Кессалия

Планета контрастов

Если смотреть на Кессалию с орбиты, её легко спутать с Землёй. Те же голубые океаны, те же белые шапки полярных льдов, те же извилистые линии горных хребтов, прорезающих континенты. Красивая. Тихая. Безобидная.

Но любой, кто ступал на её поверхность, знает: Кессалия — это ложь. За этой земной голубизной прячется мир, где кислород стоит денег, справедливость продаётся оптом, а человеческая жизнь оценивается в SOL-блоках. Мир, где над серыми трущобами парят зеркальные купола рая, и пропасть между ними так глубока, что её не измерить даже в парсеках.

Добро пожаловать на Кессалию. Планету контрастов, где каждый день кто-то вырывается наверх, а миллиарды так и остаются внизу.

География и климат

Кессалия расположена в секторе Внешних миров Галактики, в системе звезды спектрального класса G, схожей с Солнцем. Третья планета в системе, она обладает массой и диаметром, почти идентичными земным — 12 742 километра. Местные сутки длятся 24 с половиной стандартных часа, год — 389 местных дней. Две маленькие луны, названные колонистами Кронос и Темида, неторопливо катятся по ночному небу.

Климат на Кессалии умеренный, но суровый. Около сорока процентов поверхности занимают океаны — холодные, штормовые, с редкими островами вулканического происхождения. Остальное — суша, и главное, что определяет её облик, — горы. Хребты тянутся на тысячи километров, рассекая континенты, вздымаясь к облакам острыми пиками, укрытыми вечными снегами. Межгорные долины узки и глубоки, в них прячутся быстрые реки и редкие участки пригодной для земледелия земли.

Именно горы сделали Кессалию такой, какая она есть. Их недра богаты редкоземельными металлами, титаном, платиной — всем тем, что нужно галактической промышленности для производства техники, брони и, что важнее всего, оборудования для синтеза фазонита. Кессалия не производит сам фазонит — для этого нужны мощности уровня Внутренних миров, — но она даёт сырьё, без которого невозможно создание заводов, где рождаются эти удивительные кристаллы.

Долины защищены горами от океанских ветров, но зимы здесь долгие и снежные. Лето короткое, прохладное, с частыми дождями. Идеальных условий для жизни мало, и люди жмутся к побережьям и в крупные межгорные котловины, где можно строить города.

История колонизации

Первые разведывательные миссии достигли Кессалии в середине XXXV века. Корпорация «Stellar Mining», искавшая новые источники сырья, быстро поняла ценность планеты. Богатые залежи титана, платины и редкоземельных элементов, обнаруженные в горах, сулили огромные прибыли — особенно на фоне растущего спроса со стороны заводов, производивших фазонит во Внутренних мирах.

Началась эпоха «горной лихорадки». Тысячи законтрактованных рабочих, искателей удачи, беженцев с перенаселённых миров хлынули на Кессалию. Они строили шахтёрские посёлки прямо у подножий хребтов, вбивали сваи в вечную мерзлоту, прокладывали первые дороги. Корпорациям было выгодно: дешёвая рабочая сила, минимальные налоги, никакого контроля со стороны далёкой Галактической Федерации, которая тогда ещё только формировалась.

Посёлки росли, превращаясь в города. Самый крупный из них, Тереций, возник на пересечении торговых путей, в долине, защищённой от океанских ветров. Он стал естественной столицей планеты.

В эпоху колониальных войн (4000–5000 гг.), когда центральная власть была слаба, на Кессалии начали формироваться первые независимые кланы. Они контролировали отдельные шахты, дороги, перевалы. Криминал и бизнес переплелись намертво. В этот же период на планету пришли технологии фазонита — сначала SOL-блоки для энергоснабжения поселений, затем и Kerr-блоки для тяжёлой техники. Энергетическая революция сделала добычу ещё более интенсивной, но и ещё более зависимой от поставок извне.

