Королевская кухня 2

Майра взбила ладошками длинные каштановые локоны и улыбнулась, глядя в окно, за которым на деревья падали пушистые, мохнатые снежинки. Зима добралась и до Черристоуна, обвисла сосульками с крыш, подморозила до хрустящего льда речки, замела узкие улочки снегом. Ледяная метель опала к утру, и город ещё сладко дремал. Майра провела пальчиками по морозному узору, подула на них и поторопилась на кухню, откуда уже тянулся сладковатый аромат свежих булочек с корицей и яблочками.

Она сбежала по лестнице, чуть замедлила шаги у широких окон, снова полюбовавшись на спящий сад, а затем вприпрыжку устремилась на кухню. Чёрные трёхпалые следы пересекли коридор от двери, ведущей на улицу, до двери второй кладовки, где хранились сушёные травы и заморские пряности. Майра остановилась и с удивлением уставилась на них. Следы внушали страх. Кто мог их оставить? Майра почесала затылок, но чудесный аромат булочек напомнил ей, что она очень голодна.

— Потом разберусь, — вымолвила девушка и упорхнула на кухню.

Орк Даорон возвышался над печкой и добродушно улыбался, помешивая поварёшкой-ковшом наваристый говяжий бульон. Паоло в разноцветных штанах переминался с ноги на ногу, внимательно выслушивая повара о секретных ингредиентах, пока эльф-кондитер Агарель железными щипцами вытаскивал булочки с обратной стороны печи. Ален приветливо улыбнулся Майре и тайком украл сладость у эльфа.

— Доброе утро! — она поприветствовала поваров, приняла угощение от друга и пошла в свою комнату, но на пороге остановилась и спросила: — А вы видели следы в коридоре?

— Опять садовник Онель с утра шлялся, — проворчал Даорон и отвесил Паоло подзатыльник, дабы тот не отвлекался на праздные разговоры.

Майра пожала плечиками, надкусила булочку и вновь собралась шагнуть к себе, как дворец вздрогнул от дикого воя, проникновенного, берущего за душу. Паоло испуганно взвизгнул, обернулся павлином и уселся на плече орка, распушив хвост. Агарель от неожиданности цапнул собственную руку горячими щипцами и запрыгал на месте от боли, изрыгая проклятья возмутителю спокойствия. Ален же смело расправил грудь и прикрыл собой Майру от невидимого злодея, так что девушке пришлось привстать на цыпочки, чтобы ничего интересного не пропустить.

Лекарь Мистуам в длинном, золотистом халате ворвался на кухню и, дрожа от ужаса, затараторил:

— Вы слышали? Вы видели? Да что вы знаете?!

Майра вытянула правую руку, собираясь поведать лекарю о чёрных следах в коридоре. Ален это первым заметил, тяжко вздохнул и перехватил её тонкое запястье, мол, без нас пусть разбираются. Майра изогнула бровки, намекая, что это их долг, на что он сурово поджал губы и пригрозил девушке пальцем.

— Ну, выл кто-то, — Даорон смахнул с лица перья павлина. — Что там у нас опять?

— Ах, как же страшно! — Мистуам бочком пробрался к столу эльфа и прихватил двумя пальцами сладкую булочку. — Никакого покоя! Король всю ночь кашлял, простыл бедняга. А я ему говорил, чтобы шарф на шею наматывал, пока катается на санях с горки. Видите ли, ему самолично надо было проверить все сооружения на площади перед открытием. И что теперь? Сопли да пузыри из носа!

— Вы слышали? — окно распахнулось и в него просунулся садовник Онель, кряхтя и шмыгая носом с мороза. — Кажется, беда пришла во дворец!

— Типун тебе на язык! — прикрикнул Даорон на садовника. — Вот любишь почём зря языком болтать. Яблоки принёс?

— Ага, — Онель на мгновение скрылся, а затем впихнул на подоконник корзинку с красными яблоками, припорошенную снежком.

— Спа-а-а-асите! — кто-то пробежал по коридору, крича от лютого ужаса.

— Надо бы дверь запереть, — опомнился Даорон и метнулся к выходу, и надо сказать, успел орк вовремя.

Дверь начала открываться, он навалился на неё, не давая постороннему войти на кухню, в зазор просунулась костлявая рука и вцепилась в павлиний хвост. Паоло закаркал дурным голосом, спрыгнул с плеча орка и покатился по полу уже в человеческом обличьи, сверкая голыми ляжками в разодранных штанах. Ален тут же широкой ладонью прикрыл глаза Майры. Злодейская рука с вырванными перьями скрылась, и Даорон смог захлопнуть дверь. Щёлкнула железная застёжка, и на кухне воцарился покой.