Космическая одиссея Майкла Роберса

Акт 1: Майкл Роберс на Венере.

На далекой звезде Венере

Солнце пламенней и золотистей.

На Венере, ах, на Венере

У деревьев синие листья.

Николай Гумилев.

I

Характеристики Венеры:

Средняя удаленность планеты от Солнца (а.е.) - 0,72333 (108210000км)

Наклон орбиты к плоскости эклиптики (градусы) - 3,394

Средняя орбитальная скорость (км/с) - 35,03

Сидерический период обращения планеты 224,701 дней

Синодический период (дней) - 583,92 дней

Масса (килограмм) - 4,8685•1024 кг

Экваториальный радиус (Земля=1) - 0,949

Экваториальный радиус(км) - 6052,0

Средняя плотность (г/см3) -- 5,25

Ускорение силы тяжести на экваторе (м/с2) - 8,60

Вторая космическая скорость на экваторе (км/с) - 10,4

Сидерический период вращения (дней) - 243,0183

Наклонение экватора к орбите (градусы) - 177,3e

Число спутников - нет

Справочник астронома любителя. 2015 год.

Венера. Год 2054.

Природа словно издевалась. Дождь шел почти без перерывов. Лишь изредка здесь наступало кратковременные затишье, продолжавшиеся в основном считанные часы. Но бывали и исключения. Именно в такие вот исключения паузы, бывало, длились неделями. Планета словно оплакивала кого-то. Вот и попробуй, угадай, когда будет следующая пауза в этом бесконечном потоке слез. Сквозь тучи, что плотными слоями закрывали небосвод Венеры, изредка пробивались солнечные лучи, и местная живность, о которой на Земле и подумать не могли, вылезала на поверхность, чтобы хотя бы чуть-чуть насладиться жизнью.

Сейчас погода издевалась от души. Ливень лил уже седьмые сутки, без перерывов. Дождь то сбавлял свои обороты, то вновь усиливался, но и он, скользкий и противный, должен был когда-то закончиться. И в один прекрасный момент это случилось. Туча, принесшая непогоду, ушла на запад. Последняя капля ударилась о ствол дерева и медленно стекла вниз во влажную и липкую почву, которая в этих условиях так и не успевала основательно просохнуть.

Маленькое существо, покрытое зеленым мехом, с большим и пушистым, как у белки хвостом, вылезло из своей норки, что находилось у края проселочной дороги, и закрутило головой по сторонам. Неожиданно махонькие, как бисер, глазки животного заметили два очень странных и непонятных объекта, которые, по всей видимости, были живые, так как вылезли из дупла дерева, возникшего вот так из ниоткуда, прямо посреди дороги, построенной хозяевами планеты в старые добрые времена.

Зверек от страха заскочил в норку и притаился. Он бы мог прятаться долго, но любопытство взяло над ним верх. Зверек выбрался вновь на поверхность и стал разглядывать двух существ, что передвигались на двух лапах. Были те огромны. Что сразу бросилось в глаза зверьку, так это единственный глаз да большой хобот, что красовались на непомерно огромной голове. Причем конец хобота скрывался в складках тела. Один из двух хищников, а в этом венерианец не сомневался, сжимал в пятипалых лапах странную прямую палку, по всей видимости, отломанную от дерева, из которого оба существа вылезли. Руки второго до какого-то момента были пусты. Первый хищник издал какие-то непонятные звуки, его товарищ ответил и тут же направился к валявшемуся на поверхности дереву. Коснулся его лапой. Провел по нему, а затем оторвал несколько веток. Бросил их себе под ноги. Первый хищник что-то прошипел. Второй на него взглянул и ответил. Затем извлек из кожных складок непонятный предмет. Что-то сделал совершенно непонятное и в руках у него вспыхнул нечто, что, по мнению венерианца, уничтожало все живое. Пушистый зверек вновь нырнул в нору. Ему было страшно. Обычно это нечто появлялось, когда погода окончательно портилась и в небе планеты одна за другой начинали плясать молнии, посылая свои смертоносные лучи на поверхность. И тогда появлялось оно. Непонятное, безжалостное и уничтожавшее все на своем пути. Зверек победил свой страх и вылез обратно на поверхность. Сейчас он видел, как это странное существо, непонятное ему, послушно танцевало на лапе чужака, словно они были закадычными приятелями. При этом по единственному глазу было видно, что чужак не испытывал никакой боли, что было уж совсем непонятно и нелогично.

