Книга навыков. Грешник в Аду или попаданец в заднице.

По мрачному древнему подземелью бежал человек в красном одеянии. Выбившийся из сил и задыхающийся он то и дело оглядывался назад, опасаясь, что незримый преследователь может настигнуть его в любой миг.

Человек в красном все бежал и бежал, минуя множество каменных коридоров, украшенных барельефами, изображающими события былых эпох, проносился сквозь вереницу полуразрушенных залов, ныне сравнимых с усыпальницами, преодолевал лестницы и лестничные перелеты, широкие и узкие, прямые и закрученные по спирали, как уводящих вверх, так и нисходящие в глубь подземелья. Человек в красном много раз встречал на пути, но обходил стороной, ряды величественных арок венчающих входы в неведомые давно разрушенные чертоги забытой цивилизации.

Он все бежал и бежал, и наконец, увидел блеклый свет, однако, к его разочарованию, тоненький лунный лучик, проникавший сквозь небольшую щель в куполообразном потолке, не предвещал выход из подземелья, а освещал тупик.

Человек в красном остановился, согнулся операясь руками о колени и испустил долгий усталый выдох, но со вдохом выпрямился и окинул взором представший перед ним округлый и просторный зал. Внимание человека в красном мгновенно обратилось к стоящему в центре невысокому, но довольно обширному пьедесталу, на поверхности которого был вырезан, непосредственно в камне пьедестала, огромный магический круг.

Человек в красном приблизился к пьедесталу и принялся рассматривать таинственные символы и знаки внутри круга, прошел по окружности, изучая рунные формулы, записанные во множество рядов, во множество слоев, во множестве множеств мельчайших деталей в каждой из множества рун. В центр круга инкрустирован диск, состоящий, казалось бы, из разноцветного стекла, слабо переливающегося в лунном свете.

Часть символов и рун у краев круга были истерты временем и утрачены навсегда, но те что ближе к центру, основа магической формулы, сохранились лучше, что сподвигло человек в красном усмехнуться, но усмехнуться лишь на мгновенье, миг его радость сменился беспокойством. Он обратил взор в черноту коридора, из которого только что вышел. Лишь тьма – густая, непроглядная.

Человек в красном запрыгнул на пьедестал, присел на корточки и обнажив великолепного качества кинжал стал судорожно и торопливо царапать камень расчерчивая недостающие узоры и руны, возвращая им былой вид, впрочем, не в точности их повторяя, слегка коверкая и изменяя в силу доступных знаний, опыта и сообразно своему рискованному замыслу.

Закончив терзать уже не столь изысканный кинжал о камень, человек в красном достал из сумки, что висела у него на плече, кусочек мела и в спешке дорисовал новые символы, совсем уж не похожие на те, что изначально принадлежали магическому кругу.

Завершив начертание, человек встал перед кругом, всплеснул руками, от чего широкие рукава его красной мантии хлопнули. И он стал совершать плавные движения руками вверх и вниз, вокруг его ладоней, казалось, сам воздух трепетал. Он протянул руки вперед. Диск в центре магического круга начал испускать волны света, и свет сей плавно разливался по окружности, заставляя письмена и руны загораться цветами тайн – пурпуром и ультрамарином. Человек в красном возобновил плавные движения рук, и вместе с тем шептал неизречимые слова на странных языках.

Постепенно свет в кругу становился все ярче, а загадочные слова произносились все громче. Когда сияние диска устремилось вверх, приняв очертание колонны, человек в красном развел руки в стороны, громко и четко произнес ключевую фразу, почти произнес…

Вместо последнего слога из его рта вырвался вскрик боли. Человек в красном опустил голову, и ужас отразился в его глазах, при виде выглядывающего из его собственной груди окровавленного острия. И только после он услыхал, что у него за спиной клацают зубы и щелкают голые косточки. Костяная рука мертвеца с силой выдернула клинок из человека в красном. Волшебник опустился на колени, прикоснулся к ране, посмотрел на окровавленные ладони, и протянув руки к магическому кругу, упал лицом на каменный пол.

Магический круг померк, но не потух, символы, письмена и руны в нем мерцали, то ярко-ярко разгораясь, то почти исчезая. Человек в красном, хотел бы подползти поближе, но не мог сдвинуться с места. Пытаясь выговорить один единственный слог, он лишь прохрипел, прокашлялся кровью и замолк навечно.

Кровь вытекала из раны. Несколькими струйками она просачивалась меж каменными плитами, стекала в углубления к центру пульсирующего светом магического круга. Постепенно она заполнила письмена и символы, выбитые в камне. Магическое сияние начало мерцать интенсивнее, а его цвет приобретал все более и более багровый оттенок. И когда первая капля крови коснулась диска, круг озарила яркая алая вспышка, через мгновение сияние окрасилось в абсолютно белый, раздался рокот потусторонних голосов, и магическое зарево вырвалось вверх, стремительным лучом уходя вдаль сквозь купол зала, в бесконечность...