Дождь подкрался без предупреждения. Только что было душно, липко, и асфальт плавился под ногами, а через минуту на запястье упала холодная капля. Одна. Потом вторая. Я машинально посмотрел вверх, хотя знал — бесполезно.
Он не сразу стал ливнем. Сначала просто намекал на себя: редкие щелчки по стеклам, тихие круги в пыли у бордюра. Люди ещё делали вид, что успеют — ускорялись, озирались, прятали телефоны в карманы. А потом что-то щёлкнуло, будто кран провернули до конца.
Шум навалился разом. Крыша остановки загрохотала, тротуар зазвенел, машины шли по воде, оставляя за собой мутные волны. Запах поднялся мгновенно — горячий камень, мокрые листья, что-то железное. Я стоял и слушал, как город отвечает дождю: каждый навес — своим голосом, каждая лужа — своим всплеском.
Под укрытием стало тесно. Кто-то ругался, кто-то смеялся, девочка рядом пыталась ловить капли ладонями и всё время промахивалась. Мне никуда не хотелось идти. Казалось, если шагнуть — пропустишь что-то важное.
Потом дождь устал. Он ещё постучал для порядка и отступил, оставив после себя сырость и тишину. Мир выглядел так, будто его только что вымыли и не успели вытереть насухо. Я пошёл дальше по мокрому асфальту и подумал, что летние дожди хороши именно этим — они ничего не объясняют, просто приходят и уходят.