Кенши

Первые лучи солнца начали разливаться по стенам и дощатому полу лачуги. Айк уже не спал и пытался насладиться прохладным утром как можно дольше. Не каждый день ему удавалось поспать до рассвета, ведь работа на карьерах Святой Нации начинала кипеть с раннего утра. Но сегодня один из надсмотрщиков не смог проспаться после вчерашней выпивки и немного запоздал с подъёмом. Только Айк подумал об этом, как услышал шаги за дверью. Зазвенела связка ключей, и щелкнул замок. Дверь распахнулась и ударилась о стену. В комнату вошёл Бен и все находящиеся внутри ощутили резкий запах перегара. Надсмотрщик пошёл вдоль клеток и начал бить прутом по решеткам, выкрикивая при этом своё любимое утреннее приветствие, - очернённые подъём, солнце встало, вас уже видно! – он слегка наклонился вперед и захохотал во весь голос.

- Неужели он думает, что кому-то это кажется смешным? - прошипел в полголоса Ихиро из соседней с Айком клетки.

- Как я ненавижу этого упыря, - подумал Айк и поднялся, ожидая пока Бен откроет клетку. Впереди его ожидал тяжелый день на карьере, на котором вели добычу мрамора для постройки огромного монумента. Айк не понимал, зачем строить такую огромную статую, кто будет ею любоваться? Кому она вообще нужна? Ведь из такого количества мрамора, возможно, выстроить целый город, а он принёс бы намного больше пользы. Единственное что поражало Айка, так это величина статуи. В редкие случаи, когда ему приходилось что-то поднимать по строительным лесам, у него перехватывало дух от боязни высоты, и он старался не смотреть вниз. Ни о какой страховке тут речи не шло, жизнь раба на карьере ничего не стоила.

Айк достойно переносил все тяготы такого существования и не терял надежды на обретение свободы. Он выполнял только то, что от него требовалось, чтобы не быть избитым надсмотрщиками и получать свою порцию еды в обед и в конце дня. Утром, еда никому не полагалась, ведь по мнению начальника карьера, на неё требовалось заработать тяжелым трудом до обеда. Любая травма или недоедание могли привести к смерти, так как о лечении можно было мечтать лишь пару раз в год, когда в шахты и карьеры отправлялись жрецы, чтобы проповедовать слово Окрана – Бога Света. Это была целая процессия, она проходила по всем владениям Святой Нации и несла религию в массы.

В эту процессию входили и молодые адепты, которые постигали медицинскую науку и были рады попрактиковаться на тех, чья жизнь не стоила и ката. В случае неудачного лечения или неопытности лекаря, никто не станет применять санкции. Но для многих даже такая помощь была спасением, хотя и не всегда.

После нескольких часов работы киркой наступило время обеда, весь лагерь побрёл занимать место в очереди на кухню под открытым небом. На обед давали Жевательные палочки. Их делали из мякоти кактуса, в которую добавлялось немного соли, а сок использовался для производства Кактусового рома. Надсмотрщики любили напиваться им после дневной смены.

Ихиро стоял позади Айка и недовольно бурчал себе под нос, - снова жевать эти палки, скорей бы ужин, вечером дадут риса или варёных овощей, - услышав про овощи, у Айка жалобно заурчал живот.

К столу для раздачи еды подошел начальник карьера и с отвращением осмотрел длинную очередь, поглаживая свою бороду, и начал громко объявлять, - еретики, грешники и распутные женщины! Через несколько дней вам выпадет шанс доказать, что некоторые из вас, своим трудом заслужили шанс встать на путь исправления, вы сможете переродиться в чистых и верующих людей! – закончив свою речь он развернулся и зашагал вдоль очереди, с презрением осматривая заключённых.

Здесь были женщины и мужчины, подростки и старики, у них был удручающий вид, а вместо одежды потрепанные лохмотья в белой каменной пыли. После слов начальника очередь оживилась и некоторые начали обсуждать сказанное. Однако Бен, стоящий в нескольких шагах от Айка, посчитал это нарушением дисциплины и выгнувшись назад, словно опешив от такой наглости закричал, - быстро все заткнулись! Или ваш обед сейчас превратится в дополнительные полчаса работы! – дополнив вышесказанное отборной руганью, он слегка покосился на начальника карьера, словно ожидая от него похвалы за свою строгость.

