Командир КВ

Командир КВ

Ещё вчера он был обычным молодым парнем, что по вечерам с удовольствие рубился в World of Tanks, но сейчас он командир настоящего КВ-1, сменив удобное компьютерное кресло и клавиатуру своего компа на место командира настоящего танка, а за бронёй башни тяжёлого танка страшное лето 41-го и шансы выжить и дожить до конца войны почти ни какие.

Пролог

Февраль 2025 года, Санкт-Петербург.

Дом, милый дом, открыв дверь своей однокомнатной квартиры, Игорь разделся, повесив тёплую куртку в гардероб и сняв зимние ботинки, надев вместо них удобные мягкие домашние тапки, прошёл на свою небольшую, но такую уютную кухню. Там он быстро разогрел в микроволновке тушёную с мясом, грибами и помидорами картошку. Одновременно с этим вскипятил в чайнике воду и налив фруктовый чай, принялся за ужин, который правда больше смахивал на поздний обед. Сегодняшний день выдался у него тяжёлым, не было ни одной свободной минуты, как будто прорвало и грузовики приходили на ремонт один за другим. Радовало его только одно, сегодня была пятница, конец рабочей недели и впереди у него было целых два выходных дня. Плюхнувшись в своё удобное компьютерное кресло, он включил свой компьютер, хотя уже и успевший устареть, но тем не менее вполне тянущий современные игрушки. Загрузив любимый «Мир Танков», Игорь полностью погрузился в игру, часам к двум ночи, он наконец полностью прокачал тяжёлый советский КВ-1 и вот на последок, прежде чем идти спать, он решил его опробовать. Нажатие на кнопку «В Бой» и вот грузится локация, «Прохоровка», его КВ-1 возглавляет его команду, а у противника француз BDR G1 B, заканчивается отчёт и вот начинается бой. До конца раунда остаётся 2 минуты, против меня как раз BDR G1 B, мы уже обменивались выстрелами, и я и он имеем повреждения, тут кто кого первым подловит и когда до конца раунда остаётся меньше 10 секунд француз всё же подловил меня. Мой КВ-1 взрывается, а затем наступает темнота.

Глава 1

Твою ж мать! Голова буквально раскалывается, а я не могу ни чего понять, что случилось? Меня обдувает скажем так жаркий ветерок с запахом трав и гари, а также сгоревшей взрывчатки и палёного мяса. С трудом открываю глаза и мама моя родная, роди меня обратно, что тут чёрт побери произошло, где я?! Сейчас явно лето, а как такое могло произойти, ведь только что была зима, или это я полгода в коме провалялся? А почему тогда тянет гарью и сгоревшей взрывчаткой? Медленно поворачиваю голову и вижу прямо перед собой громаду КВ, НАСТОЯЩИЙ МАТЬ ЕГО ЗАНОГУ КВ-1! Тут рядом, отдаваясь болью в голове, слышу:

-Товарищ капитан! Товарищ старший лейтенант очнулся!

Это про меня что ли? Тут мне помогают приподняться, вернее принять сидячее положение и я вижу стоящие рядом, под деревьями три КВ-1 и полтора десятка Т-26, а кроме того десятка четыре танкистов в комбинезонах.

-Ковалёв, ты как?

Не сразу понимаю, что это обращаются ко мне, напротив меня стоит танкист в комбинезоне, его петлиц не видно, и тут у меня в голове, как бомба разрывается и я понимаю, что знаю, кто это стоит перед мной. Это мой комбат, капитан Федосеев, а я сам старший лейтенант Игорь Ковалёв, командир взвода тяжёлых танков и сейчас 1 июля 1941 года, а находимся мы не Украине. Вот уже целую неделю идёт одна из самых страшных войн в истории человечества и самая кровопролитная из них. Ни какой «малой кровью на чужой территории», как вещали лидеры страны, всё с точностью до наоборот, это противник сейчас как раз воюет «малой кровью и на чужой территории», а мы несём просто астрономические потери и стремительно откатываемся назад.

-Ковалёв, ты меня слышишь?!

Прихожу в себя и отвечаю.

-Слышу товарищ капитан.

-Как ты?

-Хреново, но воевать смогу, надо только немного очухаться, что кстати случилось?

-А ты не помнишь?

-Нет товарищ капитан.

