Корпоративный отдел Ада

Пролог: «План по душам»

Гигантский стол

Тронный зал Ада давно переоборудовали под переговорную. Исчезли котлы с грешниками, испарился запах серы (теперь здесь использовали нейтрализатор запахов «Свежесть лавы» от корпоративного клининга). Вместо этого появился стол из полированной обсидиана длиной с автобан — за ним можно было устраивать как стратегические сессии, так и корпоративы с фуршетом. Вокруг на креслах из человеческих амбиций (эксклюзивный дизайн, обивка из несбывшихся надежд) восседали Шесть Архидемонов Правления. Их называли «Большая Шестёрка», и они управляли Корпорацией «Бездна Лтд.» последние три тысячи лет.

Каждый из шестерых выглядел так, будто сошёл с обложки журнала «Адский менеджмент». У всех были бейджи с должностями, голографические визитки и личные планшеты с подпиской на «Син-нет» — корпоративную соцсеть для грешников.

В центре, во главе стола, сидел Астарот, Председатель Совета. Он был похож на уставшего топ-менеджера с горящими глазами — в прямом смысле: из глазниц вырывались языки пламени, которые он машинально тушил дорогим коньяком. Галстук съехал набок, на пиджаке виднелись следы пепла. Рядом с ним стояла кружка с надписью «Ад — это я», которую он получил на прошлом корпоративе.

— Коллеги, — начал Астарот, постучав копытом по столу. Звук получился глухим, потому что копыто было подковано титаном (чтобы не скользило по обсидиану). — Цифры за прошлый квартал меня убивают. В прямом смысле — я уже трижды перерождался от стресса. Моя страховка по эндаументу кончилась, теперь каждый раз воскресаю за свой счёт.

На огромном экране (закупленном у земной Samsung за миллион душ, с рассрочкой на тысячу лет) высветился график. Синяя линия, символизирующая поступление душ, ползла вниз, словно черепаха, которая решила заняться йогой. Красная линия (целевой показатель) уходила вверх, как график биткоина перед обвалом.

— Поступление душ упало на 7% по сравнению с прошлым годом, — продолжил Астарот, ткнув указкой из берцовой кости в экран. — Рай открыл новую программу лояльности: «Прости себя сам». Теперь любой грешник может скачать приложение, нажать кнопку «Покаяться» — и его душу списывают в пользу конкурента. Конкуренты, мать их… Теряем рынок. А у нас, напоминаю, план — рост подушного сбора на 15% к концу года.

Он сделал паузу, чтобы дать цифрам впитаться. Архидемоны заерзали. Маммон перестал перебирать золото, Бельфегор отложил свой айпад с маркетинговыми отчётами, Левиафан поправил очки (да, у него были очки, потому что он слишком много читал корпоративную переписку).

— А что у нас с планом «Подушный сбор +15% к концу года»? — скрипучим голосом спросил Маммон, CFO. Он сидел, перебирая золотые слитки (это была его версия спиннера), и выглядел как бульдог в смокинге. Короткие ноги не доставали до пола, поэтому он покачивался взад-вперёд. — Мы уже в мае, а рост — минус. Я на прошлой неделе проверил отчёты по 257 департаментам. Знаете, сколько из них выполнили квартальные KPI? Три. И то — отдел канцелярских скрепок, потому что они просто пересчитали скрепки дважды.

— Отдел убийств провалил квоту, — отчитался Бельфегор, CMO. Он был похож на мужчину средних лет с вечной мигренью, но вместо волос у него росли маленькие рожки. — Их новый продукт «Ревность с летальным исходом» не взлетел. Слишком много бумажной волокиты с трупами. Чтобы оформить одно убийство, нужно заполнить 15 форм: согласие жертвы (пусть и задним числом), разрешение на использование морока, справку об отсутствии альтернативных способов. Плюс отдел экологии требует утилизировать душу без вреда для окружающей серы. В общем, продукт убыточный.

Маммон фыркнул:
— Экология? С каких пор нас волнует экология? Мы — Ад, мы должны загрязнять, а не очищать.
— Это новый регламент Совета директоров Рая, — вздохнул Бельфегор. — Они подали на нас в суд за «чрезмерные выбросы скорби». Пришлось подписать меморандум о взаимном снижении загрязнений. Теперь каждый труп должен разлагаться по ГОСТу.

