Киноксеномахия

Майя Любимова терпеть не могла горячий шоколад, но исправно покупала его каждый раз в супермаркете. Почему? Потому что ее двойняшка-сестра Мила этот напиток обожала. Как говорит народная мудрость — любишь меня, люби и моего коня. То есть собаку, конечно. Или золотую рыбку, или геккончика, или еще какую-нибудь неведомую зверушку, ой, мамочка родная, сколько ж любить-то нужно... И самое ужасное — никуда от таких «любовей» не денешься.

Два дня назад Мила уехала на курсы повышения квалификации в Москву и оставила на попечение Майи своего французского бульдожика Бусика. Это был отличный представитель породы: в меру упитанный, в меру брылястый, с мордашкой Конфуция и аппетитом Гаргантюа. Он получил прекрасное воспитание в специальной собачьей школе, четко соблюдал режим кормления и прогулок, спал только на толстом антиблошином лежачке и за свою трехлетнюю жизнь успел получить две серебряных медали и три похвальные грамоты от восхищенных судей.

В нем все было великолепно, кроме одного. Слюней.

Если и было что-то, что Майя ненавидела больше горячего шоколада, так это собачьи слюни. И когда Бусик мчался навстречу, радостно гавкая и предвкушая облизывание ее рук, у Майя начиналась истерика. Но приходилось ее скрывать, потому что... Ну, родная кровь и все такое.

Первый день наедине с Бусиком прошел мирно, поскольку Майя старалась соблюдать все инструкции сестры (а их, на минуточку, было очень много — на четырех с половиной листах А4 едва уместились!). На второй же день начались проблемы.

Бусик понял, что любимая мамочка его бросила, а вторая любимая мамочка почему-то всячески уворачивается от его искренних поцелуев. И у пса началась хандра.

Собачья хандра — явление опасное в силу своей полной непредсказуемости. В таком состоянии питомец может нечаянно провалиться на прогулке в незакрытый люк, попасть под велосипед, погнаться за мотоциклом и не вернуться... Да мало ли что еще может с ним приключиться!

Майя все это теоретически знала. Но знать теорию — одно, а терпеть омерзительные липкие слюни только ради счастья сестриного симпампунчика... Ох, увольте. Терпелки столько нет. Вон на работе начальник зверствует, квартальный отчет на носу и вообще... Жизнь — боль.

Так что она ограничилась тем, что с утра до работы быстренько пса выгуляла, покормила, потом привела его к лежачку, сунула любимые игрушки — обезьянку-пищалку и полосатый мячик — и удалилась восвояси.

К полудню пошел дождь. Октябрь вообще-то выдался солнечным и довольно теплым, но тут небеса решили подыграть хандре Бусика и разлились слезами. Бульдожик посмотрел на тяжелые струи, послушал, как они стучат по крыше дома, лег и предался тоске и печали. А позже благополучно уснул.

За пятьдесят парсеков от Земли корабль-разведчик Нграсата Молниеносного, величайшего героя расы эллгунтов, ввязался в стычку с двумя тяжеловооруженными крейсерами отвратительной расы шызгров и был разгромлен вчистую. В последнем усилии Нграсат дотянулся до кнопки со значком «сверхсветовая переброска» и нажал на нее, проклиная всех шызгровых предков и заодно всех потомков до седьмого колена.

То ли проклятье героя обладало некой мистической силой, то ли так сложились обстоятельства, но один из присутствовавших на крейсере-победителе шызгров в этот самый миг решил размножиться путем простого деления — и сделал это. А потомок, едва отпочковавшись от родителя, воспользовался его занятостью и нажал аналогичную кнопочку, которая подвернулась под его шаловливое щупальце. Далее случилось вот что — из-за сильнейших возмущений квантовых полей, вызванных боем, ИИ крейсера на миллисекунду синхронизировался с ИИ корабля-разведчика и обменялся с ним маршрутными данными. И оба космических судна мгновенно переместились... прямо на задний двор Бусикова дома.

Общественный долг никогда нельзя ставить выше родительского, ибо общество начинается с семейственных уз, сказали бы тут мудрецы прошлого.

Бусик проснулся оттого, что шестое чувство подсказало ему: грядут большие неприятности. Он поплелся на кухню, попил водички и прислушался. Вроде бы все тот же стук дождя, правда, уже не такой сильный, те же знакомые запахи...

Но тут из форточки на него повеяло столь колючим и угрожающим амбре, что шерсть на пухленьком загривке встала дыбом, а из горла Бусика вырвалось мощное:

— Р-р-р-р-ры! Р-р-гав! Гав!

Он забегал кругами, потом резво помчался к черному входу и изо всех сил нажал на дверь плечом. Дверь эту когда-то чинили, но слесарь был в тот момент нетрезв и накосячил, так что замок под весом бульдожика всхлипнул и поддался.

И Бусик выпущенной из лука стрелою понесся на задний двор.

