Кибер-сука в стране няшных фей

Уведомление о новом заказе пришло на пейджер ровно в тот момент, когда я выходила из душа. Я расстроилась: возвращаться на улицу было выше моих моральных сил. Если бы не Кодекс, запрещающий игнорирование заказа, ни в жисть не ответила бы на запрос.

Заказчик жил далеко, за городом. Богатенький хрен из тех, что пьют утренний кофий у большого окна, за которым лес, а не свалка. И кофий настоящий, растворимый, доступный только шишкам вроде него, а не эрзац-говно из жареного корня одуванчика, который пьют остальные.

Говорят, существует другой кофий – смолотый из настоящих кофейных зёрен, но это сродни сказкам, в которые не верят и дети.

Пока добралась до заказчика, я прокляла бытие трижды: в первый раз, когда вышла из дома и снова вдохнула запах улицы: тонкую изысканную смесь мочи, бензина и прелого мусора, во второй – когда, матерясь отнюдь не сквозь зубы, выкатила своего боливара из гаража, пиная по пути старые запчасти и бродяг. Когда я подъехала к двухэтажному особняку заказчика и посмотрела на часы, я прокляла бытие снова: глубоко заполночь. Пока возьму заказ, пока доеду до дома… очевидно, что спать в эти сутки мне не придётся.

Мордоворот с пронзительным взглядом встретил меня у железных ворот и сопроводил в кабинет. Хозяин кабинета, грустный мужик средних лет, ждал меня, сидя за столом. Это было настоящее старинное бюро, из тёмного дерева – я отличила бы пластик – с резными ножками. Содержание бюро было ему под стать: настоящие, бумажные книги, несколько бумажных же записных книжек, письменные принадлежности.

Где он раздобыл этот раритет? Музей 20го века ограбил?

На столе перед мужиком высилась горка кофейных стаканчиков, а сам он был в помятой рубашке, и по всему было видно, что спать он не ложился. Удивительное дело: обычно такие важные писи изволили почивать, и были крайне недовольны, когда приходилось вставать среди ночи, если исполнитель приезжал поздно.

Когда я вошла, заказчик поднял на меня глаза и наши взгляды встретились. Тревога, грусть и презрение – ничего нового. Они все нас презирают. У этого заказчика презрения во взгляде было чуть меньше, а тревоги чуть больше. Что ж, как пожелаете.

Мы стояли и смотрели друг на друга некоторое время, пока он не опомнился и не встал из-за стола:

– Прошу меня простить, исполнитель. Задумался. Пожалуйста, присаживайтесь. Кофею? – он показал рукой в сторону чайника и горки ярких пакетиков из фольги. Я разглядела «Ореховый 4-в-1», который пробовала лишь однажды и мечтала попить вновь. Увы, Кодекс запрещает подобное исполнителю.

– Спасибо, не стоит. Полагаю, вы не спали полночи не для того, чтобы меня угощать?

Заказчик поморщился: не привык к стилю общения, который принят в «низах». Такие, как он, с детства общались «высоким стилем», и иной манеры разговора не знали.

– Вы правы. Что ж, приступим. Мне сказали, вы лучшая в этом деле.

Я кивнула. Приятно, когда слава летит впереди меня. Я долго этого добивалась. Заказчик попросил следовать за ним и повёл меня на второй этаж особняка, к спальням.

Детская, куда мы зашли, была огромной – в два раза больше всей моей «конуры» - и чистой. Всё убранство комнаты в светлых тонах, с преобладанием фисташкового оттенка. На белоснежном столе раскрытая книга, покрытая толстым слоем пыли, сверху неё поставлена кружка. При виде этой картины я едва не заскрипела зубами: нельзя так с бумагой.

На многочисленных полках очень плотно стояли фигурки из самых модных виртуальных игрушек. Я присвистнула: ребёнок настоящий коллекционер, а на общую стоимость содержимого этих полок можно шиковать целый год, ни в чём себе не отказывая. Мне, взломщику программ, для этого потребовалось бы пахать в симуляциях, выходя только «на поесть» и пописать, не один «хлебный» месяц.