Астарот потёр виски (из которых всё ещё вырывались языки пламени):
— А что насчёт разврата? Это наш традиционный драйвер роста.

— Рост есть, но не тот, — вздохнул Левиафан, директор по развитию. Высокий, худой, с глазами навыкате — он вечно выглядел так, будто только что прочитал финансовый отчёт за прошлый век. — Люди научились каяться через приложения. Мы не успеваем перехватывать. Например, новый сервис «HolyHookup»: человек грешит, получает уведомление «Вы нарушили заповедь», нажимает «Простить» — и всё. Наши бесы просто не успевают внедриться. Приходится переходить на ручной режим, а это дорого.

— Сколько стоит обработка одной души в ручном режиме? — спросил Астарот.

— Около трёх тысяч человеческих часов и два ведра святой воды (для нейтрализации), — ответил Левиафан. — Плюс сверхурочные бесам. Если так пойдёт дальше, мы уйдём в минус. Я предлагаю сократить расходы за счёт автоматизации.

— Автоматизация? — Маммон поперхнулся золотым слитком. — Ты предлагаешь заменить бесов роботами? В Аду? Это же смешно.

— А что смешного? — вмешался Асмодей, сидевший до этого молча. — На Земле уже вовсю используют чат-ботов для продаж. Мы можем запустить «Грех-бота» в мессенджерах. Человек пишет: «Хочу напиться», а бот ему: «Вот список ближайших баров, плюс персональная скидка 20% за душу». Эффективно и без затрат на полевых агентов.

Архидемоны зашептались. «Очередная реструктуризация», «Опять новый KPI», «Где брать кадры?», «А кто будет писать техзадание для бота?». Астарот поднял руку, и шум стих.

— Значит, так, — он встал (стол при этом жалобно скрипнул, но выдержал). — Слушайте моё решение. Создаём Отдел по повышению греховой активности населения — сокращённо ОПГАН. Временно, на период кризиса. Задача отдела: разработать и внедрить систему стимулирования грехов через легальные каналы — рекламу, контракты с земными корпорациями, программы лояльности для грешников. Никакой прямой магии, только маркетинг и менеджмент.

— А как же классические методы? — спросил Бельфегор. — Котлы, сковородки, мороки с бесами?

— Классика остаётся, но только для самых стойких, — ответил Астарот. — Те, кто не поддаётся на скидки и рекламу, получат традиционный подход. Но основную ставку делаем на маркетинг. Мы — корпорация, а не кузница страданий. Забыли наш слоган? «Ад — это выгодно».

Все нехотя кивнули. Слоган был дурацкий, но его придумал сам Астарот, и спорить было себе дороже.

— Назначаю ответственным… — Астарот обвёл взглядом присутствующих. Взгляд остановился на Асмодее. — Асмодея. Ты, старый развратник, берёшь под контроль весь маркетинг греха. Контракты с земными корпорациями, реклама, стимулирование спроса. Внедряй свои методы, но без фанатизма.

Асмодей, выглядевший как вечно небритый художник с рожками и в мятой футболке с надписью «Sex, drugs & KPI», кивнул:

— Сделаем. Только мне нужен операционный менеджер. Кто-то из свежих, желательно с земным опытом. Эти ребята знают, как продавать всё, что угодно: от пылесосов до душ. Дайте мне человека, который провалил свой последний проект на Земле, — у них самое острое чутьё на отчаяние.

— Найди, — отрезал Астарот. — Хоть из грешников, хоть из попаданцев. Хоть из числа сотрудников, которые перегорели. Мне плевать. Чтобы через месяц я увидел план по душам. Иначе…

Он не договорил. Все и так знали: иначе — спуск в Отдел Жалоб, откуда не возвращаются. Там нет ни KPI, ни кофе, ни перерывов. Только бесконечный поток голосовых сообщений от недовольных грешников, которые жалуются на качество пыток.

— А почему бы не взять кого-то из наших? — спросил Левиафан. — Например, Бельфегор хорошо разбирается в рекламе.

