Кассиопея

Раньше я не верила в знаки, Бога, судьбу. Представляла какую-то силу большую, чем мы — простые смертные, но совершенно не думала, что ей есть до нас дело. С точки зрения Вселенной мы абсолютно ничтожные песчинки, незримые частички, меньше инфузорий — это и огорчает, и поражает, вызывая любопытство, не так ли?

Моя квартира расположилась на последнем, двенадцатом этаже дома в одном из районов Омска, застроенном в основном пятиэтажками. Слегка нелепо выглядела первая высотка, местные даже в шутку окрестили местность полигоном. Но мне здесь нравилось. Я любила проводить на балконе вечера за чашкой чая, наблюдая суету улицы, размеренные посиделки старушек на скамейке у тех самых пятиэтажек, или быт соседей из дома напротив. Интересней любого шоу, скажу вам: кто-то ссорится, кто-то мирится, кто-то просто спокойно занимается домашними делами, кто-то пытается наладить личную жизнь, а кто-то — не сойти с ума в круговороте дел и обязанностей. Глядя на всех этих людей, можно было фантазировать и дорисовывать ситуации, в которых они пребывают, озвучивать их диалоги, как герои заурядной комедии перед телевизором без звука. Я задавала себе вопрос о том, наблюдает ли кто-нибудь за мной также, думает ли, почему почти каждый вечер торчу здесь. Но, насколько мне известно, за мной каждую ясную ночь пристально следила только Кассиопея, вращаясь на своём небесном стуле.

Астрономия не привлекала меня в школе, я бы и не знала, что это за созвездие, если бы не заинтересовалась изменением его положения в течение календарного года, наблюдая через окно мерцающие точки на тёмных небесах. Со временем разные обстоятельства, происходящие в жизни, натолкнули меня на странные глубокие размышления, возможно, притянутые за уши, чем бы дитя не тешилось… Проводила некие параллели между мной и горделивой красавицей, страдающей там, сверху, и думала — не в наказание ли за излишнюю принципиальность послано моё одинокое, хоть и не несчастное, существование.

Привлекательностью не кичилась, но и скромницей не была. Серединка на половинку. Особой тяги к семье, правда, не испытывала, чем, наверняка, удивляла и даже отталкивала некоторых приличных ухажёров, желающих безраздельно мной обладать. Такой вариант совершенно не подходил — я дорожила своим спокойствием и свободой, если не была безумно влюблена, разумеется. Но такое случалось редко и, зачастую, не взаимно. Вот и получалось, что компанией моей на вечер были чашка чая или бокал вина, шумный город и любопытное скопление звёзд, не перестающих пялиться на мою жизнь с высоты нескольких сотен тысяч световых лет. Однако в наше общество так устроено, что всеми правда и неправдами пытается заманить тебя под тень своих идеалов. Подруги обрастали семьями и самоустранялись, достойный мужчина так и не появлялся, как и большое и светлое чувство, зато работа приносила мне огромную радость, что тоже выделяло меня из большинства.