КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9)

* * *

В дирижабль мы грузились уже немного «весёлые». Ну а что? Пара полуштофов* на всех – я бы даже сказал, маловато будет.

*Полуштоф (1/20 водочного ведра) – 0,616 л.

Особливо если учитывать, что это поверх «пользительного витаминного отвара», которого по чашке влила в нас маман – а с маман в таком боевом настроении сложно спорить. Притом, разливая травный взвар по кружкам с расписными розами, она прибавила:

– А то рано начать – быстро закончить.

Это глубокомысленное замечание я для себя не смог расшифровать, поэтому выпил травки без разговоров, остальные последовали моему примеру и после этого разулыбавшаяся Евдокия Максимовна благословила нас «погулять да повеселиться там».

Всю дорогу до воздушного порта я не мог отделаться от смутного непонятного чувства. Похоже, тревожность обуревала не одного меня – вот тут-то и появился первый штоф.

Штоф на шестерых – это ж даже по соточке* не получится. А ехать долго, с полчаса. За первым штофом появился и второй, и всем как-то немножко полегчало.

*«Сотка» (она же «чарка» или «мерзавчик») – одна сотая водочного ведра, 123 мл.

А вот в воздушном порту нас ожидало первое изумление.

– Господа! – Михаил повёл рукой, совершенно довольный нашими обалдевшими лицами. – Прошу пожаловать на борт дирижабля Дашковых!

– Вот это агрегат! – Иван запрокинул голову, пытаясь обозреть аппарат целиком.

– Дивная конструкция, доложу я вам! – восторженно воскликнул Витгенштейн.

– Сейчас таких уже и не делают, – Серго с уважением покачал головой.

– Это действительно паровая машина? – деловито уточнил Хаген. – Не современная поделка в ретро-оболочке? Я слышал, в Европе это сейчас считается особым шиком.

Встречающий нас у пассажирского входа капитан улыбнулся со сдержанной гордостью и ответил разом всем:

– «Феникс» – уникальный аппарат, господа, – он любовно погладил полированный бронзовый поручень летающего чуда. – Ещё мой отец его принимал. Индивидуальная постройка. В Нижнем Тагиле паровой двигатель заказывали, а баллоны немецкие, от Фердинанда Цеппелина.

– Гос-споди, это когда было-то? – поразился Витгенштейн. – Цеппелины же обанкротились уж лет двадцать!

– Они обанкротились, – кивнул капитан, – а мы вот на ходу.

А я застыл, исполняясь прикосновением... к истории, наверное? Эта непривычного вида громадина – она же реально на пару! Сдвоенные огромные баллоны, сетчатая площадка посередине и настоящая паровая машина. Паровая! Друзья мои осаждали капитана и Михаила расспросами, а я всё стоял молча, придавленный этой мощью, и проникался.

Этому летающему огнедышащему ящеру, небось, лет пятьдесят! И всё ещё на ходу! Вернее, на лету. Обалдеть не встать!

– А почему дизель не поставить? – услышал я вопрос Серго. – Даже со стандартным магическим контуром машина выиграла бы в скорости.

– Позвольте не согласиться с вами, – капитан улыбнулся с таким видом, словно ждал этого вопроса и давно уже заготовил на него ловкий ответ. – Князья Дашковы традиционно сильны в огне. Если его сиятельство захочет... Видите какие огромные винты? – указал нам капитан.

– Я как раз хотел спросить зачем такие громадины, – с любопытством поддержал обсуждение Хаген. – На «Дельфине» (это один из личных дирижаблей Ильи Алексеевича) втрое меньше. А ведь он изначально является военной моделью!

– Этот вопрос часто и закономерно возникает у наших пассажиров. Видите ли, винты такого размера установлены специально. На ходовой машине помимо стандартного контура стоит усиление. Плюс обеспечено дополнительное охлаждение. И если его сиятельство пожелает, то сможет напрямую влиять на температуру. И тогда мы получим сверхгорячий пар, а это уже совсем другие мощности и возможности. И тогда наш старичок «Феникс» может приятно удивить. Или неприятно. Тут уж как посмотреть.

– Да-а! Как, оказывается, всё продумано, – протянул Петя. – А почему сейчас таких не выпускают? Это же интересное направление!

– Мало огненных магов такого уровня, как его сиятельство – это раз. И второе. Почти совсем нет магов, которые пожелают самолично разогревать машину.

– Да уж. Это же ручки пачкать, фу... – хмыкнул я, а капитан пошевелил пальцами и слегка поморщился, не вдаваясь в дальнейшее обсуждение с представителями аристократии.

Однако видно было, что обидно за молодёжь старому небесному волку. Да и понятно. Если всё действительно так, как он говорит, то такие паровые киты дали бы современным моделям прокашляться.

Но – увы. Тот же Дашков предпочитал просто летать в виде огненного болида. И быстрее, и безопаснее. Один недостаток у этого способа – не подходил он для компаний, как ни крути. Поэтому сегодня на Байкал нас вёз вот такой агрегат. Мне – нравилось!

