Карьера в мире меча и магии

Тяжело вздохнув, я опять воткнул вилы в плотно слежавшуюся массу. Черт с ним, к физической нагрузке, да и к запаху я уж привык, но вот сама постановка вопроса… Ну вот почему мне всегда достается самая неприятная обязанность? Как тому же Гераклу, вроде уборки навоза из конюшен. Но там он выкрутился: смыл к чертям весь навоз вместе с конюшнями. Да еще и коней угнал, в качестве «оплаты» за работу. А здесь?

Кого я здесь угоню? Хаврошу? Так не угонишь ее далеко, к тому же она и так моя, вроде бы. Точнее, принадлежит моей семье. Или вот этих троих овец, что жмутся к дальней стенке, под «охраной» барана Борьки? Вишь, башку наклонил и рога вперед выставил. А дерется (точнее, бодается) он здорово. Разбежится, подпрыгнет и как даст всей массой куда достанет! Мне от него поначалу пару раз прилетело, и не слабо. Потом с ушибом грудной клетки отлеживался на этой самой подложке из… остатков жизнедеятельности его «стада». Или это у местных «Отарой» называется? Неважно. Не силен я в этих тонкостях местных «Агрономии и животноводства». А ведь, судя по всему, придется привыкать и изучать все, с этим связанное, если собираюсь как-то выживать. Нет, я не жалуюсь. И не расстраиваюсь. Просто поубивал бы на месте всех этих авторов «попаданческих» романов! Вечно у них что ни попаданец в альтернативный мир, то в Империю. И непременно в дворяне, или другую аристократию. Плюс сразу же или колдун даст знание местного языка, и грамматики заодно. Или местные вообще на русском между собой разговаривают. И непременно попадают они в кого-то из наследников местного правителя, ну, на худой конец в малолетнего родственника какого-нибудь графа. И обязательно обнаруживают у себя талант к магии, который они, пользуясь своим могучим интеллектом, сразу же начинают применять, открывая у себя все новые свойства… Ну, и затем каждый имеет воинские умения и шпионские таланты на уровне Джеймса Бонда. А затем принцессы в них влюбляются, королевства они завоевывают, а потом прогрессорствовать начинают и всех учат, как из гамна и палок создать детекторный радиоприемник и паровой двигатель с динамо-машиной.

Ну да! А тут… какое, к черту, прогрессорство, если верх моих талантов – овчарню за Борькой убрать да Хавронье солому поменять, чтобы она на следующий сезон побольше новых поросят принесла!

Хотя в чем-то написатели романов правы: чтобы в дохлую тушку наследника впихнуть вызванную свежую душу (или инфо-матрицу, если по-научному) погибшего в другом мире человека – нужен колдун. Причем колдун не какой-нибудь, а квалифицированный. И душа должна принадлежать человеку, героически погибшему на какой-нибудь войне (а такого добра на нашей планете завались. В смысле, войн, а не героев). Или, просто, невероятно крутого бойца, не менее героически защищающему от толпы бандитов одинокую, свободно гуляющую по улицам города, девушку. Хотя какого черта она поперлась свободно гулять по сомнительным районам города? Приключений захотелось? Ну, вот тебе и приключений полная жопа, да еще и сверху насуют по самые гланды, мечта исполнена. Так какого черта ее спасать?

А чтобы нанять срочно мага, с другой стороны, нужны деньги или их эквивалент. А они в таком мире только у знати. Графов там всяких, или, на худой конец, баронов. Вот тут-то наш Герой и разворачивается: со знанием языка, всяческими амулетами и при деньгах.

А у меня… все не как у людей. Хотя жаловаться грех: в родном-то мире меня убили. И тоже, можно сказать, погиб на войне. Точнее, во время войны. Можно сказать, «сопутствующий ущерб». На таких, как я, даже внимания никто не обращает. Да и здесь достался мне эквивалент «офисного планктона», то есть сменил «шило на мыло».

В общем, шел я себе на автобус. Наша контора располагается на окраине, можно сказать, даже за городом. Добираться туда удобнее всего от автостанции, расположенной у станции метро, в районе Большого Промтоварного Рынка. Работаю я, как уже сказал, менеджером. Хотя сейчас почти все должности называются «менеджер». Есть даже должность «менеджер территорий», хотя по старинке дядю Петю все называют «дворником». А Егора вообще в шутку называют «топ-топ менеджером». В смысле, не старший над «топами», а просто топает куда пошлют, или курьер, по-старому. Которого, как известно, «ноги кормят». А совершенно бестолковая Светланка – «офис менеджер». И как эта блондинка вообще по клавишам компьютера попадает, при своих пятисантиметровых накладных ногтях – одному Богу известно. И понимает ли она, что именно печатает – тоже большой вопрос. Но тоже «менеджер», или «манагер», как любит выражаться шеф.

