Карандаш

Карандаш

Пролог

…Хэ-хэй! Только что в эфире прозвучала нетленная классика прямиком из восьмидесятых! Лучшее десятилетие в истории, это уж точно! Ведь тогда родился я – ваш любимый радиоведущий! А сейчас в рекордный, шестнадцатый за день раз будет поставлен ваш любимый «Голос Вселенной»! Если кто-нибудь год назад сказал бы мне, что крутейшим хитом года, десятилетия и походу всех времён и народов станет одиннадцатиминутное инструментальное произведение неведомого жанра, я бы этому кому-нибудь втащил! И был бы неправ! Так что без лишних слов, леди и джентльмены, семикратный бриллиантовый шедевр от неизвестного автора в ваших приёмниках!

…Кто-нибудь вообще знает, кто этот чертила такой! Да-да, тот самый, с здоровенным шрамом на всю харю! Стрёмный – песец, всюду вечно появляется как долбанная испанская инквизиция, суёт всем под нос какие-нибудь бумажки и ждёт, что все будут перед ним как собачки вертеться! А самое главное – всегда из себя такой милашка-добряшка, вежливый, что аж блевать тянет! Кого ни спрошу, никто не знает точно, кто он такой. Но при этом все с ним встречались и работали! Знатный прикол! Я, когда вместе с ним впервые столкнулся, подумал, что он из военных или разведки. С ним как раз дюжина солдат тогда приехала, и они однозначно его приказов слушались. Но потом я поспрашивал у своих контактов, и знаешь что? Они уверены только в одном – он не из их рядов. А когда я пошёл к нашему начальству, они мне недвусмысленно намекнули, что если я буду и дальше задавать вопросы, то в лучшем случае отправлюсь в преждевременную отставку. И главное видел бы ты их рожи и глаза, такие растерянные, пугливые! Ей-богу как у школьников, ждущих мамок с родительского собрания! Вот и получается, что есть какой-то хрен в костюмчике, который замешан плюс-минус во всех государственно важных делах, которого покрывают наше дорогое руководство и про которого никто ничего не знает! Зашибись!

…Из заключения лечащего врача:

«…пациент нанёс себе травмы ушей продолговатым предметом (карандаш), серьёзно повредив ушные раковины, наружные слуховые проходы, барабанные перепонки, барабанные полости и ушные улитки…пациент полностью лишился слуха…пациент не помнит, как и почему он нанёс себе травмы…возможно воздействие наркотических препаратов, но анализы …показали отрицательные результаты…физическое и психическое здоровье пациента в данный момент опасений не вызывает…»

Глава 1

…Неизвестное существо весом в двадцать килограмм упало на грудь Александра и начало лезть своими, предположительно, конечностями в его ноздри. Сладкий сон человека, высыпающегося после тяжёлой рабочей недели, был моментально аннигилирован беспощадными действиями неведомого агрессора.

- Папа! Папа! Па-ап! Вставай! Уже утро! Давай играть! – крикливым и очень высоким голоском разошлось существо.

Александр с трудом открыл глаза и увидел перед собой свою дочь, Аню, шести лет. Он перевёл взгляд на часы, стоявшие на тумбочке у кровати, и далеко не сразу осознал, что они показывают без десяти шесть утра. Кошмарно раннее время для человека, всю неделю мечтавшего о долгом, размеренном сне в уютной, тёплой кроватке на мягкой, воздушной подушке. Но, несмотря на разбитые мечты, первое, что сделал Александр, придя в себя, это крепко обнял дочь. Родителям свойственно любить своих детей – это заложено как в биологической природе, так и в социальных нормах. Однако любовь Александра к дочери можно было назвать выходящей за рамки статистической нормы. Он её вечно баловал и никогда на неё не ругался. Став отцом, Александр, в прошлом тот ещё раздолбай и повеса, обрёл полноценный смысл жизни, вечный источник энергии и универсальный ответ на все загадки мира. В своей дочери он находил прекрасным всё, но особенно её голос, её смех, и как бы неправильно это ни звучало, даже её плач.

Подобная фиксация на звуковых характеристиках людей была то ли причиной, то ли следствием его профессиональной деятельности. По молодости Александр мечтал стать музыкантом, ди-джеем, кем-нибудь в этом роде. Но уже в студенческие годы он осознал свою страсть к техническим аспектам музыки, да и звука в целом. Так в мире стало на одного звуковика больше. К своим 39 годам Александр стал узнаваемым и уважаемым специалистом в своей области. Он отказался от штампованной работы на крупные студии и компании, сосредоточившись на отдельных, элитарных заказах. А что, если не это, является показателем профессионального успеха?

