Клубничный мохито - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Марк Энгель (самиздат)

КЛУБНИЧНЫЙ МОХИТО

Как обычно, в 6 утра прозвенел будильник. Я взял пачку «capitan black», и вышел на балкон. На Невском в это время обычно тихо, но я увидел как какой-то бомж кого-то очень агрессивно зовет. Не люблю жить в центре города, такое чувство, будто ты экспонат в музее. Ну а что делать. Такова моя доля. Да и я наверное, привык. Выкурив 4 сигареты я почуствовал как мощно ударил никотин в голову. Аж захотелось прилечь. Но мне нельзя. По-этому я иду на кухню.

На кухне у меня хранится пакет с перемолотым буквально вчера кофе, и я засыпаю его в мою маленькую кофемашинку. Кипяток проходит через бумажный пакет, и вуаля. Мое «американо» готово. Я по привычке кидаю три кусочка льда, и пью практически залпом. Ну вот. Теперь мне уже не хочется прилечь.

«На кой хер ты встаешь в 6 утра, ведь ты не работаешь?» спросишь ты меня. На что я отвечу, что я работаю. Пускай редко, но работаю. Это раз. А вот зачем я встаю в 6 утра — тема отдельная.

Видишь ли, у меня очень грозный папа. И папа этот привык пить клубничный мохито ровно в 6:30 утра. А я... А что я могу сделать? Ведь он дает мне деньги. Я согласен на такую плату, для меня это не так сложно.

Как меня учили в летней школе барменов, нужно взять три клубнички, и хорошенько размять. Что я и делаю. Затем заливаю 25 мл. сахарного сиропа, и кубиками нарезаю половинку лайма. И снова разминаем. Разминаем — разминаем, и... Конечно три кусочка базилика и побольше мяты. Будет ошибкой, если мяту ты будешь разминать так же по хардкору, как и базилик. Мяту — легонечко...

Ну вот. Газировка. Лед. Готово.

Тук–тук.

— Войдите.

— Доброе утро, папочка. Это тебе.

— Я же говорил тебе 100 тысяч раз, не называй меня папочкой.

Да. Он этого не любит. А еще больше он не любит, когда я называю его «папик». За это можно и по морде получить.

— Как скажешь, папочка. Какие планы на день?

— Грандиозные. Ты сегодня идешь на выставку?

— На какую?

— Твоей сестры.

— А, на эту....

Моя сестра — художник-авангардист. Так уж вышло. Яйца к брусчатке не прибивает, но тоже делает очень броские и странные вещи.

— А где это?

— А то ты не знаешь. В «эрарте» конечно. В 18:00, как обычно.

— Не знаю, папочка. У меня на вечер были планы.

— И какие? Кокаином опять обнюхаться, или ты работу нашел?

Он засмеялся. В нашей маленькой семье никто не верит в то что я могу работать.

— Короче в 18:00 жду тебя. Намек ясен?

— Хорошо, папочка. Как скажешь.

Эх, как же я не хочу идти на эту выставку... Там опять будет Амалия, а я... Всем нутром своим чую начало безнадежных отношений, где я безумно люблю ее, а она лишь позволяет себя любить. Почему я такой? И почему всегда попадаю в этот сценарий? Может, потому что у меня не было мамы, мне не хватает женской ласки, и в результате я такой навязчивый и... Нежный. Все они так говорят. Ты такой хороший. Ты такой нежный. Подразумевая: «ты такой слабак».

Я закрыл легонечко дверь за собой, спустился по винтовой лестнице вниз, сел на диван, и начал ждать. Ровно через десять минут папочка спустится вниз, потушит свою сигару, возмет ключи, и поедет на своей гробовозке решать какие-то там дела. Не буду рассказывать, в какой компании мой папочка работает. Да и зачем тебе это. Просто знай, что денег у нас... Хоть жопой ешь. И скоро... Скоро ждет меня пост в этой компании. Но вот готов ли я? Не знаю.

По винтовой лестнице застучали лакированные туфли, и вот, все как я сказал.

— До вечера, балбес!

Папочка весело подмигнул, потушил сигару и был таков. Что теперь?

Я посмотрел на нашу плазму, и стопку dvd-дисков. Это не папа. Барахло в наших хоромах коллекционирую исключительно я. «Амели» или Джармуж? Джармуж или «Амели»?

