Киллер: Рандеву с Местью

Место действия: Штаб-квартира отряда «Специального Назначения», отдел Ордена: «Девятиглавый Эдикт».

В довольно богато выглядящем помещении, обрамлённом мрамором и с ремонтом, выполненном с явным намёком на Древнюю Грецию, на канапелоне* отдыхала Витта, в комнате отдыха почитывая книгу, которую взяла с книжной полки рядом. По стенам тянулись резные панели из тёмного дуба с инкрустацией из слоновой кости, изображающие сцены античных сражений. Массивная люстра из позолоченной бронзы, стилизованная под древнегреческий светильник, мягко покачивалась от сквозняка, отбрасывая блики на полированный мрамор. В углу стояла статуя Афины которая могла двигать руками, изредка набирая воду в горшок и переливая в небольшую нишу фонтанчика. Каменный взгляд невозмутимо наблюдал за происходящим. Но, больше всего привлекали внимание — широкие окна, от пола до потолка, преломляя лучи в пляшущие как живые, играющие по всюду солнечные зайчики. Эти окна давали много дневного света в помещение, а за ними сугробами укрывалась широкая поляна во дворе.

"Канапелон" — это старое греческое слово, которое обозначало тип дивана или скамьи.

Резко открылась правая от окна деревянная, белая дверь, с полотенцем на шее и с оголённым торсом вышел Карлос. Он на мгновение окинул скучающим взглядом всё вокруг, после обратил внимание на Витту. Девушка с бело-голубыми волосами даже бровью не повела, всё дальше продолжая углублённо изучать материал из книги. Карлос осмотрел её домашний вид: обычная большая футболка, застиранная и растянутая донельзя, короткие серые шорты и пучок на голове.

— Чего делаешь, Ви? — спросил юноша, щурясь и пытаясь прочесть название книги издалека.

— Не видно? — ответила девушка, переводя взгляд на своего коллегу. — Приодёлся бы. Или хочешь удивить кого-то?

— Удивить? Мы тут только вдвоём. — С лёгкой ухмылкой прозвучал ответ, после парень немного отпил из своей пластиковой бутылки. — Тебе не нравится? Или парни не интересуют?

— Я считаю твой вид вульгарным. Никакого этикета.

— А сама-то? Выглядишь как деревенщина!

На обиженный возглас Карлоса девушка отреагировала злобным прищуром, что только ещё больше позабавило его, от чего тот рассмеялся. Витта не стала более терпеть смущение, взмах пальцем — и бутылка с водой примерзла к руке парня.

— Эй! Ты издеваешься?! — гневно вскрикнул он, чувствуя, как обжигающий холод расползается по кисти. — Зачем? Чёрт!

— Нечего меня доставать.

Карлос потряс рукой, но бутылка не отлипла. Ругаясь и поднося замороженную конечность, он начал дышать на неё. Сначала из рта выходил просто воздух, потом дыхание становилось горячее, как от печки в машине, и через мгновение рука растаяла.

— Спасибо, что без обморожения!

— Не за что.

Через секунду огромная люстра на высоком потолке начала мигать, словно из-за перебоев с электричеством или проблемы с проводкой. Свет девушка включала, чтобы удобнее было читать, а когда он пропал, темно в помещении не стало из-за дневного солнца. Магия вокруг исчезла, застыла статуя, зайчики перестали плясать. Именно поэтому пришедшего гостя очень быстро заметили. Карлос не успел ничего сказать, как незваный оказался позади Витты, наклонился к ней и шепнул: «Бу!». Двое резко всполошились, Ви быстро вылетела с своего насиженного места. У Карлоса в тот же момент загорелось в ладонях синее пламя, словно продолжение того заклинания, которым он обогревался.