-Бомба рядом взорвалась, когда ты как раз из люка высунулся, вот тебя и контузило.

-Вот дерьмо!

-Ладно, у нас час на привал, потом двигаемся дальше.

Ложусь на покрытую мягкой травой землю рядом с танком, и глядя в безоблачное небо сквозь ветки дерева, прихожу в себя, а главное пытаюсь понять, КАК МАТЬ ЕГО ЗА НОГУ я тут оказался?!!! Сидел дома, ни кого не трогал, в компьютерную игрушку играл и на тебе, трах-тибидох и я уже тут, причём в чужом теле. Конечно попал, так попал, хотя и любил почитать книги по альтернативной истории про различных попаданцев, но вот оказаться на месте их героев не имел ни малейшего желания, одно дело просто взахлёб читать про приключения очередных попаданцев и совсем другое, оказаться на их месте. Хорошо, когда это крутой спецназовец, мастер единоборств, снайпер и иже с ними, а я простой слесарюга, даже в армии служил в автобате, грузовики ремонтировал и на гражданке в автопарк работать пошёл. А тут мало того, что в любой момент убить могут, так даже извиняюсь, жопу подтереть нечем, ладно сейчас лето, лопухами можно, а осенью с зимой чем? Короче жопа полная, и неизвестно ещё, надо мне тут какую миссию выполнить, или это билет в один конец без возможности вернутся назад.

Сейчас быстро пробежался по своему телу, вернее по его жизни, итак, что мы имеем с гуся? Игорь Сергеевич Ковалёв, 1918 года рождения, старший лейтенант, танкист, командир взвода тяжёлых танков КВ-1. Имеет родителей в Ленинграде, а кроме них ещё младшего брата и сестру. Хотя это семья моего скажем так предшественника, он видимо ту контузию не пережил, вот я каким-то образом и занял его тело, но тем не менее бросать его семью не хочу. Я сам питерец и в моей семье тоже родня во время блокады города погибла, так что постараюсь спасти семью моего донора. Разумеется сам их вывести я не смогу, но как только смогу написать письмо, сразу скажу им, вернее напишу, что бы уезжали ближе к Уралу. Так, кто у нас из родни есть в достаточно безопасном месте, О! Сестра матери живёт в Нижнем Новгороде, сейчас, если память мне не изменяет, это Горький. Вроде немцы его бомбили, но близко не подходили, так что вполне сойдёт, по крайней мере без артобстрелов и голода. Конечно жировать они там тоже не будут, сейчас по всей стране голодно будет, но по крайней мере от голода не умрут точно. Насчёт отца не знаю, могут и не отпустить или мобилизовать, он на автопредприятии работает, а вот мать учительница, она по идее вполне сможет с детьми уехать.

Отведённый нам комбатом час отдыха пролетел как-то незаметно, но мне явно стало значительно лучше. Почти ушёл шум из головы и бестолковка кружится перестала, воистину, чудны дела твои господи, по идее, раз от этой контузии мой предшественник судя по всему дал дуба, то она должна быть сильной, и точно в комплекте с сотрясением мозгов, а тошноты нет и на громкие звуки нормально реагирую, или это из-за того, что мозгов нет и сотрясаться нечему. Смотрю на руку, на ней ссадина была, кровоточащая, а сейчас она почти зажила, значит и с головой тоже самое, вопрос тогда в том, это мне такой бонус дали за попадание и повышенная регенерация останется навсегда или просто разовая плюшка, для небольшого смягчения за эту подлянку.

Забираюсь на танк, пока несколько неловко, хотя вроде тело и помнит, что надо делать, но для меня совершенно непривычно, благо, что пока можно списать эту неловкость на последствия контузии. Залезаю в башню и изучаю обстановку и приборы, память реципиента одно, а увидеть всю в живую совсем другое. Мехвод заводит двигатель, и слегка дёрнувшись, КВ трогается с места. За моим танком двигаются ещё два, это машины моего взвода и мы находимся в самом конце колонны. За пару часов и один небольшой налёт, слава богу это мессеры были, просто из пулемётов обстреляли и улетели, чувствую, что полностью пришёл в норму. Комбат делает остановку, один Т-26 встал, а кроме него ещё четыре танка неисправны и требуется провести им небольшой ремонт, а вот для моего взвода наступает северный полярный лис, соляра на исходе, в баках её ещё километров на 20, не больше и запасов дизтоплива у нас нет. Я перед тем, как мы тронулись узнал у своих мехводов, сколько у них соляры в баках, так что знал про скорый писец. Тут прибегает посыльный, комбат меня зовёт к себе, спрыгиваю с танка и иду за посыльным в голову нашей колонны.