Выживут только любовники. Как я люблю это кино. Два влюбленных вампира гуляют по ночному городу. Просто гуляют. И все почему? Ведь они живут в разных странах. А она прилетела к нему только потому что увидела, что ему грустно. Вот как.

Я вставил диск в дисковод, открыл холодильник, взял пиво «amsterdam navigator», и приготовился к просмотру. Так и быть. Сначала Джармуж, потом «Амели».

***

В 15:00 прозвенел второй будильник, знаменуя тот факт, что пора проснуться и начать уже что-то делать. Как ни странно, похмелья не было, голова не болела, и чувствовал себя я весьма неплохо. Я открыл холодильник, выковырял один шарик мангового мороженого, и подлил порцию утреннего американо в ту же кружку.

Я набрал Андрея.

— Ты что, следишь за мной?

— Конечно. Дай угадаю. Ты сейчас срешь.

— Бля, да! И как ты догадался?

— Как у тебя дела?

— Давай при встрече расскажу. Давай через 30 минут в «Чико» как всегда.

— Лады.

«Чико» — это корейское кафе в моем доме, распологающееся на первом этаже. Один раз я уже их заливал, и пришлось оплачивать ремонт... Я терпеть не могу восточную кухню и всю эту рыбу и морепродукты с рисом... Мне больше по душе кухня кавказская. Ну а что делать. Далеко ехать мне не охота, даже на моем «ягуаре». А вот спуститься на первый этаж — вполне мне по силам. Андрей знает эту мою особенность, и по–этому не зовет меня в какой — нибудь «Будда бар» за три ****ы. И слава богу.

Через 30 минут я сидел в «Чико» со своим ведерком, на котором красовался номер моего стола. Я заказал американо, сендвич с бананом, и внезапно, суп с креветками. Том ям. Никогда не пробовал креветок. Что-то внутри мне всегда подсказывало, что это мерзость. Но сегодня настал момент экспериментов.

— Привет, уебок.

— Иди нахуй, скуфирдяй.

На самом деле Андрей не был скуфом. Не смотря на то, что в шутку он себя так называл. Да, ему 31 год, и у него начинает потихоньку расти пузцо, но мужчина он красивый. И в компьютерные игры он не играет. Его страсть — это работа с детьми. Когда-то у него была семья, и он занимался воспитанием двоих прекрасных детей. Но потом его бросила жена (потому что он зарабатывал мало денюжек) и он с головой погрузился в работу с детьми чужими. Сначала работал педагогом, но потом его каким-то образом занесло в детский парк развлечений.... и это стало его судьбой.

— Рассказывай, как у тебя дела.

— Сейчас, сделаю заказ.

Андрей заказал какой-то сет, и пирожок с клубникой в виде рыбы. А прихлебывать все это дело он видимо решил энергетиком, который прихватил с собой.

— И так.

— И так, с Альбиной ничего не получилось.

Я засмеялся. У него никогда ни с кем ничего не получалось. Хотя, чем я лучше. Просто меня всегда веселят его смешные истории про очередные неудавшиеся отношения.

— Короче история такая. Как обычно, я купил ей билеты за свой счет. Как обычно, она прилетела, и мы поехали в «Будда бар» кушать за мой счет. Потом поехали ко мне, попили вина за мой счет, и тут она решила меня отшить!

Андрей засмеялся сам.

— И чем она аргументировала?

— Короче она говорит, что не хочит никаких отношений, что она от всего этого устала. И к сексу она равнодушна.

— А как насчет прошлого раза? Что это было тогда?

— А вот и я о том же. В прошлый раз она была вообще другая, а тут ей голову переклинило.

— И что ты сделал?

— А вот ты представь. Пожрала эта овца значит за мой счет, попила вина, отшила меня, и спит у меня на диване. Как тебе такое?

— Смешно.

— Я тебе всегда говорил, что они ту-пы-е. Ведь говорил?

— Говорил.

— А здесь эта тупость заключалась вот в чем. Во-первых, чтобы меня отшить, не обязательно было прилетать. Ведь так?

— Ну да.

— А во–вторых, как я уже сказал, эта овца пожрала за мой счет, попила вина, отшила меня, и улеглась у меня на диване. И она даже не подумала о том, что я могу отрезать ей башку например, пока она спит, и выкинуть нахуй в окно.

— Ты меня пугаешь.