— Да ладно, чего вы так всполошились? — спросил маг и одним прыжком оказался сидящим на месте Витты, ставя рядом с собой деревянный посох. — Вы такие забавные! — Гость с упоением наблюдал за испугом этих двоих. — Такие радостные, беззаботные... Едва сдержался, чтобы вас не убить! — После он засмеялся, от чего под потолком снова замигала люстра с воздушным хрусталём, а потом опять засветилась, будто и не выключалась.

— Гилиас! Какого… — начала девушка, но договорить не успела.

— Воу! Негоже даме из аристократической семьи так выражаться. Я просто заскочил поздороваться. Хотел появиться эффектно! И есть за мной такая слабость, каюсь. — поднял он руки в верх с раскрытыми ладонями, словно сдался.

Гилиас выглядел как молодой юноша с множеством татуировок на руках и на груди, что было видно через его расстёгнутую рубашку и закатанные рукава белой мантии, свисающей ниже колен. На шее висело множество амулетов, сделанных из серебра или платины. Капюшон его белой мантии Ордена был накинут на голову, прикрывая длинные ярко-фиолетовые волосы. Глаза, немного прикрытые челкой, у этого человека тоже были фиолетовыми, издавая лёгкое свечение.

— Витта, ты знаешь этого павлина? — гневно спросил кудрявый парниша.

— Да, он инквизитор из Ордена. Когда мы учились с ним в академии, Гилиас был на курс старше... Мы постоянно с ним соперничали. Гилиас Фонтэ — лучший ученик академии за последний десяток лет. — Недовольно представила девушка незваного гостя, чем вызвала скромные аплодисменты от человека с татуировками.

— Он инквизитор? — Карлос впервые встретил такого молодого инквизитора из Ордена. Обычно это либо те, кому за сорок, либо, что чаще, седые старики. — И я думал, ты у нас всезнайка, которая больше остальных выделилась во время учебы… Разве не тебя признали лучшей?

— Гилиаса исключили, поэтому вся слава досталась мне…

— Ладно, хватит воспоминаний… — Гость снова перебил девушку. — Как там говорят? Кто старое помянет... Дальше не помню. — Человек с фиолетовыми волосами подобрал книжку, которую выронила Ви, когда испугалась. — Ммм… «Углублённая прикладная магия»? Ну и бред! А ты ведь всё так же зубришь?

— Гилиас, что тебе нужно? — нетерпеливо спросила девушка.

— Да я так, заходил к начальству, потом решил навестить тебя. — После фиолетовые глаза перешли на Карлоса. — Старик упоминал ваш отряд. Он хвалил вас, а я вижу, что очень даже зря. Не, ну я серьёзно, это вы называете защитными рунами? Их даже ребёнок обойдёт!

Внимание акцентировалось на защиту гостевой комнаты, которую ставила Витта. Это у нее вошло уже в привычку, ведь у их отряда достаточно недоброжелателей.

Сам Карлос аж побледнел от злости. Он хотел что-то ответить, но долго думал, стоит ли перечить старшему по званию. Его мысли опередила девушка:

— Ты поздоровался, можешь уже уходить.

— И чего вы такие злые? — С напускным расстройством ответил Гилиас. — Не напрягайтесь вы так, я же не кусаюсь. — После он сделал вид, что задумался. — Хотя это не ваша вина. Все слабаки так реагируют.

— Тебе обязательно всегда высказать свое превосходство? Не устал самоутверждаться?

—Превосходство? Перед кем? Перед вами? Какая наивная глупость. Я хочу просто позабавиться с котятами, которые только вот зубки скалят. Для меня вы не более чем пятно, пыль, мусор.

Тут Карлос уже не выдержал. Членов их отряда признавали лучшими магами из своего поколения с крайне большим потенциалом, а тут его впрямую оскорбляют. Конечно, его гордость была задета.

— А ну повтори… — сквозь зубы проскрежетал юноша.

— Ты ещё и плохо слышишь? Или я неясно выразился? — Надменно произнёс собеседник. — Так, чтобы тебе было понятно: ваш отряд просто мусор, недостойный места в Ордене и позорящий звание "магов".

