" Цветочная повязка - моя агитация ! "
...Тысячу болезненных сжигающих лет
Мы тратим на память к обидам.
И боли.
Свободный покрой заштопался в плеть.
Он готов наказать мою волю,
Железный, навязанный идол.
Я же увижу его сквозь стекло
Зелёной и круглой
Любимой души.
Я же услышу его наголо !
Страх, да угрозы – сплошные гроши
От ставшей в руках чужих куклой.
Цветочная повязка – моя агитация !
Мой вычурно яркий,
Но крепкий браслет.
Он станет для всех чудной инновацией
И будет он лучше, чем в рёбрах стилет
Безумной общественной явки...
Цветочная повязка закроет мой шрам.
Рубцовую метку
Сошедшего люда.
И , возможно, поможет сердцам
От ослеплённого, гневного зуда
Отперев у их разума клетки.
Ведь цветочная повязка – не только моя...
Агитация.
« Котел бирюзы и мстящий безумец »
В одноместный шабаш, под защитой луны,
Я корень ненастный пущу в отражение,
Мерзкое голубое вращение,
Пока чувства мои не пьяны.
Железный котёл одурманит меня.
И яд бирюзы заполучит тот взгляд...
Отчего мою душу казнят
В объятьях гнилого огня.
Я глядела в тот взгляд с костяного холма.
Белорукий палач, напыщенный лев...
Отправься ты в пекло, меня обогрев !
Там – то и встретит нас тьма.
Та тьма, что поглотит тебя за грехи,
Которые ловко наслал на меня.
Теперь твоя честь не стоит и дня
Кошачьей, чёрной блохи !
« Эпос Нокоты »
Ночные равнины…
Равнины дремлющих глаз,
Настигавших усталый табун.
Братья и сёстры зарылись в вершине,
Считая в миг тысячу лун
Отметин своих же боясь.
…
А я стремлюсь к вам, незаметные хищники
С белым пятном я на лбу
Заманю вас в далёкие прерии.
Словно персона из лирики,
Защищу я родной свой табун
Бегом до ревущих артерий.
Сквозь чащу деревьев, сквозь зарослей вязь
Парю я к каньонам через алую грязь.
За крупом моим чую топот копыт
Безвольного брата, что также бежит,
Но таща браконьера седло.
Хищник стреляет в меня из ружья,
Да лишь пугает боевого коня!
Ни одна дробь не попала в меня.
Они улетают, чтоб ему не везло!
Хрясь! Бац! И его отвлекло
Зелёное, колкое, шипастое зло!
Хотел получить кусочек конины?
Вкуси же ты, падая, жареной глины!
Солнце проснулось с красных вершин.
Запорхал я к нему, как бушующий клин!
Чувствовал я, становлюсь я яснее!
…Но почувствовал жжение в шее.
Ружье оказалось зорким орудием
Упал я в ущелье, на зло древнему хищнику.
Не смог он настигнуть усталый табун.
Таково уж моё правосудие…
Разобьюсь я, подобно булыжнику
Но разобью и мелодию струн
песен его эгоизма