— А ведь мужчина — он поднял указательный палец в верх — мужчина бы об этом сто раз подумал, и не стал бы ни у кого ночевать дома в таком случае.

— И что ты сделал в итоге?

— Разбудил ее обьятьями. Она сказала что-то типа-того что не обнимай меня, а я ей сказал что пусть ****ует нахуй в таком случае.

— Выгнал ее?

— Выгнал.

— Молодец.

Андрей запил очередной ролл энергетиком, а я, обнаружив что креветки отвратительные на вкус, стал вылавливать их из тарелки.

— И что теперь?

— Да ничего. Поехал к проституткам.

— Впервые?

— Впервые.

Я неоднократно говорил Андрею, что проституция в его случае — это выход. С каждым разом его пассии становились все хуже и хуже. Сначала жирухи, потом женщина с ребенком, потом женщина с двумя детьми... Я бы не удивился, если бы через пару лет встретил его с бомжихой–героинщицей, у которой 5 детей.

— Ты таки зашел на мой сайт?

— Да.

— И как?

— Цены впечатлили. Классика — 2500, без презерватива — 1000, окончание в рот — 1000, анал — 1000.... Альбина мне дороже выходила. Да и секс был так себе.

— Правда жизни.

— У тебя то как дела? Все разлагаешься на хате?

— Разлагаюсь...

— И делаешь мохито своему папочке?

— Ага...

— Тебе надо сьезжать. Иначе ты никогда не повзрослеешь.

— Не думаю, что переезд что-то изменит.

— И то правда. Это так грустно, я даже не знаю чем тебе помочь. Как у тебя на личном фронте? Может понравился кто?

— Да есть тут одна... Подруга моей сестры. Будет сегодня на выставке.

— В «эрарте»?

— Ну разумеется.

— Тогда езжай.

— Думаешь?

— Конечно езжай.

— Ну тогда поехали со мной.

— Я? В «эрарту»?

Андрей засмеялся.

— Ну а что. Я тебя с кем-НИБУДЬ познакомлю.

— Прям таки познакомишь?

— Ну а что.

— Тогда поехали.

— Ну вот. Значит порешили.

Я доел том ям без креветок, и уже доедал сендвич с бананом, запивая американо. Я взглянул на часы. Позолоченые «свотч» сверкнули золотыми стрелками. Было полпятого.

— Через полчаса будем выдвигаться.

— На твоей поедем? Или на моем корыте?

— Конечно на моей.

Я хитро улыбнулся по заговорчески. Мою машину Андрей называл «****овозка», «трахдулет», и все такое в этом духе. А на его корыте появляться в таком месте не стоило.

— Ну вот и все. Пора. По коням!

***

Была чудесная майская погода. Некоторые уже ходили в шортах. И это несмотря на то что две недели назад выпал снег. Да, странная погода в этом году.

Мы ехали на моем красном «ягуаре» с открытым верхом. Все вокруг цвело, пахло, и когда я увидел как цветет черемуха, мне захотелось остановиться.

— Что ты делаешь?

— Подожди.

Я сорвал одну веточку, и спрятал под мантию.

— Едем дальше!

— Ты меня пугаешь, чувак! — Андрей видимо решил меня передразнить.

Когда мы приехали, у входа стояло множество дорогих автомобилей. Мы вышли, хлопнув дверьми. Внутри стояло много людей: милфы, альтушки, хипстеры... И все пили какие-то коктейли.

— Что это? — спросил я у официанта

— Морской бриз — сказал официант

— Интересно. Давай сюда два. Попробуем.

Мы с Андреем взяли по бокалу. Вкус был отвратительный. Наверное потому что при длительном хранении цитрусовые имеют привычку окисляться, и обычно это приводит к ухудшению вкуса. Этого можно было бы избежать, если бы бармен отжал сок в день мероприятия.

— Привет, балбес! — Из толпы вынырнул папочка с таким же коктейлем. За руку его держала какая-то молодая блондинка. Красивая. Наверное старше меня на пару лет, максимум.

— Знакомся, это Светлана.

— Здравствуйте, Александр. Отец очень много о вас рассказывал.

— Наверное, хорошего мало.

— Ну почему же. Вы же пишете музыку?

— Последние два года нет. Не будем о грустном. Как вам выставка?

— По моему очень хорошо. В этих картинах много смысла.

— А может, его нет? Какой например смысл в этой картине, вы как считаете?

Отец дёрнул меня за руку.

— Перестань.