Тем временем второй отошел от дерева и с поверхности стал поднимать мелкие ветки и складывать их в кучу, к тем двум, что положены были первым. Ужас охватил зверька в тот момент, когда чужак вдруг преподнес своего приятеля, что по-прежнему резвился у него на руке, к куче веток. Тот, словно пробуя на вкус, лизнул их и через мгновение те вспыхнули, озаряя небо ярким светом. Стало слышно, как закричала от боли древесина.

Где-то вверху, прямо над головами странных существ, заколыхались ветки. Зверек поднял голову вверх и увидел, как существо с двумя крыльями и большой, занимавшей большую часть тела, головой унеслось вдаль.

Где-то далеко неожиданно хрустнула ветка. Потом раздался звук падающего дерева. Что-то прорычало севернее.

Хищники вскочили на лапы. Второй издал непонятные звуки, и первый тут же отозвался.

Неожиданно глупый интерес возник у зверька, где-то в потаенных коридорах разума, и заставило его сделать первую ошибку в своей жизни. Ему вдруг захотелось посмотреть их поближе, и он двинулся. Пока он был в тени, они его просто не видели, но теперь, когда маленькое зеленое существо вышло на свет костра, его заметили.

Первый уставился на него, и медленно подняла палку на уровень груди, и тут...

Удар молнии, вырвавшийся из деревянной палки, поразил зверька. Тот пошатнулся и рухнул замертво во влажную траву.

***

- Я нарекаю его - венерианский табарган[1] - помпезно проговорил землянин, поднимая крошечное тельце пушистого существа.

Его товарищ усмехнулся.

- С чего это ты его так? - Спросил он. - Это первое, а второе...

Замялся и взглянул на товарища. Тот лишь развел руки в стороны.

- Первое, что пришло в голову. - Проговорил землянин.

Он улыбнулся и в тот же момент пожалел, что улыбку его товарищ, вряд ли, через скафандр увидит. Сквозь тонированное стекло трудно понять, понять реакцию Валентина. Хотя, американцу показалось, что голос у его компаньона, после того, как он застрелил зверька, стал каким-то другим. Раздраженным.

Между тем русский подошел к нему и взглянул на безжизненное тельце представителя местной фауны.

- Майкл, - вдруг сказал Валентин, - чем тебе помешал этот зверек?

Майкл Роберс, а так звали американца, покраснел. Мысленно поблагодарил бога за то, что сквозь тонированный экран скафандра Бережной его реакции не видит. Сорока пятилетнему русскому вряд ли по душе пришелся его поступок. Охотник поднес к стеклу скафандра зверька. Взглянул на него и произнес:

- Может ты и прав, Валентин. Только я это того - инстинктивно.

- Инстинктивно, - словно передразнил его Бережной. - Для исследований нам подошел бы живой зверек. - Он замолчал. Взглянул на костер и добавил: - Хотя и мертвый - сгодится. Все равно сделанного уже не вернуть.

