Кошачьи сны

Василий был самым что ни на есть обыкновенным мужчиной. С любимой, пусть и усталой и оттого вечно злою женой, с любимыми, пусть и вечно орущими отпрысками, с не особо любимой, но очень и очень нужной работой и с всею душой ненавидимыми кредитами и ипотекой. Каждое утро он вставал по будильнику ещё до шести, надевал свой серый потертый костюм, спешно заглатывал безвкусную кашу и выходил из дома.

Погода, надо сказать, на улице обыкновенно стояла до невозможности мерзкая. Питер, что тут поделать. Василий с превеликим трудом утрамбовывался в переполненный такими же несчастными бедолагами как и он сам автобус и, позевывая, тащился на работу по пробкам. И все с тоской вспоминал свой сон. Надо сказать, что снилось Василию одно и тоже уже на протяжении многих и многих лет. О том, что он рыжий пушистый кот, ленивый и толстый. И о том, какая же у этого жирдяя ленивая прекрасная жизнь. Когда Василию особенно больно отдавливали ногу в автобусе, или когда ветер выбивал из рук потрёпанный зонт, он порою даже жалел о том, что родился человеком, а не котом. Сидел бы сейчас дома в тепле и уюте, лакал молоко. Или пялился в окно на несчастных людишек, что под проливным дождем устало плелись на работу. Или — ещё лучше — просто бы спал, свернувшись пушистым клубком. Более того, кота Василия все очень любили. Просто так. За то что он пушистый и толстый. А человека Василия — нет. Хотя он работал как оглашенный, помогал супруге с детьми и всегда приходил домой с тяжелыми сумками, что были полны всевозможных продуктов. Но нет, этого было мало! Все в человеке Василии было не так и не этак!

Супруга вечно пилила, что они давно уже не катались на море — не то, что ее сестрица Зинка или соседка Варвара! Что шубу он купил ей из зайца, а не из дорогущей треклятой норки. Дети все требовали айфоны и кроссовки адидас последней модели и совершенно не хотели учиться. Родители же постоянно сравнивали его с мразотным Ромкой, сыном соседа — бизнесменом и депутатом, который ещё с самого раннего детства был уже во всем лучше него. А сука-начальник и вовсе все никак не давал повышения уже многие годы! Эх, почему же он просто не родился котом!

Да, разумеется, был у кота Василия один существенный недостаток. Он был кастрирован. Но пусть у человека Василия яйца были на месте, все равно лучше уж их и не было вовсе! Хотя бы не болели от вечного недотраха! Василий все пытался припомнить, когда же у него в последний раз был секс с усталой и вечно недовольной женой – и не мог. А на дрочку в душе — пусть даже самую быструю — у него попросту не хватало ни сил, ни времени. Столь усталый он обычно приползал с проклятой работы. Точнее с двух работ — что делать, треклятая ипотека — и два не менее треклятых кредита!

Кот Василий был не обычным котом, а самым что ни на есть выдающимся. А как же иначе! Пушистый и толстый, огненно рыжего цвета, с шелковой шерсткой, острыми ушками и самыми что ни на есть восхитительными усами! Вот же красавец! Кот Василий себя очень любил и ценил. И — далеко не каждому позволял себя гладить. Ибо не хрен пачкать его чудесную шерстку грязными лапищами. Да и вообще — кот Василий редко нисходил до этих жалких людишек, практически все свое свободное время гордо восседая на подоконнике и пялясь в окно.

За окном обычно шел дождь и не было совершенно ничего интересного. Разве что птица какая-то пролетит. Ну не считать же интересными жалких людишек, что вечно куда-то тащились толпой. Вот же тупые! Лучше бы по домам сидели, в тепле и уюте. Вот он, кот Василий, умный! И ни за что не попрется под дождь! Он вообще ни разу за всю свою жизнь не выходил из дома! А зачем?! Ему и тут хорошо!

— Васенька, кушать, солнце мое!

«Да какой же я ей Васенька?!» — брезгливо дернув ухом, каждый раз думал Василий, — «эх, глупая-глупая женщина! Терплю ее лишь из жалости! Ну ладно, рыбку она все же неплохо готовит!»

Затем кот Василий неспешно завтракал, лакал свое любимое молочко. Долго-долго вылизывал свою нежную шерстку. И — шел драть когтями диван. Конечно, глупая хозяйка вечно ругалась, но Василий попросту игнорировал эту несносную женщину. Потом — шел грызть герань, при этом все продолжая глядеть в окно. Герань порою с грохотом падала на пол, но Василия это не волновало. Он же кот! И ронять на пол — его прямая обязанность!

Да, жизнь у Василия была самая что ни на есть расчудесная. И даже то, что он лишился своих чудесных пушистых яиц, мало его волновало. Зато теперь он с презрением глядел на собратьев, чье существование было подчинено лишь низшим инстинктам. Фу! Он, Василий, был выше всех этих кошачьих случек! Ведь в его жизни были гораздо более важные вещи!

И лишь одно его угнетало! Дурацкие-дурацкие сны! Коту Василию то и дело снились кошмары, о том, что он вдруг ни с того, ни с чего стал человеком! Что у него есть злая жена, ужасные дети, что каждый день он должен вставать по будильнику ещё до рассвета, есть безвкусную кашу. А после под дождем тащиться на ненавидимую им работу… Василий проклинал эти треклятые сны всей своей кошачьей душой! Но совершено ничего не мог с ними поделать! Все же, какое это счастье родиться котом! И главное – столь прекрасным и столь выдающимся!