Киберпанк

Вдали, словно рой светлячков, мерцали огни пестрых мониторов, изрыгая бесконечные потоки рекламы. Под траурным пологом неба, где звезды тонули в густой, непроницаемой смоге городской утробы, скользили грузовые контейнеры, эти техногенные ковчеги, несомые роем турбинных двигателей. Асфальт доков лоснился черным лаком после недавнего ливня, а запоздалый раскат грома высветил силуэт черного внедорожника, обреченно плывущего в безвестность, пока на его пути не выросла стена ангара. От удара стальная туша вздрогнула и замерла, издав предсмертный хрип искореженного металла. Водительская дверь распахнулась, и из нее, словно куль из-под полы, выпала девушка, лишенная сил даже на то, чтобы подняться. Обхватив окровавленный бок, она, словно раненый зверь, поползла к спасительной стене, цепляясь за ускользающие нити жизни. Рука оставила багровый след на холодном, бездушном бетоне. Прислонившись спиной к стене, девушка из последних сил извлекла из кармана осколок ушедшей эпохи – смартфон. Как только блокировка была снята, экран ожил, словно жил только ради этого мгновения, и на нем появилось видео.

— Что ты делаешь, Ви? — лучисто улыбалась девушка, глядя в камеру. В ее глазах плескалась неподдельная радость, а улыбка, казалось, способна зарядить энергией целый мир.

— Смотрю на тебя, — отозвался спокойный, умиротворяющий женский голос, словно все тревоги и невзгоды растворились в небытие, оставив лишь их двоих наедине.

— Ты опять меня снимаешь? — робко отвернулась девушка, готовая зардеться от смущения, и ускорила шаг, словно пытаясь скрыться от назойливой корреспондентки. — Ну, перестань, — бросила она мимолетный взгляд через плечо, одаривая своей лучезарной улыбкой, и продолжала идти по янтарному песку берега.

Девушка осела вдоль стены, медленно сползая набок. Окровавленные пальцы оставили алый отпечаток на экране. Телефон, словно налитый свинцом, выпал из ослабевших рук. Видео продолжало жить своей жизнью, даря осколки былого счастья, но тепло стремительно покидало умирающую девушку. Веки медленно сомкнулись, и она застыла в вечном сне.

Детройт

Несколько дней назад

Резкий, надрывный писк будильника разорвал тишину загородного дома. Едва веки девушки приоткрылись, первые лучи солнца заиграли на тонком импланте, окаймляющем лицо, словно футуристическая оправа, пролегающая чуть ниже глаз, от скулы до скулы. Легкое касание ладони – и назойливый звук смолк. Свесив ноги с кровати, девушка сладко потянулась и зевнула во весь рот. Душевая кабина ожила, обдав свою гостью бодрящими струями, которые скользили по ее телу, словно прохладные ручейки. Пальцы вспенили влажные волосы, и пенистый шампунь, стекая вниз, омывал татуировку, выгибавшуюся дугой по спине, от ключицы до ключицы. Три латинских слова, начертанные на коже, гласили зловещую истину: «Судьба улыбается храбрым». Вернувшись в спальню и накинув майку, девушка остановилась у прикроватной тумбочки и осторожно взяла браслет, сплетенный из чистого серебра и украшенный узорами в виде крошечных сердечек.

Комната преобразилась, словно девушка попала в другой мир. Вот она в уютном кафе, где напротив сидит другая девушка и увлеченно рассказывает что-то, жестикулируя руками. Улыбка не сходила с лица Ви, она молча любовалась своей собеседницей, словно глядя в зеркало. Затем кафе сменилось парком аттракционов, где обе девушки, затаив дыхание, держались за поручни вагончика, летящего по американским горкам, словно по бурным волнам. После – пляж, окаймленный загорающими туристами. Повсюду пестрели таблички, предупреждающие о запрете купания в отравленной воде, но девушки и не собирались в воду. Ви снимала подругу на камеру смартфона, желая запечатлеть каждое мгновение, но идиллия рухнула в одно мгновение, когда они вместе шли по набережной. Ноги девушки подкосились, словно от внезапно нахлынувшей слабости, и Ви едва успела подхватить ее, не дав упасть на жесткий тротуар. Ви сидела у больничной койки и нежно гладила девушку по голове, подключенную к системе жизнеобеспечения, не способную даже открыть глаза. Встретившись взглядом с врачом, Ви медленно кивнула, и аппарат издал протяжный, зловещий писк, эхом отозвавшийся в ушах Ви, медленно идущей по больничному коридору, сжимающей в ладони серебряный браслет.

Аккуратно вернув его на тумбочку, девушка взяла другой артефакт ушедшей эпохи – наручные механические часы на потемневшем кожаном ремешке. Застегнув их циферблатом внутрь запястья, Ви направилась в гараж, на ходу натягивая объемную жилетку. Дверь гаража взмыла вверх, и лучи восходящего солнца заиграли на черном глянце «Порше 911». Не успела дверь гаража опуститься, как Ви уже мчалась вдаль.