В чем-то Бережной был прав. Да и понять его было можно. В прошлой своей жизни, когда еще только собирался податься в исследователи, Валентин Петрович был заядлым охотником. С ружьишком любил по тайге побродить. Да только все в одночасье в его жизни переменилось. Произошло это за год до того дня, когда его назначили руководителем экспедиции на Венеру. В тот день он как обычно прихватил ружьишко с собой да подался в лес на медведя. Уже ближе к вечеру набрел. Вскинул ружье и выстрелил... Только потом заметил маленького медвежонка, что выскочил на шум из-под елки на звуки выстрелов. Закружил вокруг медведицы, заскулил. Валентин ружьишко перезарядил, да только во второй раз выстрелить не смог. Что-то случилось с ним в тот момент, словно тонкая нить в сердце оборвалась. Откуда-то нахлынуло чувство вины. Сначала он, поддавшись эмоциям, хотел взять его с собой, но вовремя передумал, решил, что, медвежонку в лесу будет лучше. Вернулся домой, да только места себе не находил. Если бы не звонок академика Крылова, так и ходил бы в тайгу, где, прячась в кустах, наблюдал за косолапым. В сердцах повесил ружье на стену, да и поклялся, что ни на человека, ни на зверя он больше его не подымет. Да же когда в Звездном городке ему предлагали на охоту сходить - отказывался. Крылов тогда его из любопытства спросил:

- Отчего так? Ты ведь, Петрович, заядлым вроде охотником был?

- То-то и оно, что был! Ну, не могу я теперь ружье без причины использовать, ни против животного, а уж тем более человека.

Да только жизнь сама внесла небольшие коррективы. Академик ясно дал понять, что на Венере оружие может и понадобится. Хотя бы для самообороны. Валентин Петрович тогда только рассмеялся.

- С чего бы это, - проговорил он. - Планета ведь не обитаема и к жизни не пригодна.

- А это неизвестно, - молвил академик. - Мы же о Венере почти ничего и не знаем. Знаний у нас не так и много.

- Хорошо, - сказал Бережной, - уговорил. Возьму я с собой оружие.

Слово он сдержал ружье взял, да только с собой таскать, все равно не стал. Так и висело оно у него в кабинете на стене. Не то для украшения, не то на всякий случай. Его приятель Игорь Молодцов как-то сказал:

- Ты бы, Петрович, взял бы с собой ружьишко...

- А зачем? Двум смертям не бывать, а одной не миновать...

- Но ты же, не за себя одного отвечаешь. Ты же, Петрович, станцией руководишь.

Об этом разговоре долго на "Туманной" вспоминали. Дивились, как это Валентин Петрович на ней два года в полном одиночестве прожил. Так уж случилось, что именно его нога первой коснулась поверхности Венеры. До этого он почти целый год на орбите висел, время от времени запуская двигатели, чтобы не грохнуться на планету. Второй корабль, на котором были одни только роботы да материалы для будущей станции, приземлился (хотя тут слово вряд ли подходило) на Венере уже на третий день, когда земные корабли прибыли на орбиту. Созданные для работы в аномальных условиях и повышенных температурах уже на следующий день стали посылать противоречивые сведения, расходившиеся с той информацией, которой на этот момент владели люди. Во-первых, выяснилось, что температура на планете всего лишь 50 градусов Цельсия. Во-вторых, что в атмосфере содержался кислород (хоть и не в таком количестве, как на Земле). В-третьих, на снимках были видны деревья, не такие как на родной планете, и все же Бережной не сомневался, что это были именно они.

На далекой звезде Венере

Солнце пламенней и золотистей.

На Венере, ах, на Венере

У деревьев синие листья. [2]

Продекламировал стихотворение Бережной.

- М-да, - вздохнул Валентин, - а ведь когда-то люди думали, что Земля плоская и лежит на трех китах. Да, - пробормотал космоисследователь, - мы почти ничего не знаем об окружающем мире нас мире.

Оставалось принять решение. И капитан звездолета "Арго-1" принял решение. Он даже запрос сделал на Землю с просьбой совершить посадку. ЦУП[3] попросил подождать полгода. Должен был прийти еще один корабль с роботами. Кроме станции "Туманной", что сейчас уже начала возводиться на Венере, предстояло построить еще одну - "Солнечную". Уже потом, когда были построены эти базы, а Валентин Бережной обживался на "Туманной", он отправил в ЦУП предложение возводить третью - "Огненную". Место нашел с помощью беспилотного венеролета[4]. Недалеко от огнедышащего вулкана. Обосновал досконально почему выбрал именно это место для базы, а не другое, и в результате получил разрешение.

