Карнавалы. В танце со смертью

Великий Режиссер

Таинственные маски, градус веселья кружит головы, или это водоворот событий и эмоций? Вокруг пышные убранства или простота улиц, но все сливается в безудержном веселье. Стоит лишь скрыть свое лицо красивой или загадочной маской, и тут же становится можно всё! Ты властитель мира или тайный игрок. Ты можешь делать, что захочешь, и тебе за это ничего не будет!

А может, так только кажется?

Свобода от социальных запретов, от осуждения и оценок меняет людей до неузнаваемости. Ты можешь быть, кем хочешь, думаешь ты. А вдруг, это только иллюзия? Все, что было на Карнавале останется на Карнавале — твердят людишки. Но, вдруг, расплата все-таки настигнет?

Безумства, тайные деяния, возлияния, чревоугодие, воровство, азарт, прелюбодеяния — это лишь некоторые участники карнавальных шествий. Их никто не замечает, всё внимание обращено к главным игрокам — веселью, томлению, интриге, пышному ликованию, вседозволенности. Люди ослеплены, охвачены истерией веселья. Но мои участники неотрывно, незаметно, неминуемо следуют за каждым человеком в маске. Они знают его мысли, мотивы, могут угадать действия. Пока главные игроки кружат головы, одетым в маски людям, каждый из теневых игроков Карнавала не просто наблюдают — участвуют в тайном действии. Именно они складывают события так, как надо мне, это они выстраивают ход Карнавала для каждого, кто осмелился надеть маску. Они ведут за руку тех, кто к ним тяготеет.

Каждый человек идет на Карнавал за чем-то своим. У всех есть мотивы, возможно, их много, но есть только один шанс получить желаемое просто так, не заплатив мне, Карнавалу, за это ничего. Один всего лишь шанс. И если ты его ухватишь за хвост, то праздник для тебя состоится. Все, что было на Карнавале, тут и останется. Но если же нет, то останешься моим вечным рабом. Ты будешь кружиться в водовороте собственных страстей вечно, перерождаясь и снова умирая. Потому что кроме явных участников карнавала, там, среди шума и веселья, всегда незаметно, но неукоснительно присутствует еще один, самый запоминающийся по силе впечатления — Смерть — мой самый страшный, самый верный и самый сильный помощник. Ведь если попасть к ней в тиски, она не отпустит. Придется раз за разом танцевать с ней замысловатый, причудливый, бесспорно оригинальный танец. Ивсегда без права отказать. Ведь этой даме не вправе отказать никто.

И не смотря ни на что, Вы, жалкие людишки, думаете, что Карнавал придумали вы сами? Вы тщетно полагаете, что можете им управлять, устанавливать правила? Нет. Карнавал — это веретено судьбы, которое разматывается для каждого и ловит в свою петлю тех, с кем мне интересно играть. Тех, кто будет покорен моему сценарию, кто будет слепо следовать доставшейся ему роле. И вырваться из этой петли практически невозможно.

Вы думаете, что карнавал — это праздник? Глупцы! Там, где отменяются все земные законы, главенствует похоть, чревоугодие и вседозволенность, обезличивается человек, там главенствую Я. И именно я запускаю древний механизм Судьбы, оглашаю для кого-то Злой Рок. И именно тогда, когда правила отменяются, маски скрывают лица, все самые необузданные стороны человеческого существа выходят наружу, я запускаю свой механизм, я включаю вас в игру, правила которой вам неизвестны. Отказаться уже невозможно. Но хватит ли сил играть до конца? Ведь, чтобы оступиться достаточно краткого мига, одной оплошности, мимолетной слабости. А чтобы доиграть до конца не хватит и вечности.

«1780 год — расцвет, пик Венецианских карнавалов. Последние разгульные торжества перед падением империи. Город наводнен всеми слоями общества. Гулянья не стихают. Во дворцах, на улицах — везде кипит веселье. Небольшая комната в локанда модеста в сестьере Дорсодуро. Он снял ее за два месяца, готовился. Скромное, но главное, удаленное от основного пространства локанды помещение, достаточно недорогое, чтобы он мог себе позволить. Сколько надежд и ожиданий было возложено на эту комнату, пока они ждали время наступления карнавала. И вот, ритуал „Воло делла Коломбино“ совершен, маски надеты, веселье в разгаре. Она ждет его в этой комнате, чтобы отдать самое сокровенное, что может быть у молодой незнатной девушки. Волнение, предчувствие, томление, страх!

Сердце словно Коломбино стучит в ее груди. Она и не думала, что будет так волнительно, страшно претворять в жизнь то, что они обсуждали целых два месяца. На словах было все просто. А на деле!

Как только она увидела себя в зеркале, странное волнение и предчувствие беды овладели ей. На словах было все красиво. Но стоя перед стеклянной поверхностью посреди демонстрационного зала швейной мастерской, в которой она жила и трудилась, кусочки реальности стали складываться в общую картину, где она не находила себе места рядом с ним. Ей бы тогда снять маску, закрыться в своей коморке, и не пытаться обмануть Судьбу. Но она не могла обмануть Его. Поэтому, расправив скромное ничем не примечательное платье, которое шила для себя два месяца в перерывах между заказами, взяла в рот держатель от маски Моретта, вздохнула и направилась исполнять задуманное.

