Кай из рода красных драконов 3

Интерес на лице Айнура был неподдельным, и я задумался: неужели он не имел раньше дела с предложенной Шасти защитой хоргоном? И что за сокровища решил найти в маленькой юрте? Шутит? Издевается?

Мы же просто защищаем наше скудное имущество. Чтобы идиоты, вроде Симара, не побили горшки с зельями.

Магию хоргона воины Айнура знали. Они довольно уверенно сражались со мной, работая на истощение колдовскими мечами. Ведь колдуны применяют хоргон в битве и для удара, и в качестве оберега.

Вот разве что… догадаться защищать таким дорогим артефактом юрту с магическим барахлом — могла только женщина.

Воины или колдуны сняли бы с юрты войлок, самые дорогие эликсиры сунули в поясные мешки, а раненого и пленника отвели в лес. Всё остальное — пускай горит. Подумаешь — десяток жердей, целебные травы да горшки!

Но Шасти обустраивала юрту с любовью, и ей было жаль первого собственного жилища. Жалко удобного сундука и огромного котла, который враги запросто могли спереть во время военной суматохи.

А ещё ей не хотелось путать колдовские причиндалы. Ворошить пучки свежих и сухих трав. Стирать охранные руны и магические рисунки на земле вокруг очага. Девчонка, что с неё возьмёшь?

Пришлось укусить губу, чтобы не засмеяться. Смеяться и показывать этим неуважение к самому знатному человеку среди воинов князя Юри — было сейчас никак нельзя.

— Я не врал тебе, Айнур, — слова пришлось подбирать особенно тщательно. — В юрте — раненый. Один из наших парней. Он упал с волка. Ну и тот воин, которого вайгальцы выделили нам в наставники. Сидит связанный, чтобы под ногами не путался. А наши охранники приняли печати колдуна, и нам не пришлось их связывать.

Я заколебался: показывать ли Айнуру воинов-вайгальцев? А если поубивает в запале?

Воины врага нам нужны. Особенно такие послушные.

Но если не показать — будет хуже. Пропадёт тонкая ниточка доверия между мной и Айнуром.

Касан с Незур всё ещё чинно лежали в засаде. Мы вырыли для них прямо в лагере неглубокую яму, накрыли сверху ветками и дёрном. Замаскировали с помощью амулета.

Там воины переждали всё: и бой, и явление вражеского колдуна на драконе. Идеальные просто служаки. Ни шагу против приказа. Молился бы на таких, будь их побольше.

Воины-вайгальцы в стычке с людьми Айнура были моей последней картой. Правда, сами они никогда не пришли бы мне на помощь. Сидели бы в своём магическом укрытии, раз приказано. Одно слово — рабы печатей.

Но сейчас мне требовалось показать: я доверяю Айнуру. Мы — на одной стороне. И я подал условный знак: свистнул, засунув два пальца в рот.

Касан и Незур тут же появились с мечами наголо, словно из-под земли.

— Стоять! — велел я. — Оружие в ножны. Это — наши союзники!

Воины Айнура тут же окружили вайгальцев, выкрикивая угрозы. Но те убрали мечи и не двинулись с места. Только взирали на меня, как на восходящее солнце, любовно обгладывая глазами.

— Жестокая штука — печати вайгальских колдунов, — кивнул Айнур и велел своим не трогать внезапно появившихся чужаков. — А кто наложил их? Насколько они сильны?

— Сильнее некуда! Наш колдун — один из лучших в этих краях! — заявил я и улыбнулся смутившейся от похвалы Шасти.

Айнур с уважением поглядел на девушку. Спросил:

— А наставник ваш, значит, не поддаётся?

— На нём печать более сильного колдуна, — пояснила Шасти. — Боюсь даже, что самого Маргона, старшего над колдунами чёрного слова.

— Но убивать наставника мы не будем! — отрезал я, предвидя следующий вопрос Айнура. — Йорд нужен нам. Он — хороший воин и отличное прикрытие для нашего лагеря. Он будет учить парней летать!

Я думал, Айнур начнёт со мной спорить, мол, никаких вам «полётов», но любопытство всё-таки завладело командиром.

— Ну, пойдём, поглядим на вашего Йорда, заяц, — неожиданно согласился он. — Раз «хороший».

Я с трудом сдержал улыбку. Вспомнилось: «Хороший индеец — мёртвый индеец». Вот так же Айнур относился и к Йорду.

Так или иначе — я настоял на своём не ультиматумами, а заинтересовал Айнура воинов, возбудил любопытство. И мы все вместе, потому что мальчишки не собирались от меня отклеиваться, отправились к юрте колдуна.

