Князь Света

Тень Небесного Корабля

Его называли Смертью, но теперь он предпочитал, чтобы его называли фермером. Впрочем, ни одно, ни другое не было правдой до конца.

Яма сидел на веранде своего дома, вырезанного из красного дерева на склоне горы, которую люди внизу до сих пор называли Обителью Грома. У его ног лежал механический пес, чьи глаза иногда вспыхивали мягким сапфировым светом — наследие тех времен, когда металл и воля были неразделимы.

— Он не вернется, — сказал Яма, обращаясь к пустоте перед собой. — Сэм никогда не возвращается туда, где он уже однажды навел порядок. Это портит его репутацию великого освободителя.

Пустота не ответила. Но небо над горизонтом задрожало.

Прошло триста лет с тех пор, как пали Небеса. Карма-машины теперь стояли в каждом крупном городе, и любой крестьянин мог получить новое тело, если у него хватало заслуг перед обществом — или просто звонкой монеты. Демоны-ракшасы стали темой для скучных диссертаций в университетах Кехшвар, а молитвы превратились в технические запросы в службу поддержки биоинженерных храмов.

Мир стал человеческим. И Яме это не нравилось. Люди были слишком шумными, слишком предсказуемыми и совершенно не умели обращаться с вечностью.

— Сэр, — подал голос пес, его вокализаторы хрипели от пыли. — Датчики на стационарной орбите фиксируют возмущение.

Яма медленно поднял голову. Его глаза, когда-то видевшие потоки чистой энергии, теперь скрывались за простыми очками в роговой оправе, но взгляд оставался таким же острым, как его легендарный меч.

В зените, там, где вечно сияло местное солнце, появилось черное пятно. Оно не было облаком. Оно было отсутствием света.

— Что это, Смерть? — спросил женский голос из тени за его спиной. Это была Ратри, одетая в простое сари цвета сумерек. Она больше не была богиней Ночи, но темнота всё еще льнула к ней, как верный зверь.

— Это то, чего мы все боялись и на что тайно надеялись, — ответил Яма, чувствуя, как в его жилах просыпается старая, злая электродирекция. — Первая печать сорвана. Наш старый дом, «Звезда Индии», наконец-то ответил на сигналы, которые мы перестали посылать пять веков назад.

Черное пятно в небе начало расти, принимая очертания перевернутого конуса. Это был не бог и не демон. Это было нечто более страшное для тех, кто привык быть вершиной пищевой цепочки: Проверка.

— На планете слишком много людей, — пробормотал Яма, вставая и направляясь в подвал, где за тяжелой дверью из свинца и вольфрама ждало снаряжение, которое он обещал никогда больше не трогать. — И слишком мало богов, чтобы объяснить этим пришельцам, что мы здесь не просто колония.

— Ты собираешься сражаться с ними? — Ратри подошла к краю веранды, глядя, как тень от космического корабля накрывает долину.

— Нет, — Яма усмехнулся той самой улыбкой, от которой когда-то замерзала кровь у асуров. — Я собираюсь найти Сэма. Потому что только он знает, как убедить высокотехнологичную цивилизацию, что она случайно приземлилась в Аду.

На горизонте вспыхнула молния, хотя небо было абсолютно ясным. Где-то в глубине материка, в заброшенном храме, старый торговец по имени Махас поперхнулся вином и посмотрел на звезды. Он почувствовал, что отпуск заканчивается.

Старый торговец и мастер Смерти

...лате. Его лицо было картой тысячи дорог, ни одна из которых не вела к святости. Перед ним на шатком столике были разложены амулеты из гнутой медной проволоки и кусочков цветного стекла.

— Подходите, добрые люди! — его голос был скрипучим, как несмазанная телега. — Амулеты против сглаза, против несварения желудка, против сварливых жен! Заряжены личной мантрой самого Майтрейи всего за три медные монеты!

Торговля шла вяло. Люди в Хайпуре стали циничными с тех пор, как боги перестали метать в них молнии.

Внезапно воздух вокруг лотка сгустился. Шум базара — крики зазывал, рев тягловых ящеров, звон посуды — словно провалился в вату. Люди инстинктивно расступались, образуя коридор тишины, ведущий прямо к столику старого торговца.

По этому коридору шел человек. На нем была простая одежда горца, но двигался он с грацией охотничьего кота, который точно знает, когда нужно прыгнуть. От него пахло не потом и пылью, а озоном и холодным металлом.

— Ты загораживаешь мне солнце, покупатель, — проворчал торговец, не поднимая головы. Он перебирал свои стекляшки длинными, ловкими пальцами — пальцами, которые когда-то перекраивали энергетические поля планеты. — Если не собираешься брать оптом, проходи мимо.

— Солнца здесь больше нет, Сэм, — сказал Яма Дхарма. Его голос был ровным, лишенным интонаций, тем самым голосом, которым зачитывают смертные приговоры. — Над нами висит металлическая гора, прилетевшая с прародины. Ты чувствуешь её вес так же хорошо, как и я.

Старик в шафрановом халате наконец поднял глаза. В них не было ни страха, ни удивления — только бездонная усталость существа, которое живет слишком долго.

— Я надеялся, что это просто очень большое похмелье после вчерашней сомы, — Сэм сгреб амулеты в мешок. — Я в отставке, Яма. Я больше не Будда, не Калкин и не Махасаматман. Я просто Махас, продавец, чей товар — полное дерьмо. Оставь меня в покое.

Яма положил руку на стол. Дерево мгновенно почернело и задымилось под его ладонью. Это был не Аспект Смерти в полной силе, лишь легкое напоминание.