- Аня, ну зачем ты разбудила папу? Я же говорила, что он очень устал и что ему нужно поспать. Разве так можно?

В комнату вошла Мария, мать семейства и де-факто его глава. Так как Александр был, пускай, и эволюционирующим, но всё же базово инфантильным представителем своего вида, а Аня представляла собой шестилетнего ребёнка, то Марии пришлось взвалить на себя незавидную роль адекватного взрослого.

- Иди к себе и заправь постель. – с наигранной строгостью она отдала приказ своему чаду.

Аня послушно отправилась к себе, хотя и скорчила недовольное личико. Мария присела на кровать к мужу, они поцеловались.

- Выспался хоть? – с почти что материнской заботой спросила Мария.

- Вполне. – насколько мог бодро ответил Александр.

- Ну да, кончено. – с нескрываемым сарказмом буркнула Мария. – Разбаловал дочку, вот теперь поспать нормально не можешь.

- Не будь с ней так строга. Она ещё совсем маленькая.

- Не будь с ней так мягок. Детей надо воспитывать. Ей уже шесть лет, совсем скоро в школу пойдёт, а там без дисциплины никуда.

В подобных ситуациях, когда неприятный разговор рисковал эскалировать в полноценную ссору, Александр проворачивал один и тот же трюк:

- Я люблю тебя. – нежно, с придыханием произнёс он заветные слова, попутно воспроизводя глазами сцену с котом из «Шрека 2».

И это сработало! Снова! Мария, при всей её напускной серьёзности и строгости, была существом очень падким на любого рода ласку.

- Я тоже тебя люблю. – с резко изменившимся настроем ответила Мария.

Их отношения представляли собой вещь достаточно редкую – постоянно укрепляющуюся и углубляющуюся связь. Начавшись как типичный союз двух молодых неопытных особей, объединённых общими интересами (в данном конкретном случае – музыкой), общими знакомствами и общими биохимическими процессами, эти отношения постепенно переросли в искреннюю близость и обоюдную готовность меняться ради партнёра.

Один поход в туалет спустя Александр отправился на кухню, где его уже ждали жена, дочь и сытный завтрак. Пополнив энергией организм, Александр разлёгся на диване рядом с Аней, уставился в телевизор, где показывали дешёвенько анимированные мультики, и принялся грезить о грандиозных планах на этот субботний день.

ДЗЫ-Ы-Ы-ЫНЬ! ДЗЫ-Ы-Ы-ЫНЬ! ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ!

Среди огромного количества вещей, объединяющих плюс-минус всех людей на нашей планете, можно выделить крайне негативное отношение к неожиданно раздавшемуся звонку. Планы, хорошее настроение, мир и покой в душе – всему этому пришёл конец. Александр с болезненным нежеланием взял телефон и увидел, что ему звонит его бизнес-партнёр, по совместительству владелец студии звукозаписи и менеджер по заказам. После пары секунд тягостных раздумий Александр ответил на звонок:

- Роман, половина седьмого утра, суббота. У меня выходной, ты же знаешь. – с нескрываемым раздражением пробурчал Александр.

- Дружище, прости, я знаю. Ты прав, прав, прав. Но у нас тут очень важный клиент. Вот прям очень, очень важный. И у него просто роскошный заказ, гарантирую. Сделай другу одолжение. Прошу, умоляю!

Роман очевидно был сильно взволнован, можно сказать, в панике. Что-то в голосе товарища выбило Александра из себя. Ещё мгновения назад преисполненный готовностью послать куда подальше и Романа, и заказчика, и кого угодно ещё, теперь он не мог не согласиться.

- Ладно, через минут сорок буду.

- Спасибо, спасибо, спасибо! Век не забуду!

Александр положил телефон на тумбочку, развернулся и увидел Марию, стоящую в проходе. Очевидно, что она слышала достаточно из разговора, чтобы всё понять. Александру стало жутко стыдно, что в очередной раз семейные планы рушатся из-за него. С тяжёлым сердцем он принялся оправдываться:

- Прости, мне очень жаль, но мне надо бежать. Я…прости…- он не знал, что сказать и как.

Мария подошла поближе, прижалась к его груди и ласково произнесла:

- Возвращайся побыстрее.

Александр почувствовал облегчение и приток энергии, который ощущает каждый, кого неожиданно выслушали и поняли. Он крепко обнял и поцеловал жену, и принялся собираться.

