Королевские сокровища, или Карла против

Бернар  фон Ринек

– Медведя освежуем. Шкура сгодится на коврик для камина!

– Так он же ещё дышит.

– Не беда, добьём!

Моё мутное сознание выхватило разговор двух шепчущихся и, судя по всему, весьма кровожадных девиц. Согласен с ними, дикому зверю не место в поселении, но чтобы вот так. Хотя, может они медведя сами и обездвижили? Хотя, нет, вряд ли. Всё же девушки – слабый пол…

– Ты хватай его за правую лапу, а я за левую и потащили. Нам главное поскорее спрятать эту меховую прелесть от лишних глаз, – продолжала вещать та, что ратовала за убийство. – И матушке на глаза не попасться.

– И всё же, Луиза, мне жаль мохнатика. Может мы его лучше в клетку запрём и за деньги показывать станем?! – голос второй звенел как колокольчик, разливая в душе тепло.

– Не-не-не! Ты с ума сошла что ли, Агнесса?! – гневно ответила наиболее кровожадная. – У нас его махом отберут! А тут глянь какой мех знатный! Нет, только на коврик и никуда более.

А потом меня схватили за руки и куда-то поволокли. Вернее, попытались. Запястья опалило верёвками, а лицом я больно приложился о первый же камень.

Стоп! Девушки обсуждали поимку медведя, а больно стало мне. Это что же выходит?!

Я с трудом разлепил веки и ужаснулся. Во-первых, углу зрения, во-вторых, своим мохнатым рукам, то есть лапам, а в-третьих, весьма кровожадному взгляду тёмно-карих глаз, смотревших на меня в упор.

– Да что здесь происходит?! – взревел я, но в реальности вышло лишь злобное: “Ур-р-р-р”.

– А-а-а-а-а! – заголосила та, что подобрее. – Я же говорила, он слишком живой, чтобы снимать с него шкуру!

– И резвый, – взвизгнула вторая, когда я попытался вскочить на ноги.

Да, не вышло, и я повалился на спину. Ну, потому что привычки остались человеческими, а тело, о ужас, неуклюжим и медвежьим.

– Я сотру тебя в порошок, Оттокар фон Нолькен! – в гневе выкрикнул я, но вышло опять жуткое рычание.

Бернар  фон Ринек 

На мой, не побоюсь этого слова, рёв прибежала крепкая женщина лет тридцати пяти – сорока.

– Девочки, что здесь происходит?! – строго спросила она у двух весьма юных особ, которые и намеревались прикончить меня.

И что любопытно, я, то есть огромный медведь, её вообще никак не волновал. Только “девочки”.

– Ну вот, спалились, – едва различил я шёпот от самой кровожадной. – Ничего, маменька. Всё хорошо.

– Неужели?! – не поддалась очарованию дочери женщина. – Луиза, если бы я не знала тебя так хорошо, то возможно. Повторяю – воз-мож-но бы и поверила. Но ты моя родная дочь! Ещё раз спрашиваю: что здесь происходит?!

– Мы нашли этого очаровательного мишку… – принялась объяснять вторая.

То есть я вот так резко и легко переквалифицировался из прикаминного коврика в очаровательного мишку. С ума сойти! Куда катится мир?!

– Ваше Сиятельство, я приношу свои искренние извинения за то, что сотворили мои неразумные чады, – обратилась она ко мне, пристально глядя в глаза. – Девочки ещё очень молоды и к моему сожалению совершенно лишены дара понимать язык животных. Очень надеюсь, что они не сотворили ничего, что привлечёт на наши головы гнев королевской фамилии.

Ух ты, вот это поворот!

– Что?! – ахнула та, у которой волосы были белее снега.

Именно она не хотела меня убивать.

– Принц?! Сушёный тёрн мне в туфельки! – прошипела вторая, которая кровожадная.

– Да, девочки. И если бы вы прилежно занимались, то почувствовали бы остатки чёрной магии на столь приглянувшимся вам звере!

– Вы действительно понимаете меня, фрау? – прохрипел я.