Но тот не отреагировал и продолжил свое шествие вдоль очереди. Когда он поравнялся с одним заключенным, то остановился и дал ему размашистую пощечину. Мужчина от удара свалился на бок, успев упереться одной рукой в землю. Следом он получил удар сапогом по бедру и закричал от боли. Начальник карьера повернулся и пошел прочь, негласно дав понять Бену, что он еще далёк от настоящего понимания всей ничтожности обитателей карьера. Бен ухмыльнулся и продолжил стоять на месте.

- Ненавижу, ненавижу их всех, - мысленно повторял Айк, стараясь не смотреть в сторону мужчины, лежавшего на земле, он не хотел привлекать к себе ненужного внимания. Через несколько минут очередь продвинулась и Айк с Ихиро получили свою порцию еды. Они расположились на земле и принялись жадно поглощать Жевательные палочки, об их вкусе никто не думал, важно было хоть чем-то заполнить пустой желудок.

Вторая половина дня прошла спокойно, а вечером, к радости, Ихиро выдали варёных овощей. Счастью его не было предела. После захода солнца всех развели по лачугам и заперли в клетки. Из удобств в них был лишь мешок, набитый соломой. Также в двери зияла щель, через которую ночью можно было смотреть на звезды. Освещение в лачуге отсутствовало и в безоблачную ночь, небо было видно очень хорошо. Друзья частенько засматривались на него. Они строили догадки о том, какие они, те далекие миры, кто их населяет и есть ли там вообще жизнь. Что говорить о звездах, когда они не имели полного представления даже о собственном мире, не знали его размеров, границ и подлинной истории. Им было известно лишь то, что когда-то существовала технологически развитая цивилизация с фабриками, спутниками, генной инженерией и роботами. Неизвестно, как долго она просуществовала, каких высот достигли Древние, и зародилась ли эта империя в нашем мире. Несмотря на все эти тайны, было ясно, что Первая Империя в сравнении с нынешними временами была на недостижимом уровне по своей мощи.

Находясь уже пятый год на каторжных работах, к своим двадцати годам, Айк научился коротать время, как за работой, так и после неё, размышляя обо всем на свете. Он часто мечтал о лучшем мире, который бы окружал его, о том какой была бы его жизнь, не будь он рабом. Как любой невольник, он стремился получить свободу, и эта мысль жила в его подсознании и тяготила его. Но что он мог противопоставить вооруженной охране, которая круглосуточно патрулировала окрестности и дежурила на выходах из карьера. Остальная его часть была неприступна из-за практически отвесных скал. Все люди находились в огромной яме, из которой было только два выхода на верху и к ним вели крутые, узкие тропинки вдоль стен. Покинуть это место можно было только двумя способами. Первый — это смерть, а второй — это визит служителей Окрана, но второй скорее являлся чудом, и на него мало кто мог надеяться.

Святая Нация представляла собой огромное государство, с чётко налаженным управлением землями и поселениями, которые кормили и снабжали всем необходимым внушительную армию и большое количество государственных служащих и чиновников. У каждого ведомства были чёткие задачи и цели. Церковь также была подчинена власть имущим, хотя высшие её чины при любой возможности пытались казаться обособленной структурой, финансирование при этом они получали из казны и обязательных пожертвований с каждого свободного гражданина. Но амбиций никто не лишен, особенно те, у кого уже имеется власть.

Следующие три дня прошли для друзей в ожидании, но объявленный визит не заставил себя ждать дольше обещанного, ведь все чётко подчинялись законам и инструкциям и церковь, не была исключением. Во многом за счёт этого Лорду Фениксу удавалось удерживать власть в таком огромном государстве.

- Смотри, смотри, – тихим голосом сказал Ихиро, кивая в сторону процессии, которая уже спускалась по тропинке ко дну карьера.