— Привет, Ви, — поприветствовал ее охранник у входа в бойцовский клуб.

— Привет, Стэнли, — кивнула девушка в ответ, направляясь ко входу.

— На тебе лица нет, — заметил Стэнли, открывая перед ней дверь, словно швейцар.

— Никого не впускай, хорошо? — попросила она вежливо.

— Вряд ли кто-то захочет отправиться на тот свет, — отшутился Стэнли и закрыл дверь, загородив ее своей могучей фигурой, словно верный страж. Девушка прошла по узкому коридору и оказалась в скромном тренировочном зале, заставленном боксерским инвентарем. С педантичной точностью Ви положила часы на скамейку, сняла жилетку и аккуратно сложила ее, словно собираясь выставить на продажу. Узкие бинты легли на ее кулаки. Закончив, она подошла к боксерской груше. Удар за ударом заставлял грушу метаться из стороны в сторону, словно стремясь вырваться от разъяренной девицы, которая была беспощадна. Ярость вырывалась с каждым взмахом, наполняя зал утробными криками боли. Ви продолжала терзать грушу, белые бинты окрашивались в алый цвет, но, стиснув зубы, шипя от злости, девушка не останавливалась. Еще один удар, один из сотни, и она рухнула на пол, крича и вцепляясь руками в волосы, словно желая вырвать их с корнем.

— Эй, Ви! — махнул рукой бармен, завидев знакомую точеную фигуру.

— Привет, Рауль, — устроилась девушка у барной стойки.

— Как жизнь? Слышал о твоей утрате, мне очень жаль, — произнес Рауль, вздохнув и пару раз кивнув головой.

— Спасибо, — отозвалась Ви, устремив пустой взгляд в одну точку на барной стойке. — Плесни мне чего-нибудь.

— Текилу? Со льдом? — осторожно спросил бармен.

— Давай что-нибудь покрепче, — протянула девушка, подняв глаза на Рауля. — Есть бурбон?

— Да, конечно, — тут же кивнул бармен, засуетившись за стойкой.

Я потеряла все: любовь, надежду, веру. Единственное, чего я хочу – уйти. Уйти навсегда. И у меня есть два пути: либо начать новую жизнь, либо нажать на курок и оставить свои мозги на стене, вместе со всеми воспоминаниями, которые только убивают меня.

Ви стояла в темном переулке, крепко сжимая пистолет. Из обшарпанного временем здания доносилась громкая музыка, словно зазывая на веселую вечеринку, но девушка не спешила. Приставив пистолет к виску, Ви приготовилась издать предсмертный аккорд, но то ли время еще не пришло, то ли ее отвлекла парочка, нырнувшая в переулок и бесцеремонно занявшаяся на мусорном баке тем, от чего появляется новая жизнь. Опустив пистолет, Ви подошла к черному входу, где тучный охранник тут же посторонился, пропуская ее. Лакированные рокерские туфли застучали по узкому коридору, который напоминал галерею юных художников.

— Ви, привет, — поприветствовала ее незнакомка, стоявшая у стены и источавшая искреннюю радость. Ее глаза жадно изучали Ви, словно желая съесть ее целиком.

— Привет, — отозвалась Ви, все так же сжимая рукоять пистолета и прикрывая его за бедро. Она бросила взгляд на незнакомку.

— Офигеть, блин… — восторженно выдохнула поклонница. — Я так долго готовила эту речь… — она жадно глотала воздух, задыхаясь от переполнявших ее эмоций. — У меня… у меня… у меня все твои пластинки, все альбомы… я хотела… — девушка заметалась взглядом, но вдруг замерла, когда Ви оказалась рядом. Ее рука уперлась в стену рядом с головой ошеломленной девицы.

— Оставь речи для политиков, — прошептала Ви, глядя в расширенные от неожиданности глаза. — Говори то, что у тебя внутри, а не на листке бумаги.

— Я… — вжалась девушка в стену, словно спасаясь от огня. — Я… я люблю тебя…

— Ты меня даже не знаешь, — отрезала Ви, приблизившись вплотную. Девушка была готова слиться со стеной. — Остановись, и тогда твоя жизнь еще останется целой, — добавила Ви и, отпрянув от девушки, направилась дальше по коридору, пока не скрылась за углом. Поклонница скатилась по стене, переполненная эмоциями. Она жалела лишь об одном: что не решилась на поцелуй, о котором так долго мечтала.

— Опять нажралась… — прохрипел охранник, страж этого пыльного склада. Он отшатнулся, словно от ядовитого змея, отмахиваясь от волны перегара.