-Ковалёв, сколько у тебя ещё топлива?

-Почти не осталось, товарищ капитан, ещё километров на 20 и всё, встанем.

Капитан Федосеев задумался, взять дизтопливо ему было неоткуда, у него был только бензин для Т-26 и то немного, даже на полную заправку для оставшихся танков не хватит. Хоть ему и не хотелось это делать, но другого выхода он просто не видел.

-Значит так старлей, твои КВ оставляем, подготовь их к уничтожению и затем поедешь со своими экипажами в полуторке, как раз танки заправим и место освободится.

-Товарищ капитан, не могу я их уничтожить, они ведь даже достойного противника не имеют, как их бросать и жечь?

-А соляра у тебя есть?

-Нет, но достану! Просто мне время нужно, товарищ капитан, вы мне приказ напишите и дальше двигайтесь, а я как достану топлива двинусь за вами.

Комбат пару минут обдумывал мои слова, было видно, что ему очень не хочется бросать тяжёлые танки, так что в итоге он всё же дал мне своё добро. Достав из своей планшетки чистый лист бумаги, он быстро набросал приказ, в котором велел мне, то есть старшему лейтенанту Ковалёву достать топливо для своих танков и догонят батальон. А мне только того и надо было, ведь кроме того, что мне действительно очень не хотелось терять КВ, я потом получал идеальную возможность организовать свой отряд и бить немцев из засад, а не носится туда и обратно под непрекращающимися немецкими бомбёжками. К сожалению карты местности у меня не было, я только глянул в карту комбата и быстро набросал кроки, а также узнал у него месторасположения ближайших складов и сёл. У меня большая надежда была не на склады, вернее на них тоже, но потом, а пока на колхозные МТС. Там точно должна быть солярка, для тракторов, может и не очень много, но сколько-то её я там точно должен найти. Как раз километрах в десяти от этого места, как показывала карта комбата, было большое село и при нём МТС, вот туда я и намылился, правда не сейчас, а вечером. Хотя время уже подходило к 6 часам дня, но было очень светло, и попасть под раздачу немецкой авиации я не хотел, так что пока просто отъехал в близлежащий лесок и пересёк его, остановившись на другом его конце. Тут и было-то километра три, не больше и сам лесок был довольно жидким, а там сделал привал на пару часов и в половине девятого двинулся в село. Конечно сейчас было ещё светло, всё же как раз середина лета, но уже через час начнёт темнеть и немцы летать уже не должны. Так и оказалось, мы спокойно доехали до МТС и загнав танки под навесы, пошли искать соляру. На всякий случай два танка были наготове поддержать нас огнём, это если тут уже немцы. Разведгруппы противника вполне могут быть достаточно далеко от их основных сил, но к счастью на МТС было пусто, даже сторож отсутствовал. Мы нашли четыре полных бочки с соляркой, конечно полностью баки не залили, но почти наполовину с учёт ом ещё имевшегося, их заполнили, так что километров на сто или чуть меньше должно хватить.

Танк КВ имел топливные баки ёмкостью в 600 литров и имел запас хода от 90 до 180 километров по пересечённой местности и от 150 до 225 по шоссе.

После МТС заскочили в село за жратвой, у нас был небольшой НЗ, но тратить его я не хотел, а в селе остановился у дома председателя, который оказался тут. Услышав нас, а не услышать было очень трудно, он вышел к нам сам.

-День добрый, вы тут председатель?

-Да, я, Николай Васильевич Шевченко.

-Николай Васильевич, в дом пустите? Мы не надолго, разговор есть, а если ещё и покормите, да с собой еды дадите, то будет вообще отлично.

-Тебе лейтенант палец дай, так ты всю руку заглотнёшь, ладно заходите.