Когда в 5013 году Галактический Совет Систем принял Галактическую Хартию Вольностей, Кессалия вошла в состав ГСС как субъект с широкой автономией. Формально на планете была установлена власть назначаемого губернатора и выборного Горного Совета. Реально — всё осталось по-старому. Крупные корпорации сохранили контроль над добычей, а криминальные структуры — над распределением доходов.

Так и повелось. Прошли столетия, сменились поколения, но Кессалия не изменилась. Она стала миром, где официальная власть лишь прикрытие для тех, кто держит в руках настоящие рычаги.

Тереций: три города в одном

Тереций — единственный по-настоящему большой город на Кессалии. В его агломерации живёт более двадцати пяти миллиардов человек — почти всё население планеты. Остальное — мелкие шахтёрские посёлки в горах да несколько портов на побережье.

Но Тереций не един. Это три города в одном, три слоя, разделённых не километрами, а пропастью.

Нижний город

Он начинается прямо у трапов космопорта. Воняет здесь так же, как в любом другом порту на любой другой планете. Перегретый пластик, дешёвый синтетический антисептик, пот и — кажется, дохлая крыса где-то под сиденьем.

Нижний город лежит в долине, куда веками стекались беднейшие слои переселенцев. Дома здесь серые, облупившиеся, с чёрными подтёками на стенах. Строили их быстро и дёшево, когда в Тереций хлынул первый поток рабочих. С тех пор их почти не ремонтировали. Лифты в подъездах работают через раз, лампочки горят через треть. Запах от мусоропроводов, жареной сои и дешёвых синтетических продуктов въелся в стены намертво.

Здесь живут двадцать миллиардов человек. Рабочие текстильных фабрик, грузчики в порту, мелкие механики, уличные торговцы, воры, проститутки, беглые с других планет — все, кому не хватило места наверху. Они работают по двенадцать часов в сутки, получают гроши и каждую кредиту считают.

Буханка синтезированного хлеба здесь стоит 55 кредитов. Чашка дешёвого кофе из автомата — 25. Аренда комнаты в «студии» с окном, выходящим на глухую стену, — 8500 в месяц. Многие не могут позволить себе и этого, ночуют в подвалах, заброшенных стройках, прямо на улице.

Энергия в Нижнем городе — отдельная боль. Стандартный SOL-блок ёмкостью 1000 ГДж в магазине стоит 1010 кредитов, но очередь на него может растянуться на месяц. На чёрном рынке — 1200, зато сразу. Люди экономят каждую единицу энергии. Обогреваются старыми дроидами-тепловентиляторами, переделанными из утиля. Свет жгут только по необходимости.

Медицина — травмпункты и дешёвые синтетические протезы. Если у тебя нет страховки, а она стоит как полноценный обед, ты умрёшь от заражения крови. Нанодроиды-санитары здесь роскошь. Курс на месяц стоит 600–1200 кредитов — для большинства неподъёмные деньги. Продолжительность жизни редко превышает 70 лет. Чаще — меньше.

Но Нижний город живёт. Он гудит, как растревоженный улей, днём и ночью. Работают рынки, шумят бары, снуют дроны-курьеры, гремят древние трамваи на колёсной тяге — на гравитацию у города просто нет лишних SOL-блоков. Люди здесь цепляются друг за друга, создают свои кланы, свою иерархию. Здесь выживает сильнейший, но и сильнейший знает, что завтра может оказаться на дне.

Средний город

Над Нижним, на высоте четырёхсот метров, начинается другая жизнь. Сюда ведут скоростные лифты, за проезд в которых нужно платить. Здесь чище. Воздух фильтруется, вонь выхлопов и гниющих отходов сюда почти не доходит. Улицы шире, дома выше, но небоскрёбов нет — они упираются в основание следующего уровня.