Ну, а меня ноги в тот день не прокормили. Как всегда, ехал в половину седьмого на работу с автостанции. А они, гады, устроили обстрел рынка. И в автостанцию пара фугасных крупнокалиберных прилетело. Одним автобус с пассажирами развалило. Причем осколком прилетело в голову какому-то велосипедисту. Так что хоть общественный транспорт, хоть собственный – конец один. Им-то, гадам, все рано: лишь бы трупов побольше. А потом громогласно объявят: «точечными ударами наших доблестных войск уничтожено 400 иностранных наемников (пассажиров) и пять единиц бронетехники (автобусов), а также тыщапятьсот фашистов (вообще непричастных торговцев с рынка)».

Нет бы мне просто залечь на пузо возле бордюра и замереть, так нет же, решил спрятаться в метро, под землей. И бросился через площадь к переходу. Почти добежал. Видимо, осколок следующего снаряда достал на излете. И мое бывшее тело раскинуло мозгами по тротуару.

Никакого тоннеля и света в его конце я не заметил. Только какое-то неясное бормотание, потом боль во всем теле и режущий, слепящий свет! А еще какое-то давление в груди. Меня согнуло пополам, и из желудка (а может, и из легких) хлынул какой-то грязный поток. Кажется, с комками тины и землей. Это где же я так тонул-то? В придорожной канаве, что ли?

Затем я вновь откинулся на жесткой лежанке. И увидел, как от меня удаляются два типа: невзрачный сутулый мужичонка с плешью на полголовы и долговязый тип в чем-то вроде тяжелой черной рясы, с откинутым капюшоном и в черной квадратной шапочке. Мужичонка, оглянувшись на меня, передал высокому типу какой-то мешочек. Видимо, оплату за оживление моей тушки. А дальше я опять потерял сознание.

Очнувшись во второй раз, не спешил открывать глаза. Даже успел подумать, что попал в госпиталь и все предыдущее было видениями, вызванными наркозом. Но думал я так недолго: пока не рискнул открыть глаза, и не обнаружил над собой простой дощатый потолок. Я находился в почти обычной сельской избе. В которой, как позже выяснилось, все было сделано по самым высоким стандартам… 12-17 веков. То есть жить было можно. Ведь очнулся я в семье местного «кулака» - старосты. Конечно, ни центрального отопления, ни водопровода, ни электрического освещения здесь не было. Но окна были застеклены, стены каменные, стол накрыт белой вышитой скатертью, а табуретки прочные, деревянные, даже с резьбой на ножках. А сам дом построен, похоже, из остатков какого-то более старого строения, это когда-то давно был не то храм забытого бога, не то еще что-то такое же. Вот только или папаша, или кто-то еще в прошлом поколении перестроил это здание под жилое помещение. Плюс на кухне имелась большая печь посреди дома, которая служила как для приготовления и подогрева еды, так и для отопления, ну и как лежанка. Но все это я узнал потом, когда немного освоился. Вот только я поначалу не понимал ни слова из того, что мои родственники говорили, как мне, так и между собой. А сам молчал (что никого не удивило, ведь мой «реципиент» оказался немым с детства).

Со временем я разобрался, что мой «персонаж» является пятым сыном (и восьмым ребенком, если считать сестер) в довольно зажиточной крестьянской семье. К тому же я изначально считался в семье немного… мягко говоря, туповатым. Да еще и немым. И своему рождению был обязан исключительно отсутствию в этом мире противозачаточных средств и контрацептивов. Так что никто ко мне серьезно не относился. Единственным моим достоинством была значительная физическая сила (ну, для своего возраста: мне было здесь около 14 лет), но был я крупным и здоровым. В общем, я считался тупым, но пригодным для простой физической работы. Кстати, физически я был полной противоположностью моей предыдущей версии: в той жизни я был не слишком спортивным, на физкультуре числился середнячком. Даже в спортсекции не ходил: только недолго, на плавание. Но в школе числился в отличниках. Закончил политех, и устроился менеджером в компанию, торгующую стройматериалами. Где из всего своего школьного образования пригодилось только умение нажимать на кнопки калькулятора. Даже таблицами из Экселя почти не пользовался. Ни к чему было: всю аналитику выполняли «более умные» (а точнее, более блатные и высокооплачиваемые) работники: в основном какие-то дальние родственники директора. Они сортировали товар, делали заказы и подводили баланс. А вот план по продажам повесили на меня, как и общение с розничными клиентами (они же придурки).