— Потому что вы все мыслите шаблонами, — отрезал Асмодей. — Вы не знаете, как работает современный человек. А земной менеджер знает. Он видел, как люди ведутся на «купи один — получи второй в подарок», на «последний шанс», на «скидка 90% только сегодня». Он приведёт эти методы в Ад, и мы начнём собирать души как горячие пирожки.

— Ладно, убедил, — Астарот сел обратно в кресло. — Совещание окончено. Все свободны, кроме Асмодея — останься, обсудим бюджет.

Архидемоны разошлись. Маммон, семеня короткими ногами, утащил с собой три слитка золота (никто не заметил). Бельфегор уткнулся в планшет, строча новый маркетинговый план. Левиафан поправил очки и вышел, бормоча что-то про диверсификацию рисков. В зале остались только Астарот и Асмодей.

— Слушай, — тихо сказал Астарот, когда дверь закрылась. — Я на тебя надеюсь. Если ты провалишь этот проект, меня снимут с должности. А на моё место поставят… её.

Он кивнул в сторону портрета на стене: Лилит, демоница с холодными глазами и подписью «Лучший антикризисный менеджер тысячелетия».

— Не дрейфь, — усмехнулся Асмодей. — Я найду такого менеджера, что они сами будут проситься в ад. Кстати, бюджет какой?

— Двести тысяч душ на первый квартал. И ещё пять полевых бесов в распоряжение. Выбирай любых, кроме Мелкого — он слишком шустрый, прошлый раз чуть не устроил апокалипсис в отделе доставки.

— Мелкий как раз то, что нужно, — сказал Асмодей и вышел, оставив Астарота тушить коньяком новую вспышку пламени из левого глаза.

Наш главный герой

...В ту же секунду на двадцать седьмом этаже здания «Бездна-Тауэр» (бывшая штаб-квартира одной страховой компании, выкупленная за бесценок после того, как у той отозвали лицензию) лифт открыл двери. Из него вышел мужчина в помятом костюме, с засохшей каплей кофе на галстуке и с выражением лица человека, который только что понял, что забыл дома паспорт, а заодно и ключи, и телефон, и смысл жизни.

Это был Олег Соколов, тридцать два года, бывший проджект-менеджер из земного маркетингового агентства «Реклама-Всем». Полчаса назад он умер от перенапряжения на работе: сгорел дедлайн по запуску рекламной кампании «Пей колу — живи быстро». Он сидел за компом, правил двадцатую версию баннера, вдруг почувствовал резкую боль в груди, подумал «Боже, только не сейчас, у меня же ещё отчёт по конверсии не готов», и всё. И вместо того чтобы попасть в рай или просто исчезнуть в небытии, он оказался здесь — в холле с табличкой «Бездна Лтд. Ресепшн».

Холл выглядел как приёмная любой крупной корпорации: пластиковые фикусы в горшках, стойка с журналами (номера «Адский бизнес» и «Грешник года»), кулер с водой, но вода была красноватой и пузырилась — как лава, но без запаха. На стенах висели плакаты: «Корпоративная этика: не жги коллег, даже если они этого заслуживают», «Бережливое производство грехов — наша цель», «Если ты не выполняешь KPI, ты выполняешь роль жертвы».

— Поздравляю, вы приняты! — раздался бодрый голос из динамика над лифтом. Голос был женский, с интонациями опытного HR-менеджера: сладкий, но с нотками серы. — Корпорация «Бездна Лтд.» рада приветствовать вас на позиции «Операционный менеджер отдела по повышению греховой активности». Ваш кабинет — четырнадцатый, курилка — в конце коридора, столовая — этажом ниже, но советую не ходить, там подают только угли. Не опаздывайте на планерку к Асмодею через пятнадцать минут. Опоздание карается вычетом из зарплаты. Ах да, зарплаты нет, вычеты идут из ваших будущих мук. Удачи!

Олег моргнул. Он ожидал чего угодно: белого света, встречи с умершей бабушкой, даже темноты. Но не этого. На стене, прямо напротив лифта, висела табличка из нержавейки с выгравированным текстом:

«Ад — это не место, это бизнес. Работай или страдай (но лучше работай)».

Ниже мелким шрифтом: «Курение в неположенных местах карается дополнительным кругом ада. Ответственный за пожарную безопасность — Вельзевул».