- Как ты думаешь, что сейчас будет? – спросил Айк.

- Тоже, что и всегда, – ответил ему Ихиро и продолжил забивать деревянный колышек в узкую щель в мраморной глыбе.

Спустя несколько минут надсмотрщики согнали всех к центру карьера и построили ровными колоннами друг за другом рядами. Напротив, стояли примерно 50 человек, половина из них были солдатами. Дорога по необжитым землям была опасным делом, можно было легко нарваться на Пыльных бандитов или на кого-то похуже, поэтому жрецы хоть и были обучены воинскому делу, как любой мужчина в Святой Нации, но в своих переходах между поселениями от дополнительной охраны никогда не отказывались.

Когда сбор был завершен, начальник карьера официально поприветствовал своих гостей. Он был сам на себя не похож и сильно старался им угодить, наверняка боялся получить выговор из столицы, ведь церковь отчитывалась в верховную канцелярию о состоянии дел на периферии. На деле же эти визиты два раза в год, носили не только религиозный характер, но и являлись государственной проверкой для местного начальства.

Когда официальная часть была окончена, один из жрецов отделился от своих коллег и подошел к, стоявшим в ожидании заключённым, которых собралось около тысячи человек.

- Еретики, грешники и распутные женщины! Ваш труд в Возрождении — это способ очищения ваших тел от Тьмы, если кто-то из вас думает иначе, то вам никогда от неё не избавиться, - начал он свою речь.

- Окран - Бог Света дарует каждому из вас шанс быть очищенным с помощью усердного труда, вы должны гордиться тем, что вы не оказались в числе очерненных, очищение которых возможно лишь через смерть и перерождение в человеческом обличии. Сейчас, мы узнаем, кто из вас готов полностью посвятить себя служению Окрану!

Насаждаемая Святой Нацией религия – Окранизм, предполагает идею превосходства людской расы над всеми остальными. При этом человек может занять более высокое место в обществе в следующей жизни, если посвятит всю свою жизнь служению Окрану и его голосу на земле - Лорду Фениксу. Святая Нация верит в возможность спасения любого не-человека от его ужасной жизни через смерть и последующее перерождение в человека. По этой причине Святая Нация уничтожает представителей других рас, называемых очернёнными, после чего по их убеждениям, они перерождаются в чистых и верующих представителей человеческой расы. В случае людей неверующих, мужчин и свободных женщин - используется принудительный труд на шахтах и карьерах, в качестве метода очищения. В остальном же любые проявления рабства в государстве запрещены. Женщины занимают низшую ступень в обществе и должны обязательно принадлежать какому-либо мужчине, так как в религии они созданы Богиней Тьмы - Нарко.

Жрец после произнесенной речи, долго стоял и внимательно рассматривал стоящих перед ним, затем он медленно начал проходить между стройными колоннами, всматриваясь в лица людей, стоящих по обе стороны от него. Кто-то опускал глаза, кто-то смотрел прямо перед собой, некоторые дожидались, когда он поравняется с ними, и украдкой провожали его косым взглядом. В воздухе чувствовалось напряжение, никто не издавал ни звука. Пройдя несколько рядов, он остановился и взял за руку юношу, другой рукой он взял за руку рослого мужчину, стоявшего в соседней колонне.

- Повторяйте за мной, – обратился к ним жрец, подняв глаза к небу.

- О Окран - Бог Света, пусть горит ярко пламя твое. В благословенном теле чистейшем, не будем же искушаться соблазнами Тьмы, не будем же жаждать наслаждений плотских, но жаждать лишь любви создателя. Будем же чтить наших священных братьев, воздержимся же от опьянений, ибо тьма паразитирует праздный ум и помолимся же за благо всего человечества в вере, – закончив молитву, жрец отпустил руки стоящих рядом и обратился к юноше.

- Я ощутил в тебе сильное желание посвятить всю свою жизнь служению Окрану, как твоё имя юноша?

- Джеро, – ответил юнец, с нотками волнения и любопытства в голосе, это был первый визит жрецов на его памяти.

- Джеро, я прав в своём ощущении? Отвергаешь ли ты Нарко?