Средний город — это пояс стабильности. В нём живут клерки, чиновники среднего звена, менеджеры, врачи, инженеры. Те, кто ещё не добрался до верха, но уже не рискует упасть вниз. Население — около пяти миллиардов.

Квартиры здесь — нормальные, с горячей водой, с исправными лифтами, с видом не на стену, а на город. В холлах стоят искусственные пальмы, в кафе подают настоящий кофе (не синтетику, но дорого), а на улицах патрулируют полицейские дроиды.

Здесь работает администрация. Огромное серое здание с гербом Федерации, в котором бумажная работа никогда не кончается. Сюда приходят заявления на субсидии, на регистрацию бизнеса, на право владеть землёй в горах. И здесь же эти заявления годами лежат под сукном, если за них не заплатить.

В Среднем городе верят в закон. Верят, что если всё делать правильно, честно работать и не нарушать правил, то можно подняться выше. Многие действительно так и живут. Они покупают страховку, которая покрывает клонирование органов, раз в месяц ставят нанодроидов-санитаров, чтобы чистить сосуды. Их дети ходят в приличные школы. Продолжительность жизни здесь — 100–120 лет.

Но каждый из них знает, что внизу — ад, и боится туда упасть. И каждый мечтает подняться наверх, в Стратос-Сити.

Стратос-Сити

На высоте трёх километров, почти у стратосферы, висят зеркальные купола. Солнце отражается в них так ярко, что снизу кажется, будто в небе зажглась вторая звезда. Это и есть Стратос-Сити.

Сюда не долетают запахи Нижнего города. Здесь нет грязи, нет шума, нет бедности. Здесь своё искусственное солнце, светящее ровно двенадцать часов в сутки, и свой климат-контроль, поддерживающий вечную весну. Воздух — чистейший, с лёгким ароматом цветов, которые растут в парках под куполами. Вода — минеральная, доставляемая с другой планеты.

В Стратос-Сити живёт меньше одного процента населения Кессалии — около двухсот миллионов человек. Но это те, кто владеет всем. Главы крупнейших корпораций, высшие чиновники Федерации, владельцы шахт и заводов, биржевые магнаты, элита криминального мира, сумевшая легализоваться. Попасть сюда нельзя просто так, даже имея миллиарды. Нужно приглашение, нужны связи, нужно быть «своим». Здесь свои школы, свои больницы, свои законы.

Жизнь здесь течёт по другим правилам. Вместо стандартных SOL-блоков — Kerr для реакторов личных яхт (один стандартный куб Kerr стоит 28–38 тысяч кредитов). Вместо муниципальных клиник — полное клонирование тела с переносом сознания, технологии на грани возможного, доступные лишь единицам. Вместо уличных дроидов — живые андроиды-компаньоны с био-кожей, неотличимые от людей. Продолжительность жизни — 300 лет и больше, если хватает денег на регулярные курсы нанодроидов «Бессмертный», каждый из которых стоит от 550 тысяч кредитов.

Стратос-Сити не видит проблем планеты. Для его обитателей Нижний город — просто цифра в отчётах, а его жители — расходный материал, винтики в огромной машине, производящей прибыль. Они никогда не спускаются вниз. Им это незачем.

Власть и тени

Официально Кессалией управляет губернатор, назначаемый Галактическим Советом из местных политических элит. Он живёт в Тереции, в специальном правительственном квартале на границе Среднего города и Стратос-Сити. Имеет огромный аппарат чиновников, свою охрану, представительские функции. Реально его власть ограничена до уровня, позволяющего лишь поддерживать видимость порядка.

Законодательная власть принадлежит Горному Совету — выборному органу, который должен регулировать добычу полезных ископаемых, землепользование и местные налоги. Но Совет давно стал ареной борьбы между корпоративными лоббистами и коррумпированными чиновниками. Заседания длятся часами, решения принимаются годами, а реальные вопросы решаются в кулуарах за пачками кредитов. Каждый член Совета имеет свою цену. Вопрос только в сумме.

