Колдовская мылодрама или курорт для разведенки.

– И как только этот Рембо недоделанный посмел сказать, что я на отдыхе наела лишнего?! – не стесняясь ору на всю раздевалку фитнес-клуба. – Я за что ему деньги плачу? А?

– Да, ладно, Поль, не кипешуй, – успокаивает подруга. – Ну наела, и что? Это не лишний жир, а доказательство, что муж тебя хорошо кормит, – ржет зараза.

А вот я злюсь. Знаю, что за этими словами стоит не тот смысл, что на поверхности. Танька в очередной раз пытается намекнуть, что я слишком сильно завишу от мужа. А я в очередной раз кичусь перед ней своим положением.

– Да, Вася меня балует. По лучшим ресторанам Италии водил. Как не поправиться за две-то недели?

– В твоем возрасте никак, – снова бесит подруга, напоминая, что мне без году сорок. Но тут же сглаживает нанесенный удар, – так что имеешь право немного округлиться. Да и не толстая ты, просто легинсы слишком узкие, – пожимает она плечами и скашивает взгляд на то самое проблемное место, что перетянуто узкой резинкой.

Тоже опускаю глаза и понимаю, негодовать стоит не по поводу бестактности тренера, а из-за собственного чревоугодия.

– Но так-то сорок шестой размер для женщины твоего возраста – это супер, – оценивая мою кислую мину, подбадривает Таня. – Я вообще не понимаю, что ты заморачиваешься насчет веса. Купи новые легинсы и бока не будут выпирать.

– Я заморачиваюсь, Тань, потому что мой муж владелец модного журнала и каждый день глазеет на таких фиф, до которых мне далеко.

– А ты на этих фиф не ориентируйся. Они тебя в два раза младше.

– В том-то и беда.

– Полина, – включая тон училки, говорит подруга и толкает меня к душевым. – Это бессмысленная гонка. Ты не отмотаешь время назад. Не отменишь естественные процессы. А если твой Вася действительно тебя любит, то глупо этих вешалок опасаться.

И вот тут я затыкаюсь. Встаю под душ и машинально намыливаюсь.

Любит ли меня муж, сказать трудно. Мы поженились, когда мне было девятнадцать, а ему двадцать шесть. Банальная история - я тупо залетела. Еще в самом начале нашего романа. И вот прошло двадцать лет. Наш Петька вырос и укатил за бугор учиться. А я… я как была придатком мужа, так и осталась. Ни профессии, ни навыков жить самостоятельно. Всю себя семье отдала. Естественно, я воспринимаю рабочее окружение Васи, как угрозу. И конечно, любая его внеурочная деятельность становится причиной высокого артериального давления.

И все же, Вася ласков со мной. На моря возит раз в год. Подарки покупает. В прошлом году машину новую презентовал. Разве что не болтает со мной по вечерам, как раньше, и даже сериалы не смотрит.

– А знаешь что, – говорит Танька, выходя из душевой. – Погнали-ка в ТЦ. Купим тебе новый костюм, а заодно и я себе что-то присмотрю. Развеемся.

– Погнали, – понуро отвечаю я, и мы действительно садимся в мою гламурную красную тачку и катим в самый роскошный ТЦ, который как специально рядом с офисом мужа располагается.

Спустив непозволительно крупную сумму на тряпки, парфюм, парикмахера и вино, мы довольные выходим на улицу.

– Этот конфетный цвет волос тебе очень идет, Поли, – щебечет подруга. – Теперь ты настоящая ириска.

– Кис-киска, – смеюсь в ответ и взъерошиваю только окрашенные волосы. – Действительно и почему я раньше не решалась стать рыженькой? – поражаюсь, открывая машину и сгружая в нее покупки.

– Ты на многое не решалась, – вздыхает Танька. – Например, поговорить с мужем насчет того, что тебе пора бы заняться чем-то кроме дома и своей внешности.

– А знаешь, ты права! – соглашаюсь я. – Ведь я всегда хотела пойти учиться на мифолога.

– Таролога, ванголога, нумеролога, – глумится подруга.

– Не смешно! – захлопываю я дверцу машины излишне резко. – Мифология – это не какие-то там Ахалай-махалай! На мифе, между прочим, вся наша культура построена. Так-то!

– Да я не против, – давит смешок Танька. – Сама люблю на досуге что-то мистическое почитать. Но ты пойди это своему прагматику Васе скажи.

– А вот и скажу! – говорю запальчиво. – Прямо сейчас пойду к нему в офис и поговорю.

– Может, лучше дома? – морщится Таня, задирая голову и скептически оглядывая здание офиса, на котором красуется огромный плакат с логотипом мужниного журнала.

– Нет, Таня, я пойду сейчас. У него как раз минут пять до конца рабочего дня осталось. Вот вино, которое домой купила, возьму и пойду, – говорю, открывая машину и копаясь в пакете. – Посидим как раньше, когда этот его журнал еще ничего, кроме головной боли, не приносил, и я ему домашние обеды на работу таскала.

– Вспомнила тоже, – хмыкает Танька. – Двенадцать лет прошло.

– Не важно, – машу рукой и, закрыв машину, уверенно шагаю к зданию офиса.

– Ну, удачи, – летит мне в спину не слишком радостное напутствие.

Молча киваю и чешу на ресепшен.

– Полина Геннадьевна, – встречает меня администратор. – Покрасились?! Вам очень идет.

– Спасибо, Боря, – улыбаюсь админу. Вот кто всегда обратит внимание на изменения в моей внешности и одарит комплиментом. А Васечка может и не заметить, что я сменила масть. Бывало уже такое и не раз.

– Вы к Василию Илларионовичу?

– К нему родимому.

– Эм-м-м… – отчего-то мнется админ. – Может, вы его тут подождете? Я свяжусь и скажу, что вы пришли, – Боря даже трубку аппарата снимает и набирает номер начальника.

– Нет-нет-нет, – кладя прибор обратно, потрясаю я бутылкой сухого. – Я собираюсь его немного задержать. Как раньше, – улыбаюсь во все тридцать три отбеленных зуба и заговорщически подмигиваю свидетелю нашей семейной мелодрамы.

– Как скажете, – обреченно вздыхает админ и пропускает меня к лифтам.

Поднимаюсь на самый последний тринадцатый этаж. Весь его занимает мой благоверный, других сотрудников, кроме секретарши, там не обитает. В общем, поднимаюсь и еще от лифта слышу, что в кабинете мужа разрывается телефон. Видимо, Боря пытается дозвониться, чтобы сообщить о моем визите. Но Вася почему-то не берет трубку.

Нет его, что ли? Или занят чем-то важным?

Хм, да чем таким важным можно заниматься в офисе? Если только…