То есть весь геморрой – мой, а прибыли девочки из бухгалтерии распределяют среди других. А еще на мне все претензии от клиентов по поводу качества продукции. А чего они ожидали от дешевых китайских стройматериалов, не рассчитанных на нашу погоду?

Но это все дело прошлое. Здесь моя задача – колоть дрова, таскать воду из колодца, закидывать сено на сеновал, и, конечно же, давать корм и убирать навоз за нашими животными. И зовут меня здесь Гарр. Но со временем мне даже понравилась такая жизнь на свежем воздухе. К физической работе мое тело оказалось отлично приспособленным. Хотя сперва я орудовал вилами и лопатой более чем неловко, а топором чуть не оттяпал себе ногу, пока учился колоть дрова, но затем начал рассматривать такие занятия как своего рода тренировку в спортзале. И начал пытаться прокачивать во время работы не только силу, но и ловкость. Наверное, некоторые упражнения со стороны смотрелись странно, но никто со стороны ко мне не присматривался: что возьмешь с дурачка?

А еще я нашел отличный способ прокачивать ловкость: по вечерам наша семья собиралась плести корзины. Для чего заранее заготавливалась лоза. Тут целая наука: нужно определить место заготовки и подобрать время, выбрать способ обработки и, разумеется, научиться плести корзины. А это, между прочим, не такая уж простая наука. Тут грубая физическая сила не слишком-то и поможет. Хотя, если смотреть за процессом плетения со стороны, все кажется очень простым: но только до тех пор, пока не приступаешь к работе.

Когда я впервые присоединился к нашему семейному «кружку плетения», сестры на меня посмотрели с веселым недоумением. Но охотно дали место и материал для заготовки. А отец взялся руководить моими действиями. Естественно, ничего у меня в первый день не получилось. Во второй, кстати, тоже. Хоть что-то похожее на корзину у меня начало получаться только через неделю. Да и пальцы потихоньку начали делать то, что мне хочется, а не что попало.

Да, и никто не приставал с разговорами: видимо, говорить со мной считалось чем-то вроде разговоров со здоровенной колодой, на которой я колол дрова. Но постепенно я, методом пристального вслушивания, научился понимать почти все, о чем говорят вокруг. Все-таки высшее образование (даже политехническое инженерное) обеспечивает не только знание высшей математики и теории металлообработки, но и хоть немного, но развивает мозги. Кстати, моя молчаливость сыграла неожиданную роль: мне начала доверять свои секреты старшая сестра, Мишлина. Ну, как, «доверять секреты»: она просто рассказывала мне их, как неодушевленному предмету. Уверенная, что никуда дальше ее «сердечные тайны» не уйдут. А она как раз вошла в возраст, когда начала всерьез интересоваться юношами. А я, мало того, что немой, так еще и якобы «не дорос» в свои 14 лет, до вопросов взаимоотношения полов. Но мне, фактически 30-летнему мужику, было крайне занимательно слушать ее рассуждения, и все труднее было сохранять «покер фейс», глядя на привлекательную фигурку в простеньком сарафане, под которым отлично просматривались все ее «вторичные половые признаки».

Я опять перестал собирать вилами слои овечьего дерьма, и с улыбкой поглядел через загородку на Хавронью. Ведь, фактически, это она меня спасла: колдун (или маг) взял за оживление утонувшего крестьянского сына цену, которую тот получил от продажи одного из поросят, которые принесла Хавроша. Правда, это только я дал животным имена: у местных крестьян этого делать не принято. Ну, скотина и есть скотина. Кроме кота, разумеется: тот на особом положении. Он не дает ни мяса, ни молока. Ни даже шерсти, но живет в доме не положении полноправного домочадца. И охраняет продукты и ледник, находящийся в подвале, от крыс и мышей. Ему даже сметана иногда достается. И, естественно, для меня он стал Василием.

В тот день мне оставалось только очистить овчарню, и можно отправляться мыться в баню. Я туда с утра и воды натаскал, и дрова в каменку подкинул. Осталось растопить печь, нагреть воды и натопить помещение. А еще я припас на леднике холодного квасу. А может быть, и будет дополнительный приз: Мишелина намекнула, что тоже хочет помыться, и мы окажемся в парилке вместе, голышом. Понятно, она якобы моя сестра, но спинку я ей все равно потру. А может быть, и другие места. Ну, хотя бы рассмотрю их вблизи. Очень уж они у нее привлекательные. Хотя голышом я ее и других сестер уже видел: мы ведь тогда купаться вместе пошли на пруд, а купальников здесь еще не изобрели. Правда, оказалось, что мое тело не умеет плавать: именно в тот день я утонул. Так что помню предшествующие события весьма смутно. А жаль: зрелище, похоже, было интересное.

