Каменное Сердце

Под землёй никогда не бывает настоящей тишины.

Даже в те часы, когда в верхних залах гасли газовые фонари и в каменных домах затихали голоса, глубина всё равно дышала. Камень скрипел под собственным весом, будто огромный старик, ворочающийся во сне. Вода медленно капала со сводов, и эти капли падали на пол с одинаковым звуком, который со временем начинал казаться чем-то живым. Где-то далеко гудели паровые трубы, по которым шёл горячий воздух из глубинных котлов. Иногда слышался скрежет шестерён, и тогда казалось, что сам город двигается, словно громадный зверь, спрятанный внутри горы.

Гномы называли свой город Кхар-Дорам, что на древнем языке означало «Дом в Камне». Но чаще его называли просто Полисом. Других городов никто из живущих здесь никогда не видел.

Старые сказители утверждали, что когда-то давно гномы жили под открытым небом. Они рассказывали о каком-то огромном огненном свете, который поднимался над горизонтом и освещал мир. Но большинство слушателей лишь посмеивалось над этими историями. Под землёй не было места для небесных огней. Камень был потолком мира, а глубина -его сердцем.

Бронн родился в самой нижней части Полиса, там, где каменные улицы были узкими и кривыми, словно старые трещины. Эти кварталы называли нижними кольцами. Здесь жили те, кого верхние касты предпочитали не замечать.

Пыльные.

Так называли касту, к которой принадлежал Бронн.

Их работа была простой и грязной. Они чистили шахты, убирали обвалы, вытаскивали мёртвых из заваленных тоннелей, ремонтировали рельсы для вагонеток и иногда отправлялись туда, куда никто из остальных гномов идти не хотел.

Говорили, что если камень начинает гнить, первыми это чувствуют пыльные.

Бронн сидел на краю каменного уступа и медленно точил свой короткий топор. Лезвие было старым, но он заботился о нём так же внимательно, как кузнецы заботятся о своих молотах.

Внизу, на дне шахты, тускло горели несколько газовых ламп. Их свет был мутным и жёлтым, словно больное пламя. Рабочие двигались внизу, толкая вагонетки с рудой. Металл скрипел, камни грохотали, а над всем этим стоял густой запах масла и пыли.

-Опять точишь, -сказал голос рядом.

Бронн не поднял головы.

-А что ещё делать.

Гном, который подошёл к нему, был старше лет на двадцать. Его борода была короткой и поседевшей, а лицо испещряли мелкие шрамы. Звали его Харгрим. Он работал в шахтах столько, сколько Бронн себя помнил.

Харгрим присел рядом, тяжело опустившись на камень.

-Знаешь, что говорит старая поговорка? -сказал он.

Бронн слегка усмехнулся.

-Если это опять про бороды, я уже слышал.

-Нет, -покачал головой Харгрим. -Эта про камень.

Он помолчал, будто пробуя слова на вкус.

-Камень терпит долго. Но если он треснет -трещина идёт до самого сердца горы.

Бронн наконец поднял глаза.

-И к чему это?

Харгрим кивнул в сторону шахты.

-Сегодня утром нашли тела.

Бронн перестал точить топор.

-Обвал?

-Нет.

Старик посмотрел вниз.

-Слишком уж странно они выглядели для обвала.

Некоторое время они молчали.

Где-то глубже в шахте раздался глухой удар. Камень ответил ему длинным эхом.

Бронн поднялся.

-Где?

-Тоннель двадцать три. Старый.

-Его же закрыли.

-Вот именно.

Бронн спрыгнул с уступа на нижний уровень. Его сапоги глухо ударились о каменный пол.

Тоннель двадцать три находился в старой части шахты. Там добычу прекратили много лет назад, когда рудные жилы истощились. Но иногда туда всё равно отправляли пыльных -проверять, не появились ли новые трещины.

Когда Бронн и Харгрим подошли к входу в тоннель, там уже стояли трое рабочих. Они разговаривали тихо, почти шёпотом.

Газовый фонарь висел на железном крюке у входа. Его свет колебался, словно не хотел освещать то, что находилось внутри.

-Ну? -спросил Харгрим.

Один из рабочих кивнул в сторону тоннеля.

-Там.

Бронн взял фонарь и шагнул вперёд.

Внутри пахло сыростью.

Каменные стены были покрыты тонким слоем серой пыли. Пол был неровным, местами заваленным мелкими камнями.

Они прошли метров двадцать, когда свет фонаря упал на тело.

Гном лежал на боку.

Сначала Бронн подумал, что это обычный несчастный случай. Но когда он подошёл ближе, он понял, что ошибся.

Грудная клетка была разорвана.

Не раздавлена камнем.

Разорвана.

Рёбра торчали наружу, словно белые сломанные ветки.

Харгрим тихо выругался.

-Камень милосердный… -прошептал он.

Бронн медленно присел рядом с телом.

Следы на полу были странными.

Не отпечатки сапог.

И не следы инструментов.

Это были… когти.

Длинные, глубокие борозды в пыли.

Бронн провёл пальцами по одной из них.

Когти.

Но не гномские.

Он поднялся.

-Здесь было что-то ещё.

Харгрим посмотрел на стены.

-Тоннель закрыт уже лет десять.

Бронн поднял фонарь выше.

Свет коснулся потолка.

И тогда он увидел ещё одну странную вещь.

Камень был поцарапан.

Будто кто-то карабкался вверх.

В этот момент из глубины тоннеля донёсся звук.

Тихий.

Скребущий.

Бронн замер.

Звук повторился.

Будто когти медленно скользили по камню.

Рабочие у входа тревожно переглянулись.

Харгрим прошептал:

-Ты это слышишь?

Бронн кивнул.

И вдруг звук прекратился.

Тишина.

Та самая глубокая тишина, которая бывает только под землёй.

Бронн поднял топор.

-Мы не одни.

И где-то в темноте тоннеля что-то тихо зашевелилось.

Звук исчез так же внезапно, как появился.

Бронн стоял неподвижно, сжимая топор. Он не был воином. Пыльные редко становились солдатами -для этого существовали другие касты. Но каждый гном с детства умел держать оружие. Под землёй без этого нельзя было выжить.

Газовый фонарь в его руке слегка дрожал, и от этого тени на стенах двигались, словно живые.

Харгрим шагнул ближе к телу.

-Может, зверь какой… -пробормотал он.

Бронн покачал головой.

-Звери не ходят по закрытым тоннелям.

Он медленно сделал шаг вперёд.

Камень под ногами скрипнул. Эхо ушло глубже в тоннель и долго возвращалось обратно, будто сама гора прислушивалась к их шагам.

В старых шахтах звук всегда был обманчивым. Иногда казалось, что кто-то идёт рядом, хотя на самом деле это лишь капля воды падает в трещину где-то за стеной.

Но сейчас Бронн был уверен.

Звук был настоящим.

Он прошёл ещё несколько шагов, пока фонарь не осветил поворот тоннеля. Каменная стена там уходила вправо, скрывая дальнейший путь.

Бронн остановился.

Харгрим тихо сказал за спиной:

-Далеко не ходи.

-Надо посмотреть.

-Нам за это не платят.

Бронн усмехнулся.

-Нам вообще почти ни за что не платят.

Он медленно обогнул поворот.

Фонарь качнулся.

И свет выхватил из темноты ещё одно тело.

Второй шахтёр лежал на спине. Его лицо было искажено таким выражением ужаса, что Бронн невольно задержал дыхание.

Горло было разорвано.

Кровь давно впиталась в камень, оставив тёмное пятно.

Харгрим подошёл и тихо присвистнул.

-Это уже не случайность.

Бронн осмотрелся.

Теперь он видел больше следов. Когтистые борозды тянулись по полу, уходя дальше в тоннель.

Но было ещё кое-что.

Следы маленьких ног.

Слишком маленьких для гнома.

Харгрим тоже заметил их.

-Гоблины? -прошептал он.

Бронн медленно покачал головой.

-Не знаю.

Гоблины иногда появлялись в старых легендах. Старые сказители говорили, что глубоко под землёй живут целые племена уродливых существ, которые ненавидят гномов.

Но большинство считало эти истории просто сказками.

Полис стоял здесь сотни лет. Если бы гоблины действительно существовали рядом, их бы давно нашли.

Бронн наклонился и коснулся следа.

Он был свежим.

Слишком свежим.

И в этот момент из глубины тоннеля снова донёсся звук.

Но теперь он был другим.

Это было дыхание.

Тяжёлое.

Хриплое.

Словно кто-то пытался втянуть воздух через узкое горло.

Харгрим побледнел.

-Каменные предки… -прошептал он.

Бронн поднял фонарь выше.

Темнота впереди будто стала гуще.

И вдруг в ней что-то мелькнуло.

Движение.

Быстрое.

Низкое.

Бронн инстинктивно шагнул назад.

Из тьмы вырвалась фигура.

Она была маленькой, почти вдвое ниже гнома, но двигалась невероятно быстро.

Фонарь осветил серую кожу, длинные руки и узкое лицо с огромными глазами.

Существо закричало.

Звук был резким и пронзительным.

Бронн ударил топором почти не думая.

Лезвие врезалось в плечо твари.

Раздался хруст.

Существо взвизгнуло и отшатнулось.

Теперь его было видно лучше.

Это действительно был гоблин.

Но не такой, каким его описывали в сказках.

Этот выглядел худым, почти истощённым. Его кожа была покрыта язвами, а зубы торчали наружу, словно у зверя.

Гоблин снова бросился вперёд.

На этот раз Харгрим встретил его ударом кирки.