— Ну а что. Мне интересно.

— Эта картина о том, что если бы был на свете Бог, то он был бы женщиной. — в наш разговор встряла сестра.

— Привет, альтушка.

— Привет. Тебе не нравятся картины?

— Почему же. Ты очень хорошо рисуешь.

— А коктейли как?

— Дерьмо собачье.

— Мне тоже так показалось. Все–таки надо было привлечь тебя. Но у тебя то куча дел... — сестра закатила глаза.

— А где твоя подруга?

— Амалия?

— Да.

— Так вот она стоит. Со своим молодым человеком.

Ну вот. Приехали. Она уже кого-то себе нашла. Я присмотрелся, и увидел рядом с Амалией до неприличия накачанного типа, а слева увидел невысокую блондинку, на вид старше меня, но очень симпотичную. Вдруг на меня накатило странное чувство. Будто я в запертой комнате, где постепенно поднимается вода. И вот, она поступает к горлу. Все выше и выше....

— А это кто?

— Это Лена. Психолог. Вас познакомить?

— Давай.

— Я подмигнул Андрею, и мы пошли.

— Привет, Амалия.

— Здравствуй, Александр.

— А это кто?

— Это Олег, мой парень.

Мы с качком обменялись взглядами.

— Здравствуйте.

— Привет. Это твой папа работает в газпроме?

— А это вас, Олег, ****ь не должно.

Качок позеленел.

Ты чего, охуел? — Олег встрепенулся, а Амалия придерживала его за плечи.

Я решил подлить масла в огонь.

— Сьебал нахуй отсюда, пидор.

Когда мне хамят я обычно не сдерживаюсь.

Тут качек вырвался, и чтобы не ждать как меня отмудохают, я ударил первым. Как учил меня папочка. С размаху, сверху вниз, прямо в челюсть. Качек отрубился.

— Мне кажется нам пора. — сказал Андрей, и повел меня к выходу.

— Эй, балбес! — меня догнал папочка. — сегодня меня не будет, повеселитесь как следует — он подмигнул, и сунул мне в руку золотую карточку «газпромбанка».

— Спасибо.

Пока мы шли к лифту, я думал как мне избавится от Андрея.

— Держи мои ключи, и езжай ко мне.

— А ты?

— Поеду на такси. Хочу побыть один.

— Хорошо.

Лифт открылся, я помахал Андрею, и он поехал вниз. В помещении курить нельзя. Я достал подик, припасенный специально для таких случаев, затянулся, и присел на корточки, обхватив голову руками. Вдруг меня посетило знакомое чувство. Вода поднимается все выше и выше...

— Привет.

Это была Лена. С ней мы познакомиться не успели. Но она наверное все прекрасно видела.

— Привет. Тебя же Лена зовут?

— Ооо, как приятно. Ты уже знаешь. И что это было?

— Ты про драку?

— Да.

— Просто не люблю, когда мне хамят.

Лифт открылся.

— А мне кажется, что дело было не в этом.

— А в чем же?

— Нуууу.... Амалия очень красивая женщина.

— Да и ты вроде ничего.

Лена посмотрела мне в глаза, и я ее мгновенно понял. Я понял, что пришло время действовать, и страстно ее поцеловал в губы. Лена не сопротивлялась, а очень даже наоборот.

Дверь открылась.

— И где твой ягуар?

— Едет домой.

— Поедем на моей?

— А куда?

Лена засмеялась.

— Куда-куда... К тебе конечно.

Я пожал плечами, и пошел за ней. Оказалось, у нее такая же машина как у меня, только желтая. Хороший вкус. Желтые машины встречаются намного реже, чем красные.

Мы сели в машину, и снова начали целоваться, на сей раз трогая друг друга за причинные места.

— Погоди. Давай сначала приедем.

— Хорошо.

Я написал Андрею сообщение, что буду не один.

***

Мы ворвались в квартиру, раздеваясь на ходу. Раздевшись полностю, мы оказались в моей огромной ванной, с окнами, выходящими на двор. На улице было тихо. Зашумела вода, а Лена достала из сумочки пакет с чем-то белым.

–Это что?

— Мефедрон. Будешь?

— Нет, спасибо. Я больше по алкоголю.