Естественно из пасти вырвались звуки, средние между урчанием и рыком, но, что поразительно, я удостоился ответа.

– Да, Ваше Сиятельство. К сожалению, не могу точно определить принадлежность к роду, уж простите.

– Вы – ведьма?! – уважительно поинтересовался, косясь на её дочерей.

– Да. Анимаг, – ответила она. – Могу я вам чем-нибудь помочь?

Ну что тут сказать? За последние минут пять, максимум десять, меня чуть не убили, чуть не отдали балаганным шутам, а теперь предлагали помощь. Театр абсурда.

– Боюсь, что даже и не знаю, – задумчиво ответил ей.

– Ваше Сиятельство, давайте вы… – тут она замялась, не зная, как выразиться. – Доберётесь до моего дома, а там мы уже подробно обговорим все, эм-м-м.

Женщина озиралась по сторонам и прислушивалась.

– Мне что-то угрожает? – поинтересовался.

Медвежьего слуха коснулся неясный шум.

– Да. Городские собаки. Они посчитают вас за дикого зверя. Уж простите мне эту бестактность, – быстро ответила она.

Девчонки молчали, потупив глаза.

– Боюсь, я не смогу дойти, – признался я в неспособности управлять неповоротливым телом.

– Скажите, вы когда-нибудь ползали на четвереньках в поисках закатившейся мелкой вещицы? – поинтересовалась фрау.

– Да, – я даже кивнул огромной мохнатой головой в подтверждение слов.

– Вот сейчас представьте, что так движетесь и вперёд, за мной.

Ну что же, попробовать можно было. С трудом передвигая массивные лапы с длинными когтями, я всё же, шатаясь, побрёл за доброй ведьмой.

Со стороны, наверное, смотрелось жутко смешно. Ну, или просто жутко.

– Бернар, мальчик мой, ты просто не представляешь, насколько важен твой трактат для науки! – соловьём пел советник отца. – После того, как ты закончишь изучение артефакта, мы сможем…

– Брат никогда не обнародует результаты, не надейтесь! – прервал его на полуслове Ерс.

Мы с ним вот уже полтора года каждую свободную минутку посвящали изучению странного кроваво-красного камня, что в условиях строжайшей секретности привёз откуда-то с севера отец. Он ему даже название дал: “сердце медведя”. Смешно, учитывая наш фамильный тотем.

Прабабушка, когда ещё была жива, утверждала, что мы происходим из рода великого мага-оборотня, что умел превращаться в хозяина леса. Вот только эта легенда всегда воспринималась как сказка. Не более того.

– Фон Нолькен, я попросил бы вас… – намекнул я, чтобы он успокоился и вспомнил, наконец, о субординации.

– Да, мальчик мой?! – не дошло до вельможи.

– Вы забываетесь! Бернар я для отца, матери и брата. Для вас же Ваше Высочество.

– Да, да, конечно. Прошу меня извинить, – противно залебезил он.

Вот только я успел заметить, как зло сверкнули глаза высокопоставленного аристократа. Нужно постараться не забыть поговорить на эту тему с отцом.

– Так что там с результатами, Ваше Высочество?! – перешёл на официальное обращение этот плут.

– Их пока что нет. Вам придётся обождать также, как и другим.

– Да, конечно, – подобострастно улыбнулся мужчина.

– Советник, вам пора! – ещё раз намекнул я мужчине и очень выразительно покосился на дверь.

– Всего доброго, Ваше Высочество, – прошипел он мне в ответ, продолжая лицемерно улыбаться.

Когда дверь лаборатории, наконец-то, закрылась, а шаги стихли, я не выдержал.

– Как же меня достал этот прихвостень отца. Всюду норовит сунуть свой длинный крючковатый нос!

– Бернар, братец, ты бы поумерил свою спесь, – хмыкнул Ерс. – Тут необходимо действовать тоньше, дипломатичнее. Ты же как медведь по бурелому. Так можно нажить себе врагов.

– Не до расшаркиваний мне, – отмахнулся я от совета старшего брата. 