Железо проломило череп.

Тварь рухнула на камень.

Несколько секунд никто не двигался.

Слышалось только их тяжёлое дыхание.

Бронн медленно вытащил топор из плеча гоблина.

Тело дёрнулось и замерло.

-Значит… это не сказки, -сказал Харгрим.

Бронн молча смотрел на тварь.

Он ожидал почувствовать облегчение.

Но вместо этого внутри него появилось странное ощущение.

Будто всё только начинается.

Словно эта маленькая уродливая тварь была лишь первым камешком, сорвавшимся со склона.

А за ним обязательно последует лавина.

Бронн поднял фонарь и посмотрел дальше в тоннель.

Тьма там была такой густой, что казалась почти живой.

-Надо уходить, -сказал Харгрим.

Бронн не ответил.

Он смотрел в темноту.

И вдруг ему показалось, что там что-то снова шевельнулось.

Очень далеко.

Но не одно.

Много.

Словно в глубине тоннеля кто-то тихо переговаривался на странном скрипучем языке.

Харгрим тоже это услышал.

-Бронн…

Бронн медленно кивнул.

-Я слышу.

Они начали отступать.

Шаг за шагом.

Не поворачиваясь спиной к тоннелю.

Когда они вышли к входу, остальные рабочие сразу поняли, что произошло что-то плохое.

-Что там? -спросил один из них.

Харгрим коротко ответил:

-Гоблины.

Рабочие переглянулись.

Кто-то нервно усмехнулся.

-Да ладно тебе.

Но Бронн молча положил на землю тело твари.

Смех исчез.

Газовый фонарь осветил серую кожу и острые зубы.

Один из рабочих тихо сказал:

-Каменные духи…

В этот момент из глубины тоннеля донёсся новый звук.

Сначала тихий.

Потом громче.

Это был крик.

Но не гоблинский.

Гномий.

Откуда-то из глубины шахт.

Крик резко оборвался.

После него наступила такая тишина, что у Бронна похолодела спина.

Он посмотрел на Харгрима.

Старый шахтёр медленно сказал:

-Похоже… они пришли не одни.

Бронн снова взглянул в темноту тоннеля.

И впервые за много лет жизни под землёй он почувствовал то, что гномы ненавидели больше всего.

Страх перед глубиной.

Потому что каждый гном знал старую поговорку, которую рассказывали ещё детям.

“Камень защищает нас от мира.

Но иногда мир приходит изнутри камня.”

И в этот день Бронн впервые подумал, что древние слова могли быть правдой.

Потому что где-то в глубине тоннелей что-то уже двигалось к Полису.

Медленно.

Но неотвратимо.

Крик из глубины тоннелей ещё некоторое время звенел в ушах, будто эхом отскакивал от каменных стен. Потом он исчез, растворился в тяжёлой подземной тишине, и от этого стало только хуже.

Гномы у входа в тоннель стояли неподвижно.

Никто не хотел первым сказать то, о чём думал каждый.

Бронн медленно поднял фонарь и посмотрел на лица рабочих. Их было пятеро -пыльные, такие же, как он сам, которых редко замечали в верхних кольцах Полиса.

Гномы, которых отправляли туда, где было темно, опасно и грязно.

-Это был Дорн, -тихо сказал один из них. -Он сегодня пошёл проверять дальнюю ветку.

Харгрим тяжело вздохнул.

-Значит, уже нет.

Рабочий, сказавший это, опустил голову.

В шахтах смерть не была чем-то редким. Обвалы, трещины, газ, поломки механизмов -камень часто забирал тех, кто работал слишком глубоко.

Но эта смерть была другой.

Она была чужой.

Бронн посмотрел на мёртвого гоблина.

Существо лежало на боку, и его длинные пальцы всё ещё были скрючены, будто он пытался что-то схватить даже после смерти.

-Надо показать его стражам, -сказал один из рабочих.

-Стражи не спускаются в такие тоннели, -ответил Харгрим.

-Тогда начальникам.

Бронн наконец заговорил.

-Они скажут, что мы врём.

Никто не возразил.

В Полисе существовал порядок. Иерархия, которая была высечена в камне так же крепко, как стены города.

Наверху жили каменные лорды -правители.

Ниже -мастера, инженеры, кузнецы.

Потом стража.

Потом шахтёры.

И в самом низу -пыльные.

Пыльные не приносили новостей.

Пыльные приносили руду, трупы и грязную работу.

-Всё равно надо сказать, -упрямо произнёс один из рабочих.

Харгрим кивнул.

-Да.

Он посмотрел на Бронна.

-Ты пойдёшь.

Бронн не удивился.

Он всегда был тем, кого отправляли говорить.

Не потому, что он был самым смелым.

А потому, что он умел держать язык.

Он наклонился, схватил гоблина за ногу и потащил тело по каменному полу.

Тварь оказалась легче, чем он ожидал.

Слишком лёгкой.

Будто в ней почти не было мяса.

Остальные рабочие молча пошли следом.

Они двигались по длинному шахтному коридору, где по рельсам стояли пустые вагонетки. Стены здесь были чёрными от копоти. Над головой тянулись железные трубы, из которых иногда вырывался горячий пар.

Чем ближе они подходили к основным тоннелям, тем громче становился шум города.

Сначала -глухой гул.

Потом -удары молотов.

Потом -скрежет огромных механизмов.

Полис никогда не спал.

Гномы говорили: пока бьёт молот -живёт город.

Через некоторое время они вышли в главный шахтный зал.

Это было огромное пространство, вырезанное внутри горы. Высокие каменные колонны поддерживали потолок, теряющийся в темноте. Между ними двигались вагонетки, люди кричали команды, цепи скрипели, и отовсюду поднимался густой запах руды и масла.

Рабочие остановились.

Несколько шахтёров сразу заметили, что Бронн тащит за собой что-то странное.

-Это ещё что? -крикнул кто-то.

Бронн бросил тело гоблина на каменный пол.

Шахтёры окружили его.

Сначала никто не говорил.

Потом один из них тихо прошептал:

-Каменные предки…

-Это что за тварь?

-Откуда она?

Харгрим ответил:

-Тоннель двадцать три.

Шахтёры переглянулись.

Этот тоннель знали все.

Он был старым.

Закрытым.

И, как говорили некоторые, проклятым.

Старые гномы рассказывали, что когда-то давно в тех глубинах что-то нашли.

Что-то такое, о чём потом запретили говорить.

Но такие истории в шахтах ходили часто. И обычно оказывались лишь слухами.

Пока один из шахтёров не сказал:

-Там же люди сегодня работали…

Бронн кивнул.

-Работали.

Тишина стала тяжелее.

В этот момент из толпы вышел надсмотрщик.

Его звали Рагнур. Он был из касты шахтных мастеров и носил длинную бороду, переплетённую медными кольцами.

Он посмотрел на тело гоблина.

Потом на Бронна.

-Где вы это взяли?

-В тоннеле двадцать три.

Рагнур нахмурился.

-Он закрыт.

-Был.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

Потом Рагнур пнул тварь сапогом.

-Похоже на гоблина.

Кто-то из шахтёров нервно засмеялся.

-Сказки для детей.

Но Рагнур не смеялся.

Он внимательно осматривал тело.

-Кто-нибудь ещё видел?

-Да, -сказал Харгрим. -И слышал.

-Что слышал?

Старый шахтёр немного помолчал.

-Их.

Слова повисли в воздухе.

Рагнур медленно поднял голову.

-Сколько?

Харгрим покачал головой.

-Не знаю.

Но их было больше одного.

Надсмотрщик выругался.

-Камень меня раздави…

Он повернулся к одному из рабочих.

-Беги к стражам.

Рабочий замер.

-К стражам?

-Да!

Тот сорвался с места.

Рагнур снова посмотрел на Бронна.

-Ты уверен, что это из того тоннеля?

-Я там был.

Надсмотрщик тяжело вздохнул.

-Тогда у нас проблемы.

Он ещё раз пнул тело гоблина.

-Потому что если там один…

Он не закончил.

Но Бронн понял.

Если там один -значит, где-то рядом есть и другие.

И вдруг в шахтном зале погас один из фонарей.

Никто не обратил на это внимания.

Фонари иногда тухли -газовые трубы были старыми.

Но через несколько секунд погас ещё один.

Потом третий.

Люди начали оглядываться.

-Что за…

И в этот момент из дальнего тоннеля раздался визг.

Он был резким.

Нечеловеческим.

Потом второй.

И третий.

Шахтёры замерли.

Кто-то прошептал:

-Они уже здесь.

Бронн медленно повернулся в сторону тёмного прохода.

И из темноты показалась первая фигура.

Маленькая.

Сгорбленная.

С длинными руками.

Гоблин.

Потом ещё один.

И ещё.

Они выходили из тоннеля один за другим, как крысы из трещины.

Их было десятки.

Один из них закричал.

И вся стая рванулась вперёд.

Кто-то из шахтёров закричал.

Кто-то побежал.

Но Бронн уже поднимал топор.

Потому что понял одну простую вещь.

В этот день война пришла в Полис.

И она пришла из глубины.

Крик гоблина был похож на звук ржавого металла, который резко провели по камню.

Он разрезал воздух шахтного зала, и на одно короткое мгновение всё вокруг будто остановилось. Гномы замерли, не веря своим глазам, а твари уже бежали.

Их было больше, чем сначала показалось.

Они высыпали из тоннеля, как вода из треснувшего резервуара. Маленькие, худые, с длинными руками и изогнутыми спинами. Их кожа казалась серой в тусклом свете ламп, а глаза блестели, словно мокрые камешки.

