Кофейня "Чёрная дыра"

Немного нывший с вечера зуб ночью разболелся так жутко, что Семёну пришлось одеться и пойти в круглосуточную аптеку. Дома нужных лекарств не оказалось.

Ночь была метельная, всё одно к одному – мучительная, пыточная боль в челюсти, глухой час Быка и чёртова круговерть, смазывающая свет фонарей. Хорошо хоть аптека всего в полутора кварталах от дома, но когда страдалец добрёл до неё по заметённым тротуарам, окно аптеки оказалось тёмным, а входная дверь заперта. Не в силах поверить в такое несчастье, Семён несколько раз дёрнул за ручку, после чего разглядел рядом с косяком звонок и принялся настойчиво трезвонить. Но свет внутри так и не зажёгся, горел только одинокий светодиодный прожектор над крыльцом. А потом кто-то деликатно тронул Семёна за плечо.

За спиной стоял невысокий старичок, одетый в допотопное и громоздкое драповое пальто. Седая голова старика с довольно длинными прядями оставалась непокрытой, и на волосы лепились снежные хлопья. Видно ещё один страждущий так спешил, что забыл надеть шапку.

– Они сегодня почему-то закрыты, – морщась и еле сдерживаясь, выговорил Семён. – Уроды! Надо написать на аптечный сайт жалобу!

– Юноша, раз вы всё равно здесь, я бы хотел попросить об одолжении, – ничуть не расстроившись, гулко произнёс старик, и его рокочущий бас мог бы принадлежать великану. – Не хотите ли стать судьёй на состязании любителей кофе?

– Нет! – отрезал сорокалетний «юноша» с уже серебрившимися висками.

Потом Семён принялся лихорадочно обшаривать карманы в поисках смартфона. Стоило вызвать такси, другая круглосуточная аптека была довольно далеко, вот только телефон всё не находился. Пока Семён не вспомнил, что ставил его вечером на подзарядку.

– Чё-оорт! – простонал он, захлебнувшись злобой и обидой. – Теперь возвращаться назад! Оторвите мне кто-нибудь тупую голову!

– Думаю, среди моих знакомых желающие это сделать найдутся, – с готовностью пророкотал незнакомец. – Или можно поступить проще – я исцелю ваш больной зуб.

– Что? – изумился Семён. – Но как вы узнали?

– Просто я хороший эмпат и не только, любые боли легко считываю. Кстати, вас ведь раздражает мой слишком громкий голос? Так устроит?

Последнюю фразу старик произнёс приглушённым мягким баритоном с обволакивающей интонацией, но Семён на маловажное отвлекаться не стал. Он желал облегчения невыносимым страданиям, кем бы странный незнакомец ни был. Хоть самим дьяволом.

– Так что вы говорили про исцеление зуба?

– Тогда давайте баш на баш – я исцеляю, а вы судите наше состязание любителей кофе. Другого судью взять просто неоткуда.

– Согласен! – выпалил Семён. – Давайте таблетку!

– Зачем? – развёл руками старик. – Я уже прорезонировал и перенастроил все негармоничные колебания вашего организма. У вас, юноша, поджелудочная ещё пошаливала, теперь не будет. Только вынужден предупредить, резонансное исцеление не панацея. В вашем случае эффект продлится не более трёх лет…

Старик продолжал рассыпаться в извинениях, а счастливый Семён, особо не вслушиваясь, кивал и блаженно улыбался. Вгрызающийся в челюсть перфоратор у него во рту разом отключился.

Потом пришло время выполнить обещание и Семён, не слишком охотно, последовал за незнакомцем.

Они спустились в полуподвальное помещение, находившееся в торце здания с аптекой. Место когда-то известное. Несколько лет назад тут буянила и не давала покоя жильцам дома злачная забегаловка с метким народным названием «Чёрная дыра». Многие несознательные личности исчезали в той «дыре» периодически, особенно в дни зарплат, потом заведение закрыли именно стараниями жильцов. Теперь помещение пустовало, но не в сегодняшнюю метельную ночь. И это была уже не жалкая забегаловка, хотя обшарпанная входная дверь осталась прежней.

