Карты навыков в реальной жизни: ДНК код Эон

Я сидел неподвижно, слушая свое дыхание и пытаясь спрятать волнение, которое полностью охватило меня. Ожидая своей очереди в приемной, я отрешенно смотрел на стрелки настенных часов с маятником, тикающие на стене медицинского исследовательского центра «ДНК-код». Часы были старинные, с изящно изогнутым циферблатом в витиеватой оправе. Их мерные тики отсчитывали секунды в ожидании неизвестности, каждый щелчок — еще один удар сердца в моей ослабленной груди.

Спустя несколько минут раздался приглушенный голос из динамика на стене:

— Пациент 244, зайдите в кабинет.

Сделав несколько шагов по отполированному до блеска паркету, мой сопровождающий вкатил инвалидное кресло в просторный светлый кабинет лаборатории. Колеса кресла издавали тихий, но отчетливый скрип, словно напоминая о моем унизительном положении. От запаха лекарств и антисептиков кружилась голова. Немного приподняв голову и осмотревшись, я увидел множество хромированных научных приборов и голографических панелей; сияющие поверхности отражали мое искаженное лицо, бледное, с запавшими щеками и темными кругами под глазами. Везде пахло наукой и неизбежностью технологий будущего.

Медик в белом халате с бейджем «Доктор Кирстон» указал на место рядом с собой, его движения были уверенными и точными, как у человека, привыкшего к власти над человеческими судьбами. Взяв со стола папку с бумагами, он открыл мою медицинскую карту и принялся читать вслух.

— Итак, Эон, пол мужской, возраст 15 лет, — начал доктор, водя пальцем по строчкам. — Врожденные патологические заболевания: рахит, искривление позвоночника, хрупкость суставов… — он стал перечислять весь огромный список моих прочих мелких недугов, бегло просматривая страницы и слегка хмуря брови.

Каждая болезнь отдавалась фантомной болью в моём мозгу, заставляя ещё раз мысленно вернуться в то время, когда я был лишь беспомощным ребёнком на больничной койке. Воспоминания вспыхивали как кадры старого фильма: мучительные процедуры, бесконечные уколы, тихие ночные рыдания в подушку, когда никто не видит. Лица врачей, смотревших на меня с профессиональным сочувствием, скрывающим клиническое безразличие. И родители — их глаза, полные боли и вины за гены, которые они мне передали.

По сути, я был тем, кого природа попросту обделила обычным здоровьем человека. С самого детства я был прикован к этому чёртову креслу. Как мне сказали ранее врачи, у меня огромная поломка генома, которая и привела к хроническим болезням, поразившим моё тело, но ещё не давшим мне полностью умереть.

Врачи давали мне максимум ещё три года жизни, а потом — готовиться к худшему, хотя что ещё хуже может быть… Может, смерть — не самый страшный исход. По крайней мере, она прекратит эту бесконечную пытку существования в теле, которое больше похоже на тюрьму, чем на дом для души.

— Эон, ещё раз для справки — мы получили одобрение ваших родителей на интеграцию ДНК-карты в ваш организм с постепенным переписыванием генома, — спокойно произнёс доктор, глядя на меня поверх очков. — Напоминаю, что данная технология экспериментальная и ещё проходит тестирование в ряде стран.

Я хмыкнул, прочищая горло от комка, и тихо произнёс:

— Доктор, скажите пожалуйста, а я действительно смогу сам менять свои свойства генома?

Доктор кивнул, едва заметно улыбнувшись:

— Да, всё верно. При желании вы сможете сами постепенно улучшать свой геном, который будет влиять и на ваше тело. Для плавной адаптации к системе мы встроили игровую форму, которая позволит вам лучше адаптироваться к изменениям и постепенно настраивать вашу генетическую карту.

Он сделал паузу, проверяя мою реакцию, прежде чем продолжить:

— Также у вас будет помощник Кири — нейроинтеллект, помогающий адаптироваться, следить за вашими показателями, а также управлять скоростью починки генома.

— Доктор, скажите… А правда, что я не только смогу починить свои гены, но и… — мой голос дрогнул от внезапной надежды, словно огонек, вспыхнувший в кромешной тьме — но тут я почувствовал, как снотворное начало действовать, и мой разум окатило пеленой беспамятства…

Сознание меркло, как свет, уходящий за горизонт. Последняя мысль пронеслась в голове — может, это мой единственный шанс не просто существовать, а жить по-настоящему? Может, наука сделает то, чего не смогла природа — даст мне будущее?

Я открыл глаза, в голове до сих пор летал туман, мысли путались чередой, разбредаясь в моем сознании. Проморгавшись, я попытался приподнять свою голову. И тут в палату вошла медсестра, принеся поднос с едой и соком.

Медленно прокрадываясь, она подошла вплотную к моей кровати. От неё приятно пахло сиренью и лимоном. Её длинные каштановые волосы были убраны в аккуратный пучок, а голубые глаза с интересом смотрели на меня.

— Как вы себя чувствуете, дорогой Эон? — мягко спросила она.

— Не… — я прокашлялся, немного в горле пересохло. — Не знаю…

— Понятно… Вот, попейте, вам это сейчас необходимо и поможет быстрее прийти в себя, — ласково сказала медсестра.

Она приподняла пультом кровать, чтобы я удобно сел, и поднесла стакан с апельсиновым соком к моим губам. Я сделал пару медленных глотков, наслаждаясь приятной кислинкой, и посмотрел на неё.

— Скажите, — сухо сказал я, — как всё прошло?

— Как обычно, — медсестра улыбнулась, поправляя мою подушку, — вживление системы в 99,9% случаев проходит без последствий. Теперь главное — ваше упорство и желание к жизни.

Она сжала мою руку в знак поддержки. Её прикосновение было тёплым и успокаивающим. На мгновение мне показалось, что между нами проскочила невидимая искра — возможно, мое воображение, изголодавшееся по человеческому теплу. Затем, положив остатки еды на столик рядом, медсестра вышла в коридор, оставив меня наедине с мыслями.