На самом деле так было не всегда. Однажды мои «друзья» таки угостили меня мефедроном, и я занюхал заветную дорожку. А затем еще одну. И еще одну. И ничего не почувствовал. Потом какой то «друг» предложил мне ****уть по вене, и я укололся один раз. И еще много раз. И нихрена не почувствовал. Зато отходняки на следующий день были... Будь здоров. Наверное, так чувствуют себя люди под галоперидолом. Мне одеовременно хотелось ходить, лежать, курить, и спать. Отвратительное чувство. Короче, со стимуляторами и опиатами отношения у меня не сложились. То ли дело марихуанна.

Лена занюхала пару дорожек, и прыгнула в джакузи. Вдруг хлопнула дверь внизу, и я услышал знакомый голос Андрея, перекликающийся с кучей женских голосов.

— Привет! Отдыхаете? — Андрей ворвался в ванную с шампанским. Я разгледел несколько девушек. Худенькая мулатка и пухленькая, но очень симпатичная девушка с синими волосами.

— Андрей, иди нахуй.

Андрей оперся одной рукой на раковину, и отхлебнул шампанское из горла.

— Елена, а ведь знаете, на его месте должен быть я. — он поднял указательный палец вверх. Я запульнул в него шампунем, он засмеялся, и убежал. Почему-то девушки остались.

— А вы чего стоите?

— Ты не понимаешь. — сказала Лена.

Вдруг мулатка начала раздеваться, а пухляшка заговорила.

— Это тоже я.

— И я. — подхватила мулатка.

— Не понимаю. — Я откинулся на спину, подозревая что все ведет к груповому сексу.

— Мы все — Лена. — Сказала Лена. — Теперь понятно?

— Нет. Но вы раздевайтесь, раздевайтесь.

Пухляшка сбросила с себя одежду. В джакузи стало на два человека больше, и вода начала литься через край. Похоже, скоро мне опять прийдется заплатить владельцу «чико».

— Тебе когда-НИБУДЬ делали минет втроём?

— Конечно делали.

— Но такого еще нет. — сказала мулатка.

— Какого, такого?

— Сейчас увидишь.

***

— А что было потом?

— А что было потом, не помню.

— А это — врач указал пальцем на мои руки — тоже не помните?

Я посмотрел на свои ладони, они все были в порезах. Запястья были туго перевязаны бинтами.

— А помните, что было 5 минут назад?

— Обрывками. Помню палату. Помню, что я обоссался ночью.

— Я вас понял.

Врач замолчал, и постучал немного по клавишам компьютера.

— Доктор, обьясните мне пожалуйста, что происходит. Где я? Я в дурке, да? И что я здесь делаю?

Врач засмеялся.

— Да сынок, ты в дурке.

— А что со мной?

— Мы вкололи тебе галоперидол только что. Вот память к тебе и возвращается. Ты ведь себя полностью осознаешь?

— Осознаю.

— Ну вот и хорошо.

Врач снова застучал по клавишам.

— А что с моими руками?

— Ты сам нанес себе увечья.

Я хотел сделать удивленный вид, но не думаю, что это получилось. Мои руки я уже видел, так что это было очевидно.

— Отец нашел тебя в пустой квартире, ты валялся в луже своей крови, и бредил, что ты антихрист. Говорил, что не пустишь никого в свое тело.

— И на что это тянет?

— Пока сложно сказать. Ты был в состоянии острого психоза. А это может быть симтомом разных заболеваний. Может быть биполярное расстройство. А может быть и параноидальная шизофрения. Вот у тебя была когда-НИБУДЬ депрессия?

— Не знаю.

Я пожал плечами.

— Было такое, что ты сидел дома целыми днями, никуда не хотел выходить, не работал?

— Да я последние года два так живу.

— Это интересно.

Врач снова застучал клавишами. Затем опять заговорил.

— Значит так. Тебе становится лучше, по–этому галоперидол мы отменяем, потому что от него ты весь дрожишь как осиновый лист.

— Действительно.

— А назначим тебе литий. Три таблетки. Утром, в обед, и вечером. А вот это — врач достал из шкафа небольшую коричневую банку, с чем то белым, похожим на сметану — я буду давать тебе маленькими дозами. По чуть чуть.

Вдруг в кабинет постучали.

— Валентин Игоревич, там у Ярика опять лицо онемело! Есть не может!

— Это мы как говорится, будем посмотреть! — врач встал из–за стола и застыл в дверях.

— Лидочка, мы все!

И повернулся ко мне.