В сам дом мы заходить не стали, у председателя тут было что-то вроде летней кухни с обеденным столом под навесом. Его жена быстро наставила на стол еды, чугунок варёной картошки, хлеб, сало, свежие помидоры и солёные огурцы. Быстро поев, бойцы пошли к танкам, прихватив кое какую провизию на пару дней, а я остался с председателем.

-Николай Васильевич, вы коммунист?

-Нет, а почему вы спрашиваете?

-Это хорошо, а почему, сейчас поймёте. Скоро тут будут немцы, вы, как я понял, уходить не собираетесь.

-Нет, не собираюсь.

-Тогда, когда придут немцы, встретьте их хлебом-солью, разыграйте из себя недовольного советской властью, а кроме того не теряя времени, срочно поговорите с несколькими сельчанами, кому полностью доверяете. Короче вам надо стать старостой села, а они станут тут полицаями. Объясните им, что немцы в любом случае организуют вспомогательную полицию, так лучше, если в ней будут ваши сельчане, чем всякий сброд, неизвестно откуда. Показывайте немцам полную лояльность, а сами готовьте партизанский отряд и ещё, подготовьте на всякий случай схрон в лесу с продуктами и землянками, что бы в случае опасности сельчане могли там укрыться. Мы вернёмся, нескоро, но вернёмся и вышвырнем немцев прочь, а пока вашей задачей будет сберечь людей и ещё, прячьте свою молодежь, немцы потом захотят вывести их в Германию на работы, а по сути в рабство.

Было видно, что председатель крепко задумался над моими словами и если не дурак, то он последует моим советам. Большего сделать я для него и селян не мог, встать перед ними в оборону, так это ещё хуже будет, так как в ходе боя просто разнесём село и всё. Попрощавшись, я залез в свой КВ и мы тронулись в путь, сейчас мы ехали по дороге, километрах в 50 отсюда были армейские склады, где хранилось топливо и снаряды и если они уцелели, то там мы найдём всё нужное нам.

Когда этот странный старший лейтенант уехал, а странный точно, кто ещё мог бы посоветовать ему такое, председатель стал обдумывать его предложение со всех сторон. Он действительно не был коммунистом и не занимался агитацией, а руководил селом, так что мог легко отбрехаться. Ещё не придя точно к окончательному решению, он, пока ещё не было очень поздно, послал своих сыновей за шестью односельчанами. Через полчаса они все пришли и председатель рассказал им, о чём с ним говорил заезжий танкист. Теперь уже задумались сельчане.

-Знаешь, Николай, а танкист прав, чем нам поставят старостой неизвестно кого, да и в полицию назначат, лучше мы сами эти места займём и по отряду тоже, а то, когда наши вернутся, отвечать придётся, а так явно будет видно, что мы лишь для вида служили немцам.

-А как же Опанас? - Это в разговор включился ещё один мужик. – Ведь эта гнида сразу всех нас заложит немцам. Сколько этот урод уже анонимок в НКВД написал и тронуть его было нельзя, а тут он к немцам служить побежит с великой охотой.

-Не волнуйся Василь, у меня с ним свои счёты за брата, он до немцев не доживёт. – Это сказал третий селянин.

-А жена его?

-Такая же тварь, как и он сам, просто поможете мне тела потом увести, нечего лишним разговорам в селе ходить, просто исчезнут этой ночью бесследно и всё.

Вот так всё обговорив они разошлись, правда говоривший про брата заскочил ненадолго домой, а затем пошёл к дому Опанаса. Стук в дверь, один короткий удар и вот тело кляузника падает на пол, а его убийца уже идёт дальше. Ещё один удар и жена присоединяется к мужу, после чего с помощью двух других односельчан тела скрытно вывезли в лес и зарыли. Исчезновение Опанаса с женой заметили не сразу, лишь через пару дней обратили на это внимание, но тут в село пришли немцы, и всем стало не до них. Председатель, как ему и сказал лейтенант танкист, встретил немцев с хлебом и солью, а за его спиной стояли те самые шесть мужиков. Николай Васильевич стал старостой, а остальные полицаями, кое-кто из деревенских активистов сначала смотрел на них с презрением, но когда новоявленные полицаи сделали вид, что в упор не увидели нескольких раненых красноармейцев, которых прятали жители села, то до всех наконец дошло, что они специально пошли демонстративно служить немцам, что бы защитить односельчан. Через пару месяцев, выздоровевшие красноармейцы организовали небольшой партизанский отряд и его командир, Старшина Чернов наладил тесное сотрудничество теперь уже не с председателем, а старостой села. Позже, когда в крае вовсю развилось партизанские движение, Шевченко вышел на контакт через Чернова на штаб партизанского движение, вернее это они на него вышли, так что когда пришли наши, и сам Шевченко и все шестеро полицаев с лёгкостью прошли проверку смерша.