— Я что, в аду? — спросил Олег вслух. Голос прозвучал хрипло — сказалась земная привычка много пить кофе.

Из-за угла выбежало маленькое красное существо с папкой. Оно было ростом с таксу, покрыто мелкой чешуёй, с рожками, похожими на зажимы для бумаг, и глазами-бусинками. В папке лежали какие-то бумаги, часть из которых горела, но существо не обращало на это внимания.

— В корпоративном, — ответило существо, запыхавшись. — Добро пожаловать. Твоя задача — увеличить поступление душ на 15% к концу года. Ах да, меня зовут Мелкий, я твой помощник. Не пытайся дать мне другое имя, я уже привык. Пойдём, познакомлю с отчётами.

— С какими отчётами? — Олег всё ещё не мог прийти в себя. — Я только что умер, у меня даже справки об окончании курсов нет. И вообще, я маркетолог, а не… не знаю, демон какой-то.

— Вот именно, — обрадовался Мелкий. — Ты маркетолог. А нам нужен именно маркетолог. Земные менеджеры лучше всех умеют продавать людям то, что им не нужно. А мы продаём грехи. Идеальное совпадение. Пойдём, я покажу твой кабинет.

Олег машинально последовал за Мелким. Коридоры «Бездна-Тауэр» напоминали любой оупенспейс: серые стены, лампы дневного света, запах перегоревшего кофе и отчаяния. Только вместо обычных сотрудников тут сновали бесы: маленькие, большие, с копытами, с крыльями, в офисной одежде (кто-то в пиджаках, кто-то просто в набедренных повязках — дресс-код, видимо, был свободным). Все они куда-то спешили, говорили по телефонам (телефоны были человеческие, но с наклейками «Адский тариф»), стучали по клавиатурам.

— Это отдел корпоративных продаж, — Мелкий указал на стеклянную переговорку, где сидели три беса в галстуках и спорили с голограммой человека. — Они заключают контракты с земными компаниями. Например, вчера подписали с сетью супермаркетов договор: они размещают рекламу «Возьми лишнее — не пожалеешь», а мы даём им скидку на налоги. Взамен — рост греха жадности на 5%.

— А это? — Олег кивнул на дверь с табличкой «Отдел индивидуальной работы».

— Там обрабатывают конкретных людей. Приходит заявка: «механик Василий, хочет бросить пить, срочно нужен бес для искушения». Наши агенты внедряются в окружение, влияют через рекламу, скидки, социальное давление. Без магии, только менеджмент. Очень эффективно, но не всегда.

Они дошли до двери с номером «14». На двери висела табличка: «Операционный менеджер ОПГАН» — и чуть ниже, от руки приписанное: «Стучите, я в ужасе».

Олег толкнул дверь. Кабинет оказался небольшим, с окном (вид на лаву, текущую где-то внизу), столом, двумя стульями и большим экраном на стене. На столе стояла кружка с надписью «Мой грех — мои правила» и лежала стопка бумаг.

— Садись, — Мелкий запрыгнул на стул. — У нас мало времени. Через десять минут у тебя планерка с Асмодеем. Он, кстати, главный по маркетингу греха. Страшный? Нет, скорее эксцентричный. Не пытайся с ним шутить про размер его рожек — у него комплекс.

Олег сел, взял кружку, понюхал: пахло кофе, но с примесью серы.
— Безопасно пить?
— Относительно. Если не привыкнешь, просто будешь чаще ходить в туалет. А если привыкнешь — перестанешь замечать запах. Как на Земле с растворимым кофе.

Олег вздохнул и открыл папку. Там лежали:

Служебная записка № 1: «План по душам на текущий квартал — рост 15%. Текущее отставание — 7%».Заявка на искушение № 404: «Механик Василий Петров, 45 лет, алкоголик со стажем. Желание: бросить пить. Задача: не дать. Приоритет — высокий».Контракт с сетью баров «Рюмочная №1»: «Ад предоставляет скидку на электроэнергию в обмен на размещение рекламы "Пятница — день греха"».Памятка сотрудника: «Как правильно отправить беса на задание (инструкция для чайников)».

— И всё это я должен разрулить? — спросил Олег, чувствуя, как наваливается привычное рабочее отчаяние — то самое, которое он испытывал перед дедлайном.