Административно планета разделена на районы, во главе которых стоят главы администраций. Эти чиновники обладают огромной властью на местах: они контролируют полицию, местные суды, распределение бюджетных средств. От их доброй воли зависит, получит ли предприниматель лицензию, закроют ли глаза на мелкое нарушение, придут ли к тебе ночью люди из Синдиката. Хороший глава администрации — тот, кто умеет договариваться со всеми: и с корпорациями, и с криминалом, и с федеральным центром. Плохой — долго не живёт.

Судебная система формально независима, но на практике сильно коррумпирована. Судьи часто выносят решения в пользу того, кто больше заплатил. Ставки на судейские кресла — одни из самых высоких в теневой экономике планеты. Но есть исключения. Иногда встречаются судьи, для которых честь и закон — не пустые слова. Они становятся грозой для Синдиката и мишенью для его наймитов. Они живут под постоянной охраной и знают, что каждый вынесенный приговор может стать для них последним. Таких единицы, но они есть, и именно к ним обращаются те, кто ещё не потерял веру в справедливость.

А Синдикат — это настоящая власть на Кессалии. Не единая организация, а скорее сеть криминальных групп, контролирующих разные сферы. Они берут дань с мастерских и магазинов, организуют контрабанду, поставляют оружие, «крышуют» подпольные игорные дома. Их люди есть в полиции, в администрации, в судах. Они умеют договариваться и умеют убивать.

Синдикат не monolithic. В нём есть разные люди. Одни — бывшие военные, уставшие от войны и нашедшие себя в криминале. Они ценят порядок и предпочитают договариваться, а не стрелять. У них есть свой кодекс, свои понятия о чести, и они стараются не трогать тех, кто не лезет в их дела. Другие — жестокие и неуравновешенные, для которых насилие — способ самоутверждения. Они держат в страхе целые кварталы, выбивая дань из тех, кто не может платить. Между этими двумя крыльями идёт постоянная скрытая борьба, которая иногда вырывается наружу кровавыми разборками. Для простых жителей эта борьба — просто ещё одна опасность, которую нужно пережить.

Главный бизнес Синдиката — не мелкая дань с лавочников. Главный бизнес — доступ к Kerr. Kerr-блоки — стратегический ресурс, необходимый для варп-двигателей, порталов и самых мощных промышленных установок. Их официальный оборот строго контролируется Галактическим Советом. Но Кессалия — идеальный перевалочный пункт. Через неё Kerr идёт с Фронтира, где его используют наёмники и пираты, на чёрный рынок Внутренних миров. И на каждой такой поставке Синдикат имеет огромные проценты. Цена одного куба Kerr на чёрном рынке может достигать 50 тысяч кредитов, и через Кессалию проходят сотни таких кубов.

Полиция пытается бороться. Но полицейские получают жалованье, которого едва хватает на жизнь в Среднем городе. А Синдикат платит в десять раз больше. Исход предсказуем. Честные копы здесь либо быстро погибают, либо уходят в частную охрану. Остальные — либо продажные, либо запуганные. Патрульные дроиды сканируют улицы, но их программы давно взломаны или настроены так, чтобы «не замечать» определённые вещи.

Экономика и промышленность

Кессалия живёт тем, что у неё под ногами. Добыча полезных ископаемых — основа всего.

Основные ресурсы: титан, платина, редкоземельные металлы (неодим, европий, тербий), необходимые для производства электроники, сверхпрочных сплавов, оптики и компонентов для фазонитовых накопителей. Есть месторождения урана, но они разрабатываются вяло — слишком дёшев импорт с других планет. Сам фазонит на Кессалии не производят — для этого нужны гигантские заводы с чистыми комнатами и доступом к передовым технологиям, которые есть только во Внутренних мирах и на некоторых планетах Технократии. Но сырьё для этих заводов дают в том числе и кессалийские рудники.