Глава 2

В начале восьмого Александр был в студии. В здании царили свойственные для субботнего утра пустота и тишина. Войдя в офис Романа, Александр увидел своего коллегу, несвойственно напряжённо сидевшего за своим столом, и мужчину в чёрном костюме и белой рубашке, сидевшего напротив. Не успел Александр показаться в дверях, как Роман тут же вскочил и с параноидальным энтузиазмом принялся представлять друга человеку в костюме:

- А вот и он собственной персоной! Как и заказывали, лучший специалист в своём деле! Ваша запись в хороших, отличных руках!

Человек в костюме неспешно встал со стула и предстал перед Александром в анфас. Это был высокий (минимум 190 сантиметров), худощавый, вытянутый белый мужчина лет сорока пяти. В руках он держал чёрный металлический чемодан. Самой выделяющейся частью портрета было лицо. Такое же длинное и вытянутое, как и тело, оно было изуродовано жутким шрамом, протянувшимся вдоль всего неестественно высокого лба сверху вниз. Этот шрам представлял собой не просто след на коже. По краям он заметно выступал над поверхностью лба, а в центре наоборот проваливался куда-то в полость для мозга. Шрам в сочетании с тонким продолговатым носом, выделяющейся ямочкой на подбородке и аномально широким ртом, обрамлённым едва различимыми губами, создавал впечатление, будто лицо заказчика было разрезано, а затем сшито крестом. Глаза же вступали в диссонанс со всей этой картиной. Они были аккуратными, источали приветливость и спокойствие и, если позволите, радовали глаз.

Человек в костюме протянул руку Александру и добродушно произнёс:

- Доброе утро. Прошу прощения за то, что Вам пришлось приехать сюда в столь ранний час, так ещё и в выходной день. Но, уверяю Вас, иного выбора у нас не было.

Александр, немного обескураженный как внешним видом заказчика, так и его поведением полностью забыл про чувство раздражения, ещё несколько мгновений назад переполнявшее его.

- Ничего страшного. Если не против, давайте сразу перейдём к делу. Так, в чём именно заключается Ваш заказ?

- Я бы хотел, чтобы Вы очистили запись от любого рода помех и искажений. – На этих словах он открыл чемодан и достал оттуда компакт-диск. – На этом диске и хранится запись.

- Надеюсь Вы понимаете, что любая запись на подобного рода носителе изначально имеет относительно низкий уровень качества. Так что конечный результат реставрации может Вас разочаровать.

- Уверен, что не разочарует. Поверьте, даже в нынешнем искажённом виде эта запись способна… завораживать, поражать, шокировать. Когда Вы её прослушаете, она, наверняка, впечатлит Вас, может быть даже заставит прослезиться. Она настолько прекрасна.

Лицо заказчика на мгновение озарилось почти что религиозным благоговением, а голос из мягкого и пассивного стал твёрдым и проповедническим. Столь резкая смена в поведении собеседника смутила и даже слегка напугала Александра. Заметив его реакцию, заказчик вновь надел маску дружелюбия и спокойствия и с напускной иронией добавил:

- К тому же мы не собираемся отправлять эту запись в музей величайших достижений человечества. Нам всего лишь необходима версия записи, которую можно поставить на радио и продавать на стримингах. Главное в данном деле для нас – это надёжный специалист, который не испортит запись, и вопрос времени. Понимаю, что Вы, пожалуй, не привыкли так работать, но было бы прекрасно, если Вы управились бы до утра среды. Для нас это вопрос чрезвычайной важности и срочности.

Александр не хотел соглашаться на столь жёсткие сроки. Он привык работать неделями и месяцами над одним проектом, никуда не спеша и не перенапрягая себя. Здесь же ему предстояло за буквально четыре дня проделать совершенно неизвестный объём работы. Возможно, дело плёвое, и он уложится за пару часов. Но, возможно, ему придётся потратить несколько десятков часов на эту запись. Из тяжких раздумий Александра выдернул заказчик, в очередной раз успешно прочитавший мысли специалиста.

- В качестве мотивации для скорейшего и наиболее качественного исполнения работы мы готовы предложить Вам существенный бонус. В случае, если Вы уложитесь в сроки, мы повысим Ваш оклад на 50% от гарантированного гонорара.

- А сколько составляет гарантированный гонорар? – инстинктивно поинтересовался Александр.

- Сто тысяч долларов! – видимо не сдержавшись, выпалил притаившийся в уголке Роман.