— А ты чего без маски? Вдруг я заразна? — Ви остановилась, умышленно выдохнув в лицо охраннику отчего он сделал еще шаг назад. Двери утробно распахнулись, являя взору хаотичное нагромождение аппаратуры. Здесь покоился арсенал для убойного рок-н-ролла, но взгляд Ви зацепился за две истерзанные гитары: одна разломана пополам, вторая – лишь груда щепок. — Даже не знаю, что станет со следующей…

— Ви! Ви! — раздался визгливый, поросячий вопль из глубин склада. К ней подкатился полноватый менеджер, чьи многочисленные подбородки требовали бухгалтерского учета, а живот вызывал ассоциации с колесом от грузовика.

— Барри… — устало вздохнула Ви, метнув на мужчину взгляд исподлобья.

— Ви! Публика изнывает в ожидании! Где ты пропадаешь… — Барри осекся, его нос задергался, словно у ищейки, взявшей след. — Твою ж мать, Ви! Ты опять набралась?! — он нахмурился, словно шарпей, но Ви была непреклонна и, не удостоив его ответом, двинулась к дверям, из-за которых сочилась музыка. Двери распахнулись под напором ее рук, вопли Барри потонули в ревущем потоке рок-н-ролла. Каблуки отчеканили ритм по ступеням, ведущим на сцену, рокерские брюки, стянутые клепаным ремнем, вспыхнули в свете софитов. Музыка стихла, и толпа разразилась ликующим воем, вызванным не оборванной песней, а появлением рок дивы. Небольшой зал, вмещающий от силы сотню человек, приветствовал статную фигуру, которая, едва коснувшись подмостков, вступала на них, словно в собственный дом.

— Я люблю тебя! — ревела толпа, пока микрофон не издал протяжный, жалобный писк, словно моля о пощаде под крепкой хваткой девушки.

— Я пришла попрощаться, — проговорила Ви, по-прежнему сжимая заряженный пистолет у микрофона. Публика взревела и запрыгала в экстазе, каждый в этом зале жаждал услышать ее голос. Ви бросила взгляд на барабанщика, тот гордо вскинул голову и быстро кивнул, сжимая в руках палочки. Затем она посмотрела на гитариста, уже протягивающего ей очередную гитару. Инструмент лег в ее руки как влитой, и Ви взглянула на вокалиста, еще недавно пытавшегося разогреть толпу. Кивнув ей, он поспешно направился к выходу, едва не сбив с ног Барри, который, застыв в дверях, с нетерпеливым ожиданием ждал хоть какого-нибудь звука от Ви. Ствол пистолета скользнул по грифу, и гитара грязно взвыла, пронзив толпу электрическим разрядом.

Где-то за стенами беснующийся люд требовал продолжения. Ви уставилась на пистолет, его ствол украшали свежие царапины, оставленные струнами.

— Ви, это было крышесносно! — Барри подлетел к ней, распахнув руки для объятий, но она отвернулась. — Ви! Ты ушла слишком рано, я уже заплатил за…

— Вот именно, — Ви развернулась, тыча пальцем в грудь Барри, отчего тот шарахнулся, словно от удара током.

— Что? Что не так? — растерянно спросил он, оглядываясь в поисках ответа в музыкальных инструментах и аппаратуре. — Ви, послушай, — протянул он руки, заметив дрожащий пистолет. — Я все понимаю, у тебя трагедия, мне очень жаль, но причем тут твои фанаты? — он словно отталкивал от себя жар, исходящий от девушки, и, казалось, ему это удалось: она убрала палец, казавшийся острой пикой, готовой пронзить его насквозь. — Я договорился о туре, у нас будут большие де… — он не успел договорить, как вжался в стену, придавленный к ней тыльной стороной руки Ви с зажатым в ней пистолетом.

— Нет, это ты послушай, — прошипела она, заглядывая в испуганные глаза Барри. — Я пришла сюда выплеснуть все, что накопилось, — она надавила сильнее, заставляя его хрипеть, жадно хватая воздух. — А ты, сукин сын, вознамерился сделать из этого бизнес.

— Эй, Ви, полегче, — послышался голос охранника, который осторожно приближался к разъяренной девушке.

— Тебя не учили не совать нос в чужие дела? — Ви метнула на него взгляд, от которого по крепкому телу охранника пробежали мурашки. — Пошел на хуй.

— Ладно, ладно, — пробормотал тучный мужчина, пятясь к двери и скрываясь за ней.

— Ви… я… я зады… — прохрипел Барри.

— Ты просто жирная свинья, ищущая собственной выгоды, — вернула она взгляд к Барри, лицо которого начинало синеть. — Сколько ты взял с девочки, ждавшей меня в коридоре?

— Я… о чем ты…

— Сколько, сука?! — Ви надавила еще сильнее.