Багай и его приятели не отставали от меня вовсе не потому, что боялись остаться среди воинов Айнура, я видел это по радостным физиономиям. Они дико хотели пробраться наконец в логово мастера чёрного слова!

Даже сдержанный Игель едва сдерживал шаг, чтобы бегом не кинуться к загадочной юрте.

Это же надо? Ужасный колдун оказался девушкой! Тогда что у него в жилище? Разрезанный на куски, но всё ещё живой Йорд? Байсур, который растёт теперь из земли, как дерево?

Я не придумал все эти сумасшедшие «мысли», а услышал, о чём перешёптывались у меня за спиной Багай и Кима.

— Стоять! — сообразил я.

Кима так и тащился за нами со стрелой в боку! Бедный парень забыл про боль, такая пошла вокруг интересная жизнь!

От моего окрика остановился даже Айнур, не то, что мальчишки.

Командир посмотрел на меня с недоумением: откуда у зайца командный голос прорезался?

А у парней моих коленки едва не подгибались, когда я на них так рычал.

— Кима! Марш к лекарю! — нахмурился я, поворачиваясь к раненому.

На глазах у парнишки от возмущения выступили слёзы:

— Но я… — выдавил он. — Я только одним глазом!.. Я немножечко!..

Он оглянулся на Багая, но тот скопировал выражение с моего непреклонного лица.

— Мы уже почти воины, Кима, — сказал он солидно. — Надо терпеть. Потом на юрту колдуна поглядишь, после.

Я с запозданием понял, что в этом возрасте увидеть всё первым, своими глазами — важнее всего. Да ещё и в обществе, где зрелищ — по пальцам пересчитать.

Родовой строй. Нет у мальчишек ни смартфона, ни телевизора, а тут — целая юрта достопримечательностей. Почти цирк.

Но сдавать назад было нельзя: мы — воины, а я — командир. Кима должен меня слушаться.

Я приготовился гнать раненого назад к лекарю, но Шасти спасла его.

— Разреши Киме идти в юрту, Кай? — попросила она. — Я выведу из раны стрелу, не делая лишних разрезов. Юноша быстрее сможет тренироваться и держать оружие.

Она была права — где моя умница жена, а где — криворукий лекарь, который порезы два часа прижигал и бинтовал?

— Хорошо, — кивнул я.

И надо было видеть радость мальчишки… Похоже, Шасти сегодня приобрела первого союзника.

Девушка быстро сняла с юрты магическую защиту, не засветив остатки «глиняного» шара. Айнур только уважительно хмыкал, наблюдая за её работой.

Такой «магии» он раньше явно не видел. Шасти поставила защиту настолько ловко, что я и сам бы не догадался, что дело в хоргоне, если бы не помогал его активировать.

Девушка замешкалась у входа, и первыми в юрту вошли мы с Айнуром и Чиеном. Сзади толпились мальчишки.

Мне сразу бросилось в глаза, что ни Йорд, ни Байсур не спали. У парня, верно, закончилось действие сонного отвара, а наставника мы и не усыпляли.

Поверили, что не станет пытаться бежать, а он и не стал. Умный. Поймай его воины Айнура — хана бы сейчас наставнику. Висел бы уже и качался, возможно даже без головы.

Вайгальца без печати подчинения я вряд ли сумел бы отмазать в горячке того, что творилось сегодня в лагере.

Судя по разгорячённым лицам, Байсур и Йорд спорили между собой, пытаясь догадаться, что творится снаружи. Уж отзвуки сражения они слышали точно.

Йорд сразу весь подобрался, увидев Айнура. Оценил его одежду и меч, гордо выпрямил спину. Лицо наставника посветлело, и он заулыбался. Решил, что всё — наконец-то его убьют?

Но тут же глаза Йорда подёрнуло дымкой страха, а улыбка пропала.

Он вспомнил — перед ним «дикари». Убить-то убьют, но сколько дней будут издеваться перед тем, как подарят смерть?

— Видел? — пробормотал он, бросив взгляд на Байсура: мол, я же говорил!

— Кто ты, воин? — спросил Чиен.

Йорд нахмурился и отвернулся. Он понимал, что главный тут по одежде и выправке не Чиен, а Айнур. И не желал отвечать кому ни попадя.

— Видали, наглый какой? — усмехнулся Чиен. — Мечом его, может, сначала пошевелить, чтобы стал разговорчивее?

Он подошёл к сидящему на земле Йорду и ловким движением подсунул ему под подбородок лезвие меча.

— Отвечай, когда тебя спрашивают, вайгальская мразь!