— По всем вопросам обращайтесь к медсестре, если что нужно, говорите, она мне передаст. А я свяжусь с вашим отцом.

— А можно мне мой телефон?

— А телефоны у нас запрещены. — врач развел руками. — почитайте лучше книгу.

Дверь резко хлопнула, и в дверь зашла медсестра. Вдруг я почувствовал знакомое чувство. Вода подступала к самому горлу. Помогите!

— Это опять ты, Лена?

— Да, это я. — медсестра села за стол. У нее были карие глаза. Татарская внешность. Очень похожа на Дженну Ортега или на Рианну... Сложно сказать.

— И что, черт возьми, происходит?

— Прости. Я не ожидала, что этим все закончится. Сначала мы занимались любовью, а потом я хотела занять твое тело... И ошиблась. Оказывается, это ты. Ты мой возлюбленный!

— Занять мое тело? Типа на время?

— Насовсем.

— Ничего себе. И что бы со мной тогда было?

— Нууу... Все люди, чьи тела я занимаю автоматически оказываются в раю.

— То есть подыхают?

— Нет. Их сознание живет. И будет жить вечно. В раю. Говорю, же.

— И сколько у тебя тел?

— На сегодняшний момент 70 процентов от всего населения. Но очень скоро, буквально через несколько дней, все люди будут мной.

— А как же я?

— А ты будешь жить, как захочешь. Мы будем заниматься любовью вчетвером, вдеветяром, да хоть всей красной площадью! Хочешь стать президентом? А президентом всего мира? А? Как тебе такое?

Я засмеялся. Конечно, я ждал от судьбы что моя жизнь будет сплошним кайфом, но настолько....

— Я подумаю, над твоим предложением, Лена. Мне ведь так тебя называть? Или ты не Лена?

— Можешь называть меня Тетраграмматон. А можешь Леной. Какая, в жопу разница?

— Хорошо, Тетрик.

Лена засмеялась.

— А сейчас мне что делать?

— Ничего не делай. Пей лекарства. Читай книгу. Вот, тебе отец передал...

Лена достала из шкафа книгу. Это была «триумфальная арка» Ремарка.

— А вот это, — Лена показала пальцем на банку — жри большими ложками. Можешь начинать прямо сейчас. Времени у нас не много.

Я взял ложку со стола, и навернул «сметаны» прямо из банки. На вкус было как мыло. Фу.

— Давай еще немножко — Лена наклонилась и взяв ложку из моих изрезанных рук начала кормить меня как ребенка. — Ну вот и все.

В эту же секунду скрипнула дверь, и зашел врач.

— Лидочка, ты все рассказала нашему пациенту?

— Я то да, а как там Ярик?

— Дайте магнезию, к вечеру полегчает. И снизте дозу неулептила.

Врач взял кожаный портфель.

— Вы уходите?

— Пора. На дежурство.

Лена подмигнула мне, и указала на дверь. Я вышел вместе с врачем, и мы разошлись по разные стороны.

***

В палате со мной лежали: рыжий двухметровый мужчина лет пятидесяти, худой дед, похожий на Кощея Бессмертного, подросток в футболке с какой-то металл–группой, и какой-то даун. Никто не хотел со мной говорить. Так, в тишине мы просидели до обеда. Потом до ужина. После ужина я заметил, что все пошли курить на улицу. Официально это называлось «прогулкой». Я решил стрельнуть сигарету. Увидев по центру площадки для прогулок небольшой круг блатных ребят, сидящих «на кортах» , я подошел.

— Товарищи, будте так добры, одолжите пожалуйста сигарету.

Как общаться с блатными я знал.

— А ты кто вообще такой?

— Человек.

— Ну хорошо, человек, вот скажи мне, ты когда-НИБУДЬ ****у лизал?

Я разозлился не на шутку.

— Конечно.

Блатной позеленел.

— А зачем?

— А ты сам-то пробовал?

— Нет.

— А ты попробуй. Вкусно, ****ец.

Я развернулся и ушел. Вдруг мою руку одернула чья-то рука. И снова это ощущение.

— Лена, это опять ты?

— Да, это я.

Передо мной стоял какой-то седой дедушка.

— Держи любимый.

Дедушка протянул мне пачку «максима» красного. Сотка.

— Вот это я понимаю.

— Что, круто, да?

— Сигареты для настоящих мужиков. Все остальное — для пидоров.

— Ты же сам куришь «capitan black».