Через три часа, в середине ночи, мы подъехали к складу, перепугав при этом до смерти его охрану. Командовал тут интендант 3-го ранга Мещеряков и он был очень недоволен тем, что его разбудили посреди ночи. Мне пришлось немного поскандалить с ним, прежде чем мы получили всё необходимое. Никаких накладных у нас разумеется не было, вот только максимум через пару дней тут будут немцы и все запасы, если их не уничтожат, достанутся им, вот именно на это я и напирал в разговоре со складским хомяком.

-Товарищ интендант 3-го ранга, вы за обстановкой следите? Наши войска отступают, скоро тут будут немцы, так что, вы хотите все эти запасы им отдать?

-Старлей! Думай, что говоришь!

-Я то как раз думаю. Мне это всё надо не для продажи на базаре, у меня топлива осталось максимум на пять десятков километров и половина боекомплекта в укладке, а у вас и топливо и снаряды есть и вывести их уже ни кто не успеет. У вас связь с вышестоящим начальством есть?

-Нету, ещё вчера пропала.

-И уже судя по всему не будет, а через день или два, как я и говорил, тут будут уже немцы, так что либо вы сами всё подожжёте перед уходом, либо это достанется противнику.

Интендант задумался, всё же мои слова смогли достучаться до его сознания. В итоге он всё же согласился выдать мне всё необходимое, правда всё дотошно записал с указанием моей фамилии, звания и места службы. Я заправил свои танки под пробку и также полностью пополнил боекомплект, а также смог выбить по ящику тушёнки на танк. Решив ковать железо пока горячо, продолжил обрабатывать складского хомяка, называть его складской крысой, после того, как он всё же заправил нас и пополнил боекомплект, мне совесть не позволяла.

-Товарищ интендант, а не могли бы вы сделать небольшую закладку.

-Какую такую закладку?

-Обыкновенную, я планирую в ваших окрестностях с немцами повоевать, побить их из засады, так что и топливо и снаряды быстро израсходую, а где мне потом их снова искать? Вывезите часть топлива и снарядов на несколько километров отсюда и сделайте там схрон, и разумеется поставьте пару человек охранять это. Если мы удержим фронт, то потом просто вернёте всё назад, а если нет, то мы потом сможем там пополнить боекомплект и топливо. У вас же вон пара грузовиков стоит, как раз сможете несколько ходок сделать, а если что, то мы потом тогда вас к себе возьмём. Я при случае к себе ещё людей возьму, из тех, кто к нашим выбираться будет, отряд создам, в идеале механизированный батальон, повоюю немного в немецком тылу, шороху наведу, немцам Кузькину мать покажу и тоже потом к своим уйду.

-А что тебе будет стоить потом моих бойцов обезоружить и с того схрона всё себе забрать?

-А что мне это стоило сделать сейчас? У меня танки! Разумеется из орудия стрелять бы не стал, но вот из пулемётов запросто, но я ведь с вами договариваюсь.

-Ладно, чёрт с тобой, действительно, похоже наши отступать будут и склад немцам достанется.

-Вот и прекрасно.

