Кочерга

Вечерело. Дед Егор полулежал на берегу и лениво косил глазом на сине-красный поплавок, застывший без движения метрах в трёх от берега.

- Эх, не клюёт, зараза! Хоть бы сикилявка какая дюбнула, - матюгнулся мужичок вполголоса и, широко зевнув, поскрёб пятернёй волосатую грудь.

Неспешно перевернувшись на другой бок, вновь глянул на поплавок. Ничего. Понимание, что вечерняя поклёвка вконец испорчена и надо собираться домой, пришло уже давно. Но, несмотря на позднее время, солнышко ещё грело. Земля парила, отдавая накопленное за день тепло. Под пение птиц и стрекотание кузнечиков, Егор разомлел, и на него стопудовым грузом навалилась вязкая тяжесть, приковывающая к месту. Двигаться было лень, и дед заставлял себя вот уже битый час глазеть на мёртвый поплавок, попутно тешась философской дребеденью о смысле бытия, месте человека и всякой другой Божьей твари во вселенной. Кстати, и о том, как могло случиться, что его сварливая супружница вчера нашла заначенный им с аванса червонец. И что это за паршивое бытие, когда из-за несознательной старухи приходится проводить время впустую, наедине с шелопутной рыбой, которая и клевать-то, дура, не хочет. Другое дело, когда водится деньга в кармане, и есть приятная компания собу... э-э... собеседников.

Старый даже вздрогнул от испуга за чуть не сорвавшееся с языка словцо. Как будто его старуха была рядом и могла услышать.

Повздыхав о тяжёлой жизни, дед Егор посмотрел по сторонам. Берег оставался пустынным, и можно было излить свой гнев на голову бабки Матрёны, чей крутой нрав в их деревеньке со странным названием «Рожки да ножки», был известен всем, от мала до велика.

- Опять же, конечно, мужик он хоть и есть глава семейства, но что ты поделаешь с глупой бабой, если она по скудости ума да за кочергу? - продолжал лениво философствовать дед, рассматривая смысл бытия через призму собственных житейских проблем.

В этот момент в кустах затрещало, и его благодушие как ветром сдуло.

- Свят, свят! - запричитал дед Егор перекрестясь, и стал поспешно сматывать удочки. - Вот ведь старая ведьма! Уже даже сюда добралась. Червонца ей мало. Совсем нет житья от глупой бабы!

Однако к его вящему облегчению вместо суровой супружницы из кустов, как медведь из малинника, вырвался давешний его «собеседник» дед Фома.

«Собеседник» был в меру растрепан борьбой с вредными и цепкими зелёными насаждениями, но не обращал на это внимания. В явном возбуждении Фома тыкал пальцем в небо.

- Гляди, Егор! Гляди! Что ж это деется? Страх Господень!

Дед Егор неспешно достал очки и степенно водрузил их на нос – сливу. В той стороне, куда тыкал пальцем дед Фома, по небу нёсся огненный шар, величиной с колесо председателева уазика. Егор укоризненно покачал головой:

- Не страх Господень, деревенщина, а НыЛыО! Про них в газетах пропечатано. И книжки даже есть. Ты гляжу в эту... в прессу давно свой сизый нос не совал.

- Куды-ы? - возмущённо воскликнул Фома. - Типун тебе, старый дурень! В Михайловке в запрошлом годе Ляксеич – кузнец в свою кузнечную пресу полез, так ему враз палец-то и отдавило!

- Тьфу-ты, деревня матушка! Газеты, говорю, читать надо чаще.

Пятно, тем временем, увеличивалось.

- Гляди, гляди, прямо сюда! Всю рыбу, негодник, распугает!

Шар полетел медленнее и, наконец, завернув лихой вираж, опустился на землю метрах в пятидесяти от застывших дедов.

Сияние исчезло, откуда-то сбоку выскочил трап и в металлическом яйце откинулся люк. По трапу спустился тщедушный синекожий старикан с козьей бородкой.

- Чёрт! - ужаснулся Фома.

- Да нет, вроде.

- А что нет? Все одно непорядок: без документу, без проверки... Может он шпиён какой? - глаза деда Фомы возбуждённо заблестели. - Это ж, что называется, форменное безобразие!

- Молчи, дура! - образованный дед Егор свысока укоризненно глянул на несообразительного своего «собеседника». - Книжки умные читать надо... Что называется... - передразнил он... - Контакт это называется!

С этими словами дед Егор снял кепку и пригладил ладонью седенький пушок на голове, чтобы иметь приличествующий случаю представительный вид.

- Егор, а Егор! Что-то не нравится мне такой контахт! Чтой-то он вон той фиговиной мне в пуп тычет? Неровен час пальнёть чем ни то... - завопил дед Фома, теребя «собеседника» за рукав. - У-у! Рожа планетная, так зенками и шныряет. Слышь, Егор, пойдем отседова!

- Да изыди, окаянный! Кто ж такой фарт упускает? - рассердился дед Егор на соседа. - Про нас аккурат в газетах пропечатают...

И дед Егор шагнул вперед, расправив плечи.

Фома, запричитав, поспешил следом.

