Камень преткновения.

День клонился к вечеру. Александр, рыбак-одиночка, тянул сети, думая лишь о том, что пора возвращаться. Его жизнь была простой и однообразной — до этого вечера.

Он вдохнул воздух, который казался настойкой из соли и сумерек. Сеть шла тяжело. Подняв её на борт, он замер: внутри лежала девушка. Он поспешно освободил её.

— Вы в порядке?

Она очнулась и испуганно посмотрела на него.

— Отпустите меня…

Рядом с ней лежал странный камень — серый, размером с детский кулак. Внутри него будто пульсировал свет, отдавая красноватым сиянием.

— Я вас не держу… Вы сами попали в сеть.

Он заметил хвост.

— Вы… русалка?

— Да. Отпусти меня. Завтра вечером, на берегу красного песка, я всё расскажу.

Она исчезла в море, будто её и не было.

Ночью Александр не спал. Камень, её взгляд, хвост — всё казалось сном. Он ждал вечера.

На берегу красного песка она сидела у воды — тёмным силуэтом на фоне заката.

— Привет — начал Александр.

— Я Юна — с улыбкой ответила она.

Они говорили долго — о море, о людях, о разном. Лишь о камне она отвечала уклончиво, крепко сжимая его в ладонях.

Это не давало ему покоя.

Ответы он искал в кабаке. Там старая женщина рассказала легенду: девушка, преданная женихом, бросилась в море. Подводный мир приютил её, но дал камень — чтобы удержать, не дать вернуться человеком.

Значит, камень — её тюрьма, понял Александр.

А что делаю я? — на миг задал он себе вопрос и тут же отбросил его, не дав ответа.

Ноги вели его к берегу красного песка — встретит он её там или нет. Надежда вела его, как слепого ведёт собака-поводырь. И вот она — сидит на берегу, красивая, изящная. Та, ради которой он начал терять разум. Хотел ли он её свободы для себя или для неё самой? Этот вопрос задавало подсознание, которое давно было у него в чёрном списке.

— Юна, я рад тебя видеть…

— Саша…

— Послушай, — перебив её, продолжил он. — Твой камень… он держит тебя и не даёт нам быть вместе.

Юна замешкалась и ещё сильнее сжала камень в ладони.

— Вместе? А кто тебе всё это рассказал?

— Я всё узнал. Я знаю правду…

— Стой, Саша. Правда у всех своя. Этот камень даёт мне видеть тебя, общаться с тобой. Этот камень даёт мне всё.

— Нет… — вырвав из её руки камень и отступив на два шага, сказал Александр. — Нет, это говорит камень. Я освобожу тебя, а дальше ты решай сама. Я не прошу тебя выбирать меня…

Сердце русалки сжалось так сильно, что разжаться уже не было сил.

— Прошу тебя, поверь мне… Мне поверь, и только мне. У меня сейчас есть всё. Не разбивай его. Не верь легендам.

— Я делаю это для тебя и для нас. Мы будем счастливы, — глаза Александра горели, будто по венам его текла лава, а не кровь.

Одним сильным броском он разбил камень. Тот раскололся. Саша задержал дыхание и посмотрел на Юну. Она упала…

Подбежав к ней, он положил её голову себе на колени, гладя её волосы, и видел, как его ошибка забирает душу.

— Я хотел помочь… Я хотел спасти… Почему я не послушал тебя…

На её бледное лицо капали слёзы. Капали, но исцеления не приносили.

Её душа покидала тело, оставляя позади мечты, надежды и любовь.