Добыча ведётся в горах. Огромные карьеры, шахты, уходящие на километры вглубь. Работают там в основном законтрактованные рабочие. Контракт — это кабала: тебе оплачивают дорогу, дают жильё и питание, но вычеты из зарплаты такие, что расплатиться с долгом почти невозможно. Люди годами живут в шахтёрских посёлках, дышат пылью, кашляют кровью и умирают от силикоза. Корпорациям выгодно: умирающего заменяют новым, а оборудование работает.

Техника на рудниках — старая, ещё на SOL-блоках, которые приходится менять каждые несколько дней. Промышленные блоки ёмкостью 125 000 ГДж — роскошь, доступная только самым крупным разработкам. Обычные рабочие таскают на себе переносные блоки, экономя каждый процент заряда.

Руда перерабатывается частично на месте. В промышленной зоне Тереция стоят гигантские заводы, перемалывающие породу в концентрат. Из труб валит дым, отравляя атмосферу. Ветер несёт эту дрянь в Нижний город, и жители травятся годами. Но налоги с заводов платятся исправно, и администрация закрывает глаза. В конце концов, кто будет слушать жалобы каких-то нищих?

Энергоснабжение заводов — отдельная статья. Гигантские станционные резервуары фазонита, питающие промышленность, принадлежат корпорациям. Они покупают SOL-блоки оптом, на Галактической Бирже, по цене около 1000 кредитов за куб. Для Нижнего города такие цены недоступны.

Самый ценный продукт, который даёт Кессалия — это не руда. Это транзит. Грузы с Фронтира, где Kerr используют для всего — от варп-двигателей до генераторов защиты, — проходят через Кессалию. Здесь их перегружают, переоформляют документы, дают взятки чиновникам и отправляют дальше, во Внутренние миры, где за каждый куб Kerr на бирже дают 30–40 тысяч кредитов. В этом бизнесе крутятся огромные деньги. И именно за контроль над этим бизнесом идёт главная война на планете — тихая, незаметная для большинства, но от этого не менее кровавая.

Религия и верования

На Кессалии нет единой официальной религии. Как и везде в Галактике, здесь смешались обломки старых верований и новые культы. Но глубже, чем в других местах, здесь чувствуется апатия.

В Нижнем городе люди слишком заняты выживанием, чтобы думать о Боге. Единственная религия, которую они знают, — кредит. Если ты можешь заплатить за SOL-блок, ты проживёшь ещё один день. Если нет — умрёшь. Никакой храм не даст тебе энергии. Поэтому церкви здесь полупустые, а священники выглядят такими же усталыми, как и их паства. Иногда в подвалах собираются общины, поющие старые гимны, но это скорее способ не сойти с ума в одиночку, чем настоящая вера.

В Среднем городе сохранились остатки традиционных конфессий. Есть небольшие общины, следующие за Христом, Аллахом или Буддой. Но это уже социальный клуб, чем вера. Люди ходят туда, чтобы почувствовать себя частью чего-то стабильного, чтобы их дети видели, что есть что-то кроме работы и кредитов. Священники здесь — скорее психотерапевты, чем духовные наставники. Они выслушивают исповеди о неудачных сделках и неверных жёнах, а не о грехах перед Богом.

В Стратос-Сити популярен Культ Эволюции — вера в технологический прогресс как в высшую силу. Здесь молятся не древним богам, а собственной гениальности. Искусственный интеллект, нанотехнологии, продление жизни — вот их идолы. Храмы Культа Эволюции похожи на сверкающие лаборатории, где вместо алтарей стоят голограммы ДНК и модели квантовых процессоров. Прихожане не просят у богов милости — они требуют от себя совершенства. Это религия для тех, кто считает себя богами.

Но для большинства жителей Кессалии религия — просто строчка в анкете. Не более. Здесь верят только в то, что можно потрогать: в SOL-блок, который греет, в кредит, который кормит, в оружие, которое защищает.