Семён шагнул через порог и попал в уютный зал кофейни с длинной стойкой и круглыми столиками, возле которых устроились посетители. В воздухе стоял густой аромат обжаренных и перемолотых зёрен. Семён с удовольствием его вдохнул, и выпить чашечку кофе захотелось немедленно и нестерпимо. Обязательно чёрный и сладкий, по-турецки, сваренный по всем правилам на жаровне с горячим песком. Такая вот нахлынула причуда, притом, что многие годы Семён обходился просто растворимым.

– Так вы тоже ценитель? – моментально просиял старик, топтавшийся рядом. – Желаете исключительно чёрный? Я немедленно приготовлю!

Семён благодарно кивнул, стараясь больше ничему не удивляться. Назвавшийся эмпатом незнакомец, похоже, недоговаривал. Кроме эмоций и болезненных ощущений он явно мог считывать мысли.

Тем временем загадочный старец прошёл за стойку бариста прямо в пальто. Семён же продолжал осматриваться и сходу заметил – кофемашины в кофейне не было. Позади стойки, на рабочем столе бариста, выстроились в ряд исключительно турки. А уже над столом, на подвесных открытых полках, застыли шеренги белых кофейных чашечек и целая выставка различных сортов кофе. В разноцветных пачках известных брендов и просто в безымянных прозрачных банках.

Продолжая оставаться в пальто, имевшее на удивление длинные рукава, старик включил маленькую одинокую горелку, снял с полки одну из банок и, повернувшись спиной, принялся колдовать. Семён в это время взялся рассматривать посетителей кофейни, которые в свою очередь внимательно разглядывали его.

Любителей кофе, каких-то невзрачных личностей, оказалось ровно семь, по числу столиков. Каждый занял себе индивидуальный, и подсесть к кому-либо Семён желания не испытывал. Устроился на табурете возле стойки, обратив попутно внимание на ещё одну особенность кофейни. Не было прозрачной витрины с десертами, видимо полагалось угощаться одним только кофе.

«Прогорят», – уверенно решил Семён. Но уже в следующую минуту он так не думал.

Старик развернулся и поставил на стойку чашку обещанного кофе. Над поверхностью восхитительно пахнувшего напитка поднимался лёгкий дымок и шёл он…из трубы заснеженного домика. Картинка на поверхности кофе была не молочным рисунком латте-арт, а живой цветной анимацией, как в мультфильме. Кроме домика на картинке красовалась пушистая заснеженная ель, а с неба падали медленные хлопья.

Дальше – больше. Пока Семён ошеломлённо вглядывался, в окне домика вдруг зажёгся тёплый свет, после чего чашка чуть не полетела на пол. Семён резко оттолкнул её дрожащей рукой.

Остановил падение чашки старик-бариста, но при этом себя и выдал – из рукава пальто вдруг высунулось что-то, но только не человеческая рука. Гибкое серое щупальце, усеянное не менее гибкими короткими отростками.

– Ваши эмоции опять не стабильны и весьма не гармоничны, – огорчённо пробормотало нечто, притворяющееся человеком. – Давайте-ка я ещё раз вас прорезонирую, уберу страх. Готово. А теперь проверим результат, снимаю эту тёплую штуку, которую вы называете пальто.

Поражаясь самому себе, Семён не заорал и не сбежал. Вместо этого поднёс к губам чашку кофе и уверенно отхлебнул. Душу затопило чувство умиротворения и гармонии.

– Вот и славно, – произнесло существо с головой человека, бочкообразным телом без шеи и гибкими руками-щупальцами. Разномастных пальчиков-отростков на каждом было штук по двадцать, и они беспрестанно шевелились. Одежду, видимо намеренно, существо выбрало людскую и самую простецкую. Если только мода на спортивное трико, кроссовки и растянутую безрукавку не просочилась в другие миры. – Итак, начинаем. Уважаемый судья, приветствую вас на первом инопланетном состязании любителей кофе. Кстати, как вам моё выступление? Уловил ли я суть этого единственного в своём роде напитка?

– Браво! – искренне восхитился Семён, допивая кофе одним глотком. – А что, в вашем мире кофе нет?

– Увы, и в мирах всех остальных здесь присутствующих тоже. Вкус кофе для них открыл ваш покорный слуга. Видите ли, я хозяин этой кофейни, кулинар, путешественник и писатель. Автор знаменитой кулинарной книги «Галактика вкуса», рецепты в которой постоянно пополняются.

