Капли крови на алой амазонке

Фигурка в алой Амазонке

С конем слилась в безумной скачке

И начинается баллада

О тайнах, судьбах и удаче

Смолянке скромной суждено

Блистать в империях судьбине

Войти в скрижали тайных войн

Служа России на чужбине

Она пройдет огонь и дым

Труб медных звук и подземелья

Но будут с ней всегда друзья

И в боевых делах везенья

В утренний час на осенней аллее Булонского леса, там, где еще оставались практически не тронутые заповедные места Руврэле, раздался перестук конских копыт. Из туманной дымки показался белый арабский скакун, легко несущий стройную фигурку молодой дамы в алой амазонке и черной шляпке с вуалеткой. Внезапно, в нескольких саженях впереди, рухнуло, явно, подпиленное дерево. Жеребец встал на дыбы, но всадница ловко соскочила на землю и даже не упала, но неприятности на этом не закончились...

Из зарослей появилось три подозрительных фигуры, два оборванца и субъект в поношенном, но сохранившем элегантность платье. Мерзко улыбаясь, он отвесил издевательский поклон и произнес: "Спокойно мадемуазель, вы моя пленница, и если не будете рыпаться, то ваши щечки останутся без узоров".

Сказав это, мерзавец блеснул испанской навахой и сделал знак своим ассистентам. В руке девушки затянутой в элегантную шелковую перчатку , что-то блеснуло, и лесную тишину разорвал треск двух негромких выстрелов. Одна пуля попала в колено предводителю, вторая - в грудь одному из его сообщников, третий негодяй бросился было бежать вглубь леса, но и его настигла пуля. Миниатюрный двуствольный тульский пистолет сослужили хорошую службу своей очаровательной хозяйке (его близнеца не пришлось даже доставать из второго разреза в амазонке.

Зеленые, как изумруд, глаза блеснули льдом, но тут из-за поворота на полном скаку вырвались два офицера гвардейских конных егерей. В руке одного из них блестела сабля, второй держал перед собой на вытянутой руке тяжелый кавалерийский пистолет.

- "Мадемуазель баронесса. С вами все в порядке? Вы не ранены?" - с тревогой спросили офицеры.

- Все в порядке месье, помогите только допросить этого мерзавца.

- Кто ты и кто тебя послал? - спросила девушка, а щелкнувший взводимым курком пистолета, а гвардеец добавил:

- "И отвечай побыстрее, гамен, а то я опаздываю к завтраку.

А второй добавил: " Скажешь правду, будешь жить", - и приставил клинок к горлу поверженного бандита.

Обведя взглядом безжалостные лица врагов, неудавшийся похититель прохрипел: "Меня зовут Жан Дилок, я из банды Хромого Мореля, а послала нас мадам Жозефина Богарне*. Она приказала нам похитить баронессу и доставить в отель Рикю. Заплатила она нам по сто золотых франков и пообещала вдвое больше после доставки груза, ну и нам приказали с ней особо не церемониться".

И негодяй уронил голову на грудь потеряв сознание.

Тут появились лакеи баронессы и она выговорив им за то что они отстали и поблагодарив гвардейцев рассталась с офицерами , объяснив, что хочет вернуться домой, дабы привести себя в порядок.

И лишь только минут через пять, после того, как утих стук копыт удалявшейся гвардейской кавалькады, Жан Дилок, (а вернее - ротмистр Говоруха-Отрок), как ни в чем не бывало, вскочил на ноги и на чистом русском языке гаркнул: "Эй,покойники, хорош бить баклуши. Пора назад до города Парижу".

И еще через минуту лесная дорога опустела. Задание было выполнено блестяще. Французские гвардейцы, ускакавшие восвояси, были дружны ни с кем иным, как с самим Луи, камердинером императора, и, конечно, они ему похвастаются, как спасли баронессу и не от кем-то там подосланных неизвестных мерзавцев, а от наймитов Жозефины. И пусть Жозефина теперь отмывается от сплетни перед Бонапартом, старая корова его конечно уболтает, но неприятный осадок у императора точно останется. И это было еще далеко не все задумки по успешному внедрению при дворе у Наполеона...

Буквально вчера из Рима привезли раритетную табакерку по легенде принадлежащей самому Джакомо Казанове, а император любит такие безделицы.

Но вот надо еще успеть заехать к старому лекарю Жюкло, ибо когда она только собиралась ехать в Булонский лес, два негодяя со стилетами попытались ее убить по настоящему, но не совсем удачно. Первого она убила ударом принцессы Чан (костяшками в горло) а второго заколола его же стилетом , которым негодяй к сожалению смог ее поцарапать пробив корсет, но кровь не видна на алой амазонке. И это уже были совсем не подставные убийцы , а самые настоящие и судя по всему тут уже торчат уши любителей чая с лимоном на файв о клоках. И рано или поздно они подавятся этими лимонами. Баронесса не забывала обид.

Выяснив, кто из британских резидентов ее заказал, баронесса провела молниеносную операцию возмездия. В небольшом шато полиция обнаружила два трупа без признаков физического насилия (отравленные иглы выпущенные из духовых трубок, исполнители вытащили из поверженных тел). Самое смешное, что британцы приняли баронессу за агента Ватикана слишком близко подобравшегося к Талейрану, который работал вообще на всех. Но ладно, мир праху очередным жертвам Тайной войны, увы не последним.

И сейчас покачиваясь в седле идущей легким аллюром лошади , она вспомнила тот день, когда ей простой смолянке без связей и будущего, внезапно вручили шифр фрейлины и пригласили в Императорский дворец.