- То есть за четыре, а возможно и того меньше, дней мы получим сто пятьдесят тысяч долларов? – спросил Александр с интонацией человека, которому сделали слишком уж хорошее предложение.

- Всё верно. – ответил заказчик. – Я вижу Вас смущает такая сумма, но готов заверить, что, во-первых, сумма будет выплачена полностью. В качестве жеста доброй воли мы заплатим Вам пятьдесят тысяч авансом уже сегодня. А во-вторых, эта запись стоит, как минимум, таких денег. И ещё гарантирую Вас, что в ней нет ничего противозаконного или аморального.

Александр неожиданно для себя практически не сомневался. Излишне щедрое предложение, своеобразие заказчика, очень сжатые сроки, неизбежное напряжение в отношениях с женой и дочерью – всё оказалось поглощено заманчивой суммой гонорара и внутренним желанием узнать, что же за запись стоит полторы сотни тысяч долларов.

- Я согласен. – Александр окончательно принял решение.

- Прежде, чем мы подпишем договор, который наши юристы и Ваш коллега уже успели согласовать, необходимо обсудить один момент. Нам необходима полная конфиденциальность и секретность. Вы не должны никому рассказывать про эту запись и уж тем более давать её послушать. Ни родителям, ни любимой, ни детям, ни друзьям – совершенно никому. К сожалению, у нас уже был инцидент, связанный с записью, когда информация о ней оказалась не в тех руках. Надеемся, что с Вами таких проблем не будет.

- Нет, не будет. – твёрдо заверил Александр и слегка ребячески добавил. – Так, где тут ставить подпись, чтобы получить полторы сотни тысяч баксов?

После подписания договора человек в костюме передал обещанные пятьдесят тысяч Роману, попрощался с Александром и вышел из кабинета. Затем к Александру подошёл радостный, но всё ещё заметно напряжённый Роман.

- Слушай, дружище! Я ведь тебе тут не нужен, правильно? Надо кое с кем встретиться…по делам…личным…В общем ты не против, если я тебе одного оставлю? – как-то жалостно спросил он.

- Нет, не против.

- Спасибо, братан! Хорошего дня и удачной работы! – с этими словами Роман кинулся из кабинета.

Александр же покрутил в руках диск и позвонил жене. Александр объяснил, что весь день пробудет на работе, будет поздно и добавил, что ему очень жаль. Мария же пожелала ему удачи, поскорее вернуться домой и добавила, что гордится его профессиональными успехами. Парочка в очередной раз призналась друг другу в любви. И он, и она, оба ощутили заметное опустошение после разговора.

Глава 3

Александр закрылся у себя в студии, подготовил всё необходимое оборудование и положил диск с записью в специальное устройство для прослушивания и обработки. Загадочная запись шла чуть больше одиннадцати минут. Рельеф звуковой дорожки мгновенно давал понять, что работы предстоит много, но в умеренных пределах. В лучшем случае, Александр будет дома к ужину, в худшем – далёко за полночь. При любом раскладе до среды он успеет без особой спешки.

Настало время непосредственно прослушать таинственную запись и «прослезиться». Слова заказчика Александр воспринял несерьёзно, с заметной долей сарказма. Вся жизнь Александра – это прослушивание записей. Да, большинство из них представляли собой достаточно посредственные вещи, неспособные задержаться в памяти человека дольше чем на пару часов. Однако регулярно попадались настоящие жемчужины, затем становившиеся популярными хитами или хотя бы культовой классикой в узких кругах. В конце концов Александр работал с величайшими произведениями в истории, с шедеврами Моцарта и Бетховена, «битлов» и «Нирваны» - и ничего, никакого культурного шока не случалось. А тут какая-то дефектная запись должна была вызвать у него слёзы! С таким настроем Александр натянул на голову наушники и включил запись.