— Сможешь ответить за свои слова или прикроешься своим положением? — С яростью в глазах Карлос собирался вызвать обидчика на дуэль. — Если ты чего-то стоишь, пойдём на тренировочную площадку и выясним, кто из нас слабак!

— Карлос, не надо… — скромно пролепетала Ви, пытаясь немного сгладить происходящее, но её опять перебили.

— Отлично! Оказалось даже проще, чем я думал! Хорошо, что мы так быстро пришли к этому и не потратили кучу времени на пререкания. — Громко хлопнул в ладоши Гилиас и встал, выпрямляя спину. — Твоя глупость оправдала все ожидания. Давай прямо сейчас поразвлекаемся? Если откажешься, отправлю на тебя жалобу за оскорбление старшего по званию. А дальше там трибунал, все дела, оно нам не надо.


*******

Под землёй было огромное подвальное помещение, словно полностью вылитое из бетона, длиной и шириной под сорок метров. Высоченные потолки более десяти метров, под сводом которых мигали скромные ярко-жёлтые огоньки из маны, освещая всё помещение. Прям над этим помещением и находилось здание штаб-квартиры.

Карлос накинул на себя майку, был уже в спортивных штанах после зала, стоял напротив Гилиаса и разминался, растягивая мышцы и стараясь успокоить свои нервы. Юноша даже немного попрыгал на носочках, чтобы отогнать ненужные мысли.

Напротив него стоял Гилиас, расслабленный, в белом капюшоне и опираясь на свой посох. Он с ухмылкой наблюдал за своим противником, уже даже начал зевать.

Судьёй стала Витта. Её главной задачей было то, чтобы не нарушались правила дуэли и они не перерубились насмерть.

— Собираешься махать своей «палочкой»? — с издевкой поинтересовался кудрявый.

Человек в плаще лишь пожал плечами и отпустил свой посох, который тут же завис на месте, словно примагниченный к полу.

— Правила все знают. — Недовольно говорила девушка, неохотно участвующая в разборке, после сложила из своих пальцев пистолет, вытянув указательный и средний, и направила руку вверх. — Начали! — Из руки Витты вырвалась вспышка с звуком как от петарды.

Карлос начал без промедления: вокруг него сразу воплотились десять иллюзорных копий, готовых к бою.

— Как мило! — отреагировал Гилиас и создал в два раза больше иллюзий.

Каждая иллюзия в белом вытянула вперёд руку, и из каждой руки вырвался длинный, изгибающийся фиолетовый луч, похожий на плотную, широкую молнию. Карлос успел среагировать и поставил барьер, который в мгновение разломился от атаки, его копии вовсе не пережили эти удары. Понимая, что дела его плохи, юноша перенёс потоки маны в стопы, ускоряя себя, и в руки, объявив кисти сначала просто синим свечением маны, после «поджигая» свою энергию.

Крайне быстро Карлос оказался позади своего врага и уже замахивался кулаком, но Гилиас, совсем не напрягаясь, поймал его руку в полёте, скручивая её так, что юноше пришлось пасть на колени.

— Ты подумал, что если на дистанции у тебя мало шансов, то сможешь меня достать вблизи? — Далее татуированный наклонился к нему, говоря прямо в ухо. — А это ведь даже не оригинал мой!

После этих слов подошёл настоящий Гилиас и пнул Карлоса в грудь ногой с такой силой, что тот улетел в бетонную стену, пока остальные копии подходили к нему, сливаясь в одно целое с хозяином.

В глазах кудрявого на мгновение потемнело от удара об стену — удар пришелся такой силы, что бетон за спиной треснул, осыпаясь мелкими осколками. Губы Карлоса покрыла солоноватая влага — то ли пот, то ли кровь от прикушенной щеки. Даже через барьер, который он едва успел выстроить в полёте, боль пронзила тело, будто его пропустили сквозь гигантские жернова. Но он не сдался. Не мог сдаться. Гнев вспыхнул в груди, горячее и яростное, чем любое его заклинание. Зубы сжались до хруста, пальцы впились в ладони, оставляя на кровавые полумесяцы. Он не проиграет. Не здесь. Не этому вычурному павлину.