Почти два года Валентин Бережной прожил на Венере в гордом одиночестве. Другой бы на его месте с ума свихнулся да с роботами по душам говорить начал. Валентин же был так занят исследованиями, что эти два года почти и не заметил. Потом на Венеру прилетели еще три корабля, а совсем недавно - молодой американский летчик (недавно закончивший службу в армии США) - Майкл Роберс. Рубаха-парень, как любил говорить о себе он, и большой любитель поохотиться.

Еще в первые дни своего пребывания на Венере задумал Валентин экспедицию к местной речке, что протекала в нескольких десятках километров от "Туманной". Несколько раз Петрович пересекал ее во время своих поездок ко второй станции, но все его наблюдения были мелком, а астронавту хотелось более скрупулезного исследования. Когда же в штате сотрудников появился Майкл Роберс, мечта Бережнова стала приобретать осязаемые контуры. Вот только венеролет пока находился в разобранном состоянии, а механики Молодцова корпели над его сборкой.

Накануне вечером Бережной прогулялся до Молодцова. Тот был занят творчеством. От своего увлечения он не оторвался, даже когда вошел командир станции. Искоса взглянул на Валентина, но ничего не сказал.

Валентин Петрович прокашлял, стараясь таким образом привлечь к себе внимание. Поняв, что ничего из этого не получается, спросил:

- Ну, что там с венеролетом?

- Работаем. Там нужно все делать не спеша. Сам знаешь безопасность - превыше всего.

- Значит, придется ехать на венерходе...

- Значит - придется. Еще пара дней и мы его соберем. Может, подождем? У тебя, что горит?

Бережной только рукой махнул.

- А, ну, тебя...

Утром поступила информация с "Арго-1". В районе реки дождь вот-вот должен был прекратиться. Данные утверждали, что затишье (при благоприятном ветре) может продлиться от пяти до шести часов.

- Ждать некогда, - проговорил Валентин Бережной и отдал команду подготовки венерохода.

Дожидаться окончание ливня не стали. Уже в 9:00 по времени станции, из главных ворот "Туманной" выехал венероход с двумя космоисследователями на борту.

Именно близость второй планеты к желтому светилу, породили здесь те самые непробиваемые облака, из-за которых на Венере постоянно шел круговорот воды.

Влага с промокшей на неизвестно, какую глубину почвы, поднималась под воздействием солнечного тепла верхние слои атмосферы, создавала густые облака, а потом мощными тяжелыми каплями возвращалась обратно. Отчего на всей планете, или, по крайней мере, вокруг станции, было много болотистых участков.

Зато в венероходе было сухо и комфортно. Плюс ко всему специальная программа, точно такая же, как и на станции, поддерживала в нем привычное для землян давление. Кроме того, в комфортном состоянии исследователям помогали находиться и специальные скафандры, созданные из современных материалов. Они были не такими громоздкими и позволяли двигаться без видимых усилий.

Венероход ехал по неизвестно кем и когда проложенной в этой местности дороге. Именно просека, а она пролегала через густой венерианский лес, и послужила причиной того, почему именно там, а не где-то еще была построена станция "Солнечная". Возиться с прокладыванием дороги между ними не было ни времени, ни средств. Ничто не предвещало того, что им придется совершить вынужденную остановку. Бережной, сидевший за штурвалом венерохода, Валентин не желал доверить свою жизнь бесчувственной машине, напевал песню. Роберс, примостившийся на заднем сидении дремал. Изредка Майкл бросал взгляд в сторону русского. Ему, казалось, что тот скучает о Земле. По крайней мере, зачем тому было петь грустную песню.

Неожиданно венероход затормозил. Майкл только и успел схватиться за поручни. Еще чуть-чуть и свалился бы из кресла.

