Кай. Наше время.

Под вечер разыгралась настоящая новогодняя метель, огромные хлопья снега залепляли лобовое стекло, успешно конкурируя с мельтешащими дворниками.

Кирилл припарковался у сияющего огнями торгового центра и вышел, недовольно поморщившись от прикосновения тонкой подошвы его ботинок из кожи питона с припорошенной снегом дорожкой.

- Господи, - проворчал он, уступая дорогу шумному семейству, обвешанному в равной степени подарками и детьми. – Нарожают, не понятно для чего…

В самом торговом комплексе суеты не убавилось, Кирилла то и дело толкали локти и сумки снующих по отделам покупателей. В ювелирном царила тишина и спокойствие, лишь продавщицы одинокими блондинистыми столбиками торчали за сверкающими прилавками. Кирилл облегченно вздохнул и, не спеша, пошел вдоль витрин.

«Гале – кулончик, Лене – колечко, Ирине…Ирине тоже колечко…не запутаться бы».

Он приостановился, вытащил навороченный мобильный телефон и открыл страницу «Контакты».

«Риту забыл и Тамару Сергеевну. Было бы неудобно. А Ромкина жена…надо и ей что-то прикупить».

- Что бы Вы хотели посмотреть? – улыбнулась ему хорошенькая продавщица, усиленно стреляя глазками и кокетничая.

Кирилл внутренне усмехнулся ее ухищрениям. Девочка была свеженькая, но простенькая, без стиля. Подобные экземпляры его, как охотника, не интересовали.

- Иди, Ольга, я займусь молодым человеком, - послышался холодный, властный голос.

Ольга, не скрывая досады, отошла, а ее место заняла высокая худая женщина в узких модных очках, сидящих на самом кончике тонкого клювообразного носа.

- Советую Вам приобрести своим дамам одинаковые подарки. Значительно упростите себе жизнь, - произнесла она вежливо, но в ее тоне Кириллу послышалась скрытая насмешка.

- Я вполне взрослый мальчик и сам способен решить, - отрезал он немного резче, чем хотел бы.

- О, конечно! – и снова едва заметный сарказм.

Кирилл скрипнул зубами, подавляя желание нахамить. Да что же с ним такое? Обычно он реагировал на обслуживающий персонал, как на некий автомат, поставленный для выполнения определенной функции. Выдачи обеда, к примеру, или продажи нужной пары обуви.

- Вашей маме могут понравиться вот эти серьги с сапфирами, а Вашему отцу – запонки, - как ни в чем не бывало продолжала женщина, выкладывая на бархатную подушечку товар. – Он же все еще носит запонки?

Кирилл сглотнул, временно утратив дар речи.

Отцовские запонки, передаваемые по наследству уже три поколения… Они всегда были предметом его вожделения. С замиранием сердца он смотрел, как отец вдевает их в манжеты, неловко застегивая непослушными, отекшими от работы пальцами. Пуговицы отец не признавал как класс.

Однажды, когда Кириллу было лет семь, он решился… подвинул к серванту стул, дотянулся до верхнего ящика и вытащил заветную коробку. Но, слезая, он пошатнулся, коробочка открылась, и запонки двумя падающими звездочками разлетелись по комнате. Одна, как назло, оказалась под диваном.

Лишь с помощью соседской девчонки Марины ему удалось ее оттуда выудить. При этом оба перепачкались в пыли, и были вынуждены пережить полу часовую нотацию об аккуратности от Марининой бабушки, пока она помогала им почиститься.

«Марина, Маришка…где ты теперь? Сколько ты меня ждала? Месяц? Год? А я так и не приехал за тобой и даже не позвонил ни разу…У меня новая жизнь, а ты…ты принадлежишь жизни прошлой».

- Обратите внимание на этот комплект: браслет и ожерелье. Изумруды прекрасной огранки и чистоты. Особенно подойдут девушкам с зелеными глазами, - слова продавщицы ювелирного доносились как будто издалека.

«У Маришки были удивительные глаза…ясные, яркие, зеленые, похожие на изумруды… Изумруды? О чем это она? Или о чем это я? Что происходит?»

- Н-н-нет, не нужно, - выдавил из себя Кирилл, бегая глазами по сторонам, словно проворовавшийся бухгалтер в кабинете следователя. – Дайте мне…э-э-э…четыре браслета из белого золота.