Рывок с оглушаю свистом — и Карлос сорвался с места, оставив после себя лишь синий размытый след. Воздух свистел в ушах, когда он носился вокруг Гилиаса, словно смерч, меча в него молнии. Каждая вспышка била с грохотом, ослепляя, прожигая воздух, но… Бесполезно. Плотный белый барьер Гилиаса даже не дрогнул, поглощая атаки, как бездонная пустошь. Карлос чувствовал, как мана стремительно иссякает, но не останавливался. Должно же быть слабое место!

— Уже устал? — Гилиас зевнул, даже не поворачивая головы, следя за метущимся противником взглядом, полным скуки.

И тут — движение. Гилиас закатал рукав мантии, обнажив татуировку волка. Чернильные линии ожили, заструились, и в следующий миг из кожи вырвался полупрозрачный зверь, сотканный из фиолетовой энергии. Карлос едва успел отпрыгнуть. Волк бросился за ним, рыча беззвучно, но от его когтей воздух вибрировал, будто рвётся. Молнии Карлоса пролетали сквозь него, не причиняя вреда — зверь растворялся на мгновение, лишь чтобы тут же снова появиться после атаки. Карлос снова попытался метнуть молнию, контратакуя, думая, что если примет атаку сотворенного животного, в этот момент у врага не будет возможности поддерживать барьер. Как же он ошибался... Соперник мог спокойно и атаковать и защищаться с такой лёгкостью, будто это посильно каждому. Вокруг Гилиаса оставался барьер, который в поглотил весь урон в себя.

Холод. Ледяной, обжигающий. Когти впивались в плечо, вырывая сдавленный стон. Но не было ни крови, не ран. Боль будто сразу, прямой тропинкой отправилась сразу в мозг. Клыки и когти из маны проходили сквозь кожу, проникая в глубь и задевая потоки маны. Карлос рванул вперёд, вложив в движение всю ярость и отчаяние. Его ладонь, обёрнутая сияющей голубой аурой, с хрустом врезалась в морду твари. Сгусток сконцентрированной энергии вырвался с глухим, подавленным хлопком, оставляя за собой искрящийся шлейф. Волк взвыл - звук, похожий на скрежет металла по стеклу, — его полупрозрачное тело начало пульсировать, сжимаясь и раздуваясь, как переполненный пузырь. Фиолетовые прожилки на его шкуре вспыхнули ослепительно ярко, а из пасти повалил едкий дым. Тело существа из манны сжалось прямо в воздухе, уменьшая в размерах более чем в три раза... На мгновение всё замерло. Потом - взрыв.

Яркая, огненная вспышка засеяла, заставив зажмуриться. Волк разлетелся на тысячи мерцающих осколков, похожих на битое стекло, но вместо звонкого бряцания они издавали жуткий шипящий звук, растворяясь в воздухе. Искры, горячие и колючие, как иголки, дождём посыпались на бетонный пол, оставляя после себя мелкие обугленные кратеры.

Карлос, тяжело дыша, наблюдал, как последние остатки магического существа превращаются в фиолетовый туман, медленно поднимающийся к потолку. Его рука дымилась, а по предплечью бежали судороги - обратная отдача от заклинания. Но сейчас было не до боли.

Но передохнуть не удалось.

Звон металла. Тонкая фиолетовая цепь вспорола воздух у самого виска, едва не снесла голову. Услышав этот звук, рванулся в сторону, чувствуя, как холодное звено царапает щёку. Цепь извивалась в воздухе, как змея, готовая снова ударить. Еще один уворот, теперь с кувырком, но цепь не отступала. Пришлось ловить фиолетовые звенья, преобразовав свою энергию в широкую, большую ладонь. Синяя рука из голубой маны обмотала цепь вокруг себя и разорвала её одним резким движением. Это было трудозатратно, приходилось использовать много сил, чтобы перебороть заклинание Гилиаса.