Первое, что он услышал, были какие-то цифровые помехи, подсознательно напоминавшие крики человека или животного. Пару секунд спустя эти помехи уступили место красивой приглушённой мелодии. Александр попытался понять каким инструментом она исполняется, но так и не смог. Звук имел ровную единую природу, но при этом напоминал то звучание флейты, то скрипку, то и вовсе нежный женский вокал. Спустя ещё какое-то количество времени к данной мелодии подключились ещё минимум две. Одна, низкая, отдавала то гулом чудовищных размеров механизма, то киберпанковым саундтреком а-ля «Бегущий по лезвию», то звуковыми сигналами китов. Вторая, высокая, рисовала образы певчих птиц, родниковой воды и завывания ветра. Обе мелодии то и дело переставали звучать, но при этом никогда не возникало чувство их завершения. Скорее они переходили куда-то в инфразвук и ультразвук, продолжая развиваться и соперничать где-то там за пределами возможностей человеческого слуха. То тут, то там казалось, что появлялись дополнительные мотивы, совсем уж неподдающиеся описанию, но сам факт их наличия в записи оставался загадкой. Во всей композиции точно не было никаких ударных, но при этом что-то отчётливо, беспрекословно задавало темп. Поверх всего этого накладывались повторяющиеся каждые полминуты коротенькие помехи, безотказно пробуждающие чувство тревоги. Парадоксально, но ни они, ни вся разбушевавшаяся вакханалия звуков ни коим образом не нарушали гармоничности произведения. Как бы Александр не старался сконцентрироваться на записи, на её технических аспектах, он постепенно проваливался куда-то вглубь неё. В голове сами собой возникали и сменяли друг друга с бешеной скоростью образы, чего-то прекрасного, но неуловимого. Само пространство и время вокруг Александра исказилось. Он больше не был в своей записывающей студии, а за окном точно не было утро, или день, или ночь, или хоть что-то, что можно описать, осознать. Да и самого Александра как будто больше не было.

Когда Александр пришёл в себя, всё его тело тряслось. Сердце бешено колотилось, угрожая в любой момент выпрыгнуть из груди. Глаза были наполнены слезами, а из носа знатной струйкой текли сопли. На столе блестела крошечная лужица из обоих выделений. Вся одежда на теле была промокшей от пота. На ладонях виднелись кровавые следы от ногтей. Едва в голове Александра вновь зажегся свет разума, он тут же решил переслушать запись…

…Затем снова…

…И снова…

…И снова…

Александр не имел ни малейшего понятия, сколько раз он прослушал запись или сколько времени он на это потратил. После очередного прослушивания подсознательный импульс вновь пережить этот опыт сошёл на нет. В голове появилась навязчивая, параноидальная, маниакальная мысль, что необходимо, как можно скорее приступить к работе. Александру было совершенно несвойственно с головой погружаться в трудовую деятельность, напрочь забыв о мире вокруг. Но в этот раз всё было именно так. Несмотря на абсолютное непонимание природы записи, что-то внутри Александра безошибочно подсказывало, что именно нужно делать. Александр действовал суматошно и агрессивно. Большую часть времени он ни до конца осознавал, почему делает ту или иную вещь. Всё в нём было поглощено процессом работы с записью.

СТУК!!! СТУК!!! СТУК!!!

Кто-то стучал в дверь студии. Этот кто-то своими действиями жестоко вырвал Александра из состояния транса. Александра тут же покинул маниакальный импульс к действию. На смену ему пришли растерянность, раздражение и гнев. Александр открыл дверь и почувствовал резко наплывшее чувство тяжести и сдавленности в области шеи. Это была Мария, обнимавшая мужа, одновременно крепко и нежно. Её глаза были полны слёз, но на лице проступала улыбка.

- Боже! С тобой всё хорошо! Я так испугалась! – с облегчением вырывались слова из уст Марии. – С тобой же всё хорошо?

- Что ты здесь делаешь? – с нескрываемыми раздражением и сухостью спросил Александр.

- Тебя больше суток не было дома. – было очевидно, что реакция мужа шокировала Марию. – На звонки ты не отвечал. Я сначала подумала, что ты занят на работе, решила не мешать и подождать до вечера. Потом позвонила Роману, он сказал, что у тебя очень важный заказ и что ты обязательно объявишься к утру. Но вот уже половина двенадцатого, а ты всё ещё здесь! Ничего мне не сказал, не позвонил, не написал! И ты знаешь, как Аня переживает, из-за…!

Марию накрыли эмоции, и она зарыдала, уткнувшись в грудь Александру. В голове мужчины витали разные мысли – от незаметно пролетевшего времени до осознания вины перед семьёй. Но в душе у него вспыхнуло совершенно несвойственное чувство ярости. Он по-механически грубо стянул Марию со своей груди и с интонацией раздражённого начальника начал её отчитывать:

- Я занят, поняла. Я тут деньги зарабатываю, в том числе и для того, чтобы ты могла всякую ненужную хрень покупать и по массажным салонам ходить. А ты что делаешь? Приезжаешь сюда, отвлекаешь меня, устраиваешь грёбанный цирк, предъявляешь какие-то претензии! Я, кажется, вчера ясным языком сказал, что задержусь на работе! И вот я здесь! Ни в каком-нибудь баре, или с какой-нибудь шлюхой, а здесь! Ночь не сплю, пашу как лошадь, чтоб деньги заработать, а вместо спасибо, выслушиваю бесконечные претензии!

