Когда молчат боги

— Ах ты воришка! А ну вернись! — орал на всю улицу мужчина с прилавка.

Бездомный мальчик выкрал хлеб и бежал сломя голову, не разбирая дороги. Пробежав несколько метров, он врезался в человека, потерял равновесие и плюхнулся на землю, чудом не выронив украденный хлеб. Мальчик поднял глаза вверх — и впал в ступор.

Перед ним стоял парень лет двадцати с небольшим, довольно известная личность в городе.

— «Это же Тарион!» — пронеслось в голове у мальчика. От страха он замер, не в силах пошевелиться.

Тарион, почувствовав толчок, опустил взгляд и увидел перед своими ногами худощавого мальчика в лохмотьях и с потрёпанными волосами. В его руках Тарион заметил булку хлеба. По виду мальчика и так было понятно, что он мелкий воришка.

— Мальчик, ты в порядке? — спросил он и протянул руку, чтобы помочь подняться.

Но мальчик не принял помощи. Он торопливо вскочил на ноги и тут же бросился прочь, прижимая хлеб к груди. Спрятался за толпой людей и вскоре забежал за угол, даже не посмотрев назад.

Тарион слегка скривился. Опять это… Он ничего плохого не сделал, но репутация уже сыграла с ним злую шутку.

— Что стоишь как вкопанный?! — крикнул ему продавец, всё ещё кипя от возмущения. — Нужно было ловить! Хлеб у меня украл!

Тарион молча направился к прилавку. Он потянулся к карману — и тут настроение торговца резко переменилось. Ярость сменилась настороженностью, а затем и откровенным страхом.

— Это за украденный хлеб, — спокойно произнёс Тарион, доставая серебряные монеты. — У вас же не менялись цены?

— Н‑нет… — осторожно ответил мужчина, нерешительно принимая деньги. Проверил их и, убедившись, что настоящие, положил в небольшую шкатулку.

Тарион кивнул и развернулся, чтобы уйти. Продавец проводил его с настороженным взглядом. А где-то вдалеке, за углом, мальчик с трудом разламывал тёплый хлеб пополам — одну половину тут же отправил в рот, вторую бережно спрятал за пазуху. И, оглядевшись по сторонам, он сбежал прочь с рынка.

Тарион направился в противоположную сторону — с него на сегодня было достаточно городской суеты. Он шёл, не спеша переставляя ноги, и разглядывал знакомые очертания домов, которые за последние месяцы стали казаться ему всё более чужими.

Парень дошёл до конца улицы, свернул за угол — и тут к нему подбежал другой юноша, запыхавшийся, с раскрасневшимися от бега щеками.

— Тарион! Вас вызывают в главный зал! — выпалил он, едва переводя дух. — Срочно!

Тарион невольно напрягся. В груди шевельнулось недоброе предчувствие. Если вызывали в главный зал, означало, что случилось что-то плохое. Других причин и нет.

— «Что им опять нужно?» — пробежала раздражённая мысль.

Он бросил короткий взгляд на посыльного — тот стоял, переминаясь с ноги на ногу, явно ожидая ответа.

— Передай, что я скоро буду, — сдержанно произнёс Тарион.

Посыльный кивнул и тут же развернулся, чтобы умчаться обратно. Тарион проводил его взглядом, медленно выдохнул и поправил плащ. Он потёр переносицу, пытаясь унять нарастающее раздражение. Сжав кулаки,

Тарион зашагал в сторону цитадели. Путь пролегал через узкие улочки, где дети гоняли мяч, а старушки переговаривались у колодцев.

Он поднял взгляд к шпилю цитадели, возвышавшемуся над крышами домов, и ускорил шаг. Ещё не хватало упрёков из-за его опоздания.

Тарион почти бежал, пока не достиг массивных дверей цитадели. Чуть отдышавшись, он глубоко вдохнул и толкнул тяжёлые створки.

Внутри царила привычная атмосфера. Высокие своды, резные каменные колонны, приглушённый свет, пробивающийся сквозь витражные окна. И, конечно, они — советники, восседающие за длинным мраморным столом.

