Код Доверия

Воздух в коворкинге «Хаб» к полуночи остыл и застыл, став таким же стерильным, как и интерфейс идеально написанного кода. Только тихое жужжание серверных стоек да мерцающий экран монитора нарушали неестественную тишину пространства с высокими потолками и голыми бетонными стенами. Алиса провела ладонью по идеально гладкой поверхности стола, смакуя ощущение контроля. Хаос детства, крики за тонкими стенками хрущевки, постоянная неустроенность — все это осталось там, далеко позади. Здесь, в этом царстве стекла, металла и строгих логических цепочек, царил ее закон. Порядок. Предсказуемость.

Ее королевство было пусто. Команды разъехались по отелям, оставив после себя лишь призраки идей на маркерных досках. Осталась только она. И он.

Марк.

Он сидел в двадцати метрах от нее, в кресле-груше, уткнувшись в ноутбук. Его поза — расслабленная, почти небрежная — каким-то необъяснимым образом бросала вызов выверенной геометрии пространства. Алиса поморщилась. Он был помехой. Живым, дышащим багом в ее безупречной программе дня. Они не разговаривали, два лидера конкурирующих команд на этом хакатоне. Два острова, разделенные океаном молчания и амбиций.

Ее внутренний монолог был размеренным, как отчетная ведомость: «Проект «Феникс» защищен. Инвесторы впечатлены. Осталось дописать финальный тезис для завтрашней презентации. Никаких отклонений от плана. Никаких внешних факторов. Особенно таких, как он. Слишком прямолинейный. Слишком… шумный, даже когда молчит».

Его пальцы, длинные и уверенные, с едва заметным шрамом на костяшке правой руки, быстро стучали по клавиатуре. Он что-то взламывал. Или создавал. С Марком всегда было непонятно. Алиса поймала себя на том, что следит за его руками, и резко отвела взгляд, будто ее поймали на чем-то предосудительном. «Контроль, Алиса. Только контроль. Эмоции — это неоптимизированный код, они только потребляют ресурсы и приводят к ошибкам».

Внезапно свет несколько раз мигнул и погас, оставив их в тусклом синеватом свечении аварийных светильников. Гул серверов стих, и наступила оглушительная тишина. Алиса замерла. Ее первая мысль была не о нем, а о системе. Ее системе.

— Интересно, — раздался его голос из темноты. Спокойный, без тени паники. — Похоже на принудительную перезагрузку. Или внешнее вмешательство.

Алиса уже была на ногах, подойдя к панели «умного дома», встроенной в стену. Сенсорный экран был черным и безжизненным.
— Резервное питание должно было включиться автоматически, — проговорила она больше для себя, нажимая бесполезные кнопки. — Это нарушение протокола.

— Протоколы созданы, чтобы их нарушать, — послышалось сзади. Он стоял совсем близко, и она почувствовала легкий, едва уловимый запах его парфюма — что-то древесное, с горьковатой ноткой, смешанное с ароматом кофе. Он пах… реальностью. Грубой и неидеальной.

Она не обернулась.
— Без резервного питания не работают магнитные замки на дверях, — констатировала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. Внутри все сжалось в ледяной ком. Застрять. Здесь. С ним. «Нет. Нет. Нет. Это не в планах. Это хаос».

— Умный дом оказался не таким уж умным, — пошутил он.

Алиса резко повернулась к нему.
— Это не смешно! Мы заблокированы. Система автономна, связь с внешним миром через ее серверы. Они лежат.

Марк внимательно посмотрел на нее. Его взгляд был не оценивающим, как у других, а сканирующим. Будто он искал не уязвимости в ее броне, а конкретную строку кода, отвечающую за эмоции.
— Паниковать? — спросил он просто. — Или решать проблему?

«Он видит, как я теряю почву под ногами. Видит трещину. Надо восстановить контроль. Немедленно».
— Я не паникую, — ее голос прозвучал как сталь. — Я анализирую ситуацию. Служба безопасности должна проверить объект при отключении энергии. Они придут.

— Через час. В лучшем случае, — он скрестил руки на груди. — В правилах эксплуатации прописан ночной обход в 1:00. Сейчас полночь.

Час. Шестьдесят минут в этой стеклянной ловушке. С этим человеком, который своим присутствием нарушал все ее внутренние тайминги.

— Прекрасно, — выдохнула она, отступая к своему столу, пытаясь создать дистанцию. — Подождем.

Он не двинулся с места, продолжая наблюдать за ней. Она чувствовала его взгляд на своей спине, пока садилась и бессмысленно выравнивала стопку бумаг. «Он думает, что я истеричка. Что я слабая. Нужно вернуть себе преимущество. Показать, что все под контролем».

— Твой проект, «Феникс», — вдруг сказал он. — Интересная концепция. Но есть уязвимость в алгоритме распознавания паттернов.