Первый гоблин добежал до шахтёра, который стоял ближе всех к тоннелю.

Тот даже не успел поднять кирку.

Тварь прыгнула.

Удар был быстрым и жестоким. Длинные когти вспороли горло гнома, и кровь брызнула на каменный пол. Шахтёр захрипел и рухнул, хватаясь за шею.

Паника вспыхнула мгновенно.

-Назад! -заорал Рагнур.

Но его голос утонул в шуме.

Гоблины кричали, визжали и скалили зубы. Их крики эхом метались под потолком зала.

Бронн сделал шаг вперёд.

В этот момент один из гоблинов бросился прямо на него.

Он двигался быстро, почти как паук. Его длинные пальцы растопырились, готовые вцепиться в лицо.

Бронн ударил топором.

Лезвие рассекло воздух и врезалось в голову твари. Раздался влажный хруст, и гоблин рухнул к его ногам.

Но за первым уже бежал второй.

Харгрим рядом с Бронном взмахнул киркой. Железо ударило гоблина в бок, отбросив его на камни.

-Держись рядом! -рявкнул старик.

Но вокруг уже начался хаос.

Шахтёры хватали всё, что могли -кирки, молоты, железные крюки. Некоторые пытались убежать, но гоблины были слишком быстры.

Один из них запрыгнул на спину гному и вцепился зубами в ухо. Гном закричал, размахивая руками, пока другой рабочий не ударил тварь ломом.

Кровь текла по камням.

Фонари раскачивались, отбрасывая рваные тени на стены.

Бронн рубил снова и снова.

Он не чувствовал страха -только холодную сосредоточенность. В шахтах часто случалось, что жизнь зависела от одного точного движения.

Но он никогда раньше не сражался с такими тварями.

Гоблин снова прыгнул на него.

Бронн ударил его рукоятью топора в челюсть, затем разрубил шею.

Тело дернулось и затихло.

Он быстро огляделся.

Гоблины всё ещё выбегали из тоннеля.

Слишком много.

-Их там целая стая! -закричал кто-то.

Рагнур поднял железный молот.

-Закрыть тоннель! Быстро!

Несколько шахтёров бросились к механизмам у стены.

Главный шахтный зал соединялся с другими уровнями огромными железными воротами. Их использовали, чтобы перекрывать проходы при обвалах.

Один из рабочих схватился за рычаг.

Механизм заскрипел.

Шестерни начали вращаться.

Но было поздно.

Из тоннеля выскочил новый гоблин -больше остальных.

Он был почти ростом с гнома и покрыт шрамами. Его руки были длинными, а зубы -толстыми и жёлтыми.

Тварь издала глухой рёв.

Остальные гоблины словно взбесились.

Они бросились вперёд ещё яростнее.

Бронн едва успел уклониться от удара когтей. Лезвие топора врезалось в плечо твари, но она не упала.

Гоблин ударил его в грудь.

Бронн отлетел назад и тяжело ударился о каменный пол.

В глазах на секунду потемнело.

Когда зрение вернулось, он увидел, что тварь уже над ним.

Гоблин поднял руку.

Когти блеснули в свете лампы.

Но вдруг раздался глухой удар.

Голова твари резко дёрнулась в сторону.

Харгрим стоял рядом, сжимая окровавленную кирку.

-Поднимайся, парень! -рявкнул он.

Бронн вскочил.

Ворота за их спинами медленно опускались.

Тяжёлые железные створки скрипели, закрывая проход в тоннель.

Но несколько гоблинов уже прорвались внутрь зала.

Бронн заметил одну странную вещь.

Твари не пытались отступать.

Они дрались до последнего.

Словно не боялись смерти.

Словно их что-то гнало вперёд.

Ворота ударились о камень с громким грохотом.

Тоннель оказался закрыт.

Несколько оставшихся гоблинов оказались заперты в зале вместе с гномами.

Бой продолжался ещё несколько минут.

Потом всё закончилось.

Последнюю тварь Рагнур раздавил ударом молота.

Тишина упала на зал так резко, что у Бронна зазвенело в ушах.

На полу лежали тела.

Гоблины.

Гномы.

Кровь медленно стекала в трещины камня.

Бронн тяжело дышал.

Харгрим оперся на кирку.

-Ну… -прохрипел он. -Вот тебе и спокойный день.

Но Рагнур смотрел не на тела.

Он смотрел на закрытые ворота тоннеля.

Очень долго.

Потом тихо сказал:

-Они не просто пришли.

Бронн вытер кровь с топора.

-Тогда что?

Надсмотрщик медленно покачал головой.

-Они искали путь.

Тишина снова повисла в зале.

И вдруг из-за ворот донёсся звук.

Тихий.

Сначала почти незаметный.

Но потом он стал громче.

Скрежет.

Будто множество когтей скребло по железу.

Шахтёры побледнели.

Кто-то прошептал:

-Там… ещё есть.

Скрежет усилился.

Теперь его слышали все.

Сотни когтей царапали ворота.

Будто сама глубина пыталась прорваться в город.

Бронн почувствовал, как по спине медленно пробежал холод.

И тогда он понял.

Это была не случайная стая.

И не заблудившиеся твари.

Это было начало.

Начало чего-то, что уже двигалось через глубины камня.

И если гоблины нашли дорогу сюда…

То кто-то, возможно, привёл их.

И где-то очень глубоко под Полисом кто-то уже знал, что ворота открыты.

Скрежет за железными воротами становился всё громче.

Он был неровным, беспокойным, будто множество когтей царапали металл, не зная усталости. Иногда в этом шуме слышались короткие визги, и тогда некоторые гномы невольно делали шаг назад.

Железные створки были толстыми, выкованными для того, чтобы выдерживать обвалы и давление камня. Но звук, который доносился из-за них, заставлял думать о другом -о том, что с той стороны может быть гораздо больше тварей, чем кто-либо ожидал.

Бронн стоял неподвижно, опираясь на топор.

Кровь медленно стекала по лезвию и капала на каменный пол. Он почти не замечал этого. Его взгляд был прикован к воротам.

Рагнур тоже смотрел туда.

Надсмотрщик выглядел старше, чем несколько минут назад.

-Все назад, -тихо сказал он.

Никто не стал спорить.

Гномы начали медленно отходить от ворот. Их шаги отдавались глухим эхом под высоким потолком зала.

Но скрежет не прекращался.

Теперь к нему добавился другой звук.

Удары.

Сначала редкие.

Потом чаще.

Будто кто-то с той стороны бил по железу камнем или инструментом.

Харгрим тихо пробормотал:

-Камень милосердный… они же не смогут…

Но он не договорил.

Потому что в этот момент по воротам ударили так сильно, что металл загудел.

Один из молодых шахтёров вздрогнул.

-Они их сломают?

Рагнур резко повернулся к нему.

-Нет.

Но уверенности в его голосе не было.

Бронн сделал несколько шагов ближе к воротам.

-Не подходи! -рявкнул Рагнур.

Но Бронн уже стоял рядом.

Он прислонил ладонь к холодному железу.

Металл слегка вибрировал.

С той стороны что-то двигалось.

Много чего.

-Их больше, чем мы думали, -тихо сказал Бронн.

Рагнур выругался.

-Надо поднимать тревогу.

Он повернулся к одному из рабочих.

-Беги в верхние кольца. Найди стражу.

Рабочий нервно кивнул и сорвался с места.

Его шаги быстро затихли в дальнем коридоре.

Шахтный зал снова погрузился в напряжённую тишину.

Но она длилась недолго.

Сначала где-то наверху заскрипела цепь.

Потом раздался тяжёлый металлический звон.

Гномы подняли головы.

По стене медленно спускалась платформа грузового лифта.

Большая квадратная площадка, окружённая железными перилами. Она двигалась медленно, сопровождаемая скрипом огромных шестерён.

Когда платформа опустилась на каменный пол, на неё шагнули трое гномов.

Стража.

Их легко было узнать.

Тяжёлые кольчужные доспехи, широкие пояса с мечами и тёмные плащи с серебряным знаком города -молотом, пересекающим каменную жилу.

Первым сошёл высокий гном с длинной чёрной бородой.

Его глаза быстро осмотрели зал.

Тела.

Кровь.

Мёртвых гоблинов.

-Кто главный? -коротко спросил он.

Рагнур шагнул вперёд.

-Я.

Стражник подошёл ближе.

-Объясняй.

Рагнур кивнул в сторону ворот.

-Тоннель двадцать три.

Стражник нахмурился.

-Он закрыт.

-Уже нет.

Он указал на тела гоблинов.

Стражник некоторое время смотрел на них.

Потом наклонился и перевернул одну из тварей сапогом.

Его лицо осталось спокойным, но в глазах появилось напряжение.

-Откуда они?

-Из глубины.

Стражник поднялся.

-Сколько их?

Рагнур покачал головой.

-Мы не знаем.

И словно в ответ на эти слова ворота снова задрожали.

С той стороны раздался яростный визг.

Потом удар.

И ещё один.

Стражник медленно повернул голову к воротам.

Его лицо стало серьёзным.

-Значит, знаете достаточно.

Он посмотрел на своих солдат.

-Поднимайте сигнал.

Один из стражников быстро подошёл к стене, где висел длинный бронзовый рычаг.

Он потянул его вниз.

Через мгновение по шахтам прокатился звук.

Глубокий.

Тяжёлый.

Словно огромный колокол ударил где-то в сердце горы.

Это был сигнал тревоги.

Бронн слышал его всего несколько раз в жизни.