Повседневная жизнь

День на Кессалии начинается рано. В Нижнем городе — в четыре утра, когда за окнами ещё темно, а по коридорам уже гремят первые смены на фабриках. Люди встают, пьют дешёвый синтезированный кофе, заедают его соевым батончиком и бегут на остановки, чтобы успеть на автобус, который ходит раз в полчаса.

Рабочий день длится 12 часов. На фабриках — грохот станков, запах пота и машинного масла, вечный гул вентиляции. В порту — крики грузчиков, вой дронов, лязг контейнеров. В мастерских — тонкая работа паяльником, запах канифоли, вечный ремонт того, что постоянно ломается.

Вечером — дорога домой, в тесноту коммунальных квартир. Ужин — синтетическая каша с дешёвым соевым мясом. Телевизор, если есть на что смотреть. Новости о том, что в Совете опять повысили налоги, что где-то стреляли, что Kerr опять подорожал. Потом — короткий сон, и снова на работу.

Выходные — роскошь, доступная не всем. Если повезёт, можно выбраться на рынок, купить что-то нужное, встретиться с друзьями в дешёвом баре, выпить кружку синтетического пива. Можно сходить на старый голографический фильм — билет стоит 50 кредитов, но это того стоит, чтобы на пару часов забыть о серой реальности.

В Среднем городе жизнь легче. Рабочий день короче, зарплата выше. В выходные можно сходить в ресторан, купить новую одежду, съездить за город. Но тревога не отпускает. Всегда есть риск, что завтра тебя сократят, что бизнес прогорит, что кредиты на квартиру станут неподъёмными. Здесь каждый сам за себя, и дружба часто проверяется кредитами.

В Стратос-Сити о деньгах не думают. Здесь думают о статусе, о влиянии, о новых сделках. Жизнь — сплошной праздник, если не считать интриг, которые плетутся за каждой спиной. Здесь не стреляют, но убить могут так же легко — просто лишив доступа к ресурсам, подставив, разрушив репутацию.

Кессалия — это мир, где каждый живёт в своей клетке. Одни клетки — грязные, вонючие, тесные. Другие — чистые, просторные, с видом на горы. Но все они — клетки. И ключи от них хранятся у тех, кто наверху.

Космопорт и связь с внешним миром

Космопорт Тереция — главные ворота планеты. Огромный комплекс, раскинувшийся на десятки гектаров, принимающий десятки рейсов в день. Отсюда уходят грузы с рудой на перерабатывающие заводы других планет. Сюда приходят транспортники с SOL-блоками, без которых жизнь на Кессалии просто остановится.

В порту всегда людно. Пассажиры экономических рейсов толпятся в очередях, богатые проходят через отдельный VIP-вход с улыбчивыми сотрудниками. Пахнет жареным соевым мясом из автоматов, дешёвыми духами, потом и страхом. Страхом не улететь, не успеть, остаться здесь навсегда.

Связь с внешним миром осуществляется через Центральный Узел Связи на орбите. Оттуда, через сеть нано-порталов, сигналы уходят к другим планетам. Глобальный доступ к Галактической Сети стоит 1200 кредитов в месяц, плюс плата за каждый мегабайт межзвёздного трафика. Для большинства жителей это неподъёмные деньги, они довольствуются локальной сетью, где можно узнать новости только с Кессалии.

Иногда, когда позволяют средства, люди выходят на связь с родственниками на других планетах. Голографический вызов длиной в пять минут может стоить месячной зарплаты рабочего. Поэтому такие разговоры редки и всегда по делу.

Ночная жизнь и тени

Когда солнце садится за горы, Кессалия не засыпает — она меняет лицо. В Нижнем городе зажигаются неоновые вывески баров, дешёвых забегаловок, подпольных игорных домов. На улицы выходят те, кто днём прячется: проститутки, мелкие жулики, скупщики краденого. Полицейские дроиды патрулируют реже — экономия энергии. В тёмных переулках правят бал банды.