Пока инопланетянин говорил, он успел облачиться в длинный, до щиколоток, шоколадного цвета фартук, белоснежную шапочку-пилотку и стал выглядеть гораздо респектабельней.

Посетители кофейни тоже неуловимо поменялись, но без всяких переодеваний. Теперь это были точно не люди.

– Ох, ничего себе, – не испугался, а заинтересовался Семён, уставившись на причудливых инопланетян за столиками. – Как такое возможно?

– Пустяки, – отмахнулся рукой-щупальцей хозяин кофейни. – На вашей собственной планете есть выражение «отвести глаза».

– А не повредит ли чужеродная еда этим…э-ээ, – замялся Семён, не зная, вежливо ли прозвучит слово «существо».

– Другим расам? – подсказал хозяин кофейни.

– Именно что другим. Вдруг наш кофе для них отрава?

– Для моих гостей божественный напиток не опасен. Но и не просто наслаждение для обоняния и вкусовых рецепторов, нечто более удивительное. Сейчас сварю на всех кофе, и сами убедитесь.

– Минуточку! Я полагал, вы все будете соревноваться как раз в способах его приготовления? Что же я буду судить?

– Воздействие кофе на каждого гостя. Выберите самое эффектное с точки зрения землянина.

– Это хоть интересно? – Семён понизил голос до шёпота.

– Уверяю, это нечто! Но лучше не рассуждать, а увидеть самому. Я пошёл варить кофе.

Инопланетянин вернулся за стойку, Семён же опять принялся разглядывать посетителей кофейни. Исподтишка, стараясь откровенно не пялиться, а посмотреть на что было!

Трое из семи инопланетян оказались крысами в рост человека. Правда без хвостов и покрытые не мехом, а тёмной чешуёй. Крысы носили очень широкие радужные шаровары, а их недобрые морды прикрывали прозрачные забрала.

Остальные любители кофе выглядели не менее причудливо.

Два студенистых гуманоида, синий и сиреневый и без какой-либо одежды, хоть и сидели за разными столиками, время от времени проявляли друг к другу интерес. Тянулись длинными руками и сплетали бескостные пальцы в нежном пожатии. Затем гуманоиды руки разнимали и застывали опять неподвижно.

А вот невыразительная, словно из шершавого камня пирамидка размером со стул, Семёна особо не заинтересовала. Был ли то собственный облик инопланетянина, или особенный скафандр, вопрос возникал один – каким образом пирамидка собирается пробовать кофе?

И, наконец, последнее, седьмое существо Семёна восхитило. За неудобным, слишком низким для него столиком кофейни устроился словно сам египетский бог Гор. Очень высокое, метра под два с половиной мускулистое человеческое тело венчала крупная голова сокола. Опять же одежда состояла из характерной, плиссированной набедренной повязки, похожую статуэтку Гора Семён привёз когда-то из поездки в Египет. Единственное различие – инопланетный человек-сокол был сейчас заключён в тонкий вытянутый пузырь. Прозрачный и гибкий, видимо тоже своего рода скафандр.

Тем временем щупальцерукий хозяин кофейни закончил варить на всех кофе и самолично разнёс его по столикам гостей. Крысы подняли забрала и шумно потянули носами, студенистые гуманоиды взволнованно заколыхались, а человек-сокол протянул руку, и чашка с кофе каким-то образом оказалась внутри пузыря. Одна только каменная пирамидка на угощение не отреагировала, осталась неподвижной.

Неожиданно выяснилось, что радушный хозяин кофейни не забыл и про Семёна. Приготовил ему ещё одну чашечку черного кофе, и цветная картинка на поверхности напитка опять была особенной. Из чашки смотрела чудесная собака, голубоглазая хаски. Она помахивала хвостом и совершенно точно улыбалась.

«Завести, что ль, такую же животинку? А то живу, словно бирюк», – подумал Семён, любуясь добродушной и немного хитрой собачьей мордой.

– Внимание, уважаемый судья. Началось, – шепнул в это время хозяин кофейни, поспешно присаживаясь на соседний высокий табурет рядом с Семёном.