А ведь стоило прислушаться! Но кто бы знал заранее.

Спусти три недели после памятного разговора, я утром доложил отцу, что добился от артефакта отклика. На тот момент я провёл почти двое суток безвылазно в лаборатории и с трудом держался на ногах. Своим же видом распугал всю прислугу, что встретил на пути в кабинет отца. Они разбегались с криками: “оборотень”. Но я опять не обратил внимание на подсказку Судьбы.

Перед важным докладом я запер опасный артефакт в королевской сокровищнице. Именно это действие и предопределило мою дальнейшую судьбу. Мне оставалось преодолеть лишь лестницу, ведущую на третий этаж и коридор, когда прямо под ноги бросилась чёрная кошка. Говорят, это дурная примета, но я был столь занят своими мыслями, что опять проигнорировал предупреждение. На верхней ступени в лицо ударил ветер, странно пахнущий гнилью и травами. Я лишь успел удивиться этому странному обстоятельству, как неведомая сила подняла моё тело вверх, оторвав от пола, и швырнула вниз. Я летел и никак не мог понять, отчего же не касаюсь ступеней, ведь по всем законам физики… А про магию и колдовство-то я и забыл.

Очнулся посреди мостовой от женского спора.

За пятнадцать минут до появления матушки

Окраина Фогебёгсминен

– Луиза, ты чувствуешь?! Что-то сейчас произойдёт, – прошептала Агнесса, вглядываясь в тёмную дымку леса, что виднелся за полями.

– Ничего я не ощущаю. Вечно тебе мерещится всякая ерунда, – фыркнула её сестра. – Шевелись давай. А то матушка скоро вернётся, а мы ещё не все травы перебрали.

– Но-о-о, я же слышу, – настаивала сестра. – Ветер странно завывает, и то в холод, то в жар бросает…

– У тебя просто недосып! – оборвала Луиза и тряхнула чёрными как смоль кудрями. – Нечего по ночам читать всякие глупости. Тогда и днём не будет мерещиться всякое.

Тут за забором что-то громыхнуло, сестёр ослепила яркая вспышка, а неизвестно откуда взявшийся сильный порыв ветра разбросал по двору все не увязанные в пучки травы.

– Тролль тебя раздери! – взвыла брюнетка, когда зрение вернулось к ней. – Три часа работы вольфу под хвост! Вот я сейчас выйду и прокляну этого шутника!

Девушка решительно направилась к калитке, что выходила с заднего двора прямо на дорогу, петляющую между полей и убегающую в тот самый лес, которым любовалась Агнесса.

Луиза была удивительно вспыльчива, а ещё, несмотря на наличие милой внешности, делавшей её в глазах незнакомцев красивой куклой, дрянным характером драчливого мальчишке. В округе все знали, что лучше не злить маленькую ведьмочку. Единственная в округе проклятийница была остра на язык и несдержанна в высказываниях. Отчасти это было связано ещё и с трагедией, произошедшей с девочками в глубоком детстве.

– Несса, там медведь! Здоровущий. А шерсть какая! Скоро зима. Нам точно пригодится.

– Ты с ума сошла? К-к-какой ещё медведь?! Лиз, я не хочу туда-а-а. Я боюсь! – пыталась упираться девушка с белоснежными волосами, пока её тащили практически на буксире на улицу. Но разве можно сопротивляться сестре, если ей что-то взбрело в голову?! Конечно же нет. Вот и сейчас Агнесса оказалась на улице.

– Действительно, медведь. Ты уверена, что он мёртвый?

– Абсолютно.

– И что же мы с ним будем делать? Может, вызовем городскую стражу? И откуда он здесь вообще взялся?!

– Ветром твоим надуло! – недовольно буркнула Луиза. – Медведя освежуем. Шкура сгодится на коврик для камина!

– Так он же ещё дышит, – ужаснулась Несса, заметив слабое движение.