- Шесть браслетов? – осторожно уточнила продавщица. – Или четыре браслета и два…чего-то еще?

- Шесть! – гаркнул Кирилл. – Шесть! Тво…

«…ою мать!»

- Объемчик-размерчик, как я понимаю, один и тот же?

- Да!

«Это сон? Откуда она может знать что-то обо мне? Может, мы живем в одном доме? И что? Я Риту, к примеру, домой не водил. А Тамара Сергеевна сама бы ко мне не пошла».

Он невольно усмехнулся, представив надменную стервозную заместительницу генерального на своем белоснежном кожаном диване в фривольной позе.

- Сапфировые серьги и запонки с опалами тоже выписывать?

- Выписывать!

«А что…поеду, устрою своим сюрприз. Хотя денежный перевод они от меня уже получили, но подарки не помешают. Да и не виделись давненько…лет пять…Неужели пять лет?»

***

Тогда тоже была зима и мела метель. Поздним вечером он возвращался с подработки, тщетно кутаясь в потрепанную курточку на «рыбьем» меху. Хотелось спать и есть. Из дверей шикарного ресторана выпала на тротуар развеселая компания. Женщины непринужденно поправляли серебристые меха, мужчины дымили трубками и коричневыми сигаретами. От всех пахло хорошим коньяком и парфюмом. Кирилл непроизвольно шагнул в сторону, обходя. Неосознанно признавая их превосходство над собой.

Тут одна из дамочек споткнулась, Кирилл инстинктивно потянулся к ней и поддержал. Мимо, почти задев их лакированным боком, промчалась иномарка.

- Ах! – вскричала спасенная красавица, картинно оседая на снег. Молодой человек поспешно подставил руку, не давая ей упасть.

- Молодец, парень, шустрый! Спасибо тебе! – к ним приблизился грузный мужчина. Из-под распахнутой дубленки виднелась идеально белоснежная сорочка и черная бабочка. – Как звать? Работаешь, учишься?

- Кирилл…и работаю, и учусь.

- Где?

- Учусь на юридическом. Гражданское право. Работаю…- Кирилл замялся. Подрабатывал он грузчиком на рынке. Родители не могли позволить полностью оплачивать его обучение, так что недостающую сумму он добывал сам.

- Ладно, ладно, не хочешь, не говори, - хохотнул мужчина, похлопав Кирилла по плечу. – Учишься-то как? С тройки на двойку или прилично?

- Да что Вы, - обиженно протянул Кирилл, но тут их разговор прервали.

- За прекрасных дам-с! За спасение великолепной Анжелики! – проорали над ухом, и с гулким хлопком открылось шампанское. Несколько капель попало Кириллу прямо в лицо. Глаза сильно защипало, он утерся.

Мир внезапно изменился, обрел объем и выпуклость. Множество мелочей выросло до огромных размеров и затопило сознание.

Этикетка, наклеенная на бутылку, которую держал сейчас мужчина из веселой ресторанной компании, с надписью «Veuve Clicquot» и бутылка, стоящая дома в кладовке, приготовленная к Новогоднему столу «Советское шампанское. Вино газированное».

Блестящая новенькая дубленка на его собеседнике и старенькая, залоснившаяся дубленка отца.

Осыпанная бриллиантами «великолепная» Анжелика и скромные золотые сережки с фианитами в ушах его матери.

- Я…Я отлично учусь! – прохрипел он.

- Вот, держи. Моя визитка. Позвони мне утром… Часиков в девять. Поговорим, - мужчина протянул Кириллу обрезанную золотом карточку.

Потом были слезы матери, жаркий Маришкин шепот, его многочисленные обещания…и бегство. В другой мир.

Побег удался. Жизнь удалась.

***

Кирилл сгреб коробки в кучу и, не попрощавшись, поспешно вышел из ювелирного. Худая женщина проводила его задумчивым взглядом, на ее тонких губах промелькнула тень довольной усмешки.

- Ольга, продолжай работу, - позвала она, направившись в подсобное помещение.

- Ведьма, - пробормотала разобиженная Ольга себе под нос, вставая у витрины.

- Я все слышала! – со смешком отозвался голос из подсобки, и девушка испуганно прижала ладонь ко рту.

***

До родного города по кольцевой всего пара часов езды.