- Отвергаю, – ответил Джеро, уже более убедительным голосом.

- Тогда присоединяйся к своим братьям, – сказал жрец и указал в сторону ожидающих адептов и солдат, еле заметным движением руки. Голос его при этом был спокойным и мягким.

Жрец продолжил своё движение дальше, а к рослому мужчине подошли двое солдат из процессии и отвели в сторону от общей массы. Жрец продолжал читать молитвы, иногда он брал за руку кого-то одного, иногда двоих. Далее часть людей отводили в отдельную группу к рослому мужчине, а часть отправлялась к основной процессии. При этом никакой логики не прослеживалось, он мог отправить как сразу двоих в любую из групп, так и одного, как женщину, так и старика или юношу. Вскоре жрец начал идти по ряду Айка и Ихиро. Они стояли в одной колонне друг за другом. Жрец остановился возле Ихиро, взял его за руку и произнес:

- Повторяй за мной, – и поднял глаза к небу. В этот момент Ихиро стоявший позади Айка протянул свободную руку к нему и крепко сжал его ладонь. Жрец, читавший молитву, не видел этого, так как его глаза были подняты к небу. Когда же он закончил читать молитву, его взгляд опустился на Ихиро, и он произнес, - я ощутил в тебе сильное желание посвятить всю свою жизнь служению Окрану, как твоё имя?

- Ихиро, – ответил он, сжимая руку Айка свободной рукой. В этот момент, взгляд жреца опустился ниже, и он увидел, как Ихиро держал Айка. Затем он вновь посмотрел на него и спросил:

- Ихиро, я прав в своём ощущении? Отвергаешь ли ты Нарко?

- Отвергаю, – ответил Ихиро, понимая, что своим поступком он сильно рискует и подвергает опасности не только свою жизнь, но и жизнь друга. Но изменить что-либо, было уже нельзя и оставалось только ждать реакции жреца. Постояв ещё секунд десять и держа за руку Ихиро, жрец обратился к Айку:

- Как твоё имя? – жрец слегка прищурил глаза и пристально смотрел на Айка.

- Айк, – с трудом ответил он, поймав себя на том, что у него пересохло в горле от напряжения, он прекрасно понимал, чем это всё может закончиться. Но жрец не спешил со следующим вопросом, словно решая сложную задачу у себя в голове. Все вокруг и вся процессия напротив видели, что ситуация неординарная и вопиющая. Ведь нарушение ритуала очищения могли принять за богохульство.

- Айк отвергаешь ли ты Нарко? – спросил, наконец, жрец.

- Отвергаю, – ответил Айк.

- Тогда присоединяйтесь к своим братьям, – произнес жрец и указал в сторону значительно увеличившейся первой группы. Айк с Ихиро пошли в указанном направлении, а жрец вновь заговорил, но речь его была обращена уже ко всем, так как говорил он громче и слегка поворачивался вокруг себя, приподняв руки чуть выше своих плеч:

- Вы все только что стали свидетелями великой силы Света! Святое пламя, которое горело в теле одного человека, смогло очистить тело другого человека и изгнать Тьму из него! Это ли, не проявление, любви создателя ко всем нам?! Это ли не доказательство того, что Окран благоволит своему голосу на земле - Лорду Фениксу и всей Святой Нации в его лице?! Это наивысшее чудо и благодать, свидетелями, которых мы стали! Помолимся же Окрану – Богу Света!

Жрец вновь направил свой взор на небо и начал повторять молитву, его подхватили все стоящие в центре карьера. Невольники также повторяли молитву вместе со всеми, так как многие посчитали, что молчание в такой момент, может для них плохо кончится, остальные присоединились, поддавшись чувству толпы.

Молитва разносилась эхом на сотни метров вокруг карьера, так как его форма и рельеф усиливали звук, исходящий снизу, молитва повторялась около десяти минут и под конец казалась просто монотонным гулом.