Она, конечно, сразу узнала любимого, хотя он и был в маске Баута и длинном черном плаще, как и другие аристократы его круга. Героиня не могла ошибиться. Ведь смотрела не глазами, а сердцем. Девушка видела одинаковые черные силуэты в масках и шляпах. И не только рост и разворот плеч были для нее отличительной чертой ее возлюбленного. Она видела его выбивающиеся из-под шляпы волосы, не знающую себе места от волнения руку. Видела пальцы на этой руке, тонкие и длинные, но сильные и мягкие, которые так ловко подцепляли ее локон, играли с ним, касались мимолетно щеки, переплетались с ее трудовыми, исколотыми и шершавыми пальцами, когда никто на них не смотрел. Она видела не его спину, а напряжение, которое не мог скрыть даже широкий черный плащ. Конечно, она его узнала. И помнила все, что должна была сделать, но ноги будто приросли к брусчатке. Смех его друзей как гром звучал у нее в голове. Вся ее проворность и ловкость будто осталась в мастерской. Тело стало ватным, неповоротливым.

Толчок! И наша героиня чуть не полетела на каменное покрытие. Её подхватил под руку мужчина в такой же маске и плаще, что и её любимый. Он оглядел беглым взглядом героиню и отошел молча. Девушка не проронила ни слова. Ведь рот был занят маской. Мужчина и не ждал ничего. Растворился в толпе. Но этот инцидент вывел её из оцепенения. Чуть придя в себя. Она все-таки решила осуществить план, который они обдумывали долгих и счастливых два месяца. Подошла со спины к мужчине, легко коснулась напряженных мышц и тут же протянула руку, чтобы тот отдал ей ключ. Он даже не повернулся, но она точно знала, что это он. Потому что в считанные секунды в ее руке оказался металлический предмет, а со спины, которой она касалась, спало напряжение. Не привлекая внимания и не задерживаясь, девушка побежала по указанному адресу. Сердце колотилось, руки тряслись. Но она крепко сжимала ключ. Не смотрела по сторонам. А зря. Ведь мужчина, который помог ей, не оставил странную особу без внимания, и видел все то, что не должен был заметить прохожий. Он проследил за ней, потом вернулся к той компании, в которой стоял ее возлюбленный и влился в нее, шутя и смеясь. У аристократов были не менее шумные и большие компании, чем у черни.

Молодого человека закрутило веселье и друзья, он никак не мог вырваться из шумной компании. Хоть она и поредела на несколько человек. Он завидовал им. И старался последовать их примеру, отщепиться от толпы. И наконец, это ему удалось. Влюбленный юноша бежал на встречу к любимой. Но его перехватили трое друзей, которые ушли из компании раньше. Один из них знал адрес и ждал, чтобы посмотреть, кто же к нему направится. Ему стало забавно наблюдать за соседом, чей род был на грани обнищания. Он решил, что парнишка хочет развлечься перед династическим браком, к которому его давно склоняли. И захотел присоединиться. Наш герой не смог ему отказать, и все закончилось трагично.»

Теперь, вот уже много сотен лет, не одно перерождение я наблюдаю за этими глупыми душами, которые сами попались ко мне в петлю. Одна трусость, одно молчание. И вот уже двое в ловушке времени. Им теперь из нее не выбраться. Мечутся бедолаги из перерождения в перерождение, летят друг к другу, как мотыльки. И уже каждый из них знает, кто должен сгореть, но водоворот Судьбы запущен, они не в силах изменить сценарий. Крылья расправлены, мотыльки набирают скорость и высоту, пламя Судьбы уже зажигается.

Позвольте их представить! Мои попавшие в ловушку души: трус — Александр Сергеевич Зеркальный (Алесандро дель Спекио — душа в Венеции, Александр дю Мируар — душа в Париже, Алексис ди Спекио — душа в Ницце) и тихоня — Светлана Ивановна Иванова (Лючия — душа в Венеции, Клара — душа в Париже, Клэр — душа в Ницце). Он — ее проклятый принц сердца, а она — его извечная потеря. Они привычно находят друг друга в шуме ярмарок, в блеске огней, в вихре танца, в тени беседки, за разговором в светском обществе, на прогулке у реки. И каждый раз итог один — блеск масок, раздолье вседозволенности, буйство плоти и одна смерть — ее смерть. Способ может быть любой: насилие, удушье, утопление — в арсенале смерти обширные методы, итог один — его безмерное одиночество и надежда встретить ее вновь.

И вот новое перерождение! Другие декорации, люди, время. И снова встреча. Он уже ждет ее в своем стеклянном небоскребе. Она мчится к нему как мотылек, не зная, что должна сгореть дотла. Им не избежать судьбы. Новое знакомство непременно будет: взгляды, прикосновения, чувства. Но они не знают, что с каждым перерождением любовь становится сильнее, эмоции острее, влечение безудержнее и вместе с тем будет еще сокрушительнее и страшнее, ожидающее одного из них, одиночество. Их встреча еще только планируется, но я уже выдал им билеты на бал, где приготовил для них финальный танец. Танец со смертью. Как бы они не сопротивлялись, приглашение выписано, танец выбран. Отказ не принимается.

До встречи на Празднике!

Ваш Карнавал!