- Черт, - выругался Валентин Петрович, - дерево. Придется покинуть венероход, Майкл. Нужно оттащить дерево, в противном случае нам не проехать дальше.

Дерево, свалившееся на дорогу, в результате урагана, преграждало им путь. Объехать его, как убедился Роберс, было не возможно. Желание у Майкла на такой погоде выбираться из комфортного транспорта не было, но то ли богиня утренней звезды [5] смилостивилась, то ли еще какие обстоятельства, но ливень вдруг прекратился. Космоисследователи в монитор наблюдали за тем, как последние купли упали в небольшие лужи, что были по всей дороге, образуя крупные пузыри.

- Если нам не удастся избавиться от дерева, - проговорил Бережной, - у нас с вами будет не так уж много времени на обследование реки.

Роберс кивнул и надел шлем. Отрегулировал клапан на шланге подачи воздуха и прихватил, прикрепленную к стене винтовку. Сначала нужно было определиться, а уж затем выбирать домкрат, один из двух, что были в венероходе, да и отдохнуть немного тоже хотелось.

Все изменил выстрел Роберса. Бережной к американцам и до этого относился с каким-то недоверием, а тут в один миг вовсе стал думать о них плохо. Ну, нельзя же постоянно стрелять? Для начала подумать желательно, а потом... В другой ситуации Валентин рукой бы махнул. Горбатого могила исправит. На генном уровне у них страсть к неоправданным поступкам заложена?

- Вам бы американцам только бы пострелять, убить, кого-нибудь, так исподтишка. Что вы за нация такая, - продолжал возмущаться Бережной, поглядывая на часы коммуникатора, что были у него на руке, - Эх, вы. - Вздохнул тяжело, - Ну, да ладно. Займемся упавшим деревом.

Валентин вернулся к венероходу. Притащил оттуда старенькую бензопилу, оказавшуюся на удивление пригодной, на этой планете. Захватил на Земле в свое время, в память о тайге. Услышал от коллег о себе много лестного. Сдержался. На Венере она пригодилась и уже не в первый раз.

Тем временем Майкл из ранца достал несколько пробирок, взял пробы грунта. Вернул их на место. Туда же поместил и мертвого зверька.

- Мне показалось, это было перед самым появлением табаргана, будто над нами кто-то пролетел, - сказал он, смотря в затянутое тучами небо.

- Ты в этом не одинок. Я действительно слышал над головой шелест крыльев, - ответил Бережной, потом посмотрел на американца и добавил. - А теперь помоги мне, давай отодвинем дерево с дороги, мне одному это не сделать.

Роберс сбегал к венероходу и притащил домкрат. С помощью этого механизма они приподняли ствол дерева. Затем пришлось приложить значительные усилия, чтобы бревно через какие-то полчаса уже лежало вдоль дороги, закрывая собой небольшую норку из которой выбрался "табарган".

- Боюсь, что данные оказались ошибочными, - проговорил вдруг Бережной и указал рукой на небо. - Ветер сменился и тучи несет обратно. Скоро опять начнется дождь. Нам бы лучше поспешить.

Они еще раз осмотрели просеку. После чего забрались в венероход.

Ветер вновь усилился и с огромной силой стал раскачивать из стороны в сторону деревья.

- Хорошо, что не эвкалипты, - сказал Майкл, когда несколько капель ударили по бронированному стеклу венерохода.

Вдалеке хрустнула ветка, и до исследователей донесся незнакомый звук.

- Так может лаять только собака Баскервилей, - пошутил американец, который после этого рыка не на шутку заметил, как Бережной побледнел. - А теперь позвольте, Валентин, я поведу нашу машину.

Бережной возражать не стал. Уступил место Роберсу. Майкл потянулся к ключу зажигания и завел двигатель. Мотор зарычал и венероход понесся по просеке. Где-то позади, где они были еще несколько минут назад, вновь упало дерево.

- Тут что тополя растут, - пошутил Валентин, вспоминая, как сильный, почти ураганный, ветер вырывали с корнем эти деревья в России. - Думаю, у нас будут проблемы на обратном пути.