— Они не туристы, Сэм. Это колониальный флот Объединенной Земли. Они прилетели не молиться нам. Они прилетели провести инвентаризацию. И когда они поймут, что мы сделали с экипажем «Звезды Индии» и их потомками... они аннулируют наш «эксперимент». Вместе с населением.

Сэм посмотрел на обугленный отпечаток ладони на столешнице. Потом на небо, где черная тень корабля уже начала закрывать звезды.

— Знаешь, что самое смешное? — Сэм криво усмехнулся, и в этой усмешке на мгновение проступил тот самый дерзкий Князь Света, который когда-то бросил вызов Небесам. — Я только-только начал привыкать к мысли, что смерть — это просто конец, а не пересадка в новое тело. А ты снова приходишь и все портишь.

— Это моя работа, — сказал Яма. — Собирайся. Нам нужно разбудить остальных.

— Остальных? — Сэм поднял бровь. — Кого? Тарака, который последние двести лет считает себя настоящим демоном и живет в вулкане? Или, может быть, Кали, которая...

— Всех, кого сможем найти, — отрезал Яма. — Потому что против того, что висит на орбите, даже Агни Химмат — всего лишь спичка. Нам понадобятся старые трюки, Сэм. И нам понадобится величайший лжец в истории этой планеты, чтобы выиграть нам время.

Сэм вздохнул, встал и отряхнул свой фальшивый шафрановый халат.

— Ладно. Но за проезд платишь ты. И если мы выживем, я хочу монополию на торговлю земными сигаретами.

Голос из пустоты

Они покинули рыночную площадь как раз в тот момент, когда небо над Хайпуром из лазурного превратилось в маренго. Это не было закатом. Это был «прикол» (как назвал бы это Сэм) огромного металлического тела, вставшего между планетой и её светилом.

— Где твой транспорт? — спросил Сэм, поправляя мешок с медными амулетами. — Надеюсь, это не та ржавая ванна, на которой ты летал во время осады Кехшвара?

— Я предпочитаю называть это «классикой», — сухо ответил Яма, сворачивая в узкий переулок, где пахло жареным чесноком и старыми тайнами. — Но нет. Сейчас нам нужно нечто более скрытное. На орбите висит сенсорная сеть, способная засечь чих термита на другом полушарии.

Яма остановился у неприметной двери, обитой листами потемневшей бронзы. Он приложил ладонь к замку. Послышался едва уловимый гул, и дверь ушла в сторону. Внутри, в полумраке, покоилось нечто, напоминающее гигантскую черную каплю — гладкое, без единого шва, поглощающее свет.

— Гравилет с фазовым смещением? — Сэм присвистнул. — Яма, ты всё-таки неисправимый старьевщик. Где ты его откопал?

— В архивах Небес, перед тем как они сгорели, — ответил мастер Смерти, усаживаясь в кресло пилота. — Садись. Нам нужно уйти под покров джунглей Канны, пока они не начали трансляцию.

— Трансляцию чего?

Ответ пришел раньше, чем Яма успел открыть рот.

Небо над Хайпуром, над всеми пятью материками, над океанами и ледяными шапками полюсов вдруг ожило. Это не была магия богов — грубая, основанная на Аспектах и личной воле. Это была чистая, стерильная технология. Воздух завибрировал, и гигантская голограмма, размером с континент, развернулась в ионосфере.

На ней не было ни Шивы, ни Брахмы. На ней был человек в строгом сером мундире. Его лицо было симметричным до скуки, а глаза — холодными, как расчетная таблица.

— Внимание, колония «Индия-4», — голос был усилен так, что дрожали камни мостовой. Он звучал одновременно везде и нигде. — Говорит Первый Сектор Объединенной Земли. Мы зафиксировали отклонение от протокола миссии на триста пятьдесят лет. Мы здесь для проведения аудита ресурсов и оценки биологического статуса населения.

Сэм, уже занесший ногу над порогом гравилета, замер.

— «Аудит ресурсов»? — повторил он, и его голос внезапно стал очень тихим. — Так они теперь называют людей?

— Всем лицам, претендующим на статус администраторов (кодовое обозначение «Боги»), предписывается явиться в зону высадки для прохождения дезактивации и трибунала за несанкционированное использование технологий переноса сознания, — продолжал Голос. — В случае сопротивления будет применен протокол «Чистая доска». Конец связи.

Голограмма погасла, оставив небо пугающе темным.

— Они даже не дали координат зоны высадки, — заметил Сэм, усаживаясь рядом с Ямой. — Какое высокомерие. Они просто ждут, что мы приползем сами.

— Они знают, где мы, — Яма нажал на сенсорную панель, и гравилет бесшумно оторвался от пола. — Проблема не в их трибунале. Проблема в «Чистой доске». Это орбитальная бомбардировка тяжелыми изотопами. Они сотрут всё живое и заселят планету новыми колонистами, выращенными в инкубаторах.

Сэм потянулся к своему мешку, выудил оттуда один из своих фальшивых медных амулетов и задумчиво повертел его в руках.

— Знаешь, Яма... когда я боролся с тобой и остальными ребятами на Небесах, я думал, что нет ничего хуже тирании богов.

— А теперь? — спросил Яма, направляя машину в сторону океана, где в дымке скрывался остров Ратри.

— А теперь я вижу, что бюрократы из налоговой службы Земли гораздо страшнее, — Сэм усмехнулся, и его глаза блеснули в темноте кабины. — У богов хотя бы было чувство стиля. У этих — только инструкции. Нам нужно найти Ратри. У нее до сих пор остались ключи от старой системы связи «Звезды Индии». Если мы не сможем с ними договориться...

— То что? — Яма увеличил скорость.

— То нам придется доказать им, что этот Ад — частная собственность. И что у него уже есть свой Дьявол.