Конфета

1

Петрович не любил сладкое. Ну, не то, чтобы совсем не любил. Скорее, говорил, что не любит, что его от сладкого пучит. Привирал, конечно, не краснея. Спортивную фигуру он уже давно потерял. Но ему не хотелось продолжать набирать лишние килограммы. И в какой-то момент он решительно отказался от сладкого.

Активный образ жизни и работа на свежем воздухе позволяли ему поддерживать какую-никакую форму. Да и мышцы у него были вполне ещё ничего, так как всякие ремонтные работы, которыми он занимался, требовали физических усилий. Ведь жить на одну пенсию не очень-то сподручно. А тут он имел постоянный приработок, да и свободное время надо было на что-то тратить.

Телевизор Петрович не любил, и не смотрел. Говорил, что это занятие для бездельников, и для тех, кому свои глаза не жаль. Но радио он уважал, так что был в курсе всех событий, а музыка радовала его слух. Правда, он не любил эти современные веяния. «Рэп, металлика и прочая лабуда — это для молодых и несмышлёных, – повторял он, – а нам, старичкам, чего-нибудь лирическое подавай!» Однако, лёгкий рок и джаз, Петрович очень даже уважал и слушал с удовольствием.

У него в гараже было для этого много всякого старого хлама, из которого как он говорил можно сделать конфетку при наличии рук, растущих из нужного места. А руки у него были золотые, всем на диво.

2

На стеллажах у него стояли рядком радиоприёмники, магнитолы, магнитофоны, глядя на которые его друганы чуть ли не пускали слезу, вспоминая своё небогатое детство. Была у него и парочка проигрывателей виниловых дисков, иголки для которых он изготавливал сам. И для себя, и на продажу. Его иголки очень ценились, и были намного лучше заводских. Уж что там с ними Петрович делал — никому не известно. Это было его ноу хау.

Старые пластинки ему приносили прямо в гараж, да и на помойках он не брезговал прихватить что-нибудь из классики. О его коллекции ходили легенды. Поговаривали, что у него имеются такие экземпляры, за которые коллекционеры готовы отвалить немалые деньги. Но Петрович ничего не продавал, правда, иногда дарил по доброте душевной, если чувствовал истинного ценителя, а не рядового фарцовщика, желающего подзаработать на его доброте.

Несколько пластинок он подарил Полине, в придачу к отремонтированному им же проигрывателю дисков. Старенький такой проигрыватель, который достался ей от бабушки. Вообще с Полиной он любил поболтать, просто так не отрываясь от какой-нибудь мелкой ремонтной работы. И она, понимая, что не сильно его отвлекает, рассказывала всякие разности про свою учёбу, про домашние дела, про то, что происходит в её окружении.

Советов она не просила, да и Петрович не был настроен что-нибудь советовать, так как считал, что каждый должен жить своим умом. Однако, у него была масса поучительных историй из собственной жизни, которыми он охотно делился. А уж какие делать выводы — пусть Полина сама решает. Никогда он никому ничего не навязывал, хотя своё мнение всегда имел.

3

Как-то Полина зашла к нему в совершенно неурочное время, неся в руке туфлю со сломанным каблуком.

– Петрович, выручай! – чуть ли не прокричала она с порога, опаздываю уже, а я без ног. Ну и дороги у нас, только в сапогах можно ходить, или в пимах, если зима.

– Не волнуйся, – проворчал Петрович, – сейчас всё сделаем. И куда это ты так заторопилась, неужто на свидание с новым кавалером. Старого-то мы с тобой отвадили, как я помню.

– Ой, если бы! Не до кавалеров мне теперь — надо реферат писать, а у меня ещё конь… ну ты понимаешь. Как-то я это дело запустила, и помочь-то некому.

– И какая же тема твоего реферата?

– Букетно-конфетный период в литературе девятнадцатого века.

– Сама выбирала, или сверху спустили?

– Тянули жребий, и мне вот эта фигня выпала, прямо и не знаю о чём там можно написать. Сама-то я пару раз через эту беду прошла, и ничего там не было романтического. Какая-то обязаловка и предсказуемость.

– Вот и напиши про это. Обопрись на классиков, у них много чего по этому поводу имеется. Ещё и про винишко напиши, они это дело любили.

– Напишу, конечно, только время своё жалко тратить на такую фигню. Ой, извини за мой лексический сбой.

– У тебя-то есть хоть кто-нибудь на примете. Я в твои дела не лезу, но раз уж такой разговор пошёл, то грех не спросить.

– И да, и нет. Есть один парнишка с матфака, так он сейчас занят. Вот как раз на этом букетно-конфетном зациклился. А Клава — она Клава и есть. Ей только цветочки да конфетки подавай. Нехорошо про однокурсниц гадости говорить, но вот дурочка она, хотя и корчит из себя что-то. Просто парня жалко. Он такой ещё наивный, а она рада стараться. Лапшу ему в жутких количествах на уши вешает. Он так хвостиком за ней и ходит. А ведь не глупый парень, но эта ведьмочка его приворожила, и никак он от неё не отлипнет.

4

Петрович помолчал, а потом сказал:

– Клаву уже ничем не исправить, только жизнь может её чему-то научить. Для этого надо, чтобы ей по мордасам надавали и не раз, и не два. Да и то вряд ли она одумается. Это ведь наследственное. А вот парнишке твоему, кстати, как его зовут, помочь можно. Это вроде как надо с него порчу снять. Я сам в это всё не особенно верю, но мая бабушка, царство ей небесное, меня кой-чему научила.