«А кажется, что попал в иную вселенную».

Кирилл придирчиво осматривал знакомые с детства места, но ностальгия не приходила.

«Тихое провинциальное болото, и больше ничего! Если бы я тогда не спас жену босса…сидел бы сейчас тут, как они все…радовался лишней копейке, выслушивал бы нытье благоверной на прохудившиеся зимние сапоги или капризы сопливых наследничков на то, что у Вовки из соседнего подъезда есть красная машинка, а у меня нет. Скукотища! Тоска зеленая болотная!»

Родителей дома не оказалось.

«Вот идиот, разве трудно было заранее позвонить, а не устраивать никому не нужные сюрпризы?!»

Соседняя дверь приоткрылась и на лестничную клетку выглянула кудрявая малышка лет пяти.

- А дяди Саши нету, - сказала она, теребя подол халатика. – И тети Ларисы нету.

- А где они, ты не знаешь? – Кирилл присел на корточки. При взгляде на милую девчушку рот сам собой расползался до ушей.

- Уехали, - девочка наморщила лобик. – В акамедию.

- В комедию?

- Не, в акамедию, - ребенок энергично затряс кудряшками. – В медицинскую акамедию.

- В академию! – обрадовался решению загадки Кирилл, но тут же встревожился. – А что случилось? Зачем они поехали в ака…демию?

- Танюша, сколько раз я тебя просила не подходить к дверям? – на пороге показалась…Маринка. Соседка, первая любовь. – Кира? Ты?

- Марина, здравствуй. Ты не знаешь, что с моими?

- Ничего страшного. Просто в Академии перед Новым годом чествуют всех ветеранов труда. Александра Ивановича и Ларису Николаевну тоже пригласили. Они будут вечером, хочешь – зайди, подожди у меня? Танюша, проводи дядю.

«Неужели… Не может быть?! Возраст примерно подходит… Но почему родители молчали? Маринка запретила говорить?»

Они прошли на чистенькую маленькую кухоньку, маленькая Таня с пыхтением вскарабкалась на стул, положила подбородок на сложенные ручки и с любопытством уставилась на гостя.

- Чай, кофе будешь? – спросила Марина, как почудилось Кириллу, нарочито любезно.

- Кофе, если можно.

Он увидел, что она достала из буфета банку дешевого растворимого пойла, но возражать не посмел. Раньше-то пил и сейчас не умрет от пары глотков.

«Глаза Маринкины, а нос? Вроде мой нос. Но в кого она такая кудрявая? В нашем роду кудрявых, кажется, не было…или я просто не знаю...Забавная. Вылитая Маришка в детстве».

- Мара! – раздалось из прихожей.

- Папа пришел! – взвизгнула девочка, с грохотом обрушиваясь на пол. – Папуля!

Она рысью кинулась из кухни, но вскоре вернулась сидя на руках, крепко обнимая за шею высокого плечистого парня. И Кириллу сразу стало ясно в кого ребенок такой кудрявый.

- Здравствуйте! – парень смерил Кирилла настороженным взглядом. – Мара, у нас гости?

- Это – Кирилл, - ответила Марина, целуя вошедшего в щеку.

- А-а! Сосед?! Решил навестить родные пенаты?

- Да, решил вот, - выдавил из себя натянутую улыбку Кирилл и поднялся. – Спасибо, Марина, я, пожалуй, пойду…пройдусь по знакомым местам, вспомню годы молодые…сама понимаешь…

«Идиот! Кретин! Нос, видите ли, ему похожим показался! Физиономист хренов! А этот тоже…Мара…Какая пошлость! Мара…Фу, похабщина!»

Злые колючие слезы текли по щекам, Кирилл с ожесточением стирал их. И что-то уходило с этими слезами, как если бы запыленное окно вдруг протерли влажной тряпкой.

***

- Марина тебя ровно полгода ждала. Все к нам бегала, спрашивала: звонил ли ты, пишешь ли, - рассказывала вечером мать, не сводя с сына счастливого взгляда. – Потом Олежка к ней ходить стал, к зиме они поженились. В срок Танюшка родилась.

- Да не важно, мам, - отмахнулся Кирилл. – Это я – подлец. Забыл и вас, и ее… бросил… Деньгами отделывался…Все карьеру строил! Скотина!

