой наставил! Где жратва?

— Нухич, соберись! — поморщился Шмель, — час времени, надо всю эту химозу убрать. Потом купим пожрать на станции.

— Хот-дог хочу, — шмыгнул носом солдат, выгребая из холодильника банки, стал по очереди открывать и выливать в раковину.

Шмель открыл единственную дверь, осмотрел крохотный санузел и кивнул на него солдату:

— Лучше в унитаз выливай, там труба толще.

— Угу, — Нухич открыл шкаф, достал оттуда аквариум с мутной водой и плесенью, понёс в туалет, вылил, вернулся и достал ещё один аквариум из другого шкафа. Спросил: — Это эксперименты его? Химические?

— Ага, — Шмель открыл духовку, отшатнувшись от волны горячего и жутко вонючего пара, достал подставку с десятком колб, в них тоже тряслась мутная жижа разных оттенков зелёного. Нухич заглянул через плечо и фыркнул:

— Опять какой-то мох в пробирке. Нахрена он этим занимался? Он же не учёный даже, у него диплома нет.

— У меня тоже лётной лицензии нет. Шевелись.

— Беляш хочу, — вздохнул Нухич. — Или нет, шавуху хочу!

— Купим, — он отдал бойцу пробирки и посмотрел на экран запищавшего комма, там светилось имя «Нана», он принял звонок: — Привет, старушка.

— Шмелик, а что это за деньги мне пришли?

— Аванс за дедову хату. Он помер в больнице позавчера, из наследников только команда, так что мы тут порядок наводим, через час покупатель придёт.

— Вы там убираете? — голос Наны прозвучал странно, пилот напрягся, но не подал вида:

— Да. А что?

— Вы никакие эксперименты не трогали, я надеюсь? Всякие пробирки, банки, кастрюли с плесенью? Не вздумайте там ничего сожрать, я тебя умоляю, даже пар не вдыхайте! Дед коллекционировал водоросли и простейших, он у бродяг грязь с ботинок покупал, ты помнишь. Потом скрещивал эту микроживность, издевался над ней, «комбинировал стрессовые воздействия», смотрел, кто выживет.

— Нахрена?

— Он хотел вывести идеальных анаэробов, чтобы запустить их в океаны и они надышали нам атмосферу.

— Это реально?

— Хрен его знает. Но вот что точно реально — это получить штраф от администрации за развод болезнетворной флоры и фауны. Там есть что-то? Водоросли, мох, слизь в банке?

Шмель выдвинул ближайший ящик, оттуда на него уставилась пробирка с пушистым ярко-зелёным комком то ли флоры, то ли фауны. Комок настолько разросся, что частично выполз из пробирки и пошёл осваивать дно ящика. Шмель вздохнул и сказал:

— Дед за воду месяц не платил, Наночка. Тут всё высохло в пыль.

— Да? А сколько влажность?

Он нажал на кнопку анализатора, увидел цифру сорок семь и сказал:

— Двенадцать процентов.

— Блин, мало. Жаль. Ладно, давай, убирайте.

— Давай.

Он отключился, взял из ящика пробирку и вытряхнул мох в раковину. Из туалета раздался звук льющейся воды, потом выглянул Нухич и сказал:

— Только подумал про шавуху, сразу живот прихватило. Воды в кране нет, я из какой-то канистры смыл.

— Молодец, — вздохнул Шмель. Серьёзно посмотрел бойцу в глаза и сказал: — Нухич, если что — тут никакого мха не было, понял? Всё высохло. Нам за эту жижу может штраф прилететь.

— Понял-принял, — боец поднял ладони в зелёной жиже, улыбнулся: — Я законопослушный.

Шмель кивнул и посмотрел через герметичное окно на серо-жёлтые просторы их маленькой, но любимой планетки, на которой была вода, но не было пригодной для дыхания атмосферы. Пока ещё не было.

19.10.2023

От автора