Однажды в скучный сумрак серый,
Такой, каких прошло, наверно,
Несчётные часы
Звонили хамски в дом Поэта
И говорили:
"Не нужны!
Вы нам, художники, поэты
И настоящие творцы!
У нас машины есть такие,
Что за секунду создадут
Над чем кроптели вы,
Чему людей учили,
Зачем нам этот тяжкий труд?"
Поэт ответил: "Но не только
В годах работы дело тут!"
Поэта, жаль, никто не слушал.
Собрал он вещи второпях
Из города творений-безделушек
Скоропостижно, впопыхах
Он уезжал.
Бежало время.
Мир цифры захватили с головой,
Да что там, головы не нужно,
Когда помощник твой — ИИ передовой.
Кругом пустые тексты и картины.
Вес потеряли краски и слова,
И как их только не ловили,
Они сквозь пальцы горсткой пыли
Заметные едва,
Все слитны, смазаны, едины
Ускальзывали.
И вот пошла молва
О том, что за напасть такая ныне?
Разруха, скука, пошлость, моветон,
Повтор стихов Поэта, но безликий
И робота движения — унынье,
Вот то-то был Танцор!
Сказала мудрая старуха:
"Вот ведь вздор!
Мы главное забыли,
Сердце глухо,
Ведь требует душа живой души костёр!"
Как обухом её слова по уху,
И возразить никто не смел.
Все поняли, что без Творца
В творенье духа,
В пустыне как воды —
Народ прозрел.
И стали звать Поэта и Танцора,
И Музыканта, и Художника, Актёра;
И стали наблюдать, как очень споро
И краски, и движенья, и слова
Вернули вес свой и объём,
И цвет, и форму,
Вернули силу,
Ведь в огне живой души
И в разуме живого,
И в его кроптеньи
Художественный смысл,
Сущность сотворенья —
Дыхание Творца, огонь живой души.
Твори, Творец, души прикосновеньем!
А созерцатель,
Дыханием Творца живи, дыши!