Алиса замерла. Это была атака. Прямая и без предупреждения.
— Ты не мог этого видеть. Код закрыт.

— Угадал по твоей презентации, — он усмехнулся. — Ты говорила о скорости, но ни слова о глубине анализа. Классическая ошибка. Гонка за результатом вместо выстраивания надежной архитектуры.

Его слова попали точно в цель, в ее собственные сомнения. «Самозванец. Он чувствует себя самозванцем, поэтому ищет это в других». Но это знание не делалось менее болезненным.

— А твой «Криптон»? — парировала она, оборачиваясь. — Инновационно, но непрактично. Слишком сложно для массового пользователя. Это же не игра для гиков.

Он лишь ухмыльнулся, и этот взгляд снова ее просканировал.
— По крайней мере, я честен в своей сложности. А не притворяюсь простой и удобной.

Тишина повисла снова, но теперь она была густой, электрической, наполненной невысказанными выпадами и любопытством. Они стояли как два ковбоя на дуэли, только вместо револьверов — строки кода и ранящая точность формулировок.

Внезапно на его смартфоне, лежавшем на столе, коротко vibro-proizwel сигнал. Экран вспыхнул уведомлением от системы «умный дом».
— О, — Марк поднял аппарат. — Локальная сеть, кажется, жива. Система пытается перезагрузиться. Частично.

Алиса вскочила. Новый шанс.
— Дай мне.

Он не отдал телефон, а просто показал экран. Сообщение об ошибке: «Ошибка аутентификации на сервере. Доступ к управлению заблокирован. Обратитесь к администратору».

— Администратор сладко спит в отеле, — проворчал Марк. — Но… есть лазейка.

— Какая? — ее голос прозвучал резко, почти с надеждой.

— Мы можем попробовать отправить запрос на перезагрузку через внутренний чат системы. Он работает на отдельном протоколе. Если найти уязвимость в его клиенте…

Он говорил на ее языке. Языке логики и решений. И в этот момент он был не соперником, а единственным союзником в этом бетонном плену.

— Дай-ка сюда, — Алиса протянула руку.

На этот раз он отдал телефон. Их пальцы ненадолго соприкоснулись. Его — теплые. Ее — холодные как лед. Она вздрогнула от неожиданного тепла, чуть не уронив аппарат. «Глупость. Непростительная неосторожность».

Она уткнулась в экран, пытаясь сосредоточиться на коде, а не на бешеном стуке собственного сердца. Он наклонился над ней, чтобы тоже видеть экран. Его дыхание касалось ее щеки. Древесный аромат смешался с запахом ее собственных духов, создавая новую, тревожную и дурманящую смесь.

— Видишь эту строку? — его палец указал на экран, едва не коснувшись его. — Здесь можно вставить команду отладки. Попробуй ввести…

Она вводила то, что он диктовал. Мир сузился до свечения экрана, до его тихого голоса у самого уха, до непроизвольного трепета в животе. Она, Алиса, королева контроля, добровольно выполняла его команды. И это было… волнующе.

Раздался щелчок, и свет в зале снова зажегся, серверы дружно загудели. Магнитные замки на дверях с тихим жужжанием разблокировались.

Они были свободны.

Алиса отшатнулась от него, как от ожога. Маска немедленно вернулась на место.
— Ну вот. Система восстановлена. Спасибо за помощь.

Она протянула ему телефон, избегая встретиться взглядом. Контроль возвращался. План снова в силе.

Марк взял смартфон, его глаза все так же сканировали ее лицо.
— Всегда пожалуйста, — он улыбнулся, но на сей раз в его улыбке не было насмешки. Было что-то… понимающее. Как будто он увидел тот самый сбой не в системе «умного дома», а в ней. И этот сбой ему почему-то понравился.

Он развернулся и неспешной походкой направился к выходу. На пороге он остановился.
— А насчет уязвимости в твоем алгоритме… — он обернулся. — Я, может, и преувеличил. Чтобы спровоцировать тебя. Это сработало.

И вышел, оставив ее одну в сиянии восстановленного порядка.

Алиса стояла неподвижно, слушая, как его шаги затихают в коридоре. Она была одна. В своем идеально контролируемом пространстве. Почему же тогда воздух все еще вибрировал от его слов? Почему пальцы, сжатые в кулаки, все еще помнили тепло его прикосновения?

Она подошла к окну. Внизу, на улице, он появился из здания и зашагал по ночному тротуару, растворившись в тенях города.

«Он спровоцировал меня. И я клюнула. Я показала ему свою слабость. Свой страх».

Она сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе привычное равновесие. Но его не было. Было только осознание, что самая сложная система, которую ей предстояло взломать сегодня, была ее собственная. И самый интересный баг в этой системе носил имя Марк.