Тарион вошёл в зал, и тут же на него обратились холодные взгляды. Он невольно сжал кулаки, но постарался сохранить невозмутимость. У советников всегда такое выражение лиц, неважно, кто перед ними — знатный вельможа или простой горожанин. Но это всё равно раздражало.

— Наконец-то изволил явиться, — процедил старейший из советников, Верин, смерив Тариона ледяным взглядом. Его седые брови сошлись на переносице, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику кресла.

— Прошу прощения за задержку, — сдержанно ответил Тарион, стараясь не выдать раздражения. — По пути возникли…небольшие проблемы...

Верин проигнорировал объяснение и уставился в свитки, лежавшие у его рук. Потом посмотрел на всех хранителей.

— Мы собрали вас здесь не для обсуждения ваших опозданий, — жёстко произнёс он. — Ситуация в Пустошах ухудшается. Аномалии от разлома распространяются быстрее, чем мы ожидали. В Нижних кварталах уже говорят о новых прорывах реальности.

Тарион почувствовал, как внутри всё напряглось, а Верин продолжил свой монолог, уведя взгляд в сторону.

— И вы обязаны помочь. Мы требуем, чтобы вы отправились в Пустоши и закрыли разлом.

В зале повисла тяжёлая тишина. Тарион молчал, обдумывая слова советника. Другие хранители переглянулись. Никто не стал спорить с Верином — нужно было согласиться и выполнить то, что велят. Верин продолжил свой монолог:

— Отправляйтесь все вы завтра на рассвете. Желательно также без опазданий

Хранители переглянулись и кивнули Верину.

Тарион коротко склонил голову и развернулся к выходу. Уже в коридоре его догнал один из Хранителей. Беловолосый мужчина 30-ти лет.

— Как думаешь, что такого происходит в Пустошах, что отправили всех Хранителей? — Каэль разглядывал Тариона с интересом. Глаза горят любопытством, на губах играет лёгкая улыбка.

Тарион замедлил шаг, бросил короткий взгляд на собеседника и вздохнул смотря вперед, а не на своего собеседника.

— Что-то серьёзное, — коротко ответил он.

— Серьёзное — это мягко сказано, — понизив голос, продолжил Каэль. — Я слышал от одного из архивистов, что в Пустошах открылся разлом. Не просто аномалия, а настоящий прорыв. Говорят, оттуда сочится какая-то энергия… она искажает всё вокруг. Растения гибнут за считанные часы, камни плавятся, будто воск и... — он на мгновение замолчал, подбирая слова, но всё таки промолчал.

Тарион нахмурился.

— Разлом? Звучит так, будто цикл катастроф начинается заново.

— Вот именно! — воодушевился Каэль. — И самое странное: разлом пульсирует в ритме, который совпадает с… ну, ты понимаешь? С биением Осколков. Тарион остановился и посмотрел на Каэля в упор.

— Ты хочешь сказать, что разлом реагирует на Осколки?

— А что, если это и есть причина, по которой нас всех туда отправляют? — предположил Каэль. — Может, советники знают больше, чем говорят. Хотят проверить, как Осколки взаимодействуют с разломом. Или… — он понизил голос до шёпота, — используют нас, чтобы его закрыть. Но что, если попытка закрыть разлом вызовет новый катаклизм?

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. В коридоре цитадели царила тишина, нарушаемая лишь далёким эхом шагов стражников.

— Значит, нам нужно быть начеку, — наконец произнёс Тарион.

Каэль кивнул.

— Согласен. И ещё кое-что… я слышал, что Братство Тени тоже движется в сторону Пустошей. Похоже, они что-то знают. Или хотят использовать разлом в своих целях.

Тарион сжал кулаки.

— Тогда тем более нельзя терять время. Нужно собрать хранителей.

— Хорошая мысль, — одобрил Каэль.

Тарион бросил последний взгляд в сторону зала, где всё ещё сидели советники.

— Завтра на рассвете, — напомнил он. — Но до этого у нас есть ночь. И за эту ночь мы должны понять, во что ввязываемся.

Каэль хлопнул его по плечу.

— Не переживай, дружище. Мы справимся. Вместе — всегда проще.

Тарион слабо улыбнулся. Впервые за долгое время он почувствовал, что не один.