Окончив молитву, жрец направился ко второй группе невольников, в которых он не ощутил желания посвятить свою жизнь служению Окрану. Рядом стояли охранники лагеря и пара солдат из процессии. Жрец обратился к заключённым:

- Тьма в ваших телах паразитирует на вашем слабом духе, вы даёте ей пищу и силы для омрачения новых еретиков, грешников и распутных женщин. Вы очернённые, хоть и не принадлежите к нелюдям, но тьма проникла в вас слишком глубоко. Но Окран даже в этом случае дает вам шанс на спасение, через смерть и последующее перерождение в чистых и верующих представителей человеческой расы, свободных от Тьмы - закончив свой монолог, жрец развернулся и пошёл к начальнику карьера.

Солдаты оставшиеся стоять возле второй группы, смотрели ему вслед, словно ожидая приказа. Из тех, кто остался в колоннах кто-то был рад, что ему не выдалась возможность очиститься, а кто-то был уже настолько измучен каторжным трудом, что отчаялся найти спасение, и с радостью бросился бы к ногам жреца, с мольбой об очищении. Но никто не решался на такое, ведь подобные случаи уже бывали и все, без исключения, отправлялись во вторую группу.

Когда жрец приблизился к начальнику карьера, он встал рядом с ним и развернулся в сторону второй группы. Внимание всех в этот момент, было приковано к ней. Начальник подал сигнал солдатам и те, вынув мечи из ножен, начали наносить удары по заключённым. Кровь полилась на раскаленную солнцем землю и мраморную крошку. Удары были выверенные и чёткие, всё закончилось очень быстро. Кого-то из стоящих вокруг эта картина потрясла, а кто-то был лишь рад тому, что не его тело сейчас лежит там. Чувства многих уже были настолько притуплены, а глаза привыкли к виду крови и смерти, что произошедшее не вызывало шока.

Айк тяжёлым взглядом наблюдал за происходящим. В нём возникали одновременно и ненависть к Святой Нации и чувство того, что в глубине души он рад, что всё-таки стоит здесь, а не в соседней группе…

- Почему люди так жестоки, чем заключенные не угодили этому жрецу? – мысли в голове Айка перемешивались с чувством несправедливости и гнева, но он был бессилен повлиять на происходящее. Эмоции переполняли его, и он уже не мог с ними справляться, пережитое за последние годы оставило свой отпечаток. Но осознание того, что его жизнь изменится уже завтра, немного привело его в чувство. Ведь в итоге он и Ихиро находились среди тех, кто прошёл ритуал очищения.

Оставшееся время до заката адепты оказывали медицинскую помощь нуждающимся. Чиновник, прибывший днём, инспектировал карьер и делал записи в своём журнале. Жрец после продолжительной беседы с начальником карьера вернулся к своим новоиспеченным братьям, которые прошли ритуал очищения и начал говорить, - отныне вы посвятите ваши жизни служению империи и Окрану, но перед этим вас отправят на обучение военному делу. Каждый мужчина Святой Нации должен уметь обращаться с оружием, дабы в любой момент встать на защиту Окрана и его голоса Лорда Феникса. В Стопке сейчас формируются новые отряды, через несколько дней мы должны быть там. Женщины же отправятся в монастырь Окрана, – жрец закончил свою речь и ушёл.

- Уж лучше в армию, чем умереть здесь, – наклонив голову к Айку, сказал Ихиро.

- И не поспоришь, – ответил Айк, выдыхая с облегчением, поняв, что этот ад для него, наконец, закончился.

На следующее утро процессия и прошедшие ритуал очищения покинули карьер. В пути Айк не мог свыкнуться с тем, что он больше не раб, иногда он даже боялся, что это просто сон, но быстро прогонял эти мысли. Дорога в Стопку пролегала на юг, через большое количество шахт и карьеров, на юго-востоке вдоль пути в низине простиралась Гордость Окрана – это была обширная и плодородная пойма реки, в которой процветали животноводство и земледелие. Эта земля кормила всю Святую Нацию и её армию, с форпостами и лагерями на границах, которые тщательно охранялись. Недавняя война с королевством Шеков на юге еще была свежа в памяти. Границы империи были защищены, но небольшие отряды иногда проникали через неё и нападали на обозы с поставками и караваны.