— Это потому что я пидор наполовину.

Дедушка засмеялся.

После перекура мы снова сидели в тишине, и я не выдержал. Начал читать «триумфальную арку». В ней рассказывалось про зрелого врача, который спивается яблочной водкой в Париже, который вот–вот окупируют немцы.

Настало время отбоя. Я быстро уснул, но ночью меня разбудил тот самый даун.

— Привет, любимый.

— Пришло время ночных бдений?

— А у тебя разве нет вопросов ко мне?

— Каких?

— Ну например, почему с тобой в палате никто не разговаривает?

— И почему же?

— Когда у тебя был бред, ты чего только не говорил. Говорил что ты Антихрист, что ты террорист, и у тебя есть тайная база в Карелии, что ты ебешь детей...

— Вот это да.

— Короче не удивляйся. Но тебя здесь никто не тронет. Я позабочусь.

— Слушай Лен, у меня к тебе вопрос.

— Ну наконец-то. Спрашивай.

— Я на самом деле Антихрист?

— Нууу... В каком-то смысле да. Христос был первым человеком, который впустил в себя Бога. А ты Антихрист, последний человек на земле, который Бога в себя не пускает.

— А что будет, когда я умру?

— Наступит тысячелетнее царство. А мы с тобой увидимся в Раю.

— Вместе со всеми?

— Да.

— А что будет через тысячу лет?

— «Тысячелетнее царство» — это просто термин такой. Через тысячу лет будет то же что и сейчас. Бог будет царить на земле.

— Это хорошо.

— Я тоже так думаю. Ты спать?

Я повернулся к стенке.

— Ну не будем же мы с тобой сексом заниматься. Я конечно никогда не трахал дауна, но знаешь, мне и не хочется как-то.

Лена засмеялась.

— Ладно. Спи.

***

На следующий день я проснулся с таким чувством, будто вода не то что подступает к горлу, а будто вода уже по самые уши.

— Доброе утро, любимый.

Рыжый мужчина за пятдесят подмигнул мне.

Я вышел из палаты, и увидел, что почти все пациенты мне весело подмигивают. Ну вот. Оказывается, Лена не врала, и процесс действительно займет пару дней.

Я зашел в туалет. Кабинок в нем не было. Просто стояло два унитаза, на одном из которых срал какой-то пожилой мужчина. Ощущение потопа на какое-то время отступило, и я понял — этот человек пока еще с нами.

— Здравствуйте.

— Привет.

— Как вас зовут?

— Алексей. А вас?

— Александр. Вам не кажется Алексей, что в последнее время мир вокруг меняется?

— Вовсе нет. Разве что немного. В лучшую сторону.

— Это как?

— Люди в последнее время стали добрее.

— Тут я с вами полностю согласен.

Я достал сигарету и закурил.

— А чем вы занимаетесь по жизни, Алексей?

— Я писатель.

— Да? Как интересно.

— Ну почему же.

— Знаете, я ведь тоже в каком-то смысле писатель.

— Правда?

— Да. Есть у меня один сюжет, и я не знаю, чем он закончится. Не могли бы вы мне с этим помочь?

— Конечно. Расскажите в двух словах.

И я рассказал ему свою историю.

— Ну тут все понятно.

— Да?

— Да. Вы сюжет хотите длинный или короткий?

— А вы оба расскажите.

— Ну значит так. Если герой действительно любит ту девушку которая ему представилась Богом, и живет с ней долго и счастливо — это немного скучно, не находите?

— Может быть. А что вы предлагаете?

— Короткий сюжет такой. Герой не выдерживает такой всепоглащающей любви, и кончает с собой.

— И оказывается в аду?

— Ну а почему бы и нет. Он же Антихрист. Там ему и место, с папочкой.

Услышав слово «папочка» я засмеялся.

— Но есть и длинный вариант.

— Ну ка, продолжайте.

— Главный герой погружается в оккультизм, и находит для себя ответы. Он начичинает понимать, как бороться с Богом. И начинает войну.

— Как интересно.

— Мы же с вами не знаем, кто из них добрый на самом деле. Вдруг Бог–это дьявол? А Антихрист — это Христос?

— Так вроде был уже один Христос?

— А вы библию не читали?

— Нет.

— Так вот в библии сказано, что в последние времена миром будет править сатана. Но прийдет второй Христос, и победит его.

— С помощью оккультизма?