Первый -когда произошёл большой обвал.

Второй -когда прорвало подземную реку.

Но сейчас звук был другим.

Длиннее.

Громче.

Он означал одно.

Враги в городе.

Гул тревоги прокатился по тоннелям, уносясь вверх, в верхние кольца Полиса.

Где-то далеко начали отвечать другие колокола.

Сначала один.

Потом ещё.

И ещё.

Полис просыпался.

Стражник снова посмотрел на ворота.

-Эти твари не могли прийти сами.

Бронн тихо сказал:

-Я думал о том же.

Стражник взглянул на него.

-Ты кто?

-Пыльный.

-Имя.

-Бронн.

Стражник кивнул.

-Ты видел их первым?

-Да.

Он немного помолчал.

-И слышал.

-Что?

Бронн посмотрел на железные створки.

-Их было много.

Он вспомнил звук из тоннеля.

Шёпот.

Скрипучие голоса.

Словно кто-то разговаривал в темноте.

-И они шли не просто так.

Стражник медленно сузил глаза.

-Объясни.

Бронн покачал головой.

-Я не знаю.

Он снова посмотрел на ворота.

-Но они искали дорогу.

Скрежет за железом внезапно усилился.

Теперь это был уже не просто шум.

Это было давление.

Сотни когтей скребли металл.

Будто сама тьма пыталась пробиться внутрь.

Стражник вытащил меч.

-Если они прорвутся…

Он не закончил.

Но все понимали.

Если ворота падут, шахты станут дорогой прямо в сердце города.

И тогда подземный мир Полиса уже никогда не будет прежним.

Бронн крепче сжал топор.

Где-то глубоко внутри он чувствовал странную мысль.

Мысль, которая казалась безумной.

Но от неё невозможно было избавиться.

Гоблины редко действовали так.

Они были падальщиками.

Тварями, которые прятались в трещинах и подбирали остатки.

Но сейчас…

Сейчас они шли, как армия.

А армии не появляются сами.

Кто-то должен был их вести.

И если это правда…

Значит, где-то в глубинах камня уже проснулся тот, кто послал их сюда.

И это был только первый удар.

Тревожный колокол всё ещё гудел где-то в глубинах Полиса, и его тяжёлые удары медленно перекатывались по тоннелям, словно далёкие удары сердца. Каждый звук проходил через камень, через рельсы, через железные трубы и возвращался эхом из самых дальних коридоров.

Гномы в шахтном зале стояли молча.

Теперь никто не сомневался, что произошло что-то серьёзное.

Сигнал тревоги в Полисе не поднимали без причины.

Стражник, прибывший с лифтом, медленно прошёлся по залу, осматривая тела. Его сапоги глухо стучали по камню, и каждый шаг казался слишком громким в этой напряжённой тишине.

Он остановился возле мёртвого гоблина, присел и провёл пальцем по его серой коже.

-Худые… -пробормотал он.

Рагнур нахмурился.

-Что?

Стражник поднялся.

-Они голодные.

Он посмотрел на остальных.

-Смотрите сами.

Гномы начали подходить ближе.

Теперь, когда первый ужас прошёл, стало видно больше деталей. Кожа гоблинов была натянутой, ребра выступали из-под неё, а глаза выглядели глубоко впалыми.

Будто эти твари долгое время жили впроголодь.

-Значит, они пришли издалека, -сказал Харгрим.

Стражник покачал головой.

-Нет.

Он снова посмотрел на ворота.

Скрежет за ними не прекращался.

-Если бы они шли издалека, они бы не добрались сюда такими стаями.

Он помолчал.

-Они были рядом.

Эти слова заставили многих гномов переглянуться.

Рядом.

Это означало, что где-то под Полисом существовало место, где жили десятки или даже сотни таких тварей.

А возможно -больше.

Бронн тоже смотрел на мёртвых гоблинов.

Он вспомнил тот шёпот в тоннеле.

Те странные звуки.

И вдруг почувствовал, как в груди появляется тяжёлое чувство.

Будто что-то внутри него уже знало правду.

Но он пока не мог её сформулировать.

Стражник повернулся к Рагнуру.

-Закрыть все нижние тоннели.

-Уже начали.

-Хорошо.

Он немного подумал.

-И никого не пускать в глубину.

Рагнур коротко усмехнулся.

-Это будет непросто.

Стражник поднял бровь.

-Почему?

Рагнур развёл руками.

-Потому что глубина -это наша работа.

Он кивнул в сторону шахт.

-Полис живёт за счёт руды.

Если шахты остановятся -остановится весь город.

Стражник ничего не ответил.

Он знал это и сам.

Гномы могли закрыть ворота на день.

На два.

Но не навсегда.

Камень кормил город, а камень лежал глубоко.

И чтобы добыть его, нужно было спускаться туда, где теперь появились гоблины.

В этот момент один из шахтёров тихо сказал:

-А если они не остановятся?

Все повернулись к нему.

-Что ты имеешь в виду? -спросил стражник.

Гном нервно почесал бороду.

-Если они уже нашли дорогу сюда…

Он кивнул на ворота.

-То они могут найти и другую.

Эти слова повисли в воздухе.

Бронн медленно поднял голову.

Он тоже подумал об этом.

Полис был огромным.

Сотни тоннелей.

Тысячи шахтных проходов.

Старые ветки, о которых уже никто не помнил.

И если гоблины действительно шли из глубины…

Тогда этот тоннель мог быть только одним из многих.

Стражник явно думал о том же.

Он выругался себе под нос.

-Нам нужен совет.

Рагнур усмехнулся.

-Каменные лорды не любят спускаться так глубоко.

-Значит, придётся им привыкнуть.

Ворота вдруг снова задрожали.

На этот раз сильнее.

Будто с той стороны ударили чем-то тяжёлым.

Один из гномов испуганно отступил.

Но створки выдержали.

Скрежет продолжался.

Теперь он звучал почти яростно.

Будто твари за воротами бесились, понимая, что добыча ушла.

Стражник повернулся к своим солдатам.

-Остаёмся здесь.

Один из них кивнул.

-А если они прорвутся?

Стражник спокойно ответил:

-Тогда мы их остановим.

Он посмотрел на Бронна.

-Ты.

Бронн удивлённо поднял голову.

-Да?

-Ты знаешь эти шахты лучше всех?

Бронн пожал плечами.

-Лучше многих.

-Тогда ты остаёшься.

Рагнур фыркнул.

-Он пыльный.

-Именно.

Стражник сказал это так спокойно, что возразить было трудно.

-Пыльные ходят туда, куда другие не суются.

Он посмотрел Бронну прямо в глаза.

-Если есть ещё проходы, ты о них знаешь.

Бронн немного помолчал.

Потом кивнул.

-Некоторые.

Стражник задумался.

-Значит, если гоблины найдут другой путь…

Он не договорил.

Но смысл был ясен.

Бронн снова посмотрел на ворота.

Скрежет за ними становился всё слабее.

Будто твари постепенно уходили в глубину.

И это было почти страшнее.

Потому что если они действительно уходят…

Значит, они могут вернуться.

В другом месте.

В другое время.

Харгрим тихо сказал рядом:

-Мне это не нравится.

Бронн криво усмехнулся.

-Мне тоже.

Старик покачал головой.

-Нет.

Он посмотрел на тёмные тоннели, уходящие от зала.

-Ты не понимаешь.

Бронн нахмурился.

-Что?

Харгрим говорил очень тихо.

-Я работаю в шахтах сорок лет.

Он провёл рукой по бороде.

-И за всё это время я ни разу не видел гоблинов.

Он снова посмотрел на ворота.

-Ни одного.

Тишина на секунду стала тяжёлой.

-А сегодня их уже десятки.

Бронн медленно кивнул.

Он понимал, к чему ведёт старик.

Если твари появились так внезапно…

То это могло означать только одно.

Что-то изменилось.

Где-то глубоко под Полисом.

И это изменение уже начало подниматься вверх.

Медленно.

Неотвратимо.

Бронн поднял взгляд к высокому потолку шахтного зала, где в темноте терялись старые каменные балки.

Гномы верили, что гора -живая.

Что она дышит.

Что она помнит всё, что происходит в её недрах.

И если это правда…

То сейчас сама гора могла чувствовать, как в её сердце пробуждается что-то тёмное.

И это только начало.

Потому что глубина всегда возвращает то, что в неё бросили.

А Полис жил над глубиной уже слишком долго.

Тревожный колокол всё ещё отдавался в глубине Полиса, но теперь его звук стал глуше. Он уходил вверх по каменным шахтам, к верхним кольцам города, где жили те, кто редко спускался в такие места.

Внизу, в шахтном зале, оставались только те, кому всегда доставалась самая тяжёлая часть жизни.

Стража заняла позиции у ворот. Двое гномов стояли прямо перед железными створками, держа мечи наготове, третий прохаживался по залу, внимательно прислушиваясь к каждому звуку.

Но за воротами теперь было тихо.

Слишком тихо.

Будто всё, что там было, ушло обратно в глубину.

Бронн опёрся на рукоять топора и оглядел зал.

Кровь уже начала густеть на камне. Несколько шахтёров уносили тела погибших товарищей. Делали они это молча -под землёй смерть была привычной вещью, и у гномов существовал старый обычай: громко оплакивать погибших можно было только после того, как работа закончена.

Сначала долг.

Потом скорбь.

Харгрим присел на перевёрнутую вагонетку и тяжело вздохнул.

-Ну вот… -пробормотал он. -Гора снова напоминает, кто здесь хозяин.

Бронн усмехнулся.

-Ты всегда так говоришь.