Там же с новой силой разгорался прерванный вышеописанными обстоятельствами смертельный бой. Гомер, будь он свидетелем этой схватки и опиши ее божественными гекзаметром, вошел бы в историю сразу трех миров, но его там не было. А загрустивший Бусик — был.

Шызгры, облачившиеся в скафандры, уже вторглись на корабль-разведчик эллгунта и пытались взломать последнюю преграду — люк в рубку управления, где отважный Нграсат мучительно раздумывал над дилеммой. Дилемма заключалась в следующем: взорвать ли корабль вместе с врагами, уничтожив заодно массу здешних невинных аборигенов или все-таки попробовать менее радикальные способы уничтожения врагов?

Неизвестно, к чему бы пришел это славный боец, легенда и гордость всего космофлота эллгунтов, потому что как раз в этот момент в дело вмешалась третья сила — Бусик.

Бульдожик был из породы воинов, даром что его с рождения холили и баловали как только можно (и нельзя тоже). Сразу же оценив обстановку, он кинулся к кораблю-разведчику и схватил его зубами. Все, кто был внутри, в том числе и омерзительные шызгры, сразу отвлеклись от битвы и вынуждены были хвататься за ближайшие поверхности, чтобы не получить тяжких травм.

Тряся новую игрушку, Бусик побежал по двору. Бег был хаотичен, потому что шызгры, хоть и цеплявшиеся за стены щупальцами, начали применять свои пси-таланты, чтобы ликвидировать нового врага как можно скорее. А так как псиониками они были серьезными, у Бусика одновременно закололо в попе, забурчало в брюхе и к тому же начал болеть правый нижний клык.

Только славный Нграсат понял, что силой с таким чудищем никак не справиться, тут нужны хитрость и ласковый подход.

Он тоже был псиоником альфа-уровня, поэтому проник в разум Бусика и выхватил оттуда заветную мечту. Именно ее через минуту Бусик и увидел прямо по курсу.

Нежно улыбаясь, к нему шла вторая любимая мамочка и приговаривала:

— Иди ко мне, мой симпампунчик, давай поцелуемся!

От счастья Бусик выпустил корабль, взвизгнул и побежал к мамочке Майе. Точнее, к ее иллюзии, искусно поддерживаемой в его мозгу изнемогающим Нграсатом.

Тот же просканировал ближайшие окрестности, посчитал количество аборигенов, вспомнил о пределе своих сил и благоразумно передал врагам мысленное послание, заключавшееся в трех условных словах: «Быстро уносим ноги!».

Шызгры хоть и были омерзительными тварями, но понимали, когда нужно выслушать доводы противника и согласиться с ними.

И пока Бусик гонялся за иллюзией, разбрызгивая слюни, оба судна, и разведчик, и крейсер, срочно запустили двигатели и на обычной скорости стартовали с поверхности этой негостеприимной, населенной одними лишь гигантскими монстрами, планеты.

Как сказали бы те же мудрецы прошлого — делай что можешь, пока задница цела.

Когда очень уставшая Майя вернулась домой и поставила в угол мокрый раскрытый зонтик, первое, на что она обратила внимание — звук работающего телевизора.

Потом она зашла в кухню, чтобы разобрать пакеты с продуктами, и увидела, что:

— на плите горят все конфорки;

— дверца холодильника распахнута, и с полки исчезли запасы ветчины и сосисок;

— хлебница на столе тоже открыта, и оттуда пропали сладкие булочки и последний рогалик с малиновым вареньем;

— а посреди всего этого безобразия мирно спит обожравшийся Бусик, сложив лапки и буквально напрашиваясь на серию авторских фото, которые обязательно получат новые медали и похвальные грамоты.

Майя схватилась за сердце, потом за смартфон. Ей пришла в голову мысль позвонить в полицию, заодно сестре, и рассказать, что в доме побывали воры.

Но через секунду она пришла в себя: если воры тут лазали, то с какой стати они не тронули собаку и оставили зажженную плиту? Да и вообще... Как-то это ограбление смахивало на шутку.

Она растерянно села и налила из графина стакан воды. Попила немного, поставила стакан на стол и поднялась — все же нужно переодеться в домашнее и проверить, на месте ли ценные вещи и спрятанные в пузике игрушечного жирафика деньги.

Пока вторая любимая мамочка в спальне пересчитывала заначку и радостно улыбалась, Бусик сладко спал, поднявшись на пять сантиметров от пола, и видел прекраснейший сон.

Там благодаря открывшимся способностям к телекинезу и не только он побеждал все новых ксеносов. Статуи Бусика Первого ваяли лучшие мировые зодчие. Его портреты висели в Лувре и Третьяковке. Его именем назвали звезду, космический корабль нового поколения и даже правнучку поп-дивы Лузитании Спайс (не повезло ребенку, бывает). А еще обе мамочки умоляли Бусика не лишать их его высокого внимания и уважения!

Но все это пока витало в его грезах. И, если все будет хорошо, и Майя научится терпеть слюнявые собачьи поцелуи хотя бы по вторникам и субботам, в них и останется.

Ибо слава — тлен, а любовь — наивысшее доступное нам блаженство.