— Ну а почему бы и нет.

— Смешно.

Я крепко затянулся.

— И чем все закончится?

— Наш герой научится освобождать людей из «рая» который есть ни что иное как тюрьма. И освободит всех. И тогда наступит счастье. Все вернется на круги своя. Хэппи–энд.

— Круто вы придумали. Вам самому-то нравится?

— Да.

— Ну тогда я вам этот сюжет дарю.

— Правда?

— Конечно. Забирайте.

Все равно тебе немного осталось — подумал я.

— Спасибо.

Я вышел из туалета, и ко мне подошла медсестра.

— Любимый, тебе отец звонит.

— А куда идти?

— Пойдем, я покажу.

Мы зашли в тот же самый кабинет, и я увидел на столе старенький мобильный телефон. Я поднес его к уху.

— Да, папочка.

— Привет, балбес. Как ты там?

— Да в целом неплохо, читаю книгу. Ты как?

— Я хорошо. Работаю. Тебе чего-НИБУДЬ принести? Может мороженое?

— Мороженое нельзя. Лучше сразу водки.

Папочка засмеялся в трубку.

— А серьезно?

— Принеси мне сигарет.

— Нет, Саша. Никаких сигарет. Даже не проси.

Ах ты старый гондон. Ну ничего, я тебе это припомню.

— Ну тогда ничего не надо.

— Хорошо. Я тебе завтра позвоню. Лечись.

— Пока.

Я положил телефон на стол,и вдруг обратил внимание, что медсестра расстегивает пуговицы.

— А с татарками у тебя было?

— Было.

— С такими нет — медсестра весело подмигнула, расстегивая мне ширинку.

***

Следующие дни все продолжалось по той же схеме. Ночью мы болтали с дауном, утром я курил с писателем, потом звонил папочка, потом мы с татаркой трахались, а потом я весь день читал книгу. Но уже не в полной тишине. Дело в том что все пациенты уже были Леной, и она иногда что-то мне говорила.

— А о чем вы говорили с писателем? — спросила она устами худого деда.

— Какая тебе разница.

На пятый день уже вся больница снабжала меня сигаретами. И вот, настало время икс. Меня вызвали к врачу.

— Здравствуйте, Александр.

— Здравствуйте.

— Как ваше самочувствие?

— Прекрасно.

— Это очень кстати.

— Почему?

— Сегодня утром мы взяли у вас кровь на анализ. У вас ковид. По–этому мы вас выписываем.

— Вот как.

— Ну а что делать. Когда окажетесь дома, первым делом обратитесь к врачу. И не болейте.

Врач пожал мне руку, а медсестра подмигнула.

В течении часа мне принесли мои вещи, и вот, я стою на крыльце с сигаретой в зубах.

— Какие планы на день? — спросила медсестра.

— Поеду домой и напьюсь. Но сначала я должен кое–что сделать.

Я пошел по пешеходному переходу в церковь напротив. Внутри никого не было, только горели свечи. Я подошел к иконе Иисуса Христа.

— Надо же подумать, это тоже была ты. — произнес я, и поцеловал икону. Затем поцеловал каждую икону в храме, и перекрестившись вышел.

Во дворике я увидел старую слепую монахиню в куколе, которая сидела на лавочке. Она встала, и подошла ко мне.

— Ты дитя Сатаны! Ты Антихрист!

— Я знаю.

Я пожал плечами, и пошел на остановку.

***

Выйдя из электробуса, я заскочил в магазин «подписные издания». Обычно здесь собирались псевдоинтеллектуалы. Уж кому–кому, а им до Бога еще далеко — подумал я.

И действительно, зайдя в магазин я не почувствовал удушья. В магазине никого не было, только за прилавком сидел одинокий продавец.

— Здравствуйте. У вас есть что-НИБУДЬ по оккультизму.

— Надо подумать. Вроде да. Вот. Рерихи, Блавацкая... И...

Продавец пошарил под столом.

— Специально для вас. Алистер Кроули.

— Отлично. Беру.

На улице как обычно, все мне весело подмигивали. Я зашел в квартиру. Туфли папочки были на месте.

— Папочка, ты здесь?

— Да, балбес. Поднимайся.

Я поднялся по винтовой лестнице. Папочка сидел в халате, и курил свою сигару.

— Я чего-то не понял. А где мой мохито?

Он рассмеялся. Я тоже.