Оказывается, чешуйчатые крысы кофе уже выпили и вдруг разом повскакивали со своих мест. Бросились к свободному пятачку возле стойки, где и принялись плясать что-то легкомысленное, вроде развесёлой польки. Резво перебирали короткими ножками, притоптывали, подскакивали и быстро-быстро вертелись волчком, так что широченные радужные шаровары создавали разноцветные вихри. Семён настолько увлёкся задорным танцем, что искренне хлопал и отбивал ногой такт. Пока танцоры не остановились и не вернулись на свои места.

– Понравилось? – немедленно спросил хозяин кофейни.

– Очень! – кивнул довольный Семён. – Жалко без музыки.

– Как по мне, немного сумбурно. Впрочем, этой расе простительно. Любое искусство, в том числе танцы, на их планете даже не под запретом. Оно просто не существует.

– Но почему?

– Раса исключительно жестока и кровожадна, – принялся объяснять щупальцерукий. – На собственной планете идёт вечная война, удивительно, что до сих пор сами себя не истребили. А их беспощадная и безбашенная молодёжь уходит в наёмники и ввязывается в войны на других планетах.

– Ничего себе. На нас эти злюки не кинутся? – забеспокоился Семён.

– О нет, будьте спокойны! Сейчас они вдыхают запах кофе, и он приносит головорезам непривычное ощущение спокойствия и безмятежности. Ну а выпитый кофе толкает к ещё более непривычному, к веселью. Отсюда и стихийный танец. Если об этом узнают другие сородичи, бедняг ожидает мучительная смертная казнь.

– Да уж, сурово! – вздрогнул Семён. – Надеюсь, никто из троицы не проболтается. А чем, интересно, занимаются сейчас вон те? Синий и сиреневый?

– Смотрите внимательно. Думаю, и сами скоро догадаетесь, – довольно игриво подмигнул инопланетянин.

Синий и сиреневый гуманоиды тем временем покинули свои места и слились в горячем объятье в проходе между столиками.

Их студенистые, колышущиеся тела вжимались друг в друга всё крепче и крепче, пока не стали одним целым. Теперь в проходе колыхалась и подрагивала бесформенная вертикальная болванка, явно пытавшаяся разъединиться опять. И ведь разъединилась! Только теперь гуманоидов стало не два, а три – синий, сиреневый и маленький серебристый. Подвижный, как ртуть.

– Малыш? – просиял Семён. – Как необычно!

– Действительно невероятно редкое событие, поэтому раса студенистых так малочисленна, – опять принялся объяснять хозяин кофейни. – Видите ли, эти аморфные существа очень эмоциональны. Всю свою жизнь стремятся к прекрасному, и партнёры должны вызывать друг у друга непременно взаимный восторг. Размножаются на первый взгляд достаточно просто – слиянием в одно целое, а затем простым делением, но исключительно в момент наивысшего счастья. Его-то и обеспечивает вкус кофе.

– Не думаете наладить поставки кофе на планету этой расы? Пусть поднимают рождаемость, – пошутил Семён.

– Я не торговец, это так скучно, – покачал головой инопланетянин. – Но я всегда жду в своей кофейне новых гостей, пусть прилетают и размножаются на здоровье.

– Приятное место, – похвалил кофейню и Семён. – Не будет ли с моей стороны наглостью попросить ещё чашечку?

– С удовольствием! – просиял инопланетянин и отправился за стойку бариста. – Чёрный и сладкий?

Семён благодушно кивнул и опять уставился на инопланетян за столиками.

Чешуйчатые крысы, наплясавшись, вальяжно развалились в удобных креслицах и опять опустили прозрачные забрала. Но каждый крыс оставил приоткрытой щёлочку, куда и высунул нос. Видимо продолжал наслаждаться ароматом кофе, который буквально пропитал всю кофейню.

Студенистые гуманоиды, напротив, прежний покой потеряли. По очереди, нянчились со своим малышом, тот так и норовил выскользнуть из родительских объятий.

Странная, словно каменная пирамидка, как Семён и предполагал, к своей чашке кофе не притронулась. Но, может, инопланетянин тоже наслаждался исключительно запахом? В любом случае на выступление пирамидки Семён не рассчитывал, зато с нетерпением ждал, чем удивит похожий на египетского Гора человек-сокол. А тот давно выпил свой кофе и словно оцепенел. Сидел неподвижно, уставившись в одну точку.

