Капитан космической станции

Сознание возвращалось не сразу.

Сначала Денис услышал звук.

Низкий, глухой гул, будто где-то далеко работал огромный двигатель. Он был почти незаметным, но чувствовался всем телом — как лёгкая вибрация под спиной.

Потом появился холод.

Металл.

Он лежал на чём-то твёрдом и прохладном. Воздух вокруг был сухим и немного пах пылью, пластиком и чем-то ещё — как в старом серверном помещении или заброшенной лаборатории.

Денис медленно открыл глаза.

Несколько секунд он просто смотрел вверх, не двигаясь.

Потолок состоял из больших металлических плит. Между ними проходили узкие полосы света. Некоторые лампы работали нормально, другие мигали — медленно, с ленивыми интервалами, будто система освещения только просыпалась после долгого сна.

Он моргнул несколько раз.

Голова была ясной. Слишком ясной.

Ни тяжести. Ни головной боли. Ни ощущения, что он только что очнулся после долгого сна.

— Хм… — тихо выдохнул он.

Денис поднялся на локтях и сел.

И только теперь понял, что находится не один.

Зал был огромным.

Настолько большим, что противоположная стена казалась слегка затуманенной из-за расстояния. Потолок уходил вверх метров на тридцать, а может и больше.

По кругу стояли ряды капсул.

Высокие прозрачные капсулы из стекла или какого-то похожего материала. Внутри каждой находилось тело человека.

Некоторые капсулы были закрыты.

Другие открывались прямо сейчас.

Раздалось тихое шипение.

Крышка одной из капсул медленно поднялась, выпуская облачко холодного пара.

Мужчина внутри резко вдохнул воздух и закашлялся.

— Кха… кха… что… — прохрипел он.

Чуть дальше открылась ещё одна капсула.

Женщина внутри сначала просто сидела, широко раскрыв глаза, а потом резко вскочила.

— Где я?! — её голос эхом прокатился по огромному залу.

Через несколько секунд начали открываться новые капсулы.

Шипение.

Звук раздвигающегося механизма.

Кашель.

Растерянные голоса.

— Что происходит?

— Это больница?

— Кто-нибудь знает, где мы?

Один парень начал трясти стенки капсулы, из которой только что выбрался.

— Эй! Есть тут кто-нибудь?!

Паника росла быстро.

Люди оглядывались, задавали вопросы, которые никто не мог ответить.

Кто-то уже почти кричал.

Кто-то просто сидел на полу, пытаясь понять, что происходит.

Денис тем временем спокойно осматривался.

Он опустил взгляд на свои руки.

Кожа выглядела обычной. Никаких следов уколов, шрамов или датчиков.

Он сжал пальцы в кулак.

Движение было плавным и лёгким.

Тело слушалось идеально.

Слишком идеально.

Он встал на ноги.

Пол под ботинками был из тёмного металла. Слегка потёртого, местами с тонкими царапинами. Казалось, что здесь давно никто не ходил.

Денис медленно повернулся вокруг своей оси, рассматривая зал.

Людей было немного.

Он начал считать автоматически.

Один… два… три…

Двадцать.

И он сам — двадцать первый.

В этот момент в зале раздался голос.

Он был спокойным и абсолютно безэмоциональным.

— Активация биологических единиц завершена.

Люди сразу замолчали.

Голос исходил откуда-то сверху. Или сразу отовсюду.

— Запуск базовых систем станции.

— Проверка состояния экипажа…

Несколько человек начали оглядываться ещё быстрее.

— Какая станция?!

— Что это за голос?!

— Это розыгрыш?!

Один мужчина ударил кулаком по стене.

— Выпустите нас отсюда!

Денис почти не обращал внимания на крики.

Его взгляд остановился на центре зала.

Там стояла большая чёрная конструкция.

Похоже на терминал.

Высокая панель из тёмного металла. Поверхность была гладкой, почти зеркальной. Никаких кнопок, никаких экранов.

Только слабое голубое свечение где-то в глубине панели.

Он смотрел на неё несколько секунд.

И неожиданно почувствовал знакомое ощущение.

Интерес.

Не страх.

Не тревогу.

Просто любопытство.

Сколько раз он представлял что-то подобное?

Космическая станция.

Неизвестное место.

Новая ситуация, где всё нужно понять самому.

Он тихо усмехнулся.

— Ну… неплохо, — пробормотал он.

Пока остальные люди обсуждали происходящее и начинали спорить, Денис сделал несколько шагов вперёд.

Его шаги тихо отдавались в пустом зале.

Никто почти не обращал на него внимания.

Через полминуты он подошёл к панели.

Она оказалась ещё больше, чем казалась издалека.

Высотой почти два метра.

Металл был холодным и гладким.

Денис наклонился чуть ближе.

— И что ты умеешь? — тихо сказал он.

Он поднял руку и коснулся поверхности панели.

На секунду ничего не произошло.

Потом панель вспыхнула мягким голубым светом.

По поверхности побежали тонкие линии, как будто внутри просыпалась сложная система.

Голос снова прозвучал в зале.

— Обнаружено взаимодействие с центральной системой.

Люди сразу обернулись.

— Идентификация пользователя…

На панели начали появляться символы и схемы.

— Поиск активного командования станции…

Прошло несколько секунд.

— Поиск…

— Поиск…

— Активное руководство станции не обнаружено.

Люди начали переглядываться.

Кто-то прошептал:

— Что это значит…

Голос продолжал.

— Поиск старшего офицера…

Пауза.

— Старший офицер не обнаружен.

Ещё несколько секунд тишины.

Денис стоял спокойно, наблюдая за происходящим.

Потом система произнесла:

— Отсутствие действующего командования подтверждено.