— Не ты один, — ответил Мелкий. — У тебя есть я и ещё пять бесов в подчинении. Ну и бюджет. Правда, бюджет маленький, но это нормально. В Аду всегда маленький бюджет.

— А зарплата тут есть? — спросил Олег с надеждой, хотя уже знал ответ.

— Бесплатно. Но мы компенсируем адскими муками, — Мелкий оскалился, показав мелкие острые зубы. — Шучу. Три выходных в году и безлимитный кофе. А ещё если перевыполнишь план — получишь повышение. А если нет — тебя переведут в отдел жалоб. Оттуда ещё никто не возвращался.

Олег посмотрел на длинный коридор, уходящий в темноту, на красноватые лампы, на бесов, снующих с бумагами, и вдруг почувствовал странное спокойствие. Это было похоже на старую работу: тот же хаос, те же нереальные сроки, те же задачи «сделайте из ничего конфетку». Разве что вместо начальника — демон с рожками, но и земные начальники бывали похлеще.

— Ладно, — сказал он, вставая. — Всё равно хуже, чем увольнение в пятницу вечером, быть не может. Пошли на эту планерку. Посмотрим, каков он, Асмодей.

Мелкий довольно потёр лапки.
— Вот это правильный настрой. А теперь — запомни главное: в Аду не любят жалоб, не любят отговорок и не любят, когда говорят «невозможно». Здесь всё возможно, просто дорого. И ещё — не пей из кружки Лилит, если увидишь её кружку. Там не кофе.

Олег хмыкнул и шагнул в коридор. Где-то вдалеке играла музыка — что-то вроде корпоративного гимна «Бездна Лтд.» на мотив старой песни «Highway to Hell». Он понял, что это будет самая странная работа в его жизни. Но, чёрт возьми, хотя бы не скучная.

интерлюдия

Пока Олег шёл на планерку, в далёком земном городе, в автосервисе «Колёсико», механик Василий Петров заканчивал ремонт старого «Логана». На часах было 17:45. Василий вытер руки ветошью и полез в карман за телефоном. Экран засветился: пришло уведомление от приложения «Здоровый образ жизни»: «Ваш план по отказу от алкоголя: 5 дней без единого грамма. Поздравляем!».

Василий улыбнулся. Впервые за десять лет он чувствовал, что может бросить. Психолог помог, бег по утрам помог, даже жена перестала пилить. Он уже представлял, как завтра утром встанет в 6 утра, пробежится по парку, выпьет зелёный чай…

Телефон пиликнул снова. На этот раз — реклама от магазина «24 часа»: «Пиво "Жигулёвское" — три по цене двух! Только сегодня! Акция заканчивается через 2 часа!»

Василий поморщился и хотел закрыть уведомление, но в этот момент с улицы донёсся голос Коляна, его собутыльника:
— Саня! Кончай работать! Пятница же! Пойдём, по одной, за встречу. Ты же не тряпка?

Колян улыбался, но в его глазах на долю секунды мелькнул красный огонёк. Это был не Колян. Это был бес Мелкий, который уже получил задание от Олега (ещё до того, как Олег подписал бумаги) и внедрился в тело друга. Потому что в Аду бюрократия идёт рука об руку с инициативой.

Василий колебался секунду. Потом на телефон упало ещё одно уведомление: такси «Молния» прислало промокод «ONEPINT» на скидку 50% до бара «Рюмочная №1». Рядом с промокодом красовалась картинка: весёлый чертёнок с кружкой пива.

— Ну, по одной? — повторил Колян. — Давай, ты заслужил.

Василий вздохнул, выключил уведомление о здоровом образе жизни и полез за курткой.
— Ладно, одну. И всё.

Через три часа он возвращался домой нетвёрдой походкой, держа в пакете три бутылки «Жигулёвского» (одна — бесплатно по акции). Его душа, которую он сам не заметил, сделала маленький шаг в сторону Ада. А в отчёте «Бездна Лтд.» появилась новая строка: «Василий Петров — статус: горячий грешник, шанс перехвата Раем — снижен до 15%».

В переговорной двадцать седьмого этажа Олег ещё не знал об этом. Но скоро узнает. Потому что его первая задача будет именно про Василия.