— Пять… десять…

— Ебаная свинья, — она отпустила его, и мужчина рухнул на колени, жадно глотая воздух. Едва он начал приходить в себя, как его лоб встретился с коленом девушки, и перед глазами вспыхнула тьма.

Дверь черного входа распахнулась с грохотом, впечатанная в стену ее туфлей. Выйдя наружу, она достала пачку сигарет, вытащила одну, прикурила и сделала крепкую затяжку. Охранник, стоявший снаружи, смотрел на Ви, как на дикарку, вырвавшуюся из психушки, но она, словно ничего не произошло, двинулась по переулку. Там, ближе к выходу на темные улицы Детройта, возле мусорного бака, стояла она – поклонница.

— Отвали, урод, — сплюнула она за бак и застучала шпильками, скрывшись за поворотом. Ви сделала еще затяжку, выпустила облако дыма, обошла бак и увидела престарелого мужчину, опустившего протянутую руку, где вместо милостыни блестел плевок. Увидев Ви, старик вздрогнул, забывшись на мгновение, а затем принялся вытирать руку о засаленную куртку болотного цвета.

— Эй, — бросила Ви, склонившись перед стариком и протягивая ему платок из внутреннего кармана жилетки. Мужчина замер, готовый провалиться сквозь землю, лишь бы не получить очередное унижение. — Держи, — настаивала девушка, прижав сигарету к уголку губ, так как обе руки были заняты. Дым принялся щипать глаза, и Ви сплюнула начатую сигарету, поймав взгляд старика, в котором читалось сожаление о ее поступке. Он медленно протянул руку, взял платок и первым делом принялся вытирать грязный рот.

— Спасибо… — прохрипел он, не отрывая взгляда от нее. Ви осматривала старика, сканируя его в инфракрасном спектре. Кибердека была дешевой и не раскрывала всех деталей, но даже слепой увидел бы имплантаты вместо обеих ног ниже колен – ржавые пружины с тонкими пластинами вместо ступней. Анализ показал, что у имплантов нет ни серийного номера, ни легального производителя.

— Транспортир летел прямо на нас, полный молодых ребят, десантников… — говорил старик с набитым ртом, едва успевая пережевывать сочный кусок мяса. Ви сидела рядом с ним на грязном асфальте, сигаретный дым едва перебивал зловоние, исходившее от мусорного бака. — Наш этот, как его… нетраннер, сообщил, что транспортир надо… — старик закашлялся, но несколько увесистых хлопков по спине выгнали из него кусочки мяса, попавшие не в то горло. — Спасибо… — прохрипел он, бросив взгляд на девушку, а затем на три бутылки свежей воды, стоявшие рядом. Его рука потянулась к одной из них, но застыла, взгляд снова упал на девушку, которая, закатив глаза, выпустила клуб дыма и осуждающе посмотрела на него. В этом осуждении был не запрет, а ожидание – отсчет времени до того, как девушка сама возьмет бутылку и засунет ему в рот.

— На войне нет возраста, — сказала Ви, сделав паузу для старика. — Молодые глупы, им легче навязать патриотизм и отправить в мясорубку.

— Да-а… — выдохнул старик, утоляя жажду свежей водой. — Самое ужасное, что я убивал молодых парней, чтобы выжить…

— Ты был в клетке политического цирка, — повернулась она к старику, положив руку с пистолетом ему на плечо.

— Цирк распался, а клоуны остались, — тяжело протянул старик, взглянув на остатки мяса.

— Не-а, — Ви помотала головой. — Цирк остался, просто клоуны меняются. Давай я тебя…

— Ви, — послышался голос охранника, прервавшего беседу казалось бы двух нищих. — Барри просит поговорить.

— То есть, эта свинья полчаса готовила речь и даже не смогла подойти лично? — Ви отпрянула от грязной земли, уставившись на охранника, который был выше ее на голову и шире в три раза.

— Слушай, я просто…

— Сучка зажравшейся свиньи? — закончила она за охранника. — Тебе не надоело тут работать от слова раб? Он же платит тебе гроши, а ты ведь достоин большего, не так ли? — смотрела она на гору мышц снизу вверх.

— А знаешь, ты права… — протянул охранник, бросив взгляд на дверь, ведущую в клуб. — Я и так давно собирался уйти, у меня есть куча вариантов.

— И чего ты ждешь? — Ви подперла бока руками.

— В пизду! — бросил мужчина и, словно заряженный энергией, двинулся прочь, исчезнув на ночной улице.

— Эй, а ты куда? — Ви оглянулась на старика, который был готов убежать, лишь бы не попасть под горячую руку. — Пошли в машину, отвезу тебя в баню, а потом в магазин, выберешь себе одежду, — она направилась к блестящему спорткару.

— Я не… не-не-не… — отмахнулся старик. — Спасибо за еду и…

— Мне долго ждать? — спросила Ви, распахнув пассажирскую дверь.