Код «АВРОРА»

Лаборатория мерцала холодным светом стерильных ламп. Артём Рязанов в последний раз проверил соединения нейроинтерфейса — тонкий обруч с микроэлектродами плотно облегал голову добровольца. На мониторе пульсировали графики: альфа‑ритмы, бета‑волны, всплески активности префронтальной коры.

— Начинаем тест, — голос Артёма дрогнул. — Максим, попробуй поднять правую руку.

На платформе в трёх метрах от них механическая рука дрогнула, затем плавно поднялась. Зал взорвался аплодисментами. Коллеги обнимались, кто‑то кричал: «Это революция!»

Артём улыбнулся, но взгляд зацепился за незнакомца у двери. Мужчина в сером костюме не хлопал — он сверлил учёного холодным взглядом, будто оценивал товар.

Вечером, когда лаборатория опустела, Артём нашёл на своём столе конверт. Внутри — единственная фраза, выведенная чёрными чернилами:

«Ты открыл дверь в ад. Остановись».

Он смял бумагу, но тревога осталась. Включив компьютер, он заметил аномалию: логи доступа показывали, что файлы проекта «Аврора» копировались на неизвестный сервер каждые 12 часов последние три месяца.

Звонок в дверь разорвал тишину. На пороге стояли двое в форме «Регулятора» — квазигосударственной структуры, курировавшей высокие технологии.

— Доктор Рязанов, мы обязаны провести внеплановую проверку. Ваш проект представляет потенциальную угрозу.

Пока чиновники рыскали по кабинетам, Артём незаметно извлёк из стола флешку с резервными данными. В тот же момент его взгляд упал на вентиляционную решётку: из щели торчал микроскопический объектив камеры.

Они следили за мной всё это время.