Пожалуй, ни разу в жизни Мария не испытывала такого шока. У Александра было много недостатков, и они, бывало, сорились друг с другом. Но никогда она не видела в его глазах настоящую ненависть, никогда не слышала ничего подобного из его уст. Она смотрела на него и не видела того, милого и ласкового мужчину, которого любила. Она видела полные ярости глаза и ощущала презрение, исходящее из них.

- Что с тобой? – пугливо и отчаянно прошептала она.

- Что со мной? Что со мной? – взорвался басистым криком Александр – Что с тобой не так, дура? Будь добра, иди домой. Я вернусь, когда доделаю работу. Если посчитаю нужным возвращаться в дом, в котором ко мне так относятся.

Мария, едва сдерживая накатывающую панику, развернулась и вышла из студии. Она понимала, что её хлипкий уютный мирок только что развалился на части, но никак не могла понять почему.

Александр же, которого ещё недавно поглотило бы жуткое чувство вины за столь жестокие слова, почти моментально забыл про ссору с женой. Его внимание вновь было поглощено записью. Работа закипела с новой силой. Ничто не могло её остановить…

…Он испортил запись…Он испортил запись…ОН УНИЧТОЖИЛ ЗАПИСЬ!!!

В какой-то момент всё пошло не так, как должно было пойти. Казалось бы, нужно всего-навсего убрать помехи. К тому же что-то безошибочно указывало ему, где эти помехи искать. Легчайшее дело в жизни! Но стоило было Александру убрать одну помеху, как где-то появлялась ещё одна. Стоило было убрать и её, как куда-то пропадал гул китов или свист ветра. С каждой новой правкой что-то незримой исчезало из записи. Совершенно пропали фантомные мотивы, окончания высокой и низкой мелодий стали слишком отчётливыми и так далее, и тому подобное. С бешеной лихорадочностью мотало из стороны в сторону продолжительность записи. Из одиннадцати с небольшим минут оригинала получалось то семь с половиной минут, то девять сорок одна, то один раз и вовсе – четырнадцать с лишним минут. Но главное – с каждой новой итерацией всё меньше и меньше становилось образов, а их очертания приобретали чёткий и ясный характер. Вот здесь поёт соловей, вот здесь стучит дождь, а здесь всем должно быть грустно.

Александр в очередной раз прослушал финальный результат. Все помехи удалены, а качество доведено до максимума. Композиция, представленная на записи, — это настоящий шедевр, пропадавший где-то много лет, один из величайших из когда-либо созданных. Но это самая обычная композиция. В ней хорошо слышны скрипка и флейта, барабаны и медные. В ней легко различаются ноты и хорошо слышны акценты. Всё в ней прекрасно, но ничто в ней не напоминает оригинал.

Он уничтожил запись…

Глава 4

Наступило утро среды. Александр чувствовал себя ужасно. Пять дней и четыре ночи он почти не спал и не ел. Его накрыло запоздалое и оттого вдвойне тяжёлое раскаяние за то, как он поступил с женой и дочерью. Но главное все эти жертвы впустую. Он ни только не выполнил работу, но и безвозвратно испортил оригинал. Почему он не сделал копию – этот вопрос мучительно вертелся в голове у Александра.

В студию вошли заказчик и Роман, оба очевидно в радостном настроении. Однако одного взгляда на Александра было достаточно, чтобы это настроение вмиг улетучилось. Александр, собравшись с силами и едва сдерживая слёзы, обратился к заказчику:

- Простите, но вынужден Вас разочаровать. Мне бесконечно жаль, но…я не смог выполнить заказ. И более того…я…я уничтожил оригинал.

В этот момент лицо Романа неестественно быстро побелело, а руки заметно затряслись. Слова партнёра очевидно нанесли существенные ущерб его здоровью. Но вот заказчик остался на удивление спокоен. На его лице красовалась лёгкая улыбка снисходительности. Такая улыбка свойственна для родителей, столкнувшихся с излишними извинениями своих отпрысков за сущие пустяки. Заказчик мягко и предельно дружелюбно произнёс:

- Но ведь у Вас должна быть итоговая запись, правильно? Прошу, позвольте мне её прослушать, а уже после мы будем делать выводы о том, справились Вы с работой или нет.