Слышны выстрелы. Не часто, но регулярно. Утром найдут тело — ещё одного, кто не договорился с Синдикатом. Полиция составит протокол, спишет на несчастный случай и закроет дело. Никто не будет расследовать.

В Среднем городе ночь тише. Рестораны и бары работают до полуночи, потом улицы пустеют. Патрульные дроиды исправно сканируют прохожих, записывают номера аэромобилей. Порядок есть порядок.

В Стратос-Сити ночь — время вечеринок. Закрытые клубы, частные приёмы, роскошные банкеты. Элита развлекается, обсуждая сделки и интриги. Свет искусственного солнца гаснет, включается мягкая подсветка куполов, и город в небе сияет, как драгоценность.

А в горах, за пределами городов, темнота абсолютна. Только редкие огни шахтёрских посёлков и блокпостов Синдиката нарушают мрак. Где-то там, в заброшенных штольнях, прячутся те, кому не место в обществе. Где-то там идёт своя, невидимая война.

Будущее

Что ждёт Кессалию? Никто не знает. Галактический Совет далёк и занят своими проблемами. Федеральная власть слаба и коррумпирована. Синдикат силён, но раздираем внутренними противоречиями. Корпорации думают только о прибыли.

Одно можно сказать точно: Кессалия не изменится сама по себе. Система слишком глубоко въелась в плоть планеты, чтобы её можно было искоренить одним ударом. Слишком многим выгодно, чтобы всё оставалось по-прежнему.

Но иногда что-то происходит. Иногда находятся люди, которые отказываются играть по правилам. Ветеран, возвращающийся на землю предков. Чиновница, решившая, что с неё хватит. Девушка, которой нечего терять. Они проигрывают чаще, чем выигрывают. Но когда они выигрывают, система даёт трещину. Маленькую, едва заметную. Но достаточную, чтобы в неё проник свет.

И пока есть такие люди, у Кессалии есть надежда. Призрачная, почти нереальная, но надежда.

Справочная информация

Население: около 25,2 миллиарда (оценка 6578 г.)

Столица: Тереций (население около 25 млрд в агломерации)

Государственный строй: субъект Галактической Федерации, управляемый губернатором и Горным Советом.

Официальная валюта: Кессалийский драхм (КДр), плавающий курс к кредиту (~0,9 Cr). В обращении также кредиты и SOL-блоки.

Ключевые ресурсы: титан, платина, редкоземельные металлы.

Крупнейшие корпорации: местные филиалы «Stellar Mining», «Kerr Dynamics», «AgriCo Galactic».

Средняя продолжительность жизни:

Нижний город: 60–75 лет

Средний город: 90–120 лет

Стратос-Сити: 200–300 лет

Средние цены (в кредитах):

Буханка хлеба: 55–70

Чашка кофе (автомат): 25

Обед в рабочей столовой: 260

Аренда комнаты (Нижний город): 8 000–10 000 в месяц

Аренда 2-комнатной квартиры (Средний город): 16 000–22 000 в месяц

SOL-блок (стандартный куб, 1000 ГДж): 1 010 (легально), 1 200 (чёрный рынок)

Курс нанодроидов-санитаров: 600–1200 в месяц

Нанодроиды «Бессмертный» (курс омоложения): от 550 000

Кессалия — это планета, которую нельзя понять, не побывав на ней. Не в качестве туриста, которого везут по специальным маршрутам, а в качестве простого человека, который дышит её воздухом, ходит по её улицам, сталкивается с её проблемами. Только тогда становится ясно, почему одни готовы убивать за лишний SOL-блок, а другие — умирать за право жить в горах, вдали от этого безумия.

Это планета контрастов, планета боли, планета надежды. И пока есть те, кто помнит, что можно жить иначе, она будет жить.