Словно услышав мои мысли, капитан улыбнулся:

– Прошу на борт, господа! Начинаем наше путешествие!

* * *

Судя по ящикам, с которыми сновали по грузовой аппарели во всё продолжение нашего разговора слуги Михаила, князь решил компенсировать предполагаемое спокойствие мальчишника обилием спиртного. Или, памятуя об отдалённости точки проведения, позаботился о том, чтобы потребности «сбегать за добавкой» не возникло?

Я автоматическим жестом проверил в нагрудном кармане обойму «протрезвинок», которые мне с собой маман вручила, стребовав практически клятву, что на обратном пути мы все примем по одной. С таким ресурсом можно никаких объёмов спиртного не бояться. К тому же, я точно знаю, кроме моей тяжёлой артиллерии у Хагена есть целый кулёк протрезвинок, сделанных в виде конфеток-леденцов. Действовали они не так сильно, зато их было много.

Должно хватить.

Должно же?

Томим этими тяжкими думами... Вот к чему это опять, а? Мальчишник у друга, настроение у нас должно быть развесёлое и бесшабашное! А в голове всё хмарь какая-то.

Так вот, кинул я сумку в отведённую мне каюту (может, зря?.. придётся ли мне в той каюте сидеть-то?) и пришёл в гостевой салон на нижней палубе – с большими панорамными окнами для любования видами. А они там уже новый бутылёк раскупорили – коньячный дух аж в коридоры несёт. Хаген на входе незаметно сунул мне в руку леденец.

– Понял, принял, – я кинул конфетку в рот и подошёл к столу, на котором Петя успел расстелить большую карту Байкала и стоял над ней с видом Наполеона:

– Так. Ещё раз, куда мы летим?

– К устью Селенги, – гордо ответил Дашков.

– Звучит как пароль, – пробормотал Витгенштейн и зашарил глазами по карте. – Нет, я так не играю! В Байкал сколько рек впадает? Сто? Двести? Тут сплошь речки, а подписи такие мелкие...

– Более трёхсот, – усмехнулся я. – Но Селенга из больших. Вот, – я ткнул пальцем в бумагу.

– Анатолий Александрович сказал, – авторитетно кивнул Иван, покачивая в руках бокал, – непременно нужно к Селенге лететь. Если мы хотим премиального осетра.

– А зачем нам именно осётр? – удивился Витгенштейн.

– Как это «зачем»?! – возмутился Сокол. – На кого должен закидывать крючок князь? Ты что? Хочешь, чтобы князь Дашков хвастался выловленной на мальчишнике селёдкой?

– За селёдкой надо было на океан отправляться, – засмеялся Серго. – И вообще, Петь, расслабься маленько. Что-то эта твоя аналитическая служба развивает в тебе излишнее желание всё держать под контролем. Давайте лучше за Мишку! Он сегодня последний день свободный!

– Может, хотя бы, съедим чего-нибудь? – пробурчал Петя. – Иначе вы же даже до этого вашего устья Селенги не долетите.

– После чая Евдокии Максимовны? Ох, сомневаюсь! – коварно заржал Сокол. – Но от перекуса не откажусь.

– В таком случае, господа, прошу всех в столовую! – нарочито бодро пригласил нас Дашков.

Но я-то видел, что на душе у Мишки кошки скребутся. Потому что пока наш мальчишник напоминал банальную пьянку. Такую, знаете, пьянку, после которой до рыбалки дело может и не дойти – как из анекдота, когда во избежание решено было удочек не брать и из кареты не выходить.

Другое дело, что с нетрезвых глаз начиналась добрая половина наших похождений – но Миша-то этого не знал! Зато Петя знал. И Хаген. Да и Иван с Серго знали. Но все старательно поднимали тосты, зубоскалили и подкалывали Дашкова страхами супружеской жизни – надеялись, что ли, что в этот раз нас пронесёт?

В столовой окна тоже были большие, панорамные. «Феникс» шёл умеренно-бодро, и при такой скорости должен был доставить нас до Селенги часа за полтора – как раз спокойно поужинать. Под брюхом плыли заснеженные горы, окружающие Байкал. Восхитившись их дикой красотой, мы уселись за трапезу.

Расход горючих жидкостей пошёл поменьше – рюмочки здесь были маленькие – не исключено, что стюард принял меры, чтобы довезти до точки назначения хотя бы условно-дееспособных пассажиров.

Мы только допили вторую бутылку (после перехода в столовую счёт было решено обнулить), под брюхом «Феникса» расстилались льды Байкала, горы отодвинулись в стороны, к горизонту... И тут из громкоговорителя раздался громкий голос капитана:

– Внимание, это не учебная тревога! Нас атакуют! Неизвестные аппараты на два часа! Внимание! Всем занять места согласно боевому расписанию! Тревога! Боевая тревога!