Накатилась усталость. Губы растянулись в оскале, кулаки снова сжались до боли. Он ещё не закончил.

— Ну ладно… — тяжело дыша и вытирая пот со лба, пробормотал Карлос. — Как там Лизи показывала?..

Юноша присел и дотронулся ладонями до пола — в этот момент под ногами Гилиаса бетон превратился из твёрдого в жидкий, сначала обездвиживая только ноги, а после «жижа» начала ползти вверх. Такое заклинание сильно удивило Витту, которая только один раз видела, как Лизи его показывала. Карлос смог его повторить без всякой подготовки, что было показателем недурного таланта.

Сам противник и бровью не повёл, когда его ноги окутал жидкий бетон. Он медленно поднял руку (этот жест уже стал привычным), хлопнул — и от хлопка резкой вспышкой появилась волна белого света. Эта волна снова откинула Карлоса, даже Витта едва устояла на месте зажмурившись, хоть и была всё это время под мощным барьером. Вспышка вместе с волной закончилась так же быстро, как и появилась. После неё на лице кудрявого парня появились слёзы, текли из воспалённых глаз, он стоял на коленях, неспособный шелохнуться, и пытался разглядеть свои трясущиеся руки. Какое-то было видно только блики и пятна обожжённой сетчатки.

"Пора заканчивать." - подумал инквизитор, не давая противнику прийти в себя. Длинные фиолетовые руки появились из-за спины Гилиаса: одна взяла за горло Карлоса, вторая за волосы, заставляя встать с колен.

— Сдаюсь… — прохрипел тот, пытаясь ртом хватать воздух.

Гилиас отпустил поверженного, его магия растворилась в воздухе. Ви быстро подбежала к своему другу, проверить, как он. Вокруг резко воцарилась тишина.

— Честно скажу, я ожидал большего. Жаль, что Ована не было, он бы меня подольше повеселил. — Гилиас посмотрел в глаза Ви, словив на себе сверлящий взгляд. — Ты хочешь мне что-нибудь сказать?

— Нет. — Сухо прозвучал ответ.

— Я так и думал.

Маг в белом стряхнул пыль с плаща от разрушенного бетона, после подошёл к своему посоху, стоявшему всё на том же месте, и забрал его. В этот момент в себя пришёл Карлос — у него на лице пропала злость и агрессия, был только чистый, животный страх. Он будто столкнулся с монстром, почувствовал непреодолимую разницу между их способностями. Увидев нечто, что никак не укладывалось у него в голове, даже в своём воображении он не мог представить подобного, конечно, он испугался.

— Скука... — слова инквизитора скромным эхом разошлись по залу.

Юноша был полностью вымотан, причём даже не успел показать всё, на что способен. Львиную долю маны забрала защита от столь мощных атак, а его противник даже не вспотел, особенно когда с барьером использовал атакующие заклинания — такое Карлос вообще видел в первый раз в жизни. Холодная дрожь пробежала по спине, когда он осознал: перед ним не просто сильный маг — а нечто, превосходящее все известные ему уровни мастерства. Его руки предательски тряслись, а в груди поселилась ледяная пустота — чувство, знакомое только тем, кто стоял на краю гибели. Даже дыхание давалось с трудом, будто лёгкие сжимала невидимая рука, медленно лишая последних сил.

Витта же знала, что такое возможно. Это называется «Атака из защиты» — сложная, требующая неимоверной концентрации магия… И это высочайший уровень владения внутренней энергией. Есть ещё приём «Выпад из защиты», который описывается как: маг на мгновение снимает барьер, атакует и снова его ставит — владение только этой техникой считается показателем высочайшего контроля. А тут… В общем, этим двоим, смотрящим в спину уходящего Гилиаса, стало отчётливо понятно, почему он в столь раннем возрасте стал инквизитором.