коротыши

10/2023

Если ее спросят, как это получилось, как вышло - она никогда не ответит. Миллионы слез и миллионы горечи было пролито, прежде чем из воздушного замка, обитавшего где-то на млечном пути две тысячи лет до нашей эры и еще две тысячи после, возникла точка отчисления. Точка настолько крошечная, что до сих пор не верится. Может быть все сон? Так когда начинается горечь?

Когда мы страдаем или утопаем в унынии, жалеем или не жалеем себя, или надеемся, что не жалеем себя; когда мы под куполом эмоций и уже даже не в силах биться об стенку; когда нам кажется, что сердце так чувствительно, так близко на поверхности под кожей, и чувствуется удар с тяжелой хваткой, будто грубая невидимая рука сжимает его в кулак; когда больше не можем плакать и сострадать даже себе, стараемся меньше дышать и шевелиться, когда не можем ни есть, ни пить, ни спать - значит нам уже все равно. Но мы не замечаем эту точку отчисления. Но это самое страшное состояние.

Так что могло случиться, что нас атакует грусть? Так что должно произойти, чтобы это изменить и рассеять?

Какое-то небо! Вероятно хмурое в это время года. Сентябрь и так сложно принять, так ещё холод и промозглый ветер не дают забыть, что твоему спокойствию пришел конец. С этого ли всё начинается? Или с какой-то ссоры, с короткого сна, с тяжелой встречи? Или с мелких с рутинных дел?

Девушка перебирает ногами и доходит чуть дальше остановки. Привычный путь. И он не заучен, он слишком привычен и детально разложен в голове и мышцах ног, рук. Машинальный взгляд на часы, расчёт времени, ведь у нее они спешат на 3 минуты - это чтобы никуда не опаздывать: 5 минут легко отсчитать и тем самым запомнить эту особенность, а 3 минуты уже сложно, и вместо того, чтобы отчитывать, принимаешь время как есть. А в ожидании автобуса три минуты существенны. Бывает, бежишь, думая, что автобус уже подошёл, а нет, только-только показывается вдали. Три минуты спасают.

Время идет. Нет, не жизненной линией, а скачками скачет и порой больно задевает за живое. И вот она уже смотрит в окно на быстро сменяющийся альбомный лист осени и пытается задержать слезы в себе, потом хотя бы на глазах, но остаётся с тем, что вытирает щеку. А как это приятно сидеть в унынии и выплёскивать наружу боль! Она слишком долго держалась внутри, пока сердце не стало горстями отталкивать боль и само стало горячим, пока не стало отдавать слишком тяжелые удары, до боли в груди. Но надо взять себя в руки. Но она снова вытирает щеку.

Что бы то ни было в жизни, нужно жить здесь и сейчас. Не стоит терпеть, ждать, когда пройдет пора тревог и осенней хандры и можно будет поднять голову, расслабиться и снять маску железного человека. Вдруг она приживется настолько, что уже будет поздно искать себя?

Поеживается от холода. Ветер слишком часто сменяется и холодными порывами поднимает подол пальто. Можно околеть, пока дойдешь пятьсот метров до дома.

У подъезда видит незнакомых мальчиков лет десяти. Если бы не шум, которые исходил от них, не обратила бы внимание. У нее не было возможности войти в подъезд, каким-то чудом миновав их. Замешкалась, остановилась. Один тут же обратился к девушке, крикнул: "Теть!", что совсем её застопорило и парализовало. Она не сразу увидела, что дети вертятся вокруг коробки, которая была в руках у самого низкого паренька, коробка тоже издавала звуки. Можно подумать о котятах, не ошибёшься.

Нужно попросить их, чтобы дали возможность пройти. Делает это не сразу. ”Возьмём его!” - доносится до нее. “Молока налью!” - слышится уже за спиной. "Нельзя!"

Дома она заглядывает в окно и успевает заметить, что один из мальчиков заходит в подъезд с коробкой в руках. Другой из этой компании уходит к соседнему дому в одиночестве.

Задернув штору, девушка долго смотрит на блестящий пол.

- Говори! Ну вот, я слушаю тебя. Говори же мне! Да, я знаю. Доброта должна быть. Да, я знаю: у кого-то только начинается жизнь. Где-то начинается жизнь, так почему же у меня ощущение, что всё потеряно? Ну и что ты хочешь сказать? Что не узнаешь себя? Нет. Я знаю это чувство - оно пройдет, оно всегда проходит.

Она снова посмотрела в окно. Неужели после осени будет уютная зима, а затем весна с ее теплыми лучами? Почему же тепло чувствуется ярче только после разрыва с солнцем?

Девушка обернулась, кинула взгляд на посуду в раковине, и какой-то груз чего-то более материального стал ощутимым в ее руках. Под плеск воды она снова и снова прокручивала в голове увиденное у подъезда. Мысли распространялись в ее голове быстрее скорости света. Она сама не помнила, как пришла к выводу, что завтра стоит купить осенние сапоги.