— Пойдём, — сказал он. — У нас много дел.

Прибыв на место разлома, Тарион сам убедился в масштабах бедствия. Вокруг царила мёртвая тишина — ни единого живого цветочка, ни травинки. В радиусе двухста метров всё было выжжено: почерневшая земля, обугленные стволы деревьев, камни, будто оплавленные жаром. Почва под ногами казалась хрупкой, словно тонкий слой пепла, готовый рассыпаться от малейшего прикосновения.

«Спасибо хоть на людях это не сказывается», — мысленно отметил Тарион, окинув взглядом остальных хранителей. Они держались на безопасном расстоянии, но выглядели относительно нормально — никто не мутировал и не терял рассудок. Пока что.

— Что я и говорил, — отозвался Каэль, стоя рядом и хмуро разглядывая разлом. — Теперь бы понять, что делать.

Другие Хранители ходили вокруг разлома, осторожно исследуя окрестности.

Селена замерла с закрытыми глазами. Её пальцы слегка подрагивали — вероятно, осколок времени реагировал на разлом.

Матрикс склонился над остатками какого-то растения, пытаясь найти признаки жизни.

Тарион сделал несколько шагов ближе к разлому. Перед ним зияла неровная трещина в земле — она пульсировала тусклым багровым светом, от неё исходили волны холода, от которых стыла кровь. Воздух дрожал, искажая очертания предметов.

— Он растёт, — тихо произнёс Тарион, заметив, что края разлома чуть расширились за те несколько минут, что они здесь.

Каэль подошёл ближе, прищурился:

— Вижу. И пульсация ускоряется. Раньше было раз в десять секунд, теперь — почти каждую.

— А если он лопнет? — Финн поднял глаза от своего блокнота, в котором делал заметки. —

Что будет, если разлом расширится до критического размера?

Селена открыла глаза — взгляд её был тревожным:

— Я видела фрагменты возможного будущего. Если разлом не закрыть, он вызовет цепную реакцию. Аномалии начнут появляться по всему Эквилиону одновременно. Альтар может не выдержать.

Тарион сжал кулаки. Осколок Разрушения в его груди отозвался глухой вибрацией — он явно реагировал на разлом.

— Значит, у нас только один вариант, — подытожил он. — закрыть разлом любой ценой.

Каэль положил руку ему на плечо:
— Давай сначала изучим всё как следует. Селена, что скажешь?

Селена кивнула:

— Я видела в воспоминаниях один похожий разлом — пятьсот лет назад, незадолго до Божественной катастрофы. Его пытались закрыть силой. Результат вы знаете.

В воздухе повисло тяжёлое молчание. Любое неверное действие может повторить судьбу древнего мира.

Селена обернулась к ним:
— Я попробую отследить временные линии — возможно, разлом имеет точку отсчёта, момент, когда он начал формироваться.

Хранители переглянулись и кивнули. Все разошлись по территории разлома, хоть как-то пытаясь разобраться с масштабной проблемой.

Тарион хотел присесть на землю, чтобы собраться с мыслями и прочувствовать энергию разлома через свой осколок, но его подозвал к себе Матрикс — седовласый хранитель с пронзительным взглядом и неизменной записной книжкой в руках. Он стоял у края разлома, рядом с портативной установкой, усыпанной кристаллами и медными трубками, — похоже, измерял магический фон.

— Тарион, подойди-ка, — негромко, но властно произнёс Матрикс.

Тарион подошёл, настороженно глядя на приборы.

— Что у вас? — спросил он.

Матрикс поднял глаза от циферблатов и посмотрел прямо на Тариона:

— Твоя сила реагирует на разлом сильнее остальных. Я фиксирую резонанс — когда ты приближаешься, пульсация разлома меняется.

Тарион невольно сжал кулак. Осколок внутри отозвался глухой вибрацией.

— И что это значит? — осторожно уточнил он.

— Это значит, что твоя связь с разломом — самая сильная, — пояснил Матрикс.

Тарион задумался. В голове всплыли слова Селены о временных линиях, предположения Каэля о цикличности катастроф.

— Мы будем контролировать процесс, — Матрикс указал в сторону разлома.