— Инициализация временного протокола управления…

Линии света на панели стали ярче.

— Пользователь, взаимодействующий с центральной системой, назначается временным капитаном станции.

Небольшая пауза.

— Статус обновлён.

— Добро пожаловать, капитан.

В зале стало тихо.

Очень тихо.

Двадцать человек одновременно посмотрели на Дениса.

А он стоял перед панелью, спокойно рассматривая светящиеся линии интерфейса.

И только тихо сказал:

— Вот теперь действительно интересно.

Тишина после слов системы длилась всего несколько секунд.

Потом люди начали говорить почти одновременно.

— Что значит капитан?

— Почему он?

— Это что, какая-то игра?

Мужчина лет тридцати с короткой стрижкой подошёл ближе к Денису и панели. Он смотрел на неё так, будто ожидал, что сейчас появятся скрытые камеры.

— Ты что сделал? — спросил он резко.

Денис медленно убрал руку от панели.

— Ничего особенного. Просто коснулся её.

— И всё?

— Похоже, да.

Несколько человек подошли ближе. Остальные стояли чуть дальше, не решаясь приближаться к странному устройству.

Денис заметил, что почти все оглядываются по сторонам. Кто-то смотрит на потолок, будто ожидает увидеть наблюдательные камеры. Кто-то нервно трёт руки.

Страх ещё не перерос в панику, но был очень близко.

Он снова повернулся к панели.

Теперь её поверхность изменилась. Чёрный металл стал полупрозрачным, словно под ним загорелся экран. По поверхности двигались тонкие линии света, складываясь в схемы и символы.

Некоторые из них выглядели незнакомо.

Но часть текста каким-то образом была понятной.

Словно система автоматически переводила информацию.

Денис увидел строки:

Станция №47

Состояние систем: ограниченная функциональность

Уровень энергии: 18%

Он нахмурился.

Восемнадцать процентов звучало… плохо.

— Система, — сказал он.

Голос ответил сразу:

— Да.

Теперь он звучал чуть тише. Без формального обращения.

— Где мы?

Несколько секунд ничего не происходило.

— Станция находится в межзвёздном пространстве.

— Точное местоположение ограничено протоколами безопасности.

Позади кто-то нервно усмехнулся.

— Межзвёздное… конечно.

— Мы что, в космосе? — тихо спросила девушка рядом.

Денис не стал отвечать.

Он медленно осматривал зал.

Теперь, когда глаза привыкли к свету, стали заметны детали.

Металлический пол был покрыт тонким слоем серой пыли. Не такой, как на улице — более мелкой, словно она копилась здесь годами.

Некоторые панели на стенах имели следы старого ремонта. Где-то виднелись сварные швы.

Несколько ламп на потолке продолжали лениво мигать.

А возле одной из стен он заметил странную вещь.

Тонкие зелёные побеги.

Растения.

Они пробились из узкой щели между металлическими панелями. Листья были бледные, вытянутые, словно они долго росли без нормального света.

Несколько человек тоже заметили их.

— Здесь… растения? — удивлённо сказала женщина.

Это означало одно.

Здесь когда-то была система выращивания.

И станция действительно существовала уже очень долго.

Денис перевёл взгляд обратно на панель.

— Система. Сколько времени станция была без экипажа?

Ответ последовал быстро.

— Последний зарегистрированный экипаж покинул станцию 312 лет назад.

Несколько человек замолчали.

Мужчина рядом тихо сказал:

— Триста лет… да вы шутите…

Но Денис снова посмотрел на стены, на пыль, на растения, которые выросли из щелей.

Это объясняло многое.

— Какие системы сейчас работают? — спросил он.

— Жизнеобеспечение.

— Базовое энергоснабжение.

— Центральная информационная система.

Небольшая пауза.

— Межмировой телепортационный узел.

Денис чуть прищурился.

Он уже собирался задать вопрос, но в этот момент в глубине зала раздался звук.

Глухой металлический щелчок.

Все люди резко обернулись.

На дальней стене медленно загорелась тонкая полоска света.

Сначала одна.

Потом вторая.

Линии образовали прямоугольник.

— Дверь… — тихо сказал кто-то.

Через секунду огромная металлическая створка начала двигаться.

Она открывалась медленно, словно механизм давно не использовался. Раздался протяжный скрип металла.

Из открывающегося проёма потянуло холодным воздухом.

За дверью начинался коридор.

Длинный.

Плохо освещённый.

Некоторые лампы горели тусклым жёлтым светом, другие были полностью погасшими.

На полу коридора тоже лежал слой пыли.

Женщина рядом с Денисом тихо сказала:

— Мне это не нравится…

Тот самый мужчина с короткой стрижкой усмехнулся.

— Ну что, капитан, — сказал он с лёгкой насмешкой. — Какие будут приказы?

Денис несколько секунд молчал.

Он смотрел в темноту коридора.

Часть его всё ещё испытывала то самое любопытство, которое он почувствовал в самом начале.

Но теперь он понимал, что торопиться не стоит.

Он снова повернулся к панели.

— Система.

— Да.

— Покажи карту ближайших отсеков.

На панели появилась схема.

Несколько линий, соединённых коридорами.

Зал, в котором они находились, был отмечен мягким голубым светом.

Но почти всё остальное было тёмным.

Как будто большая часть станции просто… не работала.

Денис внимательно посмотрел на схему.

Потом снова на коридор.

— Похоже, нам придётся разобраться, где мы оказались, — спокойно сказал он.

Он повернулся к людям.

— Но сначала лучше осмотреться.

Никто не двинулся.

Все смотрели в тёмный коридор.

И в этой тишине вдруг стало особенно ясно:

эта станция действительно могла быть заброшена очень, очень давно.