-Потому что это правда.

Старик провёл рукой по бороде.

-Молодые думают, что Полис -это стены и механизмы.

Он кивнул в сторону огромных железных труб, тянущихся под потолком.

-Но всё это держится на одном.

-На чём?

Харгрим медленно постучал кулаком по каменному полу.

-На камне.

Он говорил тихо, но в его голосе звучала та спокойная уверенность, которая появляется только у тех, кто прожил под землёй всю жизнь.

-Камень даёт нам руду. Камень держит наши дома. Камень защищает нас от мира.

Он немного помолчал.

-Но камень ничего не делает бесплатно.

Бронн слышал подобные слова с детства.

У гномов существовали сотни поговорок о камне. Их учили ещё маленькими, почти так же, как учили держать молот.

«Камень терпит долго, но помнит всё.»

«Кто забывает глубину -тот не слышит, как она идёт за ним.»

«Гора даёт богатство только тем, кто готов платить.»

Эти слова повторяли старики, мастера, кузнецы, даже стража.

Иногда казалось, что весь народ гномов разговаривает одними и теми же древними фразами.

В Полисе многое определялось не только работой, но и кастой.

Каждый гном рождался в своей роли.

И почти никогда её не менял.

Харгрим кивнул в сторону стражников у ворот.

-Видишь их?

Бронн посмотрел.

Стража стояла прямо, почти неподвижно. Их доспехи были тёмными, усиленными толстыми металлическими пластинами. На груди каждого висел знак города -молот, пересекающий каменную жилу.

-Это Каменные Щиты, -сказал Харгрим.

-Знаю.

-Нет, не знаешь.

Старик усмехнулся.

-Ты знаешь только то, что они солдаты.

Он указал на их бороды.

Бронн прищурился.

Теперь он заметил: бороды стражников были заплетены в плотные косы, в которые были вплетены железные кольца.

-У каждой касты есть знак, -продолжил Харгрим.

Он говорил так, будто читал старую книгу.

-У Каменных Щитов -железо в бороде. Это означает долг. Они поклялись защищать город до последнего камня.

Он кивнул в сторону лифта, откуда недавно спустилась стража.

-Выше живут Мастера Шестерён.

Бронн знал эту касту.

Именно они строили механизмы Полиса.

Огромные лифты.

Паровые котлы.

Шестерёнчатые мосты.

Иногда говорили, что если бы все шахтёры исчезли, Полис прожил бы ещё какое-то время. Но если исчезнут Мастера Шестерён -город остановится через день.

-У них бороды короткие, -продолжал Харгрим. -Чтобы не попадали в механизмы.

Он усмехнулся.

-Умные гномы.

Бронн тихо сказал:

-А у нас?

Харгрим пожал плечами.

-У пыльных нет знаков.

Он посмотрел на свои грубые руки.

-Наш знак -грязь под ногтями.

Бронн ничего не ответил.

Это было правдой.

Касты в Полисе отличались не только работой.

Они отличались одеждой, бородами, украшениями, даже манерой говорить.

Кузнецы носили тяжёлые кожаные фартуки и вплетали в бороды медные пластины.

Инженеры носили очки с толстыми стеклами.

Стража украшала бороды железом.

А знать…

Знать почти никто из пыльных никогда не видел.

Каменные лорды жили в верхнем кольце города, в огромных залах, вырезанных в чистом белом камне.

Говорили, что там даже воздух другой.

Чище.

Суше.

И светлее.

Бронн иногда думал об этом.

О том, что весь город похож на перевёрнутую гору.

Наверху -богатство и простор.

Внизу -теснота и пыль.

И чем глубже ты живёшь, тем меньше тебя замечают.

Харгрим вдруг тихо сказал:

-Но есть ещё одна каста.

Бронн поднял глаза.

-Какая?

Старик некоторое время молчал.

Потом кивнул в сторону закрытых ворот.

-Те, о ком не говорят.

Бронн нахмурился.

-Это сказки.

-Может быть.

Харгрим понизил голос.

-Но старики в шахтах иногда шепчутся.

-О чём?

Старик посмотрел на тёмные тоннели.

-О Хранителях Глубины.

Бронн фыркнул.

-Никто их не видел.

-Конечно.

Харгрим усмехнулся.

-Если бы их видели -они бы плохо выполняли свою работу.

Бронн покачал головой.

Но в глубине души он всё же вспомнил одну старую историю.

Когда он был ребёнком, один пьяный шахтёр рассказывал в трактире, что когда-то под Полисом нашли древние тоннели.

Старше самого города.

И что после этого некоторые проходы просто… закрыли.

Навсегда.

Без объяснений.

Бронн тогда не поверил.

Но сейчас, стоя перед воротами, за которыми только что слышались десятки гоблинов, эта история почему-то всплыла в памяти.

И вдруг из дальнего коридора снова донёсся звук.

Шаги.

Много шагов.

Стражники сразу повернули головы.

Через несколько секунд из тоннеля вышел новый отряд.

Их было больше десятка.

Тяжёлые доспехи.

Щиты.

Копья.

И среди них шёл один гном в длинном сером плаще.

Он не носил оружия.

Но все стражники расступались перед ним.

Харгрим тихо сказал:

-Вот и началось.

Бронн нахмурился.

-Кто это?

Старик посмотрел внимательно.

-Мастер Шестерён.

Он немного помолчал.

-А если инженеры спускаются в шахты ночью…

Он кивнул на ворота.

-Значит, наверху уже поняли, что дело серьёзное.

Гном в сером плаще остановился перед воротами.

Он долго смотрел на железные створки.

Потом на мёртвых гоблинов.

И тихо сказал:

-Откройте карту глубин.

Стражники переглянулись.

Один из них осторожно спросил:

-Зачем?

Инженер ответил спокойно.

-Потому что если эти твари нашли дорогу сюда…

Он коснулся холодного железа ворот.

-Значит, где-то под нами есть место, о котором мы забыли.

И это место только что вспомнило о нас.

Слова инженера повисли в холодном воздухе шахтного зала.

Несколько мгновений никто не говорил.

Гном в сером плаще стоял неподвижно перед железными воротами, положив ладонь на металл. Он словно прислушивался не к звукам, а к самому камню.

Бронн впервые внимательно посмотрел на него.

Инженер был старше большинства гномов в зале. Его борода была аккуратно подстрижена и заплетена в несколько коротких узлов -знак мастеров механики. В ней поблёскивали тонкие латунные кольца, почти незаметные в тусклом свете ламп.

Такие кольца носили только Мастера Шестерён -высшая каста инженеров.

Их редко видели в нижних шахтах.

Слишком редко.

Харгрим тихо прошептал рядом:

-Видишь кольца?

-Вижу.

-Это не просто мастер.

Старик нахмурился.

-Это старший мастер.

Инженер медленно повернулся к стражникам.

-Мне нужна карта глубин.

Один из солдат кивнул и быстро ушёл к лифту.

Инженер тем временем начал осматривать зал.

Он подходил к телам гоблинов, переворачивал их ногой, изучал когти, зубы, раны. Делал он это спокойно, без брезгливости, словно рассматривал сломанный механизм.

Когда он подошёл к одному из трупов, Бронн услышал, как инженер тихо пробормотал:

-Истощены… но не больны.

Он провёл пальцем по серой коже.

-Интересно.

Рагнур подошёл ближе.

-Что именно?

Инженер не сразу ответил.

Он поднялся и посмотрел на надсмотрщика.

-Вы сказали, они пришли из тоннеля двадцать три?

-Да.

-Когда он был закрыт?

Рагнур пожал плечами.

-Лет десять назад.

Инженер покачал головой.

-Нет.

Он сказал это спокойно.

-Пятнадцать.

Рагнур нахмурился.

-Откуда вы…

Инженер слегка улыбнулся.

-Я был одним из тех, кто его закрывал.

Тишина стала ещё глубже.

Бронн почувствовал, как внутри у него что-то сжалось.

Если этот гном действительно участвовал в закрытии тоннеля…

Значит, он знает о глубинах гораздо больше остальных.

Харгрим тихо пробормотал:

-Камень меня раздави…

Инженер снова повернулся к воротам.

Он провёл рукой по железу, словно проверяя его толщину.

-Хорошая работа.

-Кузнецы старались, -сказал Рагнур.

Инженер кивнул.

-Надеюсь.

В этот момент вернулся стражник с лифта.

В руках он нёс длинный металлический цилиндр.

Инженер взял его и аккуратно положил на каменный стол у стены.

Он открыл цилиндр.

Внутри лежал свёрнутый лист толстой тёмной кожи.

Инженер осторожно развернул его.

Это была карта.

Но не обычная.

Она была огромной.

На ней были вырезаны сотни линий, символов и знаков.

Тоннели.

Шахты.

Подземные реки.

Платформы лифтов.

Механические станции.

Бронн никогда раньше не видел карту глубин.

Пыльным такие вещи не показывали.

Но даже одного взгляда хватило, чтобы понять -Полис был куда больше, чем он представлял.

Город напоминал огромную сеть.

Сотни коридоров, уходящих в разные стороны.

Старые шахты.

Новые ветки.

Закрытые проходы.

Инженер провёл пальцем по карте.

-Вот здесь.

Он указал на маленький символ.

-Тоннель двадцать три.

Рагнур наклонился ближе.

-Верно.

Инженер некоторое время смотрел на карту.

Потом его палец медленно двинулся глубже.

Ниже.

К тем частям карты, где линии становились редкими и неуверенными.

Туда, где некоторые тоннели были перечёркнуты.

Или вовсе обрывались.