Александр обречённо поставил заказчику запись. Тот надел наушники и принялся слушать итоговый результат. Роман в прединфарктном состоянии всё время теребили в руках свои очки. Александр же был полностью поглощён мыслями о семье. Как ему исправить то, что он наделал? Как он вообще мог сказать такое? Он ведь всегда любил Марию и до сих пор любит. А как он любит Аню…

Ведь он их всё ещё любит?

Почему-то этот вопрос застрял в его голове и никак не хотел уходить. Он разъедал разум и душу Александра. Именно он, а не отсутствие еды и сна, был причиной его утомления.

Пока Александр прибывал в своих думах, на лице заказчика появилась довольная улыбка. Такая реакция клиента мгновенно вернула Романа в мир живых и радостных. И вот комната, которая ещё недавно была рассадником уныния и отчаяния, наполнилась позитивной энергией. Одиннадцать минут мучительного ожидания спустя заказчик снял наушники и обратился к Александру.

- Мои поздравления! Не знаю, что именно вызвало у Вас опасения о качестве конечного результата, но точно знаю, что нас данный результат устраивает всецело и полностью. Более того он, пожалуй, превосходит наши ожидания и надежды, поэтому я увеличу ваш гонорар на дополнительные пятьдесят тысяч долларов. Итого двести тысяч за столь прекрасный результат!

В этот момент сзади Александр раздался восторженный писк – Роман не смог сдержать эмоции. Сам же Александр не мог понять реакцию заказчика, но впервые за, кажется, вечность был готов отпустить мысли о записи.

- Вы точно довольны результатом? – растеряно спросил он.

- Конечно! – с несвойственной эмоциональностью ответил заказчик. – Вы подарили нам настоящий хит и проделали чудную работу. Если позволите, то вот Вам мой совет: возьмите отпуск на месяц-другой. Выглядите Вы чрезвычайно плохо, Вам непременно нужно отдохнуть. Проведите время с семьёй. Вы это заслужили!

Заказчик протянул руку Александру и как-то по-дружески её пожал. Затем он вместе с эйфорически счастливым Романом удалился из студии. Александр решил, что раз заказчик доволен, то это самое главное. К тому же с каждой минутой он всё меньше и меньше был уверен в том, что слышал хоть что-то необычное в оригинале записи.

Глава 5

Александр едва помнил, как очутился у порога своего дома. Всё время с момента прощания с заказчиком он находился в состоянии своеобразного транса, очнулся от которого он только сейчас. Никогда в жизни ему не было так трудно нажать на кнопку дверного звонка. Простейшее действие неожиданно превратилось в мучительное испытание. Он проворачивал в голове раз за разом свои извинения, но ничего, чтобы могло выразить его сожаление в полной мере, в голову так и не приходило.

Наконец, Александр не столько решился, сколько импульсивно нажал на злосчастную кнопку. Следующие десять секунд были самыми длинными в его жизни. Еле слышные звуки приближающихся шагов и отпирающегося замка грохотом раздались в голове Александра. Дверь приоткрылась, и в проёме появилась Мария. Её лицо было напыщенно строгим, даже слегка агрессивным, но во взгляде читались радость и надежда. Смотря в эти глаза, Александр окончательно расклеился. Буря эмоций – стыд, сожаление, ненависть к себе, любовь к ней и много ещё чего – накрыла его. Глаза налились слезами, нос соплями, а лицо скукожилось в очень жалостливую гримасу. Приложив неописуемую массу усилий, Александру всё же удалось выдавить из себя:

- Прости…меня!

Мария, ещё секунду назад готовая устроить небывалых масштабов скандал, неожиданно даже для себя кинулась к Александру, крепко его обняла и тоже расплакалась. Сейчас в её объятиях был её муж со всеми своими плюсами и минусами, а не тот ужасный незнакомец, появление которого, казалось, разрушило её счастье. Этого факта было достаточно. Вскоре в коридор вышла и маленькая Анна. Она, пускай, и не понимала, почему мама и папа решили устроить акт обнимашек у входной двери, но была не прочь к ним присоединиться. Так вся семья, обнявшись и наслаждаясь теплом друг друга, простояла минуты три реального времени.

Следующий месяц был лучшим в жизни Александра. Он последовал совету загадочного заказчика и устроил себе затяжной отпуск. Всё время он проводил с любимыми женой и дочерью, отношения с которыми заметно улучшились. Вдобавок, теперь Александр был прилично богат, а главное – его репутация достигла новых высот.