– Уж не приворотное ли зелье ты мне предлагаешь выпить, или отворотное для Петюни? А это вообще-то законно? Меня не привлекут за совращение, или за что там ещё. Неэтичное поведение, повлекшее за собой… и дальше со всеми остановками. Посадят или нет? Скажи прямо.

Петрович в ответ только рассмеялся:

– Здесь всё законно, даже и не сомневайся. Никакого криминала. Никто не пострадает, и все будут счастливы. Ну, разве, что Клава получит то, что заслужила. Приходи через пару дней я тебе что-то приготовлю. Вот и каблук твой уже на месте — сидит как влитой. А бегать по нашим весям надо осторожнее. Хорошо, каблук сломала, а можно что-нибудь и посерьёзнее повредить. Ну, беги уже.

5

Через два дня, как и договаривались, Полина навестила Петровича. Он сидел со своими друганами и расписывал пульку.

– Ой, я не вовремя я, – сказала Полина, – может я позже заскочу.

– Подожди минутку на улице, мы уже заканчиваем. Последняя сдача пошла.

– Хорошо, я тогда до магазина прогуляюсь, и вернусь.

– Давай!

Игра закончилась. Петрович, как обычно остался при своих. В картах ему как-то не фартило, хотя считать он умел отлично. Может ему не хватало сосредоточенности, а может он просто подспудно не любил выигрывать у своих приятелей. А игра сама по себе ему нравилась своими хитрыми ходами и неожиданными поворотами. Тем более, что игры никогда не повторялись. Иногда он даже проигрывал небольшие суммы именно тем своим партнёрам, которые более всего в этом нуждались.

Друганы разбежались по своим делам, а тут и Полина подошла.

– Опять по нулям? – спросила она у Петровича.

– Да, как-то так, остался при своих. А ты, я вижу прилично затарилась.

– В доме пустовато как-то, пришлось прикупить всякой всячины. Так что ты мне приготовил?

– Не торопись, сейчас тебе всё растолкую. Дело простое, но верное.

– Ой, Петрович! Любишь ты тянуть кота за резину. Говори уж!

Петрович порылся у себя на полке, и вытащил из самой глубины маленькую коробочку. Потом он открыл её и показал Полине то, что находилось внутри.

– И это всё? – разочарованно спросила Полина. – И что мне с этим делать.

– Да, да, – подмигнул ей Петрович, – вроде бы конфетка, но конфетка-то не простая, а заговорённая.

– Уж не отравлена ли она?

– Я же сказал — никакого криминала.

6

Полина достала конфету из коробки и разглядывала её со всех сторон. Конфета, как конфета — ничего особенного, и похоже, что свежая — пахнет шоколадом. Она осторожно положила конфету обратно в коробочку.

– Может эта коробочка волшебная? – спросила она.

– А ты догадливая, – ответил Петрович, – в самую точку попала. Да. Конфета обыкновенная – вчера из магазина. А вот коробочка мне от бабушки досталась. И ты мне её обязательно потом вернёшь. Она дорога мне как память.

– И что же мне с этим добром делать?

– Ничего сложного, но от тебя потребуется проявить находчивость.

– Что именно?

– Да не перебивай меня через каждое слово! Дай досказать!

– Молчу, молчу!

– Ну, вот опять, – проворчал Петрович. – Слушай сюда. Ты должна сделать так, чтобы твой Петюня оказал тебе какую-нибудь услугу, а ты его отблагодаришь вот этой самой конфеткой. Без коробочки, конечно. Так что тут всё от тебя зависит. Но, думаю, ты вполне справишься. Придумай что-нибудь. Ты же умница!

– Конечно, кое-какие идеи уже есть.

– Вот и ладненько. Как справишься, приходи. Коробочку мне вернёшь, да расскажешь, как всё прошло. Сроку тебе даю ровно две недели. Можно и быстрее, если получится.

7

Быстро пролетели две недели. Петрович уже начал терять надежду вновь увидеть Полину. Но она появилась ровно в назначенный крайний срок. Уже по её виду Петрович понял, что всё получилось в лучшем виде. Полина вся светилась и сияла, а её волосы развевал лёгкий ветерок.

– Вижу, вижу, – Петрович легонько обнял Полину, – ну, рассказывай, что да как.

– Всё отлично, мы теперь с Петюней вместе, и вот твоя коробочка в целости и сохранности. И даже не знаю, помогла ли твоя конфетка, или просто так само собой сложилось. Как-то в библиотеке Петюня помог мне достать нужную книжку с верхней полки, а я его конфеткой угостила. А он сказал, что это его любимые, и тут же её и съел с большим удовольствием. Мы и раньше были немного знакомы, а тут уж задружили, так задружили. И никаких тебе букетиков и конфеток. Просто нам очень классно вместе. Он такой умница и так много знает. И зачем он только в математики пошёл? Из него бы и гуманитарий отличный вышел. Только он говорит, что математика — она главнее всех наук, а всяким прочем можно заниматься либо на этой базе, либо в качестве хобби. И математика в этом только поможет. И ты знаешь, Петрович, я верю ему.

– А как же Клава? – перебил он её. – Что с ней?

– А она как-то тихо исчезла. Мы уже и не вспоминаем про неё. То ли перевелась, то ли отчислили. Даже и не знаю. Не интересовалась. Зла мы ей не желаем, но лишь бы вреда от неё поменьше было.

– Ты – большая молодец. Вот ведь как маленькая конфетка может сделать большое дело! Главное — верить в себя и в людей!

Сентябрь 2023 года