– Что это с ним? – спросил Семён, принимая третью порцию кофе от хлебосольного щупальцерукого.

Потом, спохватившись, Семён заглянул в свою чашку. Очередная живая картинка оказалась не только красочной, но и величественной – на поверхности кофе, помаргивая отдельными звёздами, разлеглась и медленно прокручивалась молочно-фиолетовая спираль Галактики.

– Просто восхитительно! – от души восхитился Семён. – И всё-таки – что с другими участниками? Они думают выступать?

– Если вы про похожее на камень существо, это не участник. Зевака и вообще не органическая жизнь. Видимо его привлекло название моей кофейни, упомянутое в рекламе.

– И какое? – смакуя кофе, поинтересовался Семён.

– Я оставил старое, уже закрепившееся за этим местом. В своём роде оно неповторимо, кофейня «Чёрная дыра», – захихикал инопланетянин, и Семён тоже усмехнулся. – Ну а участник с головой земной птицы погружён сейчас сам в себя. После чашки кофе его грёзы восхитительны, как эмпат, я их чётко считываю. Всякий раз птицеголовый ощущает себя великим Богом и наслаждается поклонением. Воображает прекрасные храмы, построенные в его честь, щедрые дары и толпы людей, которые возносят хвалу. Да-да, именно людей. Землян!

– Забавно. Один из народов Земли действительно поклонялся богу с птичьей головой, – задумчиво произнёс Семён, с сожалением отставляя пустую чашку. – Но как мне оценивать выступление последнего участника? По факту ни я, ни остальные его не видели?

– Решайте сами, судья не я, а вы, – развёл руками-щупальцами инопланетянин за стойкой. – И, прошу заметить, ночь подходит к концу. Кофейня скоро закрывается.

– Дайте мне минуту на размышление, – попросил Семён и задумался, по очереди обводя взглядом посетителей за столиками. Потом решился. – Значит так, среди участников проигравших нет. Присуждаю два первых места и гран-при!

– Да вы настоящий дипломат, – восхитился инопланетянин. – И кто, по-вашему, заслуживает высшую награду?

– Конечно вы! – твёрдо произнёс Семён. – Как хозяин этой чудесной кофейни, вы дарите посетителям самое ценное, счастье. Пусть даже ненадолго. Отдельное спасибо и моё искреннее восхищение за волшебные картинки в чашках с кофе!

– Если бы я не был эмпатом, то подумал бы, что подлизываетесь. Чтобы не платить, – весело рассмеялся хозяин кофейни. – Я пошутил, платить не надо. А кто из присутствующих заслужил первые места?

– Те, что родили новую жизнь. И вон те три красавца, которые хоть на время подобрели. Опять же отличные получились попрыгушки! Я бы очень хотел, если вы не против, заглянуть в вашу кофейню ещё раз. И когда только успели сделать такой роскошный ремонт? Я частенько хожу мимо этого дома и рабочих возле полуподвала ни разу не заметил.

– Нет, мой дорогой новый друг, мы больше никогда не увидимся, – грустно произнёс щупальцерукий. – «Чёрная дыра» срочно переезжает на борт моего межзвёздного корабля. Как выяснилось в первый же день открытия кофейни, прибывать к вам на Землю посетителям неудобно. А для самих землян ещё и не безопасно, раньше я об этом риске как-то не подумал. Но не вздумайте, мой друг, горевать и действительно заведите себе собаку. Или даже женитесь!

– Ну, не знаю, – поморщился Семён. – У меня был уже неудачный опыт…

– Непременно женитесь! – принялся горячо убеждать видно привязавшийся к человеку инопланетянин, – Хорошая жена и за вашим здоровьем проследит. А знаете что – пойдите и сейчас же познакомьтесь с сотрудницей аптеки. Весьма приличная особа, давно уставшая от одиночества.

– Но ведь аптека закрыта, – возмущённо фыркнул Семён. – Ваша приличная особа работу прогуливает!

– Не закрыта и не была, это я вам внушил. Просто мне нужен был судья, так что идите и знакомьтесь. Как отличный эмпат я даже на расстоянии ощущаю – вы с той женщиной друг для друга созданы!