Мы первую ходку сделали вместе, правда не на танке, это что бы и соляру понапрасну не жечь и моторессурс не тратить попусту. Так узнали, где будет схрон и двинулись дальше, но не в наш тыл, а наоборот назад. Было там отличное место для засады, дорога шла вдоль леса, и расстояние до неё около километра. Правда съехать с дороги не проблема, но мы получается с той опушки могли стрелять немцам во фланг. На следующее утр показалась немецкая колонна, первыми шли два десятка танков, чехов, затем грузовики вперемешку с бронетранспортёрами. Для большего охвата между моими танками было порядка сотни метров и встали так, что бы нам ответным огнём ходовую не повредили. В случае чего задом отойдём метров на пятьдесят, а там среди деревьев развернёмся и свалим отсюда. Мой наводчик умудрился первым же выстрелом подбить головной танк, правда перед этим мы спокойно пропустили головной дозор из четвёрки мотоциклов и бронетранспортёра. Бронебойная болванка очень удачно попала прямо в боекомплект и вражеский танк просто развалился от детонации своего боекомплекта. Сразу после моего выстрела открыли огонь и остальные танки моего взвода. Немцы мгновенно развернулись к нам передом и рванули вперёд, чем упростили нам стрельбу. Расстояние достаточно небольшое, и если раньше при стрельбе надо было рассчитывать упреждение, то теперь стрелять стало намного проще. Немецкие танки успели проехать около полукилометра, когда их не осталось, а вместо этого были горящие костры в поле. Сразу после этого мы открыли огонь уже осколочными снарядами по бронетранспортёрам и грузовикам противника. Правда немецкие солдаты уже повыпрыгивали за это время из них наружу, а кроме того принялись разворачивать в нашу сторону две батареи противотанковых пушек. Поскольку ближе всего к ним был танк старшего сержанта Никодимова, то я по рации и велел ему перенести на них свой огонь. Хотя эти дверные колотушки, как их называли сами немцы и не могли нанести нам урона, но чем чёрт не шутит, попадут ещё случайно в орудие, пулемёт или прицел. От случайностей не застрахован ни кто, так что лучше не давать этим случайностям шанса, да и потом, это для нас они считай неопасны, а вот БТ или Т-26 сожгут за милую душу, так что если есть возможность их прихлопнуть, то надо ей пользоваться. После того, как мы сожгли все танки и часть двигавшихся за ними бронетранспортёров, немецкая пехота отошла назад, стараясь спрятаться от нашего огня. А мы как в тире, считай в полигонных условиях, принялись расстреливать немецкую технику. Снарядов не жалели, на складе их много, а то, что интендант снова их нам даст, я не сомневался. Через час на дороге не осталось ни одной целой машины или бронетранспортёра, мы расстреляли их все, при этом практически полностью израсходовав свой боекомплект.

Старший политрук Кошелев поблагодарил судьбу, что послушался совета старшины Егорова и вёл остаток своего батальона, от которого после нескольких дней интенсивных боёв с противником остался неполный взвод, не по дороге, а вдоль опушки леса. Если бы они шли по дороге, то не успели бы добежать до леса, когда позади появились немцы. По дороге шла достаточно большая колонна противника, пара десятков танков и под сотню грузовиков и бронетранспортёров. С дороги их небольшой отряд было не видно, до них почти километр расстояния и они шли не по полю, а по опушке леса среди деревьев и кустов. Но всё равно Кошелев велел всем спрятаться, как говорится бережёного бог бережёт, лучше затаится, а то вдруг среди немцев кто чересчур глазастый окажется и заметит их.

Вот колонна их обогнала, но далеко уехать не успела. Внезапно спереди раздался орудийный выстрел, и головной танк немцев просто взорвался, а затем загрохотало. Немцы быстро развернувшись в боевой порядок, рванули прямо на неизвестных, открывших по ним орудийный огонь, но далеко проехать не успели. Их танки взрывались один за другим от кинжального огня, и судя по всему, их ответный огонь, а стреляли немцы в ответ очень интенсивно, но вот результат ответный огонь немцев не приносил, так как наши орудия продолжали и дальше стрелять не останавливаясь. Очень скоро немецкие танки закончились и неизвестные бойцы перенесли свой огонь на бронетранспортёры и грузовики противника. Одновременно с этим они уничтожили две батареи немецких противотанковых пушек и после этого повели беглый огонь по немецкой пехоте. Долго смотреть за избиением немцев Кошелев не стал, а лишь углубившись в лес метров на сто, так, на всякий случай, это что бы им ненароком от немцев не прилетело, быстро двинулся в сторону неизвестных артиллеристов. По любому лучше к своим выходить в составе более крупного подразделения, так шансов на успех больше. Вскоре они увидели, кто именно устроил противнику Кузькину мать, это оказались три КВ, теперь ему стало понятно, почему ответный огонь немцев был неэффективен. Он не стал мешать неизвестным танкистам вести бой, и хотя ответный огонь противника прекратился, к танкам он не подходил, пока танкисты не прекратили свой огонь по немцам.