Тарион оглянулся. Каэль уже стоял неподалёку разглядывая пострадавшие окрестности.

Селена замерла с закрытыми глазами, её пальцы подрагивали в такт пульсации разлома.

— Значит, работаем командой, — подытожил Тарион. — Но сначала...

Тарион глубоко вдохнул, подошёл ближе к разлому и протянул руку. Багровое свечение встретило его ладонь волной холода. Он закрыл глаза, сосредоточился на связи с осколком.

Но его прерывают. Совсем рядом пролетает довольно большой камень, летя прямо в разлом. Упав вниз, от дерева ничего не осталось — оно рассыпалось пеплом ещё на подлёте, будто никогда и не существовало.

— Вы посмотрите, кто тут у нас! Сами хранители! — громко воскликнул Куро, один из Братства Тени. Он стоял на возвышении холма, небрежно прислонившись к обугленному пню.

— Чёрт! Они добрались! — воскликнула Сильвия, мгновенно принимая боевую стойку. Её Осколок Света на запястье замерцал, готовясь к защите.

Тарион резко обернулся, рука непроизвольно потянулась к источнику внутренней силы. Остальные Хранители тоже насторожились: Каэль шагнул ближе к Финну, прикрывая его собой, Селена замерла, пытаясь уловить временные линии возможного столкновения.

— Куро… — холодно произнёс Тарион. — Что он делает здесь?

Куро расхохотался:

— О, мы просто любуемся пейзажем!

Матрикс выступил вперёд:
— Если вмешаетесь в разлом, спровоцируете цепную реакцию. Аномалии пойдут по всему континенту.

— А может, мы именно этого и хотим, — ухмыльнулся Куро. — В хаосе рождаются новые боги. И мы будем рядом, когда это случится.

Куро поднял руку, давая знак своим людям:
— Мы заберём то, что принадлежит будущему.

Хранители переглянулись, кивнули друг другу — и заняли позиции. Разлом пульсировал всё яростнее, воздух трещал от напряжения.

С другой стороны появились другие члены Братства Тени — ещё несколько фигур вынырнули из-за обугленных деревьев и скалистых выступов. С третьей стороны тоже появилось движение: ещё люди. Всего их оказалось чуть больше, чем Хранителей, — численный перевес на стороне Братства.

— Смотри, Морган! С ними ещё и простой паренёк! — громко отозвался один из Братства, указывая на Финна — невысокого юношу, ученика Матрикса, который стоял чуть позади остальных, сжимая в руках небольшой кристалл.

Матрикс, поняв, о ком речь, метнулся к ученику, закрыл его собой и тихо бросил:

— Держись позади. Не лезь вперёд. Просто фиксируй данные.

— Начинайте! — отдал приказ Морган. — Захватить разлом! Остальных — нейтрализовать!

Сильвия первой начала на атаку: взмахнула рукой — и вокруг группы Хранителей вспыхнул сияющий барьер. Несколько тёмных снарядов, брошенных людьми братства, рассыпались искрами, ударившись о защиту.

Селена закрыла глаза, сосредотачиваясь. Время вокруг неё чуть замедлилось — она уловила траекторию удара одного из них и шепнула Тариону:
— Слева!

Тарион резко развернулся и выбросил вперёд волну разрушительной энергии. Атака Братства разбилась об атаку Тариона, а сам нападавший отлетел на несколько шагов, врезавшись в обугленный ствол.

Тем временем Морган сам двинулся вперёд, поднимая руки. От его ладоней потянулись чернильные щупальца энергии, которые устремились к разлому.

— Он хочет захватить разломом! — выкрикнула Селена. — Если получится, он сможет направить его силу против нас!

Тарион начал действовать. Он сделал шаг вперёд, сосредоточился на энергии внутри себя. Сила отозвалась — но на этот раз он не стал выпускать её в виде удара. Вместо этого он направил силу вдоль земли, создавая сеть трещин, которые перерезали потоки тёмной магии, идущие от Моргана к разлому.

Морган зарычал от ярости. Матрикс тем временем активировал свою установку. Кристаллические датчики замерцали, фиксируя колебания энергии.