-А вот здесь… -тихо сказал инженер.

Он остановился.

Бронн заметил странную вещь.

Некоторые части карты были… затёрты.

Будто кто-то намеренно стер символы.

-Что там? -спросил Рагнур.

Инженер не ответил сразу.

Он внимательно смотрел на карту.

Потом тихо сказал:

-Старые уровни.

-Насколько старые?

Инженер поднял глаза.

-Старше города.

Эти слова заставили нескольких гномов переглянуться.

Харгрим тихо выдохнул:

-Значит, слухи всё-таки были правдой…

Инженер продолжил:

-Когда Полис только строили, строители нашли древние тоннели.

Он говорил спокойно, как учёный, объясняющий очевидную вещь.

-Некоторые из них использовали.

Другие… закрыли.

-Почему? -спросил Бронн.

Инженер впервые посмотрел на него.

Несколько секунд он изучал лицо пыльного гнома.

Потом ответил:

-Потому что они уходили слишком глубоко.

Бронн нахмурился.

-Глубже шахт?

Инженер кивнул.

-Намного.

Он снова посмотрел на карту.

Его палец коснулся одного из стёртых участков.

-Здесь.

-Что там было?

Инженер немного помолчал.

Потом сказал:

-Никто не знает.

Рагнур фыркнул.

-Тогда зачем закрывать?

Инженер поднял взгляд.

-Потому что те, кто туда спускался…

Он не закончил.

Но смысл был понятен.

Бронн почувствовал холодок.

-Не возвращались? -тихо спросил он.

Инженер покачал головой.

-Возвращались.

Он посмотрел на мёртвых гоблинов.

-Но иногда лучше бы не возвращались.

В этот момент ворота снова тихо заскрипели.

Но теперь звук был другим.

Не когти.

Не удары.

Это был… шорох.

Будто что-то двигалось с той стороны.

Медленно.

И вдруг все услышали звук.

Очень слабый.

Почти шёпот.

Но он был отчётливо слышен в тишине зала.

С той стороны ворот.

Голос.

Он говорил на языке, которого никто из гномов не понимал.

Скрипучий.

И странно ритмичный.

Бронн почувствовал, как по его спине пробежал холод.

Потому что теперь было ясно.

За воротами остались не просто звери.

Кто-то… говорил.

А значит, среди тварей в глубине мог быть тот, кто ими командует.

И если это так…

То настоящий враг Полиса только что впервые дал о себе знать.

Шёпот за воротами продолжался.

Он был тихим, почти неуловимым, но в полной тишине шахтного зала каждый звук казался громче, чем должен был быть. Скрипучие слова текли одно за другим, словно говорящий повторял древнюю молитву или заклинание.

Гномы смотрели на ворота так, будто металл мог внезапно стать прозрачным.

Никто не двигался.

Инженер медленно поднял голову.

-Вы слышите это?

Рагнур кивнул.

-Да.

-Это не гоблины.

Слова прозвучали спокойно, но в них чувствовалась тяжесть.

Бронн невольно сделал шаг ближе.

-Почему вы так думаете?

Инженер посмотрел на него.

-Потому что гоблины не разговаривают так.

Он немного наклонил голову, вслушиваясь.

Шёпот продолжался ещё несколько мгновений.

Потом вдруг оборвался.

И снова наступила тишина.

Такая густая, что казалось, будто она давит на грудь.

Инженер выпрямился.

-Кто-нибудь из вас знает язык гоблинов?

Никто не ответил.

Харгрим тихо сказал:

-Они обычно не разговаривают.

-Они визжат, -добавил другой шахтёр.

Инженер кивнул.

-Верно.

Он снова посмотрел на карту глубин.

Его пальцы медленно скользили по старым тоннелям.

Потом он остановился.

-Если здесь действительно есть кто-то, кто может управлять ими…

Он не договорил.

Но Рагнур понял.

-Тогда это уже не просто стая.

Инженер кивнул.

-Тогда это армия.

Эти слова заставили нескольких гномов нервно переглянуться.

Армия.

Под землёй.

В шахтах.

Бронн почувствовал, как внутри него медленно растёт тяжёлое чувство.

Он вспомнил ту сцену в тоннеле.

Тот момент, когда гоблины высыпали из темноты.

Они не выглядели как обычные падальщики.

Они двигались вместе.

Как стая.

Как будто их кто-то направлял.

Инженер свернул карту и снова убрал её в металлический цилиндр.

-Мне нужно увидеть тоннель.

Рагнур нахмурился.

-Сейчас?

-Да.

Он кивнул на ворота.

-Если там есть другой путь, мы должны найти его раньше них.

Стражники переглянулись.

Один из них сказал:

-В глубине может быть ещё больше тварей.

Инженер спокойно ответил:

-Именно поэтому мы должны спуститься.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Харгрим вдруг тихо усмехнулся.

-Камень любит смелых… или глупых.

Инженер посмотрел на него.

-Иногда это одно и то же.

Бронн неожиданно для себя сказал:

-Я проведу.

Все повернулись к нему.

Рагнур нахмурился.

-Ты уверен?

Бронн пожал плечами.

-Я знаю эти шахты.

Он посмотрел на карту, которая только что лежала на столе.

-И знаю старые обходы.

Инженер внимательно изучал его лицо.

-Как тебя зовут?

-Бронн.

-Каста?

-Пыльные.

Инженер слегка кивнул.

-Тогда ты нам подходишь.

Он повернулся к стражникам.

-Возьмём пятерых.

Один из солдат удивлённо спросил:

-Всего?

Инженер спокойно ответил:

-В тесных тоннелях армия бесполезна.

Харгрим встал с вагонетки.

-Я тоже иду.

Бронн посмотрел на него.

-Ты старый.

-Я упрямый.

Он взял свою кирку.

-Это важнее.

Рагнур тяжело вздохнул.

-Камень вас всех забери…

Но потом махнул рукой.

-Ладно.

Он посмотрел на стражников.

-Возьмите факелы.

И ещё копья.

Стражники начали готовиться.

Один проверял ремни доспеха.

Другой точил короткий меч.

Третий раздавал тяжёлые железные копья.

Инженер тем временем достал из сумки странное устройство.

Небольшую металлическую коробку с трубками и стеклянным окошком.

Бронн нахмурился.

-Что это?

Инженер спокойно ответил:

-Паровой датчик газа.

Харгрим тихо фыркнул.

-Мастера Шестерён всегда таскают свои игрушки.

Инженер не обиделся.

-Иногда эти игрушки спасают жизнь.

Он поднял глаза.

-Особенно в местах, где воздух может быть… старым.

Бронн понял, что он имеет в виду.

В старых тоннелях иногда скапливался тяжёлый газ.

Без запаха.

Без цвета.

Гном мог сделать всего несколько вдохов -и упасть.

Многие шахтёры умирали именно так.

Когда всё было готово, инженер повернулся к воротам.

Скрежет за ними больше не слышался.

Но это не делало ситуацию спокойнее.

Скорее наоборот.

-Мы пойдём через обходной тоннель, -сказал Бронн.

-Показывай.

Он взял фонарь.

Пламя дрогнуло, когда он поднял его.

Бронн посмотрел на тёмный коридор, уходящий в сторону старых шахт.

Он знал этот путь.

Но давно там не был.

Очень давно.

Харгрим тихо сказал рядом:

-Знаешь, что говорит старая поговорка?

Бронн вздохнул.

-Опять?

Старик усмехнулся.

-Когда камень начинает говорить -лучше слушать.

Он кивнул в сторону глубины.

-А сегодня он кричит.

Бронн ничего не ответил.

Он сделал первый шаг в тёмный тоннель.

Фонарь осветил грубые стены, покрытые старой пылью.

За его спиной шагнули стражники.

Потом инженер.

Потом Харгрим.

И вскоре их маленький отряд исчез в темноте шахт.

А за железными воротами, где теперь снова было тихо, что-то медленно двигалось в глубине тоннеля.

И где-то далеко под Полисом тот, кто говорил на странном скрипучем языке, уже знал, что гномы идут ему навстречу.

Тоннель, в который вошёл отряд, был старым.

Это чувствовалось сразу.

Камень здесь выглядел иначе -грубее, темнее. Стены не были выровнены так аккуратно, как в новых шахтах, и на них ещё оставались следы древних инструментов. Когда-то давно этот проход вырубали вручную, молотом и зубилом.

Бронн шёл первым.

Фонарь в его руке бросал мягкий жёлтый свет на неровный пол. Пламя слегка дрожало от движения воздуха, и длинные тени скользили по стенам, будто кто-то двигался рядом.

За ним шли двое стражников.

Их тяжёлые сапоги глухо стучали по камню.

Третий стражник замыкал колонну, держа копьё наготове.

Инженер шёл почти в середине, иногда поднимая своё странное устройство и глядя в стеклянное окошко.

Харгрим шагал рядом с Бронном, опираясь на кирку.

Некоторое время они двигались молча.

Звук шагов и тихий скрип ремней был единственным, что нарушало тишину тоннеля.

Через несколько минут Харгрим тихо сказал:

-Этот проход старше шахт.

Бронн кивнул.

-Я знаю.

-Но ты знаешь, кто его вырубил?

Бронн пожал плечами.

-Гномы.

Старик усмехнулся.

-Возможно.

Он провёл рукой по стене.

-Но это было очень давно.

Бронн снова посмотрел вперёд.

Тоннель медленно уходил вниз.

Очень плавно.

Почти незаметно.

Но любой шахтёр сразу чувствовал такие вещи.

Глубина всегда чувствовалась ногами.