– Не беда, добьём! Ты хватай его за правую лапу, а я за левую и потащили. Нам главное поскорее спрятать эту меховую прелесть от лишних глаз. И матушке на глаза не попасться, – тем временем командовала брюнетка.

Она сбегала домой и вернулась в двумя толстыми верёвками, обмотала их вокруг передних лап зверя и протянула сестре “её половину”.

– И всё же, Луиза, мне жаль мохнатика. Может мы его лучше в клетку запрём и за деньги показывать станем?! 

– Не-не-не! Ты с ума сошла что ли, Агнесса?! У нас его махом отберут! А тут глянь какой мех знатный! Нет, только на коврик и никуда более.

В это же время за триста киллометров, далеко в горах

Дворец Шванштайн, Бафария

Уолахфрид фон Веттин

– Ваше Величество, вы сможете обрести родовую магию лишь тогда, когда дева с белоснежными волосами сжалится над уродливым карликом и отдаст за вас самое дорогое, что у неё есть! – предрекла Роксолана.

– Просто восхитительно! То есть ты сейчас на полном серьёзе предлагаешь мне надеть личину гнома и разгуливать по свету в поисках этой самой девицы?! – приподнял я бровь.

– Нет, что вы. Столь далеко ходить нет необходимости. Ваша семейная реликвия не покинула земель германов. Более точно я пока не готова ответить, но вы и сами почувствуете, куда стоит отправится. Мне было видение, что вы сможете вернуть былое величие в земли Веттинов. Вот только условия скрыты от меня, уж простите, Ваше Величество.

– Ступай, – устало взмахнул я рукой.

Здесь было о чём поразмыслить. Приближалась зима, время, когда все наши тайные проходы к крупнейшим городам германов покрывались снегом. Сейчас я был бессилен. Если только и правда не обратиться в карлика, гнома, и не отправиться на поиски. Но это было опасно. Да и не пристало королю блуждать среди простого люда. Нет. Нужно вызвать главу тайной службы. Пусть отправляет своих людей во все города. Может что и узнаем.

Я стоял и смотрел на почти облетевший осенний лес предгорий, когда почувствовал жар и боль в грудине. Сердце! Оно проявило себя и позвало своего истинного владельца.

Отдышавшись, вызвал Олофа.

– Да, Ваше Величество, – возник из ниоткуда невзрачный мужчина с такой внешностью, что запомнить, а тем более описать его, было невозможно.

– Зов. Сердце зовёт меня! Оно нашлось!

– Хвала богам, – обрадовался он.

– Нам нужно отправляться на север, в земли Тюрингов.

– Как прикажете. Мы всё выясним и доложим, – кивнул Олоф и исчез также, как и возник.

Похоже старуха права, возглавлять экспедицию, призванную вернуть важный для моего народа артефакт, придётся мне. Лишь король способен почувствовать артефакт.

"Белоснежка и Краснозорька", "Беляночка и Розочка" - как только не переводили эту немецкую народную сказку, адаптированную братьями Гримм на русский язык.

Мне хотелось красоты, а потому я пришла к художнику-оформителю с техзаданием и кратким пересказом: "По основной сказке: злой карлик заколдовал принца в медведя и обрёк на смерть. Расколдоваться - убить карлика. Зимой медведь пришёл в дом, где жили девчонки. Они его обогрели. Короче, зимой не замёрз от холода. В тёплое время года медведь пытался не дать карлику украсть самоцветы и, параллельно, убить его. А девчонки (безмозглые курицы), по доброте душевной этого карлика спасали. В итоге медведь карлика всё же убил и стал назад принцем. На одной женился сам, вторую подсунул брату)))"

Но в нашей истории всё будет не совсем так, или совсем не так. Вы не увидите здесь пересказа. Скорее, это будут вольные рассуждения на тему.История рождается в рамках литмоба Сундук со сказками прямо у вас на глазах.В рамках этого любопытного литературного моба выйдет двадцать одна сказка, включая и мою.Усаживаемся поудобнее. Мы начинаем!А для тех, кто любит поболтать напоминаю, мы с Музой очень любим комментарии и ждём вас под книгой.