- Ничего, прорвемся, - заверил Майкл и улыбнулся.

По крыше еще чаще застучали капли. Их звук был таким, что космоисследователи поняли, что в этот раз это не шторм, и уж тем более не ливень, а обычный затяжной мелкий дождь, от которого и в обычный день на душе кошки скребут.

- Интересно, откуда взялась эта дорога? - неожиданно, после долгого молчания проговорил Майкл.

Бережной поглядел на него, теперь они были без масок, и сказал:

- Это одна из множества загадок этой планеты, знаешь, Майкл, на любой планете существует множество тайн. По крайней мере, я так считаю, мы освоили Луну, осваиваем Венеру, но ничего о них еще не знаем. Мы даже о Земле, почти ничего не знаем. И ищем ответы, то в истории, то в библии. Марс, между прочим, хранит не меньше загадок. Вот интересно, почему мы вечно воюем. Американцы, русские, евреи, арабы и прочие нации и народности. Что побуждает нас убивать себе подобных. За что надо убивать, ну в природе понятно, там одни служат пищей другим, но здесь. Кто виноват, что существует религиозное нетерпение. Ведь религии мало, чем отличаются друг от друга. Кажется, что была одна религия, а потом ее исказили, или попытались передать разными словами. Знаешь, в России есть такая игра "Сломанный телефон", когда люди передают слово, искажая понемногу. В начале одно, а в конце....

- Все это никто не сможет объяснить, - перебил Майкл, задумался, и добавил, - а вам не кажется, что Бог - эгоист и диктатор. Что диктует нам, как себя вести и что делать. А такая заповедь - как не создай себе кумира. Да ладно с ним. Валентин, вы лучше скажите, почему тогда от его имени совершаются на Земле убийства. Почему он, как он утверждает любящий отец, обрек своего сына на смерть, да и не просто смерть, а мучительную...

- Я, хоть и атеист, - перебил его Валентин Петрович, - но с тобой согласен во всем. Вот тебе не кажется, что все верующие, не зависимо от религии, поклоняются единственному богу, но по какой-то причине расходятся во взглядах, из-за чего готовы перерезать друг другу глотки. Вот хотя бы в христианстве: "НЕ СОТВОРИ КУМИРА" и в мусульманстве "НЕТ БОГА, КРОМЕ АЛЛАХА". Одно и то же, но разными словами. Разве не так Майкл? Вот ты спросил, кто построил эту дорогу? А кем были построены на Земле египетские пирамиды?

- Пирамиды построены не только в Африке, - напомнил Майкл. Он вдруг поглядел на Валентина и спросил: - А, вы, Валентин знаете, что все пирамиды Земли. Будь то Африканский, Мексиканские или Азиатские построены по одной параллели и на одинаковом друг от друга расстоянии?

Бережной не успел ничего ответить, венероход несколько раз тряхнуло. Дождь по прежнему монотонно стучал по крыше и стеклу машины.

- Все вопросы кто и как что-то построил, меркнут перед величайшей загадкой Земли. И эта неразгаданная загадка БОГ, - проговорил Бережной, - в данном случае, я имею в виду дорогу, здесь мог и пройти ураган.

Майкл с сомнением покачал головой, он знал, что такое ураганы. Помнил о них по детским воспоминаниям, которые остались у него о годах, проведенных в Канзасе.

Неожиданно разговор прервался. Венероход выехал к речке.

Позади, остался потушенный костер и дом маленького существа, попавшего под пулю Роберса.

[1] Табарган - зверек из породы тушканчиков, живет в норах.

[2] - Стихотворение Николая Гумилева.

[3] - ЦУП – Центр управления полетами.

[4] - Венеролет - космический аппарат для изучения Венеры (планеты).

[5] Аврора — из древнеримской мифологии. Аврора богиня утренней зари, рассвета. Утренняя звезда - планета Венера.