- Ага. В рамочке. Упокой, мол, душу Господи... Двух старых грешников... Ох, грешен, грешен, - бормотал он, истово крестясь.

Поравнявшись, наконец, с дедами, пришелец слегка опустил зажатый в руке грушеподобный с раструбом предмет. Свободной конечностью он достал сверкающий всеми цветами радуги шар. Повертел его так и эдак, и поднял над головой. Из шара заскрежетал металлическими нотками синтезированный голос:

- Стоять! Я великий Горо. Адмирал непобедимой армады планета Фигма, звезда Сигма! Вы мой пленные. Говорить свой войска, а я дарить жизнь.

И Горо воинственно потряс своей козлиной бородкой.

Фома отступил за спину деда Егора.

- Ой, Егорушка, чегой-то он там лопочет?

- По всему видать, даром что синий, а чин большой имеет. Начальство с какой-то Фигни. Говорит воевать будет, супостат!

Тем временем из шара вновь заскрежетало:

- Отвечать! Или я все пожечь ваш паршивый планета! Будет нет камень на камень, только рожки да ножки! - окончательно сразил он дедов собственным знанием местного фольклора, с намёком на то, что за планетой давно ведётся наблюдение и ничто не укрылось от всевидящего ока Великой Армады.

- Чего, чего? - глуховатый дед Фома глянул на деда Егора. Тот в замешательстве поскреб затылок.

- Да бандит большой! Грозится пожечь всё. Но деревеньку нашу, вроде, не тронет. А так ругается, непотребства разные!..

- Чему ж теперь быть-то, Егорушка? - охнул дед Фома.

- Да я так мыслю, надоть его к моей старухе свести. Пущай полаются. Одна другого стоит...

С этими словами дед Егор закивал и стал тыкать пальцем в направлении холма, за которым была их деревенька. Синий спрятал шар и величественным жестом разрешил вести его...

- Явились, не запылились, други любезные! И ещё кого-то в избу волокут! Вот упился, аж посинел.

- Да что ты сразу лаисси, Матрёна. Мы сейчас всё...

Бабка Матрёна в гневе замахала руками на попятившихся в страхе мужичков.

- Молчи, старый дурень, знаю я ваши байки! На кой хрен ты этого сморщенного козла в дом волочёшь? Он же лыка, небось, не вяжет.

- Окстись, стара... Пришелец это, планетянин!

- Знаю я ваших пришельцев, - не сдавалась Матрёна. - Вон Васька, сельповский шофёр, кажную субботу пришелец, потому как упьётся, да за рулём уже сидеть не может. Вот и пришелец... Пешком, да и то с трудом! А ну, Фома, двигай отсель! И сморчка свово синюшного забирай. А со своим я по-свойски поговорю.

Бабка Матрёна взялась за кочергу. Симптом наитревожнейший, и дед Егор поспешно заорал:

- Матрёна! Ей-бо ни в одном глазу!

Синий изумлённо смотрел на происходящее, но, наконец, очнулся и затараторил, и защёлкал что-то на своём языке.

- Ишь ты, подлец, как нализался. Даже речь человечью позабыл, - бабка Матрёна надвигалась с кочергой.

Пришелец, спохватившись, достал свой шар и поднял над головой.

- Молчать, старый глупый дура, когда с тобой говорит великий Горо!

- Во-во! - закивал, поддакивая, Егор. - Я же тебе говорил, стара, не Васька то, а пришелец... Амирал ихний. С Фигни. Ты не бузи, а то армаду свою кликнет. Пожечь грозился...

- Ну-ка, ну-ка... Отойди, Егор, - бабка Матрёна упёрла руки в бёдра. – Кого это он там дурой назвал?

Пришелец не знал крутого нрава дородной бабки, и нагло продолжал:

- Если ты не закрывать рот...

Осмотревшись по сторонам, синий достал свою «грушу» и направил раструб на пробегавшего по двору поросёнка. Вспышка. Поросёнок исчез.

- Ах! - только и смогла сказать бабка Матрёна. - Кабанчика!... Мой кабанчик!.. Я ж его поила – кормила, холила – лелеяла!

Бабка Матрёна начинала багроветь, и её кочерга угрожающе закачалась на уровне бородки синего пришельца. Мужички, крестясь, поспешно ретировались к калитке.

Пришелец, не осознавая нависшей над ним угрозы, отважно выставил перед собой свой аннигилятор.

- Ну-ка ты, сморчок синюшный, ты меня своей клизмой не пугай! Я где на кажного хулигана кабанчиков напасусь?

Кочерга описала дугу и пришельцева «груша» финишировала у стены дома. Вспышка, и полдома как не бывало.

- Ах! Мой дом!..

Ни в одном из отчётов непобедимой армады не было сказано о том, как великий адмирал Горо с планеты Фигма, что у звезды Сигма, улепётывал к своему кораблю, получая тумаки от разъярённой старухи... Напротив, там говорилось, что в результате проведённой разведки выявлено (с риском, заметьте, для жизни) наличие у Землян секретного оружия под названием «Кочерга». Так что завоевание Земли не состоялось.