Копи листы - плюй в потолок

Прекрасным лицом утыкался в листок.

Текст, это порождение тьмы и больного воображения, перечëркнут, переписан в который раз, но по прежнему оставался каким-то «нетаким».

Не достаточно оригинальным, недостаточно графоманским, не достаточно.

Но друг считал иначе. Из-за чего я начинаю подозревать его в тупости.

— И жили они долго и счастливо, пока не взяли ипотеку.

Я смял листок и выбросил в мусорку. Слишком реалистично. Людям такое не нравится. Человекам подавай страстную страсть, боевой боевик и клише на клише.

Я уже давно разочаровался в современных читателях, при том что никогда не выкладывал свои работы. Люди слишком глупы для моих шедевров. Уверял себя я.

Мечтательно откинулся на спинку, закинул руки за голову. И представил:

Чёрные волосы по плечи, солнцезащитные очки на макушке. Я в костюме. Взрослый, деловой. Сижу на интервью. И тут меня спрашивают:

— Дорогой Ëлик, а как вы умудрились к своему двадцатилетию написать сто сорок пять книг?

— Я просто творил.

Человек залился слезами.

— Ну и грязь ты развёл, Вадим, — сказала вошедшая ведьма, вытянув меня из фантазий.

Закрыв лицо очередным листком, пробормотал:

— Я тебя не вижу - значит тебя нету.

Она перешагивала через моё тряпьё, бумагу. Сестра села на край кровати, положив ногу на ногу:

— Не надейся, такие твари, как я - так просто не исчезают.

Выглянул из за прямоугольного щита размера А4 и буркнул, — Чё тебя от меня надо, женщина?

— Не «женщина», а «человек».

— Ну так чего тебе, people?

— Когда свои «шедевры» перенесёшь в электронной формат? А то, боюсь, скоро всю квартиру ими засеришь.

— Уже, — кивнул на компьютер.

— Да ты что. Значит я могу их порвать?

Глаза смотрели исподлобья. Пристально.

— Делай что хочешь, ведьма.

Чудовище взяло листок и прямо у моего носа медленно разрывало его, надеясь получить реакцию. Но я был равнодушен, как скала, как настоящий мужчина в теле пятнадцатилетнего щуплого воина.

Она, не увидев реакции, разочарованно буркнула, — Господи. Бесишь.

Лиза посмотрела на кусочек бумаги. Прочитав пару строк, сказала,— Ты хотя-бы на ЛитРес выложи.

— Мне нету восемнадцати.

— Фикбук?..

— Заблокирован.

Её брови скептически встретились в переносице, — Так и скажи, что просто не хочешь выкладывать.

— А по мне не видно?

Пока она садилась за освободившиеся кресло, я похоронился под грудой листов, утопая в письменности и потраченном времени. Прикрыл глаза, мысленно развлекаясь самобичеванием.

— Всё, — довольно воскликнула сестра.

— Что - всё? — Я с сарказмом добавил, — наконец-то прошла тест на iq и поняла свою тупость? Печально.

Лиза закатила глаза.

— Щас договоришься - и тебе п****

— Тра**** меня что-ль? — проговорил я, глядя в потолок и по змеиному улыбаясь, — Инцест дело семейное, но ты меня не возбуждаешь. Прости.

— Ты меня тоже, спермотоксик.

— Ещё и уменьшительно ласкательное...

С выдохом она сказала, — Ладно, хорошо. В любом случае я уже выложила одну из твоих работ.

Я резко поднялся. Листы бумаги каплями поползли по телу.

— Что и куда?!

— Упокойся. — Глядя на мою растерянность, продолжила, — «Яркая пустота», опубликовала на Амино.

Лицо мгновенно расслабилось.

— А, так там людей почти нет. Успею удалить.

Сестра перегородила монитор, не давая пробраться к компьютеру. Но я не собирался сдаваться.

Кракен щупальцами удерживал моё тельце и выталкивал.

Схватив за предплечье, я попытался швырнуть её, как главный нагибатор в аниме, но женский долбо*бизм - непоколебим.

И в конце концов, на Амино, под моей работой, появился первый комментарий: «Ну и хрень»

Я уставился в монитор, глядя через плечо сестры, та тоже обернулась.

— Ну, и такое бывает.

Какой-то пользователь написал первому комментатору, что тот мудила и ничего не понимает в искусстве.

Сестра прокомментировала:

— А вот и первый фанат.