Мы приблизились к просторной кровати, на которой в шлеме виртуальной реальности лежала девочка-подросток: нескладная, маленькая, с грязными светлыми волосами. Я принюхалась: так и есть, лежит дня два, не меньше. Со стула в углу комнаты торопливо поднялась сиделка, стараясь незаметно стереть струйку слюны с подбородка.

На экране подсоединённой системы виртуальной симуляции мельтешило нечто милое и мультяшное: розовые единорожки, жующие цветочки, радужный мост вдалеке, ажурный замок. Мерзость. Причина ясна: очередной некрепкий разумом отрок открыл для себя сказку и отказался возвращаться в наш бренный мир.

– Сколько она так лежит? – я осмотрела шлем, не касаясь ребёнка.

– Три дня. Мы вчера попытались снять с неё шлем, но она забилась в судорогах, потом у неё пена пошла изо рта. Врач сказал, так делать нельзя.

– Ваш врач прав. Пока человек в симуляции, нельзя его отключать. Наденьте на неё памперс, подключите капельницу внутривенного питания. Медлить нельзя. И помойте её хоть, что ли.

Взгляд, который заказчик кинул на сиделку, сулил той серьёзный разговор. Очень серьёзный.

Когда подросток «теряется», есть всего неделя для того, чтобы его вытащить, пока психика не отказала. Никому не хочется покидать сказку и возвращаться в жестокий мир, но если взрослый может себя контролировать, то подросток уходит практически сразу, не в первый раз это вижу. Сидит потом такое чадо, пускает слюни, ходит под себя и не отличает реальный мир от виртуального до конца своих дней. И возрастной ограничитель времени не помогает – говнюки находят способ его обходить. Другое дело, что обычно дети высших слоёв не «теряются». Они итак почти в сказке живут, чего им теряться?

От чего ты бежишь, девочка? Как ты там оказалась?

Что ж, задача ясна: найти, вытащить. Я взяла код-логин и аванс, и отбыла восвояси: нужно было спешить.

***

Я торопливо прогрузила входной интерфейс и принялась лепить оболочку своего перса. Особо не старалась: надолго я в этой розовой мерзости не задержусь, но вернуть Ксю – так зовут мой «заказ» - можно только, если она будет мне доверять, а для этого мне нужно быть для неё «своей», хотя бы внешне.

«Базу» я оставила старую, созданную по моему образу и подобию именно для таких случаев, но немного проапгрейдила её для мира единорогов. Оставила свой цвет волос, тёмно-каштановый, свой серый цвет глаз. Мне полагались милые кошачьи ушки и мягкие лапки – самый модный лут в этой симуляции, а ещё я обзавелась гибким хвостом. Это было необязательным, но выдало бы во мне модницу из «своих» - хвост был дорогим удовольствием. Тело кошко-девочки я сделала таким, каким его делают обычно подростки, спешащие вырасти: с ярко выраженными формами. Завлекалочка для старых похотливых козлов, что тысячами сидят в детских играх.

Одежда?.. Я на миг призадумалась о том, что сейчас модно в виртуальных бродилках, но решила остановиться на классике: тёмно-синяя школьная форма с короткой юбкой, высокие гольфы и лоферы. Так даже правдоподобней: будто потратила деньги на хвост, он более престижен, но сэкономила на прикиде. Такое часто встречается.

Навыки? Так, кем в этой игре является Ксю? Студенткой магической академии? Значит и мне требуется ей стать. Магию сначала подкрутила на максимум, потом одумалась и убавила вполовину – стандартный уровень для игрока в середине прохождения симуляции. Остальные умения проставила наобум, тоже в районе среднячка, чтобы не выделяться. А вот убедительность речи взяла максимальной, сейчас это самое важное умение для меня.

Я прогрузила характеристики и расстроилась: выйти сразу на уровень мне не удастся, интерфейс не пропустит, а защиту мне не пробить. Вернее, не так: для того, чтобы обойти защиту, мне понадобится неделя, и этого времени у меня нет. Проще и быстрей пройти этот рай для детей всех возрастов до нужного уровня, начиная с самого первого. Как раз и магия мне в этом поможет.

Что ж, время не ждёт. Ксю на пятнадцатом уровне, и она шла туда целых три месяца. Мне нужно пройти их за пару дней.

Я надела свой шлем, нажала баннер загрузки и ушла из этой реальности.