— Финн! Передавай данные! — крикнул он ученику. — Записывай частоту пульсации разлома!

Финн дрожащими руками настроил кристалл, начал считывать данные.

В этот момент один из людей Братства обошёл барьер Сильвии сбоку и бросился на Финна. Но Каэль среагировал мгновенно: между нападавшим и юношей выросла колючая лоза, обвила ноги, повалила на землю.

Сильвия усилила барьер, расширив его так, чтобы прикрыть Финна с Матриксом. Селена тем временем уловила момент — она увидела в потоке времени краткую щель, когда защита Моргана ослабевала на долю секунды.

— Тарион! Сейчас! — крикнула она.

Тарион собрал всю силу осколка, сконцентрировал её в одной точке и направил точный импульс. Раздался резкий треск, словно лопнула туго натянутая струна. Морган пошатнулся, щупальца его магии рассеялись.

Разлом на мгновение замер, затем пульсация замедлилась.

— Они теряют контроль! — воскликнула Селена. — Ещё немного — и мы сможем закрывать разлом!

Хранители переглянулись оценивая ситуацию.

— Отходим! — приказал Морган сквозь зубы. Братство начало отступать, растворяясь среди руин и теней.

Тарион выдохнул, опустил руки.
— Мы выиграли время, — сказал он. — Они вернутся. И в следующий раз будут готовы.

Все молча кивнули.

Они передохнули какое-то время — перевели дух, перевязали несерьёзные раны, обменялись короткими фразами о том, что видели и чувствовали во время схватки. Напряжение понемногу отпускало, но тревога не исчезала.

Вернувшись к разлому, они вновь встали полукругом, на безопасном, но достаточно близком расстоянии. Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на обугленную землю. Разлом по-прежнему пульсировал — не так яростно, как во время атаки, но ритм его стал неровным, прерывистым. Багровое свечение то затухало почти до полного мрака, то вспыхивало с новой силой.

— Он нестабилен, — тихо произнес Матрикс. — После нашего столкновения с Братством структура разлома нарушилась. Он пытается восстановиться.

Матрикс склонился над своей установкой. Кристаллические датчики мерцали, выдавая на экран странные, скачущие графики.

— Энергетический фон колеблется с нарастающей амплитудой. Если так пойдёт дальше, разлом может либо схлопнуться… либо взорваться. И второе куда вероятнее.

— Значит, тянуть нельзя, — подытожил Каэль.

В этот момент из-за обугленных руин вышла Лира — архивариус совета, которую никто не заметил ранее. Скорее всего она получила срочное послание от советников. В руках она держала древний свиток, испещрённый символами старого языка.

— В свитках сказано, что разломы такого типа можно закрыть, если восстановить изначальный баланс сил, — сказала она. — Для этого нужно, чтобы каждый из нас задействовал свой осколок в определённой последовательности. Разрушение открывает путь, Жизнь восстанавливает структуру, Время фиксирует новую реальность, Свет очищает искажения…

Матрикс кивнул ей соглашаясь.

— Я могу синхронизировать приборы с вашими действиями. Финн, готовь кристалл — будешь дублировать данные.

Финн кивнул, сглотнул и крепче сжал кристалл. Руки у него чуть дрожали, но взгляд был решительным.

— План понятен, — Тарион сделал шаг вперёд.

— Лира, читай заговор, — Тарион обернулся к архивариусу.

Лира начала читать — тихо, но уверенно. Слова древнего языка звенели в воздухе, и над разломом вспыхнули первые лучи чистого белого света. Они окутали разлом, словно промывая её изнутри.

Пульсация стала ровнее. Багровый свет постепенно сменился мягким золотистым сиянием. Трещины начали затягиваться. Воздух перестал трещать от напряжения

— Получилось, — прошептала Селена, открывая глаза. — Временные линии стабилизировались. Разлом больше не угрожает, но ненадолго — нужно быстро придумать новый способ закрыть разлом.

Каэль улыбнулся, глядя, как зелёные побеги, оплетающие края разлома, начинают цвести.

Тарион чувствовал усталость. Осколок внутри больше не пульсировал угрожающе

Все переглянулись. Пора возвращаться.