- Ну, ну, мы понимаем, Кир, - пробасил отец. – В столице жить небось не легко.

- Сначала не легко, конечно, но потом…когда я на ноги встал, квартиру купил, потом что мне мешало вас забрать?

Повисла тишина. Родители обменялись быстрым взглядом.

- Все! Баста! Давайте, продавайте эту халупу и перебирайтесь ко мне. Места хватит.

- Сыночка…Кира, куда же мы поедем? И зачем?

- Как зачем? – оторопел Кирилл оттого, что мать с отцом не пускаются в пляс в предвкушении переезда в Москву. - Вместе будем жить!

- Понимаешь, Кир, мы уже тут привыкли, - отец почесал макушку. – Мы с матерью в городе не последние люди, уважение имеем. В Москве мы кто? Чужаки. Парочка «понаехавших» пенсионеров. Лучше ты приезжай к нам почаще, чем раз в пятилетку. Нам большего и не нужно, да мать?

- Внуков бы еще, - еле слышно прошептала Лариса Николаевна. – Я с Танюшкой бывает нянчусь, когда Марина попросит посидеть, сердце кровью обливается. Думаю, а могла бы быть моей родной, сыночкиной кровинкой.

- Ладно, мать, не дави на парня! Встретит хорошую девушку, влюбится, и будут тебе внуки.

***

У въезда в город, возле станции метро перед «Джипом» мелькнула фигурка в светлом пальто. Кирилл ударил по тормозам, его ощутимо впечатало в рулевое колесо.

- Охренели совсем?! Жить надоело? – он выпрыгнул из автомобиля. Руки тряслись от злости и пережитого шока.

- Извините, пожалуйста, - виновато-умоляюще сказала, стоящая у края обочины, девушка, прижимая к груди что-то лохмато-рыжее. – Его, наверно, выбросили, а он маленький еще, не понимает, что машин бояться нужно, вот и сунулся.

Она на вытянутых руках продемонстрировала молодому человеку толстолапого щенка дворянской породы. Тот бешено молотил хвостом и радостно скалился в обаятельной улыбке.

- Ладно, обошлось, и хорошо. Вы его спасли, я – вас. Все квиты, - после секундной паузы сказал Кирилл, не в силах оторваться от невозможно изумрудных глаз незнакомки.

- Нет, - покачала головой девушка. – Получается, он – должен вам.

Она потрясла щенком, который утвердительно тявкнул.

- Окей, я дам ему шанс, - не стал возражать Кирилл. – Выращу и заставлю отдать долг… с процентами.

- Чего только не бывает под Новый год, - засмеялась незнакомка.

Краем сознания Кирилл отметил, что сегодня действительно 31 декабря, и шесть браслетов белого золота ждут своих владелиц. Но мысль пропала так же быстро, как и появилась.

- Вас подвести?

- Не стоит, - девушка рассеяно погладила щенка, ей явно было жаль с ним расставаться. – Я живу в паре кварталов. Ну, прощай, Голдик. Больше не лезь под колеса.

Она чмокнула собаку в нос, посадила на капот «Джипа» и пошла прочь. Кирилл смотрел ей в след, лихорадочно пытаясь найти повод окликнуть. Свежепоименованный Голдик вознамерился спрыгнуть вниз и нагнать зеленоглазую.

- Стой, куда ты, глупый! – перехватил его Кирилл. Щенок громко отчаянно залаял, девушка обернулась. Сердце Кирилла замерло и не билось все то время, что понадобилось ей, чтобы решительным шагом вернуться назад.

- А Вы умеете обращаться с собаками? – волнуясь, спросила девушка. – Вы с ним гулять будете? А чем кормят щенков, знаете?

- Не очень, - сознался Кирилл. – Но я готов научиться. Прямо сейчас поеду в книжный и закуплюсь литературой.

- Дайте мне свой телефон, - незнакомка требовательно протянула руку. – Я буду Вам звонить и проверять, как Голдику у Вас живется. Или лучше отдайте мне щенка.

- Нет уж! – Кирилл засунул собаку под мышку и отступил на пару шагов. – Нет уж, долг платежом красен! Пусть возвращает!

- Вы – корыстный человек, - пошутила девушка.

- Я очень бескорыстный, но справедливый. Пишите телефон… а мне дайте свой… так, на всякий случай. Вдруг Голдик захочет Вас навестить.