Замечтавшись, я оперся на вилы и начал представлять себе Мишелину без одежды в моих объятиях: я хоть и младше на 4 года, но ростом вымахал выше отца, да и силой не обижен. Так что, не будь мы родственниками… впрочем, в деревне подрастает много других девушек.

И несмотря на мою умственную неполноценность, многие соседи захотят выдать за меня своих дочерей: силой не обижен, в супружеской постели смогу показать себя на высоте (и мастерство в общаге приобрел, и размерчик у меня вполне достойный). Да и отец у меня мужик зажиточный, так что с хозяйством сумею справиться. А умный муж в супружеской жизни – дело не самое важное. А в некоторых случаях даже лишнее, судя по опыту предыдущей жизни. И не только в семье, но и в бизнесе слишком умные не выживают.

Так что перспективы у меня здесь не такие уж кислые. Несмотря на то, что к правящему классу я никаким боком не принадлежу. На этих радужных мечтах радостный мой период жизни и закончился.

За забором послышались вопли. Я вышел наружу, чтобы посмотреть, где же пожар. И почему все соседи орут и носятся по улице. Тут было громче: к крикам людей добавились вопли скотины. А дымки поднимались сразу в нескольких местах. И тут пролет забора рухнул и на его месте появилась Тварь. Да, я слышал разговоры в деревне, о том, что в округе время от времени появляются твари из ада (или его местного аналога). Тварь чем-то напоминала собаку, или какого-то ее более дикого родственника: волка или гиену. Ростом почти мне по грудь, целый частокол острых, желтоватых, конических зубов, длинный и раздвоенный язык, с которого стекала слюна. И кровь, которая стекает по перепачканной морде зверя, прекрасно дополняла вонь из пасти, ощущаемую даже с такого расстояния. Туловище собачье, но более крупное: килограмм триста, если на вскидку. На лапах мощные когти, сантиметров по десять. Не втягивающиеся, как у кошек, а оставляющие следы на земле. Ну, и дополнял образ хвост, которым Тварь хлестала себя по бокам.

Увидев меня, она зарычала и опустила лобастую башку, готовясь к нападению и оскалив зубы. Вообще-то я боюсь собак. Особенно крупных. Даже если они гуляют на поводке и в наморднике. Но быстро понял, что убежать от такой твари – не вариант. Поэтому только крепче сжал в руках вилы, свое единственное оружие. И пригнулся, приняв подобие виденной в боевиках стойки. Но тут за стенкой сарая заверещала Хавронья, но ее возмущенный крик резко оборвался и послышался вопль, полный боли. А затем стена загончика разлетелась от удара изнутри. И показалась морда еще одной твари. А в глубине сараюшки валялась спазматически дергающаяся туша Хаврюши с разодранным горлом.

И теперь я был один против двух адских тварей. И вооружен довольно несерьезным оружием. А точнее, сельхоз инвентарем. Плюс одет не в сверкающие доспехи, а в потрепанную одежду для хозяйственных работ и самые прозаические «гамноступы», в самом натуральном смысле этого слова. Ведь они по щиколотки перепачканы в навозе. Драться сразу с двумя тварями точно бесполезно. Я и с одной бы не справился. Поэтому начал лихорадочно высматривать путь для бегства. Ведь не зря все окрестности здесь изучил за эти три четверти года, что здесь сижу, да и дыхалку натренировал неплохо, бегая по утрам, до подъема солнца, так что как-то от пары собак удрать сумею. И начал просчитывать наиболее походящий путь для сматывания.

В этот момент дверь в хижину (домик) вылетела от удара изнутри. И из-за нее выдвинулась третья зверушка, слизывая с морды свежую кровь. Эта тварь отличалась от двух предыдущих: она больше походила на кошку, была гибкой и длинноногой. И с круглой башкой, но клыки в ее пасти были не мельче, чем у пары «собачек». И взгляд у этой кошко-собаки казался не намного добрее. К тому же она, кажется, только что убила всех членов моей семьи. И на помощь соседей рассчитывать смысла нет. Похоже, в селе произошел так называемый «прорыв». Что-то такое я слышал в разговорах: в этой стране (королевстве? Империи? Черт ее знает, какая тут форма правления. Местные говорят просто «у нас») в разных местах время от времени откуда-то появляются такие вот твари, которые полностью опустошают целые села и даже небольшие города, и спасшихся не остается.

Итак, положение безвыходное. И это как только я решил, что жизнь налаживается! Да, недолго я прожил «попаданцем».