Стражник позади тихо спросил:

-Далеко ещё?

-Немного.

Бронн знал этот обход.

Когда-то давно его использовали, чтобы переносить инструменты между старой и новой шахтой.

Потом проход закрыли.

Слишком опасно.

Слишком узко.

И слишком близко к старым уровням.

Инженер вдруг сказал:

-Остановитесь.

Отряд замер.

Он поднял свою металлическую коробку и внимательно посмотрел в стекло.

Потом кивнул.

-Всё в порядке.

Харгрим усмехнулся.

-А я уже думал, что твоя игрушка испугалась.

Инженер спокойно ответил:

-Она показывает состав воздуха.

-И что?

-Сейчас всё нормально.

Он убрал прибор.

-Но чем глубже мы идём, тем осторожнее нужно быть.

Бронн продолжил путь.

Через некоторое время тоннель стал уже.

Теперь им приходилось идти почти боком.

Стражники тихо ругались себе под нос, цепляясь доспехами за камень.

-Камень меня прижми… -пробормотал один из них. -Здесь даже крысе тесно.

Харгрим усмехнулся.

-Поэтому крысы живут выше.

Бронн вдруг остановился.

-Мы почти пришли.

Тоннель впереди расширялся.

Фонарь осветил небольшой каменный зал.

Он был почти круглым, с низким потолком.

В центре лежали старые балки и обломки рельсов.

Но не это привлекло внимание Бронна.

На полу были следы.

Много следов.

Он медленно поднял фонарь выше.

Гоблинские отпечатки.

Свежие.

Они тянулись через весь зал.

-Камень милосердный… -тихо прошептал Харгрим.

Стражники подняли копья.

Инженер подошёл ближе.

Он присел и внимательно изучил следы.

-Их много.

Бронн кивнул.

-Очень много.

Один из стражников тихо спросил:

-Куда они идут?

Бронн медленно повернул фонарь.

И свет упал на дальнюю стену зала.

Там был проход.

Но не шахтный.

Камень вокруг него выглядел иначе.

Он был гладким.

Будто его не рубили.

А… вырастили.

Стены образовывали странную арку.

Тёмную.

Глубокую.

И из неё тянуло холодом.

Инженер подошёл ближе.

Он долго смотрел на этот проход.

Потом тихо сказал:

-Это не гномская работа.

Стражники переглянулись.

-Тогда чья?

Инженер провёл рукой по камню.

-Не знаю.

Бронн почувствовал, как внутри него снова появляется то странное чувство.

Будто он стоит на пороге чего-то древнего.

Чего-то, что лежало под Полисом задолго до того, как первый гном ударил молотом по этой горе.

Харгрим тихо пробормотал:

-Мне это совсем не нравится.

Инженер кивнул.

-Мне тоже.

Он посмотрел в тёмный проход.

-Но если гоблины идут отсюда…

Он повернулся к отряду.

-Значит, здесь начинается их путь.

Бронн сделал шаг ближе.

Фонарь осветил первые метры тоннеля.

Камень там был чёрным.

И странно гладким.

Будто его полировали веками.

Но это было не самое странное.

На стенах виднелись знаки.

Символы.

Неровные линии, вырезанные чем-то острым.

Бронн прищурился.

-Это письмена?

Инженер подошёл ближе.

Он провёл пальцем по одному из символов.

-Нет.

Он сказал это тихо.

-Это не письмо.

-Тогда что?

Инженер некоторое время молчал.

Потом сказал:

-Это предупреждение.

Тишина стала тяжёлой.

Стражник нервно спросил:

-О чём?

Инженер не сразу ответил.

Он смотрел в темноту тоннеля.

И вдруг из глубины снова донёсся звук.

Тот самый.

Скрипучий язык.

Тихие слова.

Но теперь они были ближе.

Гораздо ближе.

Бронн медленно поднял топор.

Потому что понял одну простую вещь.

Они больше не ищут врага.

Враг уже идёт к ним.

Из самой глубины камня.

Гоблин стоял в проходе, покачиваясь.

Он не бросался вперёд, не шипел, не рычал, как это обычно делали его сородичи. Он просто стоял, медленно перенося вес с одной ноги на другую, словно заново учился двигаться.

Голубой свет парового светильника освещал его лицо.

Кожа на нём местами потемнела, будто начала гнить. На шее и щеках проступали тёмные пятна, похожие на те, что были у мёртвого тела на полу.

Но хуже всего были глаза.

Они были полностью белыми.

Без зрачков.

Без жизни.

Бронн чувствовал, как его пальцы крепче сжимают рукоять топора.

Стражник рядом тихо сказал:

-Он болен.

Инженер покачал головой.

-Нет.

Он смотрел на гоблина очень внимательно.

-Болезнь убивает.

Он сделал короткую паузу.

-А это… уже умерло.

Гоблин сделал шаг.

Медленный.

Неловкий.

Его колено будто не сгибалось как следует.

Потом второй шаг.

Харгрим тихо прошептал:

-Камень меня забери…

Стражник не выдержал.

Он резко выставил копьё.

-Стой!

Гоблин не остановился.

Он продолжал идти.

Медленно.

Неправильно.

Будто его тело тянули за невидимые нитки.

Стражник выругался и сделал выпад.

Копьё пробило грудь твари насквозь.

Удар был сильный.

Любой обычный гоблин рухнул бы на месте.

Но этот лишь покачнулся.

Копьё торчало из его груди.

Гоблин остановился.

Несколько секунд он просто стоял.

Потом поднял голову.

И из его горла снова вырвался тот же хрип.

Стражник побледнел.

-Камень…

Гоблин шагнул дальше.

Копьё всё ещё торчало в нём.

Инженер тихо сказал:

-Голова.

Бронн уже двигался.

Он сделал два быстрых шага вперёд.

Топор описал короткую дугу.

Лезвие ударило точно.

Голова гоблина отлетела в сторону.

Тело ещё несколько секунд стояло.

Потом рухнуло на камень.

Тишина.

Слышно было только тяжёлое дыхание гномов.

Стражник медленно вытащил копьё из мёртвого тела.

Он смотрел на кровь, стекающую по древку.

-Он должен был умереть сразу…

Инженер кивнул.

-Да.

Харгрим тихо сказал:

-Я же говорил… мор.

Бронн посмотрел на старика.

-Ты уверен?

Харгрим пожал плечами.

-Это слово старше меня.

Он провёл рукой по бороде.

-Старые шахтёры рассказывали про него.

-И что это за мор?

Старик некоторое время молчал.

Потом сказал:

-Болезнь из глубин.

Стражник нервно усмехнулся.

-Сказки.

Харгрим покачал головой.

-Нет.

Он посмотрел на тело без головы.

-Когда-то давно один шахтёрский город исчез из-за неё.

Инженер тихо спросил:

-Какой город?

-Не знаю.

Старик пожал плечами.

-Это было ещё до Полиса.

Он наклонился и ткнул киркой в тело гоблина.

-Но рассказывали одну вещь.

-Какую?

Харгрим поднял глаза.

-Мор сначала убивает.

Он сделал паузу.

-А потом забирает тело обратно.

Тишина снова стала тяжёлой.

Бронн посмотрел вглубь чёрного тоннеля.

Теперь запах был сильнее.

Тот же сладковатый гнилой запах.

И вдруг…

Где-то в глубине раздался звук.

Потом ещё один.

И ещё.

Шаги.

Много шагов.

Медленных.

Неровных.

Будто целая толпа двигалась сквозь тьму.

Стражник прошептал:

-Камень милосердный…

Инженер поднял светильник выше.

Голубой свет осветил первые несколько десятков шагов тоннеля.

Но дальше всё поглощала темнота.

И из этой темноты доносились звуки.

Хрипы.

Шарканье.

Скрип костей.

Харгрим тихо сказал:

-Если это мор…

Он не договорил.

Бронн и так понял.

Если эта болезнь поднимает мёртвых гоблинов…

То в глубине тоннеля может быть не один.

И даже не десять.

А целая орда.

Инженер тихо сказал:

-Отходим.

Никто не спорил.

Отряд начал медленно пятиться назад.

Но в этот момент из темноты показалась первая фигура.

Потом вторая.

Потом третья.

Гоблины.

Десятки.

Некоторые шли.

Другие ползли.

У многих были раны.

Сломанные конечности.

Разорванные животы.

Но они всё равно двигались.

Белые глаза смотрели прямо на гномов.

И в этом взгляде не было ни ярости.

Ни голода.

Только пустота.

Харгрим прошептал:

-Они не живые.

Инженер тихо ответил:

-И не мёртвые.

Бронн поднял топор.

Потому что теперь было ясно.

Сегодня гномы впервые встретили то, чего не знали ни шахты, ни легенды.

И если эта орда выберется из глубины…

Мор придёт в Полис.

Шёпот из тёмного прохода становился яснее.

Он больше не казался далёким эхом.

Теперь было понятно -кто-то действительно говорил.

Слова текли медленно, с неприятным скрипом, будто говорящий не привык к этому языку или его горло было изранено. Иногда между фразами слышался слабый кашель.

От этого звука по коже пробегал холод.

Бронн поднял фонарь выше.

Свет дрогнул и осветил первые несколько шагов чёрного тоннеля.

Ничего.

Только гладкий камень и вырезанные символы.

Но шёпот продолжался.

Один из стражников тихо прошептал:

-Может… это просто эхо?

Харгрим покачал головой.

-Нет.

Старик прожил под землёй больше ста лет. Он знал, как звучит эхо.

Это было не оно.