Запись, над которой он трудился, и которая чуть было не стояла ему рассудка, получила название «Голос Вселенной» и стала абсолютным хитом. Безупречные оценки критиков, десятки миллионов продаж, миллиарды просмотров и прослушиваний, композиция звучала буквально из каждого радиоприёмника в каждой точке мира. Её называли величайшим музыкальным произведением в мире. Тайна её создания стала темой десятков, сотен расследований от самых престижных изданий. Никто не знал, кто был автором композиции, да и студия, её выпустившая, до этого выпускала только кринжовые песенки о вреде наркотиков и стрёмные композиции о крутости службы в армии. Все, кому было не лень, объявляли о новой эре в истории музыки, о смерти поп-музыки и возвращении классической музыки. Сотнями расплодились последователи и подражатели «Голоса Вселенной», большинство из которых были на редкость сносными произведениями, но не одно не могло затмить оригинал. Культ вокруг композиции дошёл до того, что появилась теория, мол, крупный вооружённый конфликт, длившийся несколько десятилетий и резко завершившийся за одну неделю, тоже пал жертвой «Голоса». Якобы солдаты, политики и обычные граждане с обеих сторон настолько преисполнились красотой музыки, что послали куда подальше свою давнюю вражду. Данная гипотеза была, пожалуй, перебором, но невозможно было не заметить, что люди вокруг, по всему миру и правда стали …добрее, что ли.

Успех записи означал и успех Александра. За месяц, что он находился в отпуске он умудрился заработать больше денег, чем за весь прошлый год. Крупнейшие компании и ярчайшие звёзды выстраивались в очередь к нему, а он не без удовольствия заявлял, что ещё не готов вернуться к работе. Самая непристойная мечта стала явью для Александра. Он почти совсем позабыл об оригинальной записи. Разве что изредка с утра в полудрёме ему казалось, будто он слышит её отдельные фрагменты…

…Неизвестное существо весом в двадцать килограмм упало на грудь Александра и начало лезть своими, предположительно, конечностями в его ноздри.

- Папа! Папа! Па-ап! Вставай! Уже утро! Давай играть! – жутким скрипом, разрывающим перепонки и разъедающим мозг, накинулось существо.

Александр тут же проснулся так, как просыпаются после жуткого кошмара. Ошарашенный и напуганный он посмотрел на свою дочь. Столь необычная и резкая реакция родителя напугала уже её, и она тихо, пугливо произнесла:

- Пап? С тобой всё хорошо?

Но эти слова вновь пронзили слух Александра. Голос его дочери, некогда обожаемый, теперь звучал невыносимо. Он был слишком резким, высоким, неправильным. В предпаническом состоянии Александр встал с кровати и ответил дочери, что с ним всё в порядке. Но и его собственные слова вызвали боль и дискомфорт. Александр спешно направился в туалет, но по дороге наткнулся на Марию, которая ласково и нежно с ним поздоровалась. Но и её голос превратился в макабрический рёв адского чудовища.

Александр буквально влетел в ванную комнату. Он встал у зеркала и начал рассматривать свои уши. В них не было ничего необычного. Зато его глаза выражали животный страх, а лицо исказила паника. Александр открыл воду и с ужасом осознал, что звук воды, плавно стекающей по его рукам, превратился в омерзительный гул заржавевшего механизма. Он резко закрыл кран, но вместо спасительной тишины его накрыла оглушающая дисгармония из сотни изуродованных звуков.

Тошнотворное мычание водопроводных труб…рубящие хлопки пузырьков в раковине…мерзкие шептания из-за двери…в конце концов, жутко громкое и невыносимо неритмичное биение сердца…

Ему становилось всё хуже. Он буквально чувствовал, как умирает. Как все эти звуки разрывают каждую клетку его тела. Как один за другим у него отказывают органы. Как кровь в его венах начинает бурлить. Как живот взрывается от избытка нечистот. Как в лёгких кончается воздух. Как его мозг разжижается и просачивается через отверстия носа и ушей.

Он должен что-то сделать! Ему нужна тишина! Любой ценой!

Мыло…Зубная щётка…Ножницы…Бритва…

КАРАНДАШ!!!

Эпилог

Александр пребывал в блаженстве. Он вместе со своей семьёй сидел на диване и смотрел фильм. Видимо, шла комедия. Его дочь и жена, должно быть, во весь голос смеялись. Их лица были озарены радостью и беззаботностью. Лицо самого Александра тоже было украшено улыбкой. Его любимые рядом и счастливы, а он…А он наслаждался тем, чем мог наслаждаться только он. В его голове раз за разом, без остановки звучала ОНА!