Инженер медленно достал из сумки небольшой латунный цилиндр и осторожно повернул на нём маленький вентиль. Внутри что-то тихо зашипело.

Бронн посмотрел на устройство.

-Что это?

-Паровой светильник.

Инженер нажал рычаг.

Слабое голубоватое свечение наполнило стеклянную колбу.

Свет оказался ярче обычного фонаря.

Он медленно разлился по стенам.

И тогда гномы увидели больше символов.

Их было много.

Очень много.

Они покрывали стены чёрного прохода так густо, будто кто-то годами вырезал их ножом.

Некоторые были простыми -линии, пересечения, круги.

Другие выглядели сложнее.

Почти как лица.

Или маски.

Харгрим тихо выругался.

-Камень меня раздави… я такого не видел.

Инженер медленно покачал головой.

-И я.

Он внимательно рассматривал символы.

-Но одно ясно.

Он провёл пальцем по одной из линий.

-Их вырезали гномы.

Рагнур нахмурился.

-Откуда ты знаешь?

-Инструмент.

Инженер показал на края символа.

-Угол реза. Это шахтёрский нож.

Бронн нахмурился.

-Значит, наши были здесь.

-Да.

Инженер немного помолчал.

-Очень давно.

Шёпот из тоннеля вдруг оборвался.

Наступила тишина.

Настолько внезапная, что она показалась громче любого звука.

Стражники крепче сжали копья.

Бронн медленно сделал шаг вперёд.

Пол под ногами оказался гладким.

Слишком гладким для обычной шахты.

-Осторожно, -тихо сказал инженер.

Но Бронн уже сделал второй шаг.

Фонарь осветил ещё несколько метров.

И тогда они увидели первое тело.

Гоблин лежал на камне лицом вниз.

Его кожа была серой, почти чёрной.

Бронн подошёл ближе.

Тело выглядело странно.

Не было крови.

Не было раны.

Но гоблин был мёртв.

Харгрим присел рядом и перевернул его ногой.

Голова тваря безвольно откатилась в сторону.

Глаза были открыты.

И совершенно белые.

Стражник тихо прошептал:

-Что с ним?

Инженер наклонился.

Он внимательно осмотрел лицо гоблина.

Потом медленно сказал:

-Он не умер от оружия.

-Тогда от чего?

Инженер некоторое время молчал.

Потом тихо ответил:

-От болезни.

Бронн нахмурился.

-У гоблинов бывает болезнь?

Инженер посмотрел на него.

-У всего живого бывает.

Он коснулся кожи гоблина.

-Смотрите.

Гномы наклонились ближе.

На шее тваря были тёмные пятна.

Словно кожа начала гнить изнутри.

Но при этом тело оставалось твёрдым.

Не разложившимся.

-Это странно, -тихо сказал инженер.

Харгрим нахмурился.

-Насколько странно?

Инженер медленно выпрямился.

-Я никогда не видел такой болезни.

Он посмотрел в глубину тоннеля.

-Но если она пришла из этих уровней…

Он не закончил.

Бронн вдруг почувствовал запах.

Очень слабый.

Сладковатый.

Как у старого мяса.

Он поднял голову.

-Вы чувствуете?

Стражник рядом кивнул.

-Да.

Харгрим медленно сказал:

-Это запах мора.

Инженер резко повернулся к нему.

-Что?

Старик пожал плечами.

-Старое слово.

Он провёл рукой по бороде.

-Когда-то давно шахтёры так называли одну болезнь.

-Какую?

Харгрим посмотрел на мёртвого гоблина.

-Ту, после которой мёртвые иногда… не лежат спокойно.

Тишина снова стала тяжёлой.

Один из стражников нервно усмехнулся.

-Старые сказки.

Харгрим ничего не ответил.

Бронн тоже не улыбнулся.

Потому что в этот момент из глубины тоннеля снова донёсся звук.

Но это был уже не шёпот.

Это был медленный шаг.

Потом второй.

Потом третий.

Кто-то шёл.

Тяжело.

Медленно.

Будто его тело плохо слушалось.

Стражники подняли копья.

Бронн поднял топор.

Инженер медленно поднял светильник выше.

Голубой свет растёкся по тёмному проходу.

И через несколько секунд из глубины появился силуэт.

Гоблин.

Но что-то в нём было не так.

Он двигался странно.

Слишком медленно.

Голова была наклонена набок.

Кожа потемнела.

А глаза…

Глаза были такими же белыми, как у мёртвого.

Гоблин остановился.

И вдруг открыл рот.

Из его горла вырвался хрип.

Не крик.

Не визг.

А звук, похожий на гнилое дыхание.

Харгрим тихо прошептал:

-Камень нас покинул…

Бронн сжал топор.

Потому что понял одну страшную вещь.

Перед ними стоял не живой гоблин.

Но и не мёртвый.

И если болезнь из глубины может поднимать таких тварей…

То настоящая беда Полиса только начинает просыпаться.

Несколько секунд никто не двигался.

Гоблины выходили из темноты один за другим. Их было всё больше. Некоторые двигались медленно, волоча ноги, другие ползли на руках, цепляясь когтями за гладкий камень. У нескольких отсутствовали куски плоти, у одного висела разорванная рука, болтаясь на тонких жилах.

Но они всё равно шли.

Без звука ярости.

Без визга.

Только хрипы и шарканье.

Бронн почувствовал, как холод пробегает по позвоночнику.

Он видел гоблинов раньше. Любой шахтёр их видел. Эти твари были быстрыми, злобными и хитрыми. Они нападали стаями, кричали, кусались, царапались.

Но эти…

Эти были другими.

Инженер тихо сказал:

-Назад.

Отряд начал отступать.

Медленно.

Шаг за шагом.

Бронн шёл последним.

Он не отрывал глаз от тоннеля.

Гоблины продолжали приближаться.

Они не ускорялись.

Но и не останавливались.

Стражник рядом прошептал:

-Их слишком много…

Инженер быстро оглянулся на зал, из которого они пришли.

-Мы не удержим проход.

-Тогда что?

Инженер коротко ответил:

-Закроем его.

Бронн нахмурился.

-Как?

Инженер уже смотрел на потолок зала.

Старые балки.

Трещины в камне.

Обвал.

Он указал рукой.

-Там.

Бронн понял сразу.

Если разрушить часть потолка, проход завалит камнем.

Но времени почти не было.

Харгрим тоже понял.

Старик усмехнулся.

-Наконец-то дело для кирки.

Он подошёл к стене.

-Здесь слабое место.

Он ударил киркой.

Звук получился глухим.

Камень дрогнул.

Бронн присоединился.

Топор не был лучшим инструментом для этого, но тяжёлое лезвие всё равно выбивало куски породы.

Стражники начали помогать.

Один держал свет.

Другой бил копьём в трещины.

Тем временем первые гоблины уже выходили из чёрного тоннеля в зал.

Их было больше, чем казалось.

Десятки.

Может, больше.

Один из них резко повернул голову.

Белые глаза уставились на гномов.

Потом он открыл рот.

Из горла вырвался хрип.

И вдруг все остальные тоже начали издавать звуки.

Низкие.

Гнилые.

Будто сотни грудей пытались вдохнуть воздух.

Харгрим пробормотал:

-Они чувствуют нас.

Бронн ударил топором сильнее.

Камень треснул.

С потолка посыпалась пыль.

Инженер крикнул:

-Ещё!

Первый из мёртвых гоблинов приблизился почти вплотную.

Стражник сделал выпад.

Копьё пронзило голову твари.

Она рухнула.

Но остальные продолжали идти.

Харгрим снова ударил киркой.

Громкий треск прокатился по залу.

Потолок вздрогнул.

Сверху посыпались камни.

Инженер закричал:

-Назад!

Гномы отскочили.

Бронн схватил старика за плечо и потянул.

И в этот момент потолок рухнул.

Грохот был оглушительным.

Огромные куски камня обрушились вниз.

Пыль поднялась густым облаком.

Зал наполнился треском, скрежетом и эхом падающих обломков.

Через несколько секунд всё стихло.

Бронн медленно поднялся с колен.

В ушах звенело.

Он поднял фонарь.

Свет осветил завал.

Тонны камня полностью перекрыли чёрный тоннель.

Ни одного прохода.

Ни одной щели.

Стражник тяжело выдохнул.

-Мы… сделали это.

Харгрим сел на камень и устало рассмеялся.

-Камень нас сегодня пожалел.

Инженер подошёл к завалу.

Он внимательно осмотрел его.

Потом кивнул.

-Да.

Но радости в его голосе не было.

Бронн заметил это.

-Что?

Инженер медленно повернулся.

-Мы закрыли этот проход.

Он посмотрел на карту глубин в своей голове.

-Но если они нашли дорогу сюда…

Он указал куда-то вниз.

-Значит, есть и другие.

Тишина снова опустилась на зал.

Бронн почувствовал, как внутри растёт тяжёлое чувство.

Они только что увидели начало чего-то.

И это было гораздо хуже обычного набега гоблинов.

Харгрим тихо сказал:

-Мор уже внизу.

Инженер кивнул.

-Да.

Он посмотрел на гномов.

-И если хоть одна такая тварь выберется в шахты…

Он не закончил.

Но никто и не требовал объяснений.

Потому что каждый гном знал одну простую вещь.

Шахты -это дороги.

А дороги ведут в город.

Бронн посмотрел на завал.

Он надеялся, что камень действительно всё похоронил.

Но где-то глубоко внутри у него было странное чувство.

Будто это был не конец.

А только начало